Дары Лилит

      Сегодня мне пришло письмо. Как и всем жителям Эдельвейса. Когда я прочел содержимое, Сирена ловким движением выхватила листок из моих рук и тоже вгляделась в строки.       — Очнулись, наконец, — пренебрежительно сказала Сирена, — Долго же они копались.       — Не в этом дело, — поспорил я.       — А в чем?       Откинувшись на кресло, я пытался правильно подобрать слова. Будучи уверенным, что Сирена не отстанет от меня, пока я все ей не объясню, я постарался ответить как можно короче:       — Убийство в Соборе — это трагедия. То, с чем Церкви не так просто справиться. И тем более смириться. А массовое убийство — это… Я даже не знаю, с чем это можно сравнить, — вздохнул, — И точно не смогу ответить, учитывая, что в живых не осталось никого.       В письме писалось про нападение демонов. Предполагалось, что случай в Соборе — лишь начало. Упоминались множественные убийства по всей стране. След вел до самого Гирона, что лишь подтверждало их теории. Однако здесь ни слова не говорилось о том, что нападение велось не из Пустошей. Следы вели именно туда. Но никак не в нашу сторону.       Сирена думала точно так же.       — Зачем они врут про нападение?       — Люди охотнее поверят в это, — просто ответил я, — Да и к тому же, Церкви не впервой врать. Они прекрасно пользуются своей властью в Мосгарне, говоря то, что выгодно в первую очередь им самим.       — И почему я не удивлена? — задумчиво ответила Сирена.       — Так или иначе, завтра утром состоится сбор жителей на главной площади. Я пойду туда и попытаюсь узнать еще что-нибудь.       К тому же, нужно понять, стоило ли встречаться с Лансером Шимом прямо сейчас. Ведь завтра он на весь город объявит о том, что стал вдовцом. Ему явно будет не до этого. Поэтому попробую связаться с ним позднее. Тем более Берни предупредил, чтобы я не спешил с этим и дождался, пока внимание к персоне Лансера стихнет. Не знаю, зачем именно это было нужно, но смысла спорить я не видел. Знал, какого это — скрываться.       Я стоял среди многотысячной толпы, достаточно близко к организованной сцене. Поэтому прекрасно слышал все, что говорил Король Амбер Третий. Хоть его голос и был усилен магией, его громкость не могла достигнуть и до середины людской массы.       Он говорил, что рисковал своей жизнью, явившись в столицу. Говорил, что не мог иначе. Что был обязан сообщить жителям все напрямую. Что на Мосгарн напали демоны, и лишь время покажет, когда они доберутся до него. До каждого из жителей, если они не найдут убийц своевременно.       Интересно, хоть кто-нибудь здесь подумал о том, что, собравшись в одном месте, они все оказались бы идеальной мишенью? Конечно же, нет. Все слепо верили Королю.       Я почувствовал движение справа. Какой-то длинноволосый парень не сводил с меня глаз. Когда я обратил на него внимание, он коротким кивком указал в сторону. Приглядевшись, я заметил стоящую в отдалении карету. Хотел поговорить наедине? Но о чем, и почему именно сейчас? Да и, в конце концов, кто он вообще такой?       Не заметив моего энтузиазма, незнакомец положил руку на пояс, где сверкнул длинный кинжал. Нападать не стал, просто запугивал. Мне стало интересно, был ли он в курсе, что на моем теле их были сотни? И что мне не составит никакого труда прикончить его в одно мгновение. Я шевельнул татуировкой на запястье, чтобы ее увидел лишь он, намекая, что его угроза мне не страшна.       — Интересно, — произнес он вкрадчиво, — почему ты пришел один? Без своей дамы?       Мое сердце пропустило удар. Вот сейчас я действительно испугался.       — Она заболела, — спокойно ответил я, контролируя каждый мускул на своем лице.       — Думаю, стоит направить к ней лекаря, — продолжал незнакомец, пристально глядя на стоящих неподалеку стражников.       Пока я пытался справиться с накатившими на себя эмоциями, Король уже закончил речь. Занявший пост Первосвященника объявил о начале траура, который продлится месяц. Следом, слово взял Лансер Шим. Даже отсюда я видел, какое тот переживал горе. Взглянул на парня справа. Тот тоже был сам не свой. Его руки дрожали. Костяшки побелели, когда он сжал ладони в кулаки. Но секундой спустя он взял себя в руки и произнес:       — Иди за мной.       Всю поездку мы провели в молчании. Я не находил себе места, гадая, что он мне скажет. Остановились у дома, стоявшего на окраине города. Незнакомец пригласил меня внутрь.       — Я не хотел тебе угрожать, — озадачил он первой сказанной за долгое время молчания фразой, — Но иначе ты не пошел бы за мной. Для начала представлюсь. Меня зовут Франс Линд. У меня есть к тебе просьба.       Я стоял как вкопанный, не понимая, как реагировать на его слова. Все, что я понял за тот короткий разговор в центре города, это то, что Франсу что-то известно обо мне и Сирене. Но что именно, я понять я не мог.       — Скажу сразу, — продолжил Франс, подтверждая мои догадки, — я знаю, кем ты являешься. Как и та, с кем ты живешь. Я следил за вами какое-то время.       — Что тебе нужно? — в лоб спросил я, не давая ему развивать эту тему.       Франс склонил голову в бок.       — Сразу к делу? — произнес он, кивнув, — Хорошо. Для начала, я задам вопрос. Ответ на него покажет, в каком направлении будет продвигаться наш диалог.       — А если я совру?       Казалось, Франс был готов к такому. Он перешел на шепот, когда произносил фразу, от которой у меня по спине пробежала волна холода:       — Я продал свою душу одному из демонов. Этого достаточно, чтобы ты ответил мне правдой?       — Более чем, — выдавил из себя я, справившись с дыханием.       Если Франс открыто признался в смертном в Мосгарне грехе, у него определенно имелась на то веская причина. И у него явно не было ни единого опасения, что я выдам его страже. Кто угодно, только не я.       — Ответь, — задал свой вопрос Франс, — Вы причастны к этим убийствам?       Мне не составило никакого труда ответить правду.       — Нет. Мы не имеем к этому никакого отношения. — Затем решил дополнить свой ответ: — Демоны здесь вообще не при чем. Это сделали люди.       — Люди?.. — побелел Франс.       Я кивнул. А Франс окончательно потерял контроль над своими эмоциями. Они сменялись то на облегчение, то на холодную ярость. Он бормотал что-то про то, что стоило рассказать все Лансеру, чтобы тот… Стоп.       — Лансер? — произнес я недоуменно.       Франс понял, что взболтнул лишнего, пытаясь натянуть на себя выражение безразличия.       — Он стал вдовцом, — начал объяснять он, но я сразу уловил недосказанность в его словах. — Он обязан знать, что к этому причастны люди.       Шальная мысль закралась мне в голову.       — Насколько близко вы знакомы? — сменил роли я, начиная допрашивать Франса.       — Я работаю на него. В тайне ото всех, — неубедительно отвечал он, — Нас связывают исключительно рабочие отношения.       — Хреновый из тебя лгун, — ухмыльнулся я.       Франс хотел было продолжить гнуть свою линию про «рабочие отношения», но я не дал вставить ему ни слова. Решил рискнуть, задав следующий вопрос.       — А насколько хорошо ты знаешь Бертольда?       — Бер… — рефлекторно ответил Франс, но запнулся. Посмотрел на меня недоуменно, пытаясь совладать со сбившимся дыханием. Собрался с духом и ответил: — С ним я тоже… работаю.       Я не смог сдержать смешок. Франс врал до конца. Теперь же я был целиком уверен в своей догадке.       — Берни сказал, чтобы я передал Лансеру одно послание. Но раз ты просто работаешь с ними…       — Что он сказал? — перебил меня Франс, разрушая свою ложь в один миг.       — Знаешь, что тебя выдало? — начал я издалека, — Ну, если не считать твоего лица, на котором написаны все твои мысли, — усмехнулся, — Там, в городе, ты переживал за смерть Эмбер так, словно умер самый близкий тебе человек. Берни говорил, что вы были связаны гораздо больше, чем просто дружбой.       Когда я упомянул Эмбер, глаза Франса увлажнились. Он отвернулся от меня, пытаясь их скрыть. Я решил не тянуть резину и перешел к главному.       — В первую очередь Берни попросил передать вам одно послание. Сказал, «золото со мной». Понятие не имею, что это значит. Но говорил, что вы сразу все поймете.       Я хотел было продолжить, но заметил, как Франс, не веря, посмотрел на меня. По его щекам текли слезы.       — Она жива… — сказал совсем тихо, но я расслышал, — Он… он забрал…       — Кто «она»? — не понял я.       — Эмбер жива, — говорил Франс больше для себя, чем отвечая мне, — Берни спас ее. Но почему тогда…       Только ставшая появляться улыбка исчезла, когда он осознал, что я все еще стоял перед ним. В свою очередь, я не мог понять, почему Берни скрыл это от меня. Но больше всего меня поразило не это. Словно миллион мыслей пронзил мою голову в одно мгновение. И если Эмбер не погибла вместе со всеми, то выходит…       Выходит, что именно она и была убийцей.       Я схватился рукой за голову, осознавая причины молчания Берни. Он не хотел, чтобы их друзья знали истинное положение вещей. Я же был не вправе оспаривать это решение. Пускай разбираются сами.       — Они ждут вас, Франс, — ответил я вместо правды, — Мне нужно поговорить об этом с вами обоими. Сообщи Лансеру, чтобы подготовил место для встречи. Но сначала скажи, что за просьба у тебя ко мне была.       В начале Франс не понял, что я имел в виду.       — А… — пришел, наконец, в себя он, — Это уже не важно, — слабо улыбнулся. Я вскинул бровью, замечая расстроенное выражение на его лице. Молчал, пока Франс, вздохнув, не произнес: — Я хотел встретиться… с ней. Прости, не знаю, как ее зовут.       Я догадался не сразу.       — С Сиреной? — нахмурился, — Зачем?       — Хотел вновь увидеть одного из них, — ответил Франс, сжав губы, — Хотел поговорить.       Теперь я был убежден, что он прекрасно видел разницу между мной и Сиреной. Не видя в их встрече ничего дурного, — тем более зная, как тяжело было Сирене круглые сутки находиться в доме одной, — я сказал:       — Я могу познакомить вас прямо сейчас. Но сразу предупреждаю, она с характером.       Франс не стал ждать второго шанса. И уже через несколько минут мы ехали по направлению к моему дому.       Я постучал в дверь. Условный сигнал, когда я возвращался домой не один. С трудом, но я научил Сирену запираться. И сейчас я услышал шаги и звук открываемого замка. Вновь шаги. Услышав хлопок одной из дверей, я прошел внутрь. Следом зашел Франс. Я вновь заметил, как у него дрожали руки.       — Сирена, к тебе пришли, — позвал я, запирая входную дверь, — Выходи.       — Точно? — неуверенно спросила Сирена после небольшой паузы.       — Да.       Я чувствовал, как она сомневается. И прекрасно ее понимал. Но затем она смело вышла из кухни, держа в руках стакан с водой. Увидев незнакомца, она посмотрела на меня с упреком. Словно винила, что не предупредил.       — Все в порядке, — сказал как можно уверенней.       Взглянул на Франса, чтобы и самому в этом убедиться. Но на нем и лица не было.       — Лилит?.. — произнес он одними губами.       Стоило Сирене расслышать это имя, как стакан выпал из ее рук, разбиваясь на осколки.       Я вздохнул так глубоко, как только мог. Понял одну вещь. Если раньше я хоть на мгновенье сомневался в том, что совпадения случайны, сейчас я убедился, что их не существует в принципе.       Однако мне и в голову не могла прийти мысль о том, что Франс мог знать Лилит. Факт их знакомства так и вовсе сводил с ума.       Нет, это определенно не случайность.       И одной из причин, по которой Лилит направила к Сирене Франса, являлось то, что она имела на это полное право.       Ведь именно ей Франс отдал свою душу.