Добраться до завтра

Утро, будильник, Феликс, Дори, песня этих (прости боже) дураков, бардак. Он собирает сэндвич, умывается, выходит на улицу. Пиздецки холодно. И даже знай он погоду, всё ещё не натягивает на себя верхнюю одежду, по извращённому издевается над собой. Мазохист. Собака рычит, Минхо даже не дёргается, нет сил. Пешеходный переход, ждёт зелёный свет, полицейский внимательно за ним следит. Джин и Крис, Минхо ловит девочку, что летит на асфальт. Лия стоит на своём месте, машет ему рукой. Видимо, не помнит ничего. Это к лучшему. Минхо устроил ей ебейшую истерику. Стыдно. На ней нет фартука, просто розовая юбка и белая рубашка. Красных тюльпанов среди её цветов также нет. Видимо теперь действительно всё выстраивается в нужном порядке. Плохо. Минхо плохо. Голова болит до безумия сильно, хочется упасть на землю, воздух не освежает, душит. Мужчина не толкает Минхо потому что он отскакивает в сторону. Подростки так и обсуждают паука, ключи у Ли теперь есть. Открывает магазин и ждёт пока придёт гвоздь программы. Тревожно. Желание разнести всё вокруг присутствует. Желание вести себя адекватно также присутствует. Пока. Терпение лопается мелкими шариками внутри него, скоро плотину прорвёт. Он чувствует. Звонок на двери оповещает о прибытии Джисона. Дышать. Нужно дышать и считать до десяти. Нужно спокойно начать. —Минхо, ты уже тут? –Хан в своей чёрной шапке и всё в той же одежде. Бросает шоппер на стул и подходит ближе к кассе, заглядывая в уставшие глаза Минхо. —Всё хорошо? Ты бледный, –поясняет он, склонив голову. Губы его по привычке смыкаются в полоску и Минхо ненароком вспоминает, как касался их. Нет. Встряхивает головой. Забудь. Безумно хочется съязвить, ударить правдой, о которой он знает, ну, или догадывается. Решает перевести дух потому что собравшийся внутри него комок может значить как капризы, так и слёзы бессилия. Действовать надо аккуратнее. Дни, видимо, на исходе, его жизнь, возможно, тоже. Пять минут перерыва перед самой весёлой частью. Минхо молча берёт телефон в руки и поднимает указательный палец в воздух, веля младшему подождать. Пишет Скотту, что знает о его измене и просит не появляться в его жизни. Хан всё ещё наблюдает. Старший медленно поднимается с места, обходя шатена стороной. Не смотрит ему в глаза, слишком опасно, но Хан так настойчиво ищет момента выловить взгляд Минхо. Нет, не сейчас. Время. Немного передышки. Ли подходит к двери и меняет табличку «открыто» на «закрыто». Брови младшего заметно поднимаются в немом вопросе. —Зачем? –со смешком спрашивает Хан, присаживаясь на стульчик. —Это я у тебя спрошу, –сглатывает слюну и со вздохом упирается спиной о дверь. Это на случай, если тот решит сбежать. —Зачем? –повторяет вопрос Минхо и сам удивляется ровности голоса. Даже не дрожит. Ему правда не хочется громких ссор, больше пугает незнание того, кто находится перед ним. Джисон может быть опасен, и если в его руках время, то… —Ты о чём? –так по-наглому издевается, почти смеётся. —О дне. О пятнице тринадцатое. –он не собирается выкладывать всё как на духу. Нет. Поступит умнее. Он хочет узнать больше, а это получится только если информацию вытягивать кнутом. Ничего, он терпелив. —А что не так? –улыбается Хан и Минхо может с трудом отвести взгляд, —или ты что, веришь в приметы? —Я живу уже двадцатую пятницу, Хан-а, –улыбается краешком губ, сдерживая себя от того, чтобы разбить стекло витрины. —Может мне стоит верить в приметы...–сглатывает он, обдумывая каждое слово, —Ты мне как-то сказал, –идёт вдоль стеллажей, обходя Джисона как можно дальше, —сказал, что нужно искать то, что выделяется из массы, то, что меняется, –младший завороженно слушает, хмуря брови, будто совсем не знает о чём речь. —Я нашёл. Лия, –указывает рукой за окно, —у неё всегда разные фартуки, а сегодня, вот, сегодня вообще без него, –Минхо встаёт напротив парня, —ну а вчера я узнал, что ты даришь ей их. Представляешь? –в горле пересыхает, он подавляет ком и пытается сдержать непрошенные эмоции. Он сильно устал. —Что скажешь?–очень хочет понять реакцию Джисона, но это тяжело. Потому что он почти непробиваемый, такой же, как и всегда. Почему он не реагирует? Он должен знать. —Даришь, чтобы подставить её и отвести подозрения от себя. –заканчивает Ли. —Минхо, я не совсем понимаю о чём ты…и-и фартуки? –он нервно смеётся, —какие ещё фартуки, я правда не знаю… –а вот теперь что-то есть. Незнакомая прежде потерянность на его лице. Почти паника. —Даже не пытайся отнекиваться, Хан Джисон, я знаю, что это твоих рук дело, –прерывает его Ли, зло смотря. —И у меня есть всего пара вопросов. Совсем не много: как это остановить? И почему ты так со мной поступаешь? Он не знает от чего его корёжит больше: от почти опустившихся рук из-за ощущения безвыходности или от факта того, что Джисон делает всё это с ним? Джисон, который покупал ему цветы и улыбался, когда натыкался на его взгляд. Джисон, который...его Джисон. Который стал его. Не смей плакать, Ли Минхо. Не смей. Взгляд Хана резко приобретает серьёзный оттенок. Никаких шуток или отговорок. Он собирается на стуле, садясь ровно. Руки складывает в замок, а глаза устремляет прямо на Минхо. И это тот же взгляд, что и всегда. Обычный. Не злой, не наполненный чем-то плохим. Минхо не видит на стуле никого кроме Хан Джисона. Его Хан Джисона. Коллеги и приятеля(?). Либо Минхо хреново читает людей, либо это правда никто иной, как настоящий Хан. —Почему ты молчишь? –не выдерживает он. —Ты думаешь мне нравится умирать каждый божий день? Сверхъестественное, да? Бог? Ведьма? Кто ты? Какого чёрта ты делаешь это со мной! –кричит последние слова от разъедающей его слабости. Он был сильным, правда старался, но сейчас это…Джисон, который явно виноват во всём, это удар ниже пояса. —Самоучка, –выдаёт Джисон, а Минхо многозначительно поднимает бровь. Молчит. —Прости, я виноват. Ты догадался быстрее, чем я нашёл выход из этой ситуации. Точнее, теперь я нашёл выход, мне нужно немного времени. —О, ну времени то у нас навалом… –не сдерживается от резкого комментария только потому что объяснение Хана его совсем не устроило. —Это, блять, ничего не объясняет! Что происходит? —Ты не один застрял тут. Я тоже. –он гнёт пальцы на руках, поджимая губы. И тон звучит не обвиняюще, а скорее, напротив, мягко так, аккуратно, давая понять, что он чувствует вину. —Я не запер тебя тут, я не наблюдаю, я тоже пытаюсь выбраться. Не верит. Ни единому слову. Не сейчас. —Прекрати защищать себя, я никогда не поверю в твои слова потому что ты всё время врал мне! Ты притворялся, что не помнишь ничего, т-ты… –голос срывается, когда Ли вспоминает всю боль пережитую им здесь за все двадцать дней. —Ты не имеешь права так говорить! —Мне жаль, слышишь? Правда жаль, –он поднимается со стула с намерением подойти, но Минхо пятится назад, выставляя руки перед собой, —Не смей трогать меня, –с испугом кричит Минхо и Джисон отступает. —Не буду, правда не буду, прости. Но я тебе не враг. Клянусь, –он садится перед ним на колени, медленно, словно преступник. Руки подняты вверх, смотрит прямо в глаза. —Я буду здесь, и ничего тебе не сделаю.Просто выслушай, ладно? –его большие глаза блестят из-под ресниц, —последнее, чего я хочу-это навредить тебе. Это даже смешно. Потому что девятнадцать смертей скорее всего значительный вред. —Говори, –кивает Хо, хватая табуретку недалеко от себя. Он тянется к боковому карману джинсовки, достаёт армейский нож, —теперь говори, –в голосе слышится нотка спокойствия. —Без глупостей, хорошо? –Джисон заметно испугался, напрягая жевалки. Он оставит его в живых, очевидно. И не только потому что проникся чем-то к этому парню, а в большей степени потому, что, в конце концов, это его единственная надежда на то, чтобы выбраться отсюда живым. Он выслушает его. Обязательно. Главное не срываться. Он удобно сидит на полу, при желании можно ударить его по затылку и тогда...главное ударить не так, как Скотт ударил Минхо, а то всё будет плохо. Так нет. Это крайний случай. —Я не буду ничего делать пока ты меня не трогаешь, –заявляет Минхо и Хан кивает, соглашаясь с условиями. —Это произошло случайно. И я не кто-то из тех, кого ты перечислил: ни ведьмак, и тем более не бог. –он криво усмехается, —а жаль, я люблю мистику. —У меня всё ещё есть нож, –серьёзно произносит Хо, не находя в себе сил слушать шутки. Джисон быстро собирается с мыслями. —Я просто…проводил эксперимент, –вздыхает он. —Мой диплом в универе, пишу про квантовую физику и по факту, эта махина, что я собрал, –кивает головой в сторону подсобки, —она должна замедлять и отматывать время, помогать в процессе учёбы, делать жизнь студента проще, понимаешь? –Интересуется Хан, но ему не отвечают, — но…что-то пошло не так, –Минхо смеётся. —А всё потому, что ты не грёбанный Эйнштейн, Хан Джисон, что за херню ты несешь? –абсурд. Это абсурд. Они же не в научно фантастическом фильме, какая нахрен машина времени? —Я не вру. Аппарат стоит в подсобке внизу, хочешь–посмотри. –Минхо с подозрением щурится. —Берёшь на слабо? —Доказываю, что я не маньяк и не странное существо, которому подвластно время, –быстро отвечает тот. —Даже если так, –Минхо кидает быстрый взгляд на дверь в подсобку и снова возвращает его к парню, он не станет сейчас идти туда. Опасно. —Причём тут я? Почему? Почему ты и я? –Джисон молчит и кусает губы, в глаза не смотрит. —Хан-а! –обращение вырывается из Ли раньше, чем он это понимает, прикусывает язык, —я не шучу, -тихо добавляет он. —Ты умираешь, –Хан поднимает глаза словно боится увидеть что-то. —А я, знаешь ли, и не заметил, –язвит Минхо на что младший кривится. —Не понимаешь! –перебивает он, —Ты умрёшь. В реальности. Умер, точнее, и тогда я включил её. –Минхо бегает глазами по лицу шатена, ища намёки на ложь, но всё ещё не видит никого кроме обычного Хана. Не может быть. —Что? —Твой долбанный паренёк, –с особым призрением бормочет Хан, —он псих и приревновав ко мне, он ударяет тебя, –пересказывает Джи сюжет первого дня. Минхо не нужны напоминания. Он помнит всё слишком хорошо. —Я помню, спасибо, –кивает Минхо всё ещё смутно нащупывая нить повествования. —Так вот, тогда я и сделал это. Это случайность, я понимаю, но ты ударился затылком и умер. Мгновенно, –горло сипит, когда старший пытается ответить поэтому он просто прокашливается, позволяя Хану продолжить. —Я вызвал скорую, но было ясно, что ты уже мёртв. Пульса не было, –возникает ощущение, что Джисону тяжело говорить об этом, он словно старается не проникаться своим же рассказом, но получается с трудом. —Я решил, что терять нечего, решил включить аппарат и попробовать отмотать время, чтобы успеть тебя спасти, –он снова ловит взгляд Минхо. —Что-то пошло не так, замкнуло…–Джисон взмахивает руками не в силах больше сдерживать эмоции, а Ли сильно вздрагивает всё ещё опасаясь его. Джисон, быстро опомнившись возвращает руки на место, сильно хмурится. —Прости, прости, мне тяжело даётся это... В общем, замыкание и…мы застряли. Каждый божий день ты погибал. Я починил машину, исправил ошибку, но если бы я включил её в рандомный момент, то тебя бы не было в живых. Я искал комбинацию, при которой ты останешься со мной. Живым, –поправляет сам себя. —А запуск машины требует времени почти 5-6 часов и при всём желании я не успевал и собрать её, и сохранить тебе жизнь. Дыхание спирает, глаза застилает мокрая пелена. Воздуха внезапно становится категорически мало. Минхо останавливает себя от того, чтобы сделать слишком громкий вдох. Нехватка воздуха всегда происходит, когда он нервничает. Руки трясутся от осознания. Хан хотел спасти его? Жертвовал собой ради…него. На подкорке сознания есть мысль о лжи, но как он уже сам отметил, всё, что видит в глазах напротив –это настоящий Хан. Пускай в людях Минхо не разбирается совсем, но Джисона…Джисона он разгадал давным-давно. —Получается ты нашёл комбинацию, –хрипит Минхо, быстро моргая, сгоняя дымку с глаз и вспоминая их совместный вечер. —Получается так, –кивает Хан, смущённо пялясь в пол, —единственная комбинация, где ты жив, это та, в которой мы…–он прочищает горло, —в которой мы вместе у тебя дома. —Если я тогда остался жив, то почему всё началось снова? —Потому что замыкание состоит в круговом движении, оно ни от чего не зависит, не от порядка действия точно, и как бы ты не закончил день, оно не прервётся без починки машины, –поясняет Хан, —это как конец игры: после смерти ты начинаешь сначала, с исходной точки и твоя цель–выжить, а после прохождения…–он неопределённо молчит, — после прохождения всей игры тебе остаётся только начать снова потому что сюжета дальше нет. Поэтому было важно сначала узнать комбинацию, а потом запускать машину...–молчит, Минхо почти слышит как он думает, —ну, ты понял, что это занимает много времени и если я это сделаю, то назад нет дороги. Я должен был быть уверен в том, что всё пройдёт хорошо, и что тебя не заклюёт курица по дороге домой. —Эй! Курица меня не клевала, –обиженно верещит Минхо. —А могла бы! Поэтому надо было быть аккуратным. —Как заканчивалась твоя петля? –обрывает Джисона Ли и смотрит пристально, чувствует себя как детектив на допросе. Пока подозреваемый имеет хорошее алиби. Не за что упрекнуть. —Смертью, твоей, –неохотно говорит Хан. —После неё я сразу переносился в начало дня. Я –второстепенный персонаж, от тебя зависит игра, –настаивает шатен, —цель –это твоё выживание. —После твоей смерти все персонажи переносились в начало. —Вот как, -неоднозначно мычит парень. —После того как ты понял какая верная комбинация…ещё целый день ты играл дурака, даря Лие фартук, а мне-цветы, зачем? —Мне нужно было время, чтобы настроить аппарат до конца. Вчера я это сделал уже хотел идти за тобой, но…–он прикрывает глаза, —ты убил себя сам, да? —Я говорил с Лией и понял, что это ты. Мне нужно было обновиться, знаешь? Не то я бы опять умер, –Минхо сам удивляется своей игровой лексике. —Обновился? –кидает Хан с наглой ухмылкой. —Замолкни, –шикает на него Ли, почти ощущая как воздух обдувал его пока он летел с пятого этажа. —Окееей, –смеётся шатен, —сейчас мне нужно снова собрать Нику потому что из-за твоего обновления она пустая. Снова. —Нику? –удивляется старший. —Какую, нахуй, Нику? —Так называется моя дипломная работа. –смущённо бормочет Джисон, опуская глаза. —Та-а-к, ладно. Но...ты меня обвиняешь? –продолжает Ли, услышав вразумительный ответ на первый вопрос. —Не смей! Если бы ты сразу всё сказал, то я бы не стал... —Не буду, –Хан поднимает глаза к старшему. —Можно я встану, у меня ноги затекли…-шипит он, —я не стану тебя трогать хотя бы потому что я затеял всё это только чтобы оставить тебя в живых и меньшее, чего я хочу–твоей смерти. –Минхо заметно дёргается на его движения и поздно понимает это. Хан останавливается, также сидя на полу. —Умоляю, не бойся меня, –шепчет Джисон еле слышно, его глаза опасно поблёскивают. —Только не ты, прошу. Я не трону тебя, слышишь? Ни за что и никогда не трону. –Минхо знает о чем он говорит. Потому что чувствует, но слабо понимает как ему с этим справиться. Он испуган, боится приблизиться из-за подбитого напрочь доверия. Он хочет, но может только словно зашуганный щенок подрываться назад, стоит Джисону шевельнуть рукой. —Вставай, –собравшись кивает Ли, но нож всё ещё держит в руках. Бережёного бог бережёт, но существование Минхо сейчас, мягко говоря, под сомнением, Джисона нужно отпустить. —Но всё это, –он многозначительно обводит рукой помещение, —Всё это не объясняет того, что ты притворялся. Врал мне, –вдруг выпаливает Минхо, ощущая горячую обиду в груди. Он понял мотив всего действия, но враньё он не потерпит. Никогда. —Ты прав, я немного…воспользовался моментом, –бубнит Хан, отряхивая колени от пыли, —ты мне нравишься. Давно. И очень сильно. Скорее всего ты в курсе, –посмеивается младший и смотрит прямо в глаза. Смелый Хан Джисон–новинка, но возможно двадцать дней, прожитых в петле, дают о себе знать. Ему уже нечего терять. —Я решил, что это хороший вариант…ну, посмотреть на меня по-другому, –он смущённо бормочет это и прикладывает ладони к своим уже покрасневшим щекам. —Ты достоин лучшего, Минхо. И я понимаю, что это лучшее–не я, –горький смешок. —Я долго врал тебе. Прости. Я запаниковал. И вообще изначально думал, что ты ничего не помнишь, что в петле осознанно нахожусь только я, а потом…одно к одному… —Вытащи нас отсюда, –перебивает его Минхо. Его лихорадит от всего того, что он услышал. Он злится на Хана также сильно, как и благодарен ему, но сказать об этом вслух не сможет. Слишком обижен. —Вытащу. Всё будет нормально. –отвечает он, улыбаясь краешком губ. —Разрешишь мне спуститься в подсобку? –интересуется он всерьёз. —Ты не мой пленник, –Джисон открывает рот в попытке что-то сказать. —А…о, ладно. Пошли со мной, если хочешь, –он хочет, и он идёт. Не только чтобы контролировать гения Хан Джисона, ему по-человечески любопытно. Минхо далёк от науки. Прям ну очень далёк. И навряд ли у него получится понять хотя бы часть принципа работы машины, но поглазеть он не против. Джисон спускается в коморку по скрипучим деревянным ступенькам, а Минхо следует за ним по пятам, попутно рассматривая всё вокруг. Обходит небольшой аппарат, боясь тронуть. Ника больше напоминает сферу или диско-шар, на крайний случай. Она не блестит, обделана металлическим покрытием, сверху крышка, туда Хан залазит с головой, ковыряясь и бурча что-то под нос. Очень внимательно читает чертежи в своих руках, тщательно подбирает нужные шурупы и недостающие детали, шумит инструментами и изредка подходит к небольшой доске, где фломастером записывает примеры. У него в голове, кажется, только нужная ему формула и готовая модель Ники. Почти три часа Хан беспрерывно работает над аппаратом, не отвлекаясь ни на малейший шум. Минхо может только скучающе болтать ногами из стороны в сторону и читать одну из затерявшихся тут книжек. Он время от времени качает головой, слегка дергаясь под ритм музыки, что льётся сверху. Стал спокойнее потому что Джисон пытается вытащить их, а не убить Минхо. Но его вдруг резко озаряет, и Ли прерывает затянувшуюся тишину. —Подожди...–почти вскрикивает он, заставляя Хана подпрыгнуть и схватиться за сердце. —Получается ты...ты помнишь всё? Прям вообще всё? –Джисон устало кивает, скидывая шурупы в коробку. —Пиздец. –Минхо качает головой, вспоминая всё, что успел сделать за эти двадцать пятниц. —Ты видел меня голым... –Джисон легко посмеивается, откладывая бумаги, словно в этом нет ничего особенного. —Если тебе от этого станет легче, то мне понравилось, –хрена с два легче. Джисон подмигивает, подбирая запчасти. Ещё и имеет наглость так открыто…заигрывать? Хам. —Позор, какой позор...–верещит Минхо, даже не имея возможности съязвить Джисону, его стыд перекрывает все остальные эмоции. —Это позорище, –он трет лицо рукой, пытаясь не показывать румянец на щеках. —Блять, я ещё и целовал тебя...раз пять. —О да, это мне тоже понравилось! –чересчур весело отвечает Джисон и Минхо одаривает его тяжёлым взглядом. —Но потом мы как бы...ещё и у тебя дома...целовались. Долго. —Это был единственный раз, когда я не насильно целовал тебя, –со смехом произносит Ли на что Хан хихикает. —В любом случае, я ни разу не был против, не переживай. —Какой же ты жук…–смеётся Минхо, спрыгивая со стола и кажется отпуская часть груза с груди. Всё как-то легче. —Ты воспользовался ситуацией и выходишь из игры победителем! —Что это значит? –удивлённо вскидывает брови Джисон. —Забей, –Ли решает не продолжать разговор. Хан только пожимает плечами. Джисон отряхивает руки и вытирает их салфетками, чтобы стереть всю пыль и следы от масла. Он аккуратно закрывает крышку сферы и отходит к розетке, держа провод. —Итак, –взволнованно начинает он, качая головой, —сейчас я включу Нику. —Ну ты и чудик, –вслух произносит Минхо и Джисон непонимающе поворачивается к нему, —ну, давать имя предмету…–Хан устало закатывает глаза, не находя ответа. —После её включения нужно около пяти часов на перезагрузку. Затем установится таймер, который замедлит время в моменте между 11.55 и полуночью. И ровно в 12.00 она сработает как нужно. Разорвёт петлю и восстановит обычный ход времени. —Ты уверен? –Джисон скептично оглядывает Ли. —Я провёл двадцать пятниц работая над этим, –выдыхает он устало, —да, Хо, я уверен. —Прости, что сомневаюсь, но знаешь, у меня есть причины, –заявляет он, складывая руки на груди, —и мне просто не верится…после всего этого... –он рукой обводит помещение, сбавляя тон. —Я понимаю, –улыбка тёплая. —Всё нормально, –тянется к розетке и вставляет шнур. Звук похож на работу насоса. Ничего необычного, провода от Ники чуть искрятся. Минхо не спец, но может предположить, что касаться их не стоит. Он отходит назад, испуганно разглядывая эту дьявольскую машину. —Что теперь? —Воспроизводим ту комбинацию в который ты остался жив, –Джисон правда пытался скрыть свою улыбку, но её было видно слишком хорошо. Минхо хмыкает. —Извращенец. —Не правда. Я ни разу не переходил границы. И не планировал, –серьёзно произносит Джисон несмотря на довольно шутливый тон Минхо. —А что тебе мешало? –заинтересованно спрашивает старший, подлавливая нужную ему тему. —План то был хороший, я бы думал, что ты ничего не помнишь, тебе на руку, –Джисон устало проводит рукой по волосам. Ему не нравится это разговор. —Я знаю, что ты злишься на меня за всё, и я прекрасно понимаю тебя. Я бы тоже злился, будь я на твоём месте. Я поступил отвратительно, когда решил врать тебе. Я не могу оправдать себя потому что адекватной причины поступка просто нет, –он всматривается в глаза напротив, —искушение слишком велико, да? Особенно когда дело касается чего-то вроде…чувств? –хмурится он, будто сам смущается таких громких слов. —Не знаю, что ты сейчас думаешь обо мне, но...мне никогда не нужен был от тебя секс, Минхо. Я хочу чего-то большего...всего тебя, например. Прогулки, свидания, цветы...всё это.... —Ты прав. Ты поступил отвратительно, –завершает Минхо монолог парня, поднимаясь по ступенькам вверх. Горло саднит от невысказанных слов. Он не может ничего с собой поделать. Его душит обида. Вредный дьяволёнок внутри рвёт и мечет и не позволяет Минхо отпустить это. Он простил. Хотя бы потому что чётко понимает-его спасли. Но дело в том комке чувств внутри, распутать его тяжелее, чем кажется. Тишина, что сопровождала их всю дорогу была не комфортной. Минхо чувствовал это всем своим нутром и ощущал чужую неловкость так, словно её можно было потрогать. Но он имеет право молчать, он обижен и скрывать это не намерен. Это действительно хреново, когда лжёт тот человек, от которого ожидал подставы меньше всего. Этот недоделанный Эйнштейн, скорее всего, незапланированно, но даёт знать, что ему хреново. Коленка его безостановочно трясётся, а сам он словно вскользь смотрит телевизор, пытаясь справиться с нехваткой кислорода. Какое же он недоразумение. —У тебя тревожка? Я как будто в тележке еду, весь диван дрожит пока ты стучишь ногой, –вякает Минхо, шлёпая парня по коленке. Джисон молча кусает губы. Минхо убирает руку с его ноги и снова переводит взгляд к экрану, где идёт одна и та же серия тупого сериала. Старший фыркает. Они сидят в его квартире, где бардак, устроенный Феликсом всё ещё присутствует. Минхо даже не стыдно за беспорядок, плевать. Он откидывает голову на спинку дивана и пялится в потолок, раздумывая над всем произошедшим. Тяжесть в груди так и не уходит. Может дело в том, что он всё ещё в подвешенном состоянии, учитывая ситуацию, а может дело и вовсе в Хане, который старательно пытается не нервничать. —Ты правда не боялся опробовать аппарат только из-за моей смерти? –начинает Ли, чувствуя, что ещё несколько часов в тишине он не выдержит. Джисон округляет глаза. —Только из-за смерти? –повторяет он. —По-моему это весомая причина, –поясняет Хан, неопределённо качая головой. —Я ведь тебе никто, –добавить бы «был», но он всё ещё ни в чём не уверен. —Ты не был никем для меня. Я вроде как...был влюблён. Влюблён, –повторяет он, делая пометку на настоящем времени. —Да это и не так важно. Я был бы согласен на всё, чтобы тебя просто не убили. В этом и суть, изначально я никак не планировал делать…этот вечер, –обводит рукой всё вокруг. —Типа…ты сам позвал меня, а я просто поддался… —Искушению, –Минхо напоминает его же слово, ловя испуганный взгляд. —Всё нормально, –кивает Хо, давая понять, что принял ситуацию. —Да. Да, именно так. Я хоть и притворялся тем, кто ничего не знает, но у меня не было цели остаться с тобой навсегда, потому что это эгоистично. Я думал, что будь ты просто дома, один, это сработает, но…тебя постоянно настигала смерть. —Почему так? Эта комбинация…значит ли она что-то? –Джисон чуть посмеивается. —Я не знаю, Минхо., –он вздыхает. —Я знаю только систему работы Ники. Это перемотка времени, а вот что касается…судьбы или чего-то духовного вроде этого, то я понятия не имею. У меня есть только формула и расчёты. Это всё, –он взмахивает руками в воздухе, обозначая свою бессильность. —Всё, в чём я силён, –Минхо отворачивается. Он не был из тех, кто верит в подобное, но мысль о судьбе настигает его врасплох. Что если правда...что если Хан единственный, кто способен оставить его в живых? —Просто это забавно. Не умереть только при единственном раскладе. С тобой, –видит краем глаза, как Хан кивает. —Но даже несмотря на эту петлю…у меня были серьёзные повреждения, которые зафиксировали врачи, а значит…всё это было реально, –Джисон хмыкает. —Ты сомневался в этом? —Чуток, –задумчиво тянет он. —Если здесь у меня серьёзные повреждения, но я жив, то может это не совсем реальность...то есть, что если тут всё работает иначе? –он с надеждой смотрит на Хана. —Ты уверен, что я буду жить? –решает напрямую задать вопрос, который мучает его весь день. И Джисон в этот момент только жмёт губы. Делает так, когда не уверен в чём-то, когда много думает и когда хочет сказать что-то волнующее. Минхо выучил язык его тела. Когда эта мысль доходит до его мозга, то он испуганно вздрагивает, понимая, что попался на задумку младшего. Он не просто выучил его. Он знает его. Чреда дней заставила смотреть на Хана по-другому, по-особенному. И дело не в том, что раньше он его не замечал,у обоих была своя жизнь и хоть они пересекались каждый день в магазине, это мало что меняло. Они были чужими, их истории не переплетались, а теперь, внезапно все нити запутались. —Как я уже сказал, –начинает Хан, —я не знаю всей системы. Я не гений, просто самоучка, который смог рассчитать формулу, но рассчитать последствия, мне-студенту, не под силу. Прости за это, но я не могу ничего обещать, –упирается головой о руки. —Всё бы сработало будь это в первый день, но нет. Девятнадцать смертей, –он качает головой. —Я ни в чём не уверен. —Ты не должен извиняться. Точно не за это, –отвечает Минхо, дотрагиваясь до чужой ладони, сам не понимая зачем. Желание коснуться резко вспыхнуло в нём огнём. —Ты пытался меня спасти, лучше попробовать и умереть, чем просто оставить как есть, –улыбается он, удерживая клокочущее сердце. Он не хочет умирать. Не сейчас. Но возможно это его последний вечер. Время показывает 10.56. Скоро. Совсем мало времени, а оставаться ни с чем–тоже плохо. Он решает наступать. —Твоя схема сработала, кстати, -убирает руки Хана от его лица, чтобы посмотреть в глаза. —Я влюбился, –склоняет голову набок, замечая невесёлую улыбку. —И знаешь, дело не в обстоятельствах. Ты всегда мне нравился, но мы не узнавали друг друга лучше. Я рад, что у меня появилась такая возможность. —Нет, пожалуйста, –хнычет Джисон, —ты словно прощаешься, –возможно так и есть, но Минхо проглотил эту мысль. —Слушай, я тоже не гений, и вообще далёк от квантовой…физики? –Джисон кивает. —Поэтому я понятия не имею, но если есть вероятность моей смерти, то можно я ещё раз сделаю то, что мне так понравилось? –младший заинтригованно кивает и Минхо больше не смущается. Перекидывает ногу через бёдра младшего, садясь на него всем весом. Ощущает гулкое сердцебиение под грудной клеткой. Нервничает так, словно собирается целовать его впервые. —Уверен, что хочешь этого? Я врал тебе. —Если ты не хочешь–так и скажи, –обиженно дуется Минхо и принимается слезать вниз, но его хватают за талию. —Успокойся, Хо-я, я хочу. Мне понравилось, когда ты подбегал ко мне и целовал, как в последний раз, –они оба замолкают на пару секунд потому что это правда может быть последний раз. — Дурацкая формулировка. —Всё нормально, –Минхо тянется ближе, обнимая шею и утыкаясь носом в нос Джисона. —Целуй теперь ты. Если бы Минхо дали возможность проживать день, который будет заканчиваться так, то но бы согласился, не думая. Каждое прикосновение к телу – обжигает несмотря на слои одежды между ними. Поцелуи аккуратные, совсем не требовательные, больше чувственные, терпеливые. Он не хочет думать о чём-то кроме Джисона сейчас, ни о петле, ни о Нике или последствиях. Ничего из этого его не интересует. В моменте он удивляется, как много можно чувствовать просто целуясь с кем-то. Для него поцелуй никогда не был особенным, просто этап в отношениях, это приятно, но не более, есть вещи серьёзнее этого, но…кажется сейчас он считает иначе. Губ Джисона ему может и недостаточно, но это всё, что нужно прямо сейчас. —Есть одно но, –вдруг вставляет Джисон, -со чмоком отрываясь от блестящих губ Минхо, на что второй тихо стонет. —Почему сейчас? —Пока вспомнил, –бормочет Джисон, потираясь носом о мягкую щёку. Его руки покоятся на пояснице, поглаживая спину. —Что опять? –вздыхает Минхо, нетерпеливо ёрзая на коленях. —Мы можем забыть. –тыкается холодным носом в скулу, будто пытаясь заглушить свои же слова. —Что? –удивляется Ли, отталкиваясь чуть дальше, чтобы видеть глаза парня. —Ты или я, мы можем забыть всё. –шепчет Джисон куда-то в шею и не останавливает поглаживания по спине. —Нет, нет, нет. Как? Почему? –быстро тараторит он, нервно моргая. Он чувствует, как груз упавший с плеч снова наваливается на него, грозя раздавить. —Скажи, что шутишь. —Говорю же: сбои, замыкания. Она не стабильна. Но мы вернёмся. И ты будешь жив. –лёгкая улыбка, но за ней есть что-то, что он прячет. Грусть. —Если я всё забуду? —Мне стоит напомнить тебе? –он звучит серьёзно. Его вопрос вполне серьёзен и за это хочется сильно ударить. —Ты не посмеешь оставить всё только себе, слышишь? Ты всё напомнишь. Ты должен всё напомнить. –Джисон кивает чуть заторможено, обдумывая что-то. —Ты будешь счастлив и без меня, –вдруг возражает он. —Я знаю это. —Хан! –он толкает его в плечо. —Я хочу всё помнить. –звучит он даже угрожающе. —Но это ведь не точно, да? Мы можем и помнить? –кивок. —Я понятия не имею, что может быть, –в очередной раз напоминает Джисон и кажется ему крайне тяжело говорить это. —Да, точно, прости. Прости пожалуйста. —Даже не знаю…стоит ли прощать тебя, –с сарказмом подмечает младший, получай шлепок по шее. Оба смеются, Джисон чмокает Ли в нос. —Несмотря ни на что, я тебя люблю, Минхо-я. Не думаю, что твои чувства также сильны, но…просто хочу сказать это сейчас. —Я…–Джисон целует его, не давая закончить, а когда отстраняется, то шепчет в самые губы. —Скажешь мне об этом в субботу четырнадцатого, хорошо? —Скажу. На настенных часах 11.55. —Мы сейчас уснём, да? —По классике жанра... –тянет Хан, укладывая голову старшего себе на плечо. —Спокойной ночи, Хан-а. —Спокойной ночи, Минхо.

***

Настойчивый свет солнечных лучей пробирается сквозь шторы. Будильник орёт громко. Нет. Нет. Нет. Пожалуйста нет. Дори кусает за нос. Он открывает глаза. Феликс бродит по комнате и Минхо с опаской поглядывает на него... —Какое число, Ликс? —Пятница тринадцатое, –хищно улыбается он с зубной щёткой во рту. В глазах мелкие поблёскивание, словно всё теряет свою форму. Почему снова? Минхо вздрагивает, слыша неожиданный грохот на кухне. Такого раньше не было... —Ликс, а где кофе? –проёме появляется Джисон. Минхо глупо моргает, смотря то на одного, то на другого. —Ты проснулся? Наконец-то, доброе утро, –Хан мигом оказывается на кровати, бережно поглаживает плечи и чмокает макушку старшего. —Ты что сказал ему? –замечает испуганные глаза Минхо. Хан оборачивается, поглядывая на хихикающего Феликса. —Блять, он реально побледнел, ты что, не врал мне? –выпучивает глаза младший Ли, держась за сердце. —Я думал вы перепили и потрахались, а вы....блять, петля? —Ты дурак? –Минхо со всей силы швыряет подушку в блондина, слыша болезненные стоны. —Я умирал ёбанных двадцать раз! Я такой злой, что лучше тебе не лезть ко мне....Феликс Ли, я тебя урою, понял? –громко орёт Минхо пока Джисон прикрывает уши. —Эй, у нас получилось! –Джисон одёргивает Минхо, вырывая его из мыслей. —Слышишь? Получилось, Минхо! –он молчит, мелкие слёзы блестят в глазах и Джисон лишь утягивает его к себе, сильно прижимая. —Я тоже люблю тебя, гений Хан Джисон, –сипит Минхо, потираясь о шею парня. —Слышишь? Люблю! –чмокает в губы быстро, почти хаотично пока Хан не останавливает его, чтобы утянуть в длинный и тягучий поцелуй. —Нет! Трахайтесь не при мне! –орёт Феликс, закрывая глаза при входе в гостиную. —Не будем, а то напишешь потом в лифте всякое, –смеётся Минхо, всё ещё обнимая Джисона. —Да сколько вам говорить! Это не я писал про Хвана! Не я!!!! И дни выстраиваются в своём порядке, позволяя забыть злосчастную пятницу тринадцатое. Минхо всё ещё боится. До дрожи в коленях боится умереть или оказаться в петле снова. Возможно внутри он всё ещё побаивается и своего парня. Боится полностью доверять Джисону или с опаской относится ко всему, что он говорит, но Хан клялся, что эта ложь была первой и единственной. И пока он подтверждает эти слова, Минхо спокоен. И пока пятница тринадцатое не мелькает в его календаре, он тоже спокоен.