Истории

      «Я никогда не был хорошим человеком.       Я никогда не был хорошим боссом.       Я никогда не был хорошим мужчиной.       Так почему мне так больно? Больно смотреть на то, что единственная, кто была со мной так долго, хотя, кажется, появилась вчера, плачет?»       Лют просит его остаться, даже зовёт по имени, но единственное, что получается из себя выдавить — это слабая улыбка. Ему бы хотелось обнять её, утешить и вытереть слёзы.       Адам не любит Лют, но она так похожа на Лилит…       Ему жаль. Жаль, что когда-то он был таким ужасным человеком, совершил так много жутких вещей. И вот он умирает так по-глупому, так низко и смешно.       Если бы он мог что-то сказать, то сказал бы лишь одно: «Спасибо. Спасибо за многое, что ты сделала для меня».       «Я не был кем-то хорошим, вечно порождал грехи, но при этом ты в меня верила, считала и, наверное, даже сейчас считаешь святым.       Я не был примером для подражания, но ты всегда с таким восхищением говорила мне: «сэр». Всегда участвовала в моих выходках, запевая со мной, оглашая тот злосчастный приговор об истреблении через полгода.       Я не был хорошим примером мужчины. Я не джентльмен. Моя речь наполнена огромным количеством мерзких шуток и фраз, а движения — ненавистью и злобой, но ты реагировала так, будто в этом нет ничего такого».       Адам не любит Лют, но она так похожа на Еву…       Такая же до одури наивная, ласковая и нежная. Думали, она только саблей махать да по ебалу давать может? Как бы не так. Ох, нет-нет, далеко не так.       Такая же до жути милая. Иногда было просто забавно смотреть на её реакции. На то, как она легко и непринуждённо улыбается, на её милую карешку, на её красивую, похожую на песочные часы, фигуру.       «Такая красивая. Просто красивая… Я никогда не был хорош в стихах и прочей сопливой драме».       Всю свою жизнь Адам был наполнен злобой, ненавистью, отвращением к женщинам. Лилит его променяла на Люцихера, а Ева поддалась на искушение того же Люцехрена.       Адам никогда ей об этом не говорил… Но он так боялся в один момент увидеть, как Лют тоже уходит к Люциферу.       Когда эта задница пришла, припомнила эту всю историю, Адам хотел рвать и метать, но не от того, как он поступил, а от того, как мог бы поступить.       «Я испугался.       Испугался, что он заберёт тебя. Испугался, что он украдёт тебя, отнимет, и ты будешь третьей.       В ту секунду меня переполнял гнев. Мне было уже плевать на прошлое, но не было плевать на тебя! Я не хотел, чтобы он забрал и тебя! НЕ ХОТЕЛ! И это стало моей ошибкой. Проклятой, словно этот ёбаный ад.       Я потерял бдительность, и случилось, что случилось… И мне жаль.       Насколько в принципе может сожалеть умирающий разум?       Наверное, это глупо… Безумно, бессмысленно! Но…       Я счастлив. Очень сильно счастлив. Ведь тебя, милая Лют, он не смог забрать. Я победил.       Однако всё же мне жаль. Жаль, что эта победа далась мне такой тяжёлой платой. Мне жаль, Лют, прости меня. Я ужасный ангел, да? Надеюсь, ты сможешь меня простить. Ты всегда меня прощала.       Куда я отправлюсь? Где я буду? Чем или кем я стану?       Я не знаю. Моё сознание просто сыпется. Эти мысли плывут, утекают и растворяются где-то там, за краями моего разума.       Но, знаешь, Лют… Мне не страшно, больше не страшно. Ты ведь никуда не ушла! Он не забрал тебя! Я… Я защитил тебя…       Знаешь, я никогда этого не говорил, но…       Ты милая, красивая, умная, классная женщина!»       Лют так похожа на Лют.       Она строгая, но в ней есть доля юмора. Она выглядит стальной, но в ней есть мягкость. Она жестока, но по существу и справедливости.       Она прекрасна. Она венец этого ёбаного мира.       К её ногам хочется положить всё, что она попросит. Даже если это голова самой Вегги! Или Чарли! Или кого угодно!       «Знаешь… Если бы мы появились вместе, если бы ты была заместо Лилит… Всё было бы хорошо, этого дерьма не произошло бы…       Я никогда этого не говорил. Никогда, ведь мне было так страшно… Но…       Я.       Тебя.       Люблю.       Жаль, ты этого уже не слышишь».