Умер, но не воевавший

Прошло два года. Для кого-то они тянулись долго и мучительно, а для кого-то как страшный сон. Проснулся, забыл и так по кругу. Вова выходит из поезда всё на тот же серый, невзрачный перрон, где несколько лет назад его провожали на Афган. Тогда он думал, что в последний раз видит отца и Марата, но нет. Живой. Немного шрамов. Ничего страшного. Не вернёшься же ты оттуда

***

—Маратик— протягивает Суворов. —Вова— бежит к нему младший. —Вова вернулся! — Марат налетает на брата с объятиями. —А я думал, ты только на следующий– отходит от старшего Марат, а Вова смеётся. —А чё не пишешь нихрена— —А я думал, вас там читают— замялся младший. —Кому ты нужен-то, кроме меня, Маратик— младший сжимает губы в полоску образуя ухмылку и подходит ближе. Вова оборачивается на него. —Нахрен сними— говорит Суворов смотря на чёрную кепку с говорящей надписью «U.S.A» Марат сдёргивает её с головы и прячет под куртку.

***

—Здарова пацаны— заходит Вова в качалку. К нему сразу же подлетает Турбо. —Вааа Вова— улыбка чеширского кота растекается по лицу Валеры. —Уезжал зимой и вернулся зимой— приобриобнимает он старшего. —Кто-то сказал зима?— в качалку входил Вахит. —Вова? — приглядывается он.—Вова!—Зима подходит ближе протягивая руку для рукопожатия. Вова тянет руку в ответ. —Ты давно приехал то?—спрашивает Зима, уголок его губ дрогнул. -Письмецо хоть бы черканул. Встретили бы— —Не переживай ты так. Нормально всё— отмахивается Суворов. —Рассказывайте, как улица? Наташка? Кащей...— —Да ты как уехал отшили мы Кащея или он нас отшил. Не до конца разобрались— начал Турбо. –Улица божеский вид стала приобретать. Всё по старому, по нашему— радуется Валера, как ребёнок радуется. —Пацаны с района видели Наташу с кем-то из чужой группировки. Темно было непонятно кто, но не из наших– чуть замялся Зима. — А Кащей, а что Кащей? Всё тот же. Вечно молодой, вечно пьяный. Если не угашенный.- куда-то в сторону прошептал Вахит последние слова. Прикипел я к тебе как-то

***

Суворов стоит за дверями подсобного помещения. Хочет войти, но медлит. Рука то тянется к ручке двери, а потом, как током удареная отстраняется от неё. Ожидать можно чего угодно. То ли он сейчас пьёт, то ли колется, а то ли дело развлекается с местными блядями или делает два дела одновременно. Кащеевская многозадачность иногда превосходит меры возможного. Вова решается открыть дверь. Не постучавшись ради «приличия», просто заходит. Дверь закрывается и он опять же, в том же положении, стоит облокотившись на неё плечами. –Кого я вижу– щербатая улыбка появляет на лице Кащея. –Я вроде ещё не угашенный, но опять тебя вижу– покачивается Кащей. –Всё ещё пьёшь. Не надоело? – –Опять пришёл меня учить– ухмыльнулся старший. –Да в смысле опять? Я приехал сегодня только– не понимает Вова. –В смысле?– глаза Кащея округлились. –Ты настоящий? Ну в смысле живой? Ну... Ай блять, да похер– махнул рукой старший и подходя ближе обнимает Суворова. Кащей утыкается носом в плечо Вовы и прикрывает глаза. Нравишься ты мне, Вова Суворов обвил его руками, прижимая слабое тело к себе. Можно было услышать биение сердца, и тихие выдохи, а аромат одеколона в перемешку с алкоголем ничуть не изменился... Голову посещают множество навязчивых мыслей, но Вова старался их отбрасывать. И знаете, что во время каждых долгих объятий тела начинают покачиваться из стороны в сторону, образуя медленный танец.

Без тебя душа болела

Медленно покачиваясь, они маленькими шагами передвигались по помещению, пока кто-то из них не споткнулся о ножку стула, который стоял не далеко от старого дивана, так что падение было не значительным.

***

Время позднее. Вова сидит на диване запрокинув голову назад. На его коленях, в удобном для себя положении лежит голова старшего. Суворов медленно выдохнул и посмотрел на Кащея. –Что происходит?– –Не знаю...– отвечает Кащей. –Мин сине яратам, Вова– старший закрывает лицо руками и сквозь щели между пальцами смотрит на Суворова. Вова задумался. Вова в замешательстве. Вова ощущает тоже чувство.

***

Суворов резко открыл глаза. Вокруг темно, только небольшая настольная лампа даёт минимальный для глаза свет. Вова оглядывает по сторонам пытаясь привыкнуть к темноте. Услышав шуршание он наклонил голову вниз. У него на коленях спал Кощей. –Сон... – выдыхает Вова, но приятное чувство счастья бьётся где-то внутри. –Сон или не сон, но нравишься ты мне точно– смотрит на него Кащей и опять улыбается. Он заводит руку за голову Суворова и не резким движением притягивает к себе, нежно целуя младшего.

***

Проснувшись Вова осознал, что не лучшая идея была спать сидя. Тело явно не было в восторге. Он пытается разбудить Кащея легонько касаясь его щеки рукой. –Вставай– шепнул Вова. –А то кто-нибудь из пацанов зайдёт и не поймёт– улыбается Вова, а в ответ ничего. Посидев ещё минут 10 тело уже ныло от невыносимой усталости. Вова хотел было вставать, но в момент поймал тишину. Было слышно всё. Особенно стук собственного сердца, который отдавался неприятной пульсацией в висках. Тогда задержав дыхание он ещё раз прислушался. Звуки были слышны чуть громче, но дыхание человека, лежащего рядом не было слышно от слова совсем.

***

Үлем. Артык күп.