Ожившая надежда

День был никчёмным. Это говорила даже погода: тёмные тучи затянули всё небо, мороз колит всё тело, снег валяется на земле, постепенно превращаясь в смесь грязи и воды. Сидя на холодном снегу, Кащей думал: как он до того докатился? Без семьи, ни кому не нужный, один... Даже свои его выгнали. Сам виноват. Сам докатился до такого. Даже Вовка ему не помог. Для чего жить тогда? У всех нормальных людей цели, мечты, достижения. А у него ничего. Просто пустота. Тёмная, гнетущая, мрачная пустота. Оставшись сиротой, он как маленький птенец, который выпал из своего гнезда. Думал, что найдёт опору в своих друзьях. Но он её не нашёл... Или даже не пытался? У каждого есть горе. И каждый утешает его сам. Он же нашёл утешение в алкоголе. Это была его таблетка. Таблетка от всех проблем. Принимая её каждый раз, он забывался, терялся в другом мире. Там, где всё хорошо. Там, где его никто не тронет. Там, где спокойно. Но таблетка когда-то заканчивается, и тогда приходит реальность. Его мир испаряется, словно его и не было. А реальность становится ещё хуже, чем была. Выйдя из тюрьмы, он не задышал свободной грудью, как это должно быть. Наоборот, его жизнь закрылась тучами серых будней. Он тогда уже знал, что его семьи больше нет. Она пропала. Испарилась. Конечно, у него была надежда. Но и надежда изжила себя. Надежда убила его без оружия. По-тихому, как змея обматывает шею и начинает душить. Ты начинаешь задыхаться, хватаешь посиневшими губами воздух, руки пытаются сбросить гадюку с шеи. Но всё равно веришь в лучшее. Веришь, что всё изменится. И откуда этот чёртов оптимизм? Те года проведённые с семьей были единственными настоящими годами в его жизни. Всё остальное — блех и чепуха. Всего остального просто не существует. Кащей не представляет как он живет. Да и живет ли он вообще? Или просто перематывает все будни, как какую-то кинопленку? Вернувшись в «Универсам», Костя стал Автором, вместо Вовы. Вова — единственный человек, который писал ему письма. Конечно семья ему тоже писала, но в первое время, а потом её не стало. Костя даже помнит этот день, когда узнал об этом. Тогда, он чудом выжил разморозку зоны, которые устроили сидевшие. Он выживал ради семьи. А в итоге: выжил не для них. Как иронично. Вспоминая все черствые моменты, Кащей дышал тяжело, с некой одышкой. Руки его слегка покалывало, то-ли от ветра, который бушевал с невероятной силой, то-ли от боли. С лица капала кровь на белоснежный снег, оставляя за собой бордовый цвет. Кащей с трудом запрокинул голову на вверх и прикрыл глаза. Он до сих пор слышал стук сердца, надеясь, что это его последние огласки жизни. Он будет со своей семьёй. И похрен, что он помрёт здесь, такой никчёмной смертью. Похрен, что о нём даже никто и не вспомнит. —Мужчина! Вам помочь? Его веки колыхнулись, хотели открыться, но так и не смогли сделать это. Этот голос, словно голос матери. Так и хотелось попросить увезти его отсюда, заварить чай, укутать в тёплое одеяло и сидеть рядом, напевая колыбельную. Так всегда делала его мама, когда у него было плохое настроение или его настигла простуда. Но вместо этих мыслей из его губ вырвалось лишь тихое кряхтение, а после грубым голосом он произнёс: —Иди куда шла... Сам справлюсь. Голос его, на удивление, не дрожал. Послышались шаги, видимо его недо-спасительница решила уйти. Но вдруг он почувствовал тёплые руки на своих щеках. Против воли он всё же открыл глаза. На него смотрела молодая девушка. Она была похожа на его мать. Копия. Жизнь решила поиграть с ним в какую-то дурацкую игру? —М...ма-ма? — с дрожью в голосе спросил Костя. Либо он больной на голову, либо он сдох и видит свою мать. Девушка на это ничего не ответила, а лишь замерла и стала всматриваться в лицо Кости. Её губы сложились в тонкую полоску, глаза упрямо всматривались в его лицо, а пальцы так и держали его за щеки. Боже, как же она похожа на его мать. Видимо с ним всё же решили сыграть в игру. Девушка схватила своего его за плечо, а правую руку перекинула через свою шею. С тяжестью поднявшись пара пыталась удержаться — Костя никак не мог устоять на его онемевших ногах. —Ты где живёшь? Не сразу поняв смысл этих слов, а когда понял он устремил свой взгляд на один из многоэтажных домов. Проследив за его взглядом, девица оглядела один из домов и неуверенно ступила в его сторону. Так, медленно и кряхтя добрались до этого дома. Нужно было дойти до нужного партсъезда. Теперь уже Костя побрёл в его сторону, ведя за собой девушку. Так, кряхтя, со сбитым дыханием они добрались до его халупы. Рука Кости потянулась к ручки двери, он никогда не закрывал свою квартиру, надеясь, что его просто зарежут во сне. Дверь отворилась и запах прокуренной квартирки смещался с запахом сырости в подъезде. Он не понял как очутился на своей кровати, чувствовал лишь, как с него снимают сначала один ботинок, потом второй. Затем с его торса слетел плащ. Он остался лишь в каком-то свитере, штанах и носках. Лёжа на простынях Кащей уткнулся в подушку, и мысленно благодаря девушку за то, что дотащила его до квартиры. Теперь он может спокойно вырубится. Наивный. Спасительница в это время, пока он наслаждался тишиной и спокойствием, нашла какие-то ватки, бинты, спирт, зеленку. Притащив всё это в комнату, стала обрабатывать лицо парня. Костя хмурился от обработки ран. Ватка легко проходила по его лицу, при этом надавливая на раны и ссадины. Теперь лицо Кащея изображало собой: красный лист бумаги. Девушка, что-то прошептав себе под нос, понеслась прочь из комнаты. Костя поменял свое положение и теперь он сидел на кровати, опустив ноги на пол, а руки на колени. Девчонка вернулась быстро с тазиком воды и дополнительной пачкой ваты. Пошёл второй этап обработки лица. Парень не сильно понимал, что с ним делают. Его глаза так и хотели закрыться, а разум отключиться. Когда девушка провела перед ним банку со спиртом он, словно проснулся из спячки. Сейчас он смотрел на копию своей матери, разглядывая своими темными глазами. Она тоже не отставала от него, рассматривая его как в музее. В этой девушке была отличительная черта, которая напоминала ему его младшую сестру. Точно! Сестра. Костя смог только изумлённо смотреть на неё, вспоминая своих младших сестёр. Девочки не были похожи друг на друга, Маша пошла в отца, а вот Катя пошла в маму. Это какой-то бред! Перед ним сидит его сестра! Сестра, которую он считал погибшей, пропавшей. Как и вся его семья. Значит ли это, что мама, папа и сестра еще живы? —Катя? Девушка, до этого стоявшая напротив кровати, сжала кулаки, будто это имя что-то запрещённое. И распахнув широко глаза, стала медленно пятиться назад. Костя следил за её действиями, тря колени своими руками. Коснувшись лопатками холодной стены, Катя осела на пол и стала смотреть на брата. Хотя нет, не так, она смотрела сквозь него. Её зрачки расширились, губы онемели, тело слегка покалывало. Она словно не здесь, словно это всё сон, словно это глупая шутка. Давыдов боялся, что вот-вот и она исчезнет. Исчезнет и никогда не появится. Как будто услышав его мысли, сестра ринулась в его объятия и повалила на его и так сломанную постель. Катя обнимала его с такой хваткой, какой позавидовал бы любой мужчина. Её руки обвились вокруг шеи, губы стали хаотично целовать его макушку, ноги прижимались к его туловищу. Костя на это же только уткнулся к сестре в шею, а кистями обвил её талию, заходя немного на спину. Он не плакал, как и она. На это просто не хватило эмоций. Только тело кати немного дрожало. Они так и лежали уткнувшись в друг друга, наслаждаясь этим моментом, и каждый молился чтобы это всё оказалось явью. Костя уже стал засыпать в объятьях сестры, но она стала отстраняться от него и обхватила своими холодными дрожащими руками его лицо. —Ты чего? — только и смог вымолвить Костя. —Я надеюсь, что это не бред. Что ты жив! Костя на слова девушки усмехнулся по-доброму и сказал, что тоже надеется. Девушка ещё молча смотрела на него какое-то время,но потом быстро опомнилась и стала слезать с кровати. —Кость, мне нужно идти. Это срочно. Я приду вечером, а ты за это время отоспись. — укрывая его одеялом, поговаривала Катя. Костя на это только поджал губы и схватил девичью кисть. —Пожалуйста, не бросай меня. — взмолился он. Его пальцы с каждой секундой вжимались все сильнее и сильнее. —Не бойся, я приду! Катя осторожно взяла его руку и положила ему на грудь, а после оставила невесомый поцелуй на щеке и бросила, что-то по типу: ты даже проснуться не успеешь, как я уже приду. Костя не слышал как Катя вышла из комнаты, как закрылась дверь и даже как с громким звоном захлопнулась входная дверь. Его глаза медленно слипались. Разум затянулся тёмной пеленой. Наконец-то он может поспать с надеждой, что Катя вернётся.

── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

Илья ходил по комнате подвала и тёр свой подбородок. Он не понимал: куда делась Катя? Катя сказала прийти на сбор, но сама не появилась. Пришлось самому проводить сбор и сообщать, что произошло при набеге на «Теплоконтроль». Тогда, когда проститутки уже начинали отвлекать Авторитетов «Теплоконтроля», загорел свет в комнатах на втором этаже. Это стало сигналом для Диких. Они ворвались в здание и разделились по две группы. Илья и Даня пошли поджигать склад с оружием, а остальные устроили дебош на первом этаже. Считай, разгромили целый этаж. Когда ребята всё сделали, собрались вместе и стали ждать, когда же Тяпляповцы почувствуют что-то неладное, а именно запах гари. Когда же это случилось, они, как по команде, выбежали из комнат и спустились на нижний этаж. Какого же было их удивление, когда в комнате их ждали ребята с пистолетами. Так, Дикие поставили их на место. Это было унизительно. Тяпляповцам оставалось только одно — залечь на дно. Дикие, услышав эту историю, взбушевались, и стали кричать на весь двор. После они пошли отметить в подвал. А Катька всё не появлялась и не появлялась. Из мыслей его вывел шум в главной комнате подвала. Громко распахнув дверь, он смотрел на происходящее в помещение. Серый разговаривал с Адидасом? Он что тут забыл? Подходя всё ближе и ближе к этой парочке, он подумывал: какого чёрта здесь происходит? —Что здесь происходит? — его голос прогремел словно гром на ясном небе. Адидас с Серым повернулись к нему и только хотел Серый что-то сказать, как его перебили. —Ма к вам с просьбой, — слова Универсамовец произнес с уверенностью, будто он сейчас находится на своей территории, а не на чужой. Илья сложил руки на груди и усмехнулся. Осмотрел еще раз Адидаса и пошёл обратно к комнате для старших. Суворов понял немой намёк Кузнеца и кивнул своим, плетясь в сторону комнаты. Кузнец уже сидел на одном из диванов, дожидаясь своего собеседника. Как только Вова опустился напротив парня, тот сразу же сказал приступать к делу. —Пацана с нашей улицы ушатали. Так вот, оказывается, ваши ребята хотели помочь и знают кто это сделал. Илья уже сложил руки в замок и понимал о ком идёт речь. —Можешь не продолжать... Это «Хади-Такташ» был. Один из них был Исаков. На лице Суворова стали играть жевалки, не рассчитывал, что это Хадишевские были. В молчании звук открывающейся двери был слышен отчетливо и громко. В комнату влетела Катя, словно разъяренный зверь она высматривала парней в комнате. За ней стоял Дима, видимо до этого говорил с Бабочкой. Илья прихлопнул по коленям и встал с дивана. —Тебя где носило? С предъявой начал разговор Кузнецов. Катя на это лишь кинула злой взгляд и оставила этот вопрос в немом ответе. —Ты? За его спиной раздался вопрос от Адидаса. Они знают друг друга? Теперь Илья наблюдал за взглядами ребят. Они общались молчаливо, тайно. Как будто это что-то сокровенное. Вова произнёс только одно. —Я же говорил, что мы ещё встретимся. Катя на его заявление лишь улыбнулось уголком губ. Илья следил за каждым движением, взглядом, вздохом в сторону Кати. Он ничего не понимал. У них чё, любовь-морковь? —Теперь-то ты со мной познакомишься? — положив руки в карманы Суворов медленной походкой подходил к Давыдовой. Брови Ильи приахерели и взлетели ввысь. Его мозг ничерта не работал, смотря на эту картину — Вова подошёл слишком близко к Катьке, а та в свою очередь лишь глупо улыбалась, смотря на него своими бездонными глазами. Илья не выдержал этого напряжение мозга и просто вышел из комнаты. Его брови до сих пор были не на своём месте. Универсамовцы сидели как на иголках, поэтому Кузнец решил их оповестить про Хади-Такташ. Пацаны тоже приахерели как и их Старший. —А где Адидас? Вполне логичный вопрос задал один из них. —Да тут я. Из комнаты наконец вышел слишком довольный Адидас. —Пойдемте остальным скажем и будем думать что делать. — Суворов уже пошёл к выходу, но остановился напротив Кузнеца и пожал тому руку, а после удалился. Когда Универсамовцы вышли Дикие продолжали дальше заниматься своими делами. Илья же решил разобраться с Катей. Сказав никому не заходить в комнату, он пошёл к ней. Как только Илья залетел в комнату он сразу начал свой расспрос. —Ты где была? И откуда ты знаешь Адидаса? — с раздражением спросил Илья, хотя и старался выглядеть спокойным. —Успокойся ты! До этого сидевшая на диване, девушка встала и подошла к Кузнецову. —Во-первых, не нужно так на меня гнать. Во-вторых, с Адидасом я случайно на улице познакомилась, а в-третьих, я нашла своего брата. На слова Кати у Ильи стала кипеть башка и глаза расширились словно хотят вылететь из орбиты. Брат? Костя давно считается мёртвым. Ещё на зоне был какой-то бунт, после которого полегло кучу народу. А легавые не стали разбираться с переписями. Конечно, отец Кати заплатил, много и даже непозволительно много. Но его так и не нашли. Брата Кати никто лично не видел, только на словах знали о нём. —Как нашла брата? — Илья схватил Катю за предплечья и стал легонько трясти. —Честно я сама не знаю как. Я просто шла к вам и вижу как сидит парень весь в крови, решила помочь. А когда смыла всю кровь с лица, то увидела знакомые черты. Тогда я и подумала, что это Костя, но я сомневалась. А когда он назвал моё имя мои сомнения испарились. И всё это время я была с ним, — с дрожью в голосе рассказывала Катя. —А сейчас я опять собираюсь к нему. Я не понимаю как так вышло. Да и вообще ничего не понимаю. Последние слова Катя произнесла, сидя на диване. Голова была опущена, закрывая её лицо. Илья только мог догадываться, что происходит на её лице и в голове. Он и сам не мог в это поверить. Кузнец сел рядом с Бабочкой и обнял её за плечи. Им не нужны были слова, чтобы понять друг друга. Да и парень понимал, что сейчас не нужны слова. И за эту черту Катя была благодарна ему.

── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

В комнату стал просачиваться свет луны и морозный воздух. Комната и во все оказалась во мраке. Она и без этого была темной, прям как душа того кто здесь жил. Сама комната была пустой, лишь кровать, окно и шкаф. Разве что по комнате валялись какие-то стеклянные бутылки, шприцы, тряпки и разорванные газеты. Открыв глаза хозяин квартиры стал проматывать моменты до сна. Сестра? Он был здесь с сестрой! Быстро переместившись из положения лежа в полусидя, он пробежался по комнате взглядом. Пусто. Никого. Ему это всё приснилось? Но сон не может быть таким реалистичным. Костя не мог поверить, что это просто сон. Нервно взглотнул сухость во рту он прислушивался к звукам из квартиры. Как будто он здесь не один. Решив проверить, он с трудностью поднялся с кровати и пошёл на выход из комнаты. Свет горел только на кухне, в остальных комнатах — мрак. Переплюнув свой страх, Костя побрёл на кухню. В комнате готовила его сестра. Она то и делала, что помешивала что-то в кастрюле. А Костя смотрел на неё, уперевшись о стену, и думал. Не сон. Это не сон. Сестра со мной. Катя обернулась к нему и замерла. —Боже! Напугал! Катя в испуге приставила одну руку к груди и только потом стала улыбаться во все 32 зуба. А Костя на это только засмеялся и подлетел к ней, зажимая её в своих медвежьих объятиях. Видимо их ждала целая ночь разговоров и объяснений.