Рутина каждую среду, субботу и воскресенье

Раннее утро. Сквозь кремовые жалюзи проскальзывает свет солнца, которое только недавно начало вставать. Несмотря на столь ранний час, в окно второго этажа доносились звуки толпы, стремящейся на работу или учебу или ещё чёрт знает куда. Это неважно, ведь в этой толпе не они. А, кстати, они-это пока ещё мирно спящие парни в небольшой, потрёпанной и пыльной комнате на втором этаже. Помимо этих двух в квартире не было никого. Ни родителей замотанного из-за вчерашней драки парня, ни друзей из студсовета второго, ни кота хозяев, ни даже робота-пылесоса, который в 7:30 включался и, с звонким сигналом, начинал убираться. Абсолютно никого, кроме этих двоих. И трели будильника. В конце концов, сегодня среда, а не воскресенье, поэтому в колледж идти надо. Надо, но не обязательно же так рано, можно было бы подумать, но в пылу вчерашней усталости, гость забыл переставить будильник. Жил он намного дальше, да и приходить студсовета надо было раньше, так что столь ранний будильник не был неожиданностью. - Блять, какого чёрта!, - замотанный зарычал в подушку, начиная приподниматься, из-за чего его длинная иссиня-чёрная чёлка, смешно завившись ночью, полностью закрыла его синие глаза, - Сэм, время 5:40, ну серьезно! - Прости, я вчера слишком устал, чтобы переставить будильник на пару часов позже!, - Сэм, также нехотя, приподнялся и выключил будильник на телефоне, не забыв сопроводить ноющего грозным взглядом зелёных глаз из-под вьющихся неровных шторок, - И вообще! Ты мог и сам выключить его, но тебе было не до этого! - То есть, это я виноват? Сэм, ты же знаешь, - Фин приподнялся, поправил чёлку и, со всем недоумением и лёгкими нотками истерического смеха, уставился на члена студсовета, - Что среда-единственный день, который мы можем посвятить друг другу! Ты всё время торчишь со своими "блюстителями порядка". - А ты со своими дружками-бандитами! Но я, почему-то, молчу, - виновник столь раннего подъёма сел на кровати, прикрываясь одеялом из нежелания из-под него вылезать, параллельно потирая глаза и собирая рваную причёску в одну сторону, - Кстати, сегодня снова собрание по поводу поведения тебя и твоей компании! - Молчишь? Это ты молчишь?, - Хулиган подорвался с места и оказался рядом с другим в мгновение Ока, при чём с максимально непонимающим лицом и нахмуренными бровями, - Как будто во время прелюдий ты не говоришь мне об этом почти каждые минут... Семь или пять! Сэм! В этот момент казалось, что пыль, летающая по комнате, стала ярче и какой-то нарочито уютной. Казалось, что часы остановились на 5:45 утра и что, даже столь бесячие и жёсткие волосы мягко впивались в лицо. Сэм поцеловал, нет, скорее заткнул, Фина, как всегда. На том месте, где надо было, чтобы их утро вернулось в привычное утро. Теперь ничего не казалось таким обыденным как этот поцелуй после небольшой перепалки, мычание в него и умиротворённые брови Фина и чуть нахмуренные Сэма. Теперь все так, как и было всегда. - Ты-чёртов абьюзер, Фин, - Сэм отстраняется и смеётся в губы Фина, чувствуя как пальцы последнего заводятся за спину первого и легонько касаются кожи, - Заставляешь меня использовать такие грязные методы! - - Зато я делаю это каждую среду, субботу и воскресенье, - Фин смеялся не хуже Сэма, напуская на себя маску и изменяя голос, придавая ещё больше комичности, - Причём очень искусно, моя жертва! По комнате опять раздался звонкий смех и громкий скрип кровати под весом, ярко жестикулирующих и шуточно дерясь, двух парней. Теперь они вернулись в то положение, в котором и засыпали. Синеглазый лежал на зеленоглазом, и они мягко перебирали друг другу волосы, массируя голову, переходя на шею и щекоча ключицы и грудь, они лежали и в унисон думали о том, что время только 6:10. - В 6:30 начнём собираться, - представитель студсовета утвердил перерыв в 20 минут и перевернулся лицом к правонарушителю, улыбаясь. Эти 20 минут были стандартными, поэтому Фин уже не ёрничал, а только покусывал шею, - Эй! Харе-Харе! Больно же! В ответ была только щекотка и шуточные оскорбления. Застывшее время, летающая пыль и всё остальное, будто сфотографированное, теперь двигалось быстро. Голова кружилась от того, насколько казалась сверхзвуковой была скорость этих минут. Теперь хотелось поставить это на паузу, заснять каждую миллисекунду, чтобы от каждой тошнило от милоты. На часах ровно 6:30, об этом объявили цифры на телефоне хулигана, который завибрировал уведомлением от матери. Видимо она была не уверена, что Фин проснётся и честно пойдет в колледж. Пойдет, с персональным адским смотрящим грех не пойти. Пока Фин предавался мыслям о том, что его личный студсовет опять бубнит на его лень и медлительность, Сэм пытался найти в разбросанных на полу вещах свои штаны. Коробки из-под пиццы, пакеты из магазинов техники, коробки от давно собранного шкафа и стола... Чего здесь только нет, и найти что-то в этом феерическом беспорядке было невозможно. Отбросив идею найти свои вещи сегодня, Сэм быстро нашёл штаны Фина и, немного порывшись в немногочисленных вещах на стуле, нашёл спортивки его же. М-да, нарушение правил не делали Фина массивнее даже не занимающегося спортом Сэма, поэтому, все те вещи, что большемерили первому, идеально подходила второму. Удобно, заодно не надо каждое утро среды, субботы и воскресенья разгребать завалы в комнате. - Хей, бандит, ты вставать собираешься?, - встал в позу Сэм. Сложив руки на груди и грозно щурясь на упомянутого, он смотрелся до безумия красиво в свете рассветной, пыльной дымки, - Я всё понимаю, тяжело и все дела, но тебе нужно на первую пару! - Каждое утро у меня две мысли, - протянул уже встающий парень, неловко пытаясь потянуться и зажмурив глаза от света и мурашек по коже. Прохладно, - Первая: ты-чертовски красив, а я-херов счастливчик. А вторая: теперь я понимаю, почему младшие иногда дрожат от твоего взгляда. - Не преувеличивай, не такой у меня и грозный взгляд, - цыкнул парень, слегка улыбнувшись, после чего протянул первую попавшуюся толстовку, - Это они просто очень нежные, что удивительно с твоей мамой. - Теперь ты драматизируешь. Моя мать-лучшая женщина, - поспорил хулиган, натягивая черные джинсы, которые хоть как-то, но успокаивали яркий и аляповатый принт толстовки, - Кстати, она начинает догадываться. Сегодня написала позже, чем обычно. Скорее всего считает, что ты со мной. - Думаешь? Может она сегодня встала позже?, - Сэм уже выходил из комнаты, параллельно расчёсывая волосы собственной складной расчёской. Из дома носит, чтобы они не опаздывали, - Да и вроде твоя мать прогрессивная, недавно рекомендовала какую-то комедию с гг-геем. - Не знаю... Единственное, может она встретила кого-то, - второй вышел следом, беря из открытого шкафа вывалившийся жёлтый свитшот, судя по размеру, Сэма, - ... Или мне Рина что-то не говорила. Может даже Тодд кого-то себе нашёл, но это маловероятно. - Это правда, ты слишком загнул! Кто-кто, но в то, что Тодд променял нарисованных Неко на реальных людей, - Сэм чувствовал себя своим в кухне этой квартиры, обычно он готовит завтрак. Два кофе из кофемашины: Раф и Эспрессо, йогурт с персиком для хозяина квартиры и творог для парня хозяина. Ритуал, который раз за разом повторялся и не надоедал, - Я больше поверю в то, что... Да во что угодно. - Согласен. Что-то ещё более маловероятное придумать сложно, - на ходу забирая чашку и отпивая из неё же, Фин свободной рукой растрепал волосы Сэма и улыбаясь во все зубы, сел за круглый стол, - Кстати, у нас с тобой есть 15 минут. Ешь спокойно. Воцарилась тишина, нарушаемая исключительно шумом толпы и рёвом машин, что увеличивались с каждой минутой и становились всё монотонней и монотонней, переставали давить. Теперь ощущалась лёгкость и обыденность, такие ровные, что казалось больше ничего не могло их нарушить. Эти минуты казались самыми лучшими. После этого они встанут, пойдут в колледж и снова начнётся. Один пойдёт строить хулиганов хоть в какой-то строй, чтобы учреждение не получало нагоняй, а второй будет ходить по учителям с вопросами на счёт поведения их студентов, чтобы разобраться почему и зачем... И зачем им это всё надо? - Всё. Погнали, время, - резко спохватился Сэм и, поставив кружку с пенной окантовкой в раковину, дёрнул за завязку капюшона толстовки Фина, выводя его из мыслей, - Ты бы так лучше в эссе размышлял, а то больше двух слов связать не можешь. - Я Вам пишу, чего же боле?, - вдруг заговорил Фин на ломаном русском, что частенько пугало Сэма на свиданиях, например, или в аудитории, - Что я могу ещё сказать.. - Это не твои стихи, успокойся, - Сэм вернул разговор на английский язык, скрываясь за дверным проёмом комнаты хозяина, в поисках сумок с ноутами и материалом для сегодняшних консультаций, - Но, надо признать, пафос-твоё всё. - Кто бы говорил! Как будто это не ты признавался мне в любви строчками из "Ромео и Джульетты"!, - Фин небрежно поставил свою кружку туда же в мойку, выбираясь из кухни, ища глазами обувь, - Если ты через 5 минут не найдёшь сумки, то мы опоздаем на первую пару. - Уже нашёл. Обувайся, пора выходить, - мгновенно ответил поклонник Шекспира, залетая в прихожую, надевая куртку и ища по карманам ключи, - Забирай своё барахло. И подай мои кроссы, нам выходить надо. Фин молча выполнил просьбу насчёт обуви и сумки, понимая, что если он начнёт парировать, то они выйдут из этой квартиры вообще. Глянув на висевшие на стене часы, хулиган обнаружил, что его гость одет, обут, а также, что они не отстают ни на минуту от их обычной рутины. Они также молча вышли, на прощание глянув на медленно летающую пыль, на пустынную кровать, на разбросанные игрушки кота, парни закрыли дверь, заперли квартиру и пошли в колледж. Рутинное утро-залог их маленького счастья, которое каждое утро среды, субботы и воскресенья месяца, воссоздавало стену безопасности. Теперь они были спокойны, утро было солнечным и умиротворённым.

Таким же, как они.