О пользе и вреде алкоголя

- В конце концов, я – главный колдун, а ты – мой див, - заплетающимся языком, но очень возмущённо воскликнул Мончинский. - Не ваш. Императорский, - педантично поправил его Владимир. Колдуна приходилось поддерживать, сам он на ногах стоял плохо. - Вот именно! – продолжал возмущаться Мончинский. – А вот скажи мне, Владимир, ты хоть когда-нибудь был моим? В начале ты меня не то что за колдуна, даже за человека не считал! Как только что-то начало налаживаться, стало понятно, что тебя скоро отберут. А потом еще и это! Объясни мне, почему так? Я ведь колдун и имею право на дива! - Вы получите дива, - заверил его Владимир, затаскивая колдуна в его покои, - давайте я помогу вам раздеться и уложу. - Меня точно никто не видел? – испуганно прошептал Мончинский, округлив глаза. Владимир только вздохнул и начал стягивать с колдуна пиджак. - Ну уж нет! – закричал вдруг Мончинский и замахал руками, но так же внезапно успокоился, позволил вытащить его руки из рукавов и добавил, – Мне не нужен какой-нибудь див, мне нужен мой див! Я это право честно выстрадал! Владимир едва заметно усмехнулся и начал расстегивать рубашку. - А этого гада я вызову на поединок. Так и знай! Один на один, – пообещал он. – и убью! Я, вообще-то, очень сильный. А мама говорит, что еще и красивый. - Согласен с вашей мамой, - Владимир стянул с колдуна штаны и носки. - Тебя я ему не отдам! - Я понял, - Владимир поднялся, поддерживая колдуна, - вам нужно в постель. - А вот и не пойду, - заартачился Мончинский, - мне слишком весело. Я лучше пойду и убью Кантемирова. Что он себе вообразил? Ты даже мне не подчиняешься, куда уж ему. - Я подчиняюсь, - Владимир развернул колдуна лицом к постели и придал легкое ускорение. Мончинский дошел до кровати и уселся на нее. - Вам нужно лечь, - сказал ему Владимир. - Не буду, - надулся колдун. - Ложитесь, - повторил Владимир. - Не лягу! – Мончинский уставился на него яростным взглядом. – Почему ты мне приказываешь? Это я колдун. А ты див. По правилам, это ты должен выполнять мои приказы. - Вы ничего не приказываете. - Ах вот как? Ну тогда я сейчас тебе прикажу! Встань на колени! Владимир подошел к постели и присел перед колдуном, положив руки ему на бедра и глядя в глаза снизу в вверх. - Ложитесь спать, хозяин. - Ха! – сказал Мончинский. – Лягу, но при одном условии. Сделай мне миньет! - Тогда вы ляжете и уснете? - А что… - Мончинский несколько смутился, - ты сделаешь? - Сделаю, - ответил див, раздвигая ему ноги. … На утро Мончинский проснулся с мучительной головной болью и чувством непоправимой катастрофы. Он понимал, что произошло что-то ужасное и постыдное, но никак не мог вспомнить, что. Скорее всего, он вел себя непотребно в присутствии княжны. Он вообще не помнил конца вечера и как оказался в своей комнате. Что с ним случилось? Нужно было как-то выяснить это. Из всех присутствующих на вечере он мог поговорить только с Владимиром. Но мысль о диве вызывала смутную тревогу. Мончинский вспомнил сон про то, как Владимир… и покраснел. Но потом ужасная мысль пронзила его. А был ли это сон? Что, если он заставил дива? Нет, не может быть, Владимир никогда бы не выполнил такого рода идиотский приказ. Или… выполнил? Их связь стала очень сильной. Мончинский порылся в бумагах и нашел нужные. Вот и повод зайти к Императорскому диву. Сжимая документы в руке как щит, он постучал и зашел в кабинет. Владимир вышел ему навстречу. Он не заставлял хозяина стоять перед своим столом, как других колдунов, рангом пониже. Див выглядел вполне обычно. Мончинский протянул бумаги, пытаясь что-то прочесть по его лицу. - Послушай, Владимир, - неуверенно пробормотал он, - я плохо помню вчерашний вечер… - Вы перебрали лишнего. - Да… Но я… не вел себя плохо? - Нет. - И никого не обидел? - Нет. - А тебя… я не обидел? Див удивленно посмотрел на него: - Меня довольно сложно обидеть. Мончинский окончательно смутился. - Но все-таки… я не делал… ничего постыдного? - Нет, я довольно рано увел вас. - А потом? Уже у себя в комнате? - А что постыдного вы могли сделать у себя в комнате? - Ну… я… не заставил тебя сделать что-то неприятное? Отвратительное? Див с легкой улыбкой смотрел на него: - Нет. - Ах, ты меня успокоил, - облегченно сказал Мончинский, - я просто… видел странный сон и испугался… Вот… Ладно, не бери в голову. Улыбаясь, он покинул кабинет Императорского дива.