Вынужденные обстоятельства

На улице уже смеркалось, когда Робин распахнула входную дверь. Во всем доме было темно, только из зала исходил блеклый свет от включенного телевизора. Около дивана столпилась груда бутылок из-под пива, а на нем самом лежал ее отец. Он был в отключке. Вырубился, пока смотрел футбольный матч. Что ж, это лучше, чем когда он бодрствует. Так хотя бы не кричит. Девушка прошла на кухню посмотреть, что осталось на ужин, но там ее ожидала только вчерашняя пицца. Готовить не хотелось совершенно, да и отец мог проснуться от грохота посуды, поэтому она просто разогрела кусок пеперони, захватила банку газировки и ушла к себе наверх. Нормальной еды она не ела уже неделю, может, две. Если так продолжится, то скоро она заработает гастрит. С грустью она вспомнила о маме. Когда она еще жила с ними, то постоянно готовила что-то вкусное. Но ее родители развелись, и отец в отместку ненавистной жене сделал все возможное, чтобы получить над Робин полную опеку. Теперь голос матери она слышала только по телефону, и то, в те редкие моменты, когда отца не было дома. Ему не нравилось, что они поддерживают контакт. Если она так любила свою дочь, то зачем ушла? Она ведь знала, чем это кончится. Комната Дэвис находилась рядом с родительской спальней. В последние годы ее родители спали раздельно, и эта комната целиком перешла во владения ее матери, а отец перекочевал в рабочий кабинет. Он находился на первом этаже, рядом с гостиной. Робин еще не успела полностью открыть дверь, а к ее ногам уже кинулся Смол. Этот пушистый котяра всегда умел поднять ей настроение даже в самые паршивые дни. Он потерся о ее ноги, зевнул и тут же потянулся. Какой же он милашка, подумала Робин и поцеловала его в макушку. Он был единственным, кто понимал ее. Ну хорошо, он и Диана, ее подруга со средней школы. Но она переехала в другой штат 2 года назад, и часто видеться они не могли. Разве что летом во время каникул. Отец отпускал ее пожить у семьи Дианы целый месяц. Вместе они наверстывали упущенное за год и по-настоящему веселились. Робин скинула с себя темную кофту, сняла джинсы и случайно увидела себя в зеркале. На ее боку и бедре все еще красовались ушибы с того раза, как отец столкнул ее с лестницы. Он снова напился, и ему не понравилось, что она не так на него посмотрела. Робин чудом себе ничего не сломала. — Чертов мудак, — пробормотала девушка, натягивая пижаму. В это время зазвонил телефон. Это была Диана. Легка на помине. Ее веселый мягкий голос успокоил девушку и заставил улыбнуться в первый раз за день. — Ты как, Роб? Извини, что не звонила и не писала с прошлой среды, я сдавала долги по учебе. Какого черта они так много задают? Эта система образования хочет меня убить. — Или надо просто сдавать все вовремя, — подколола ее Робин. Она знала, что та не пошевелит и пальцем до последнего дня сдачи. — Да ну тебя! У меня есть дела поважнее учебы. Типа… ну, ты поняла, про что я. — Да, — девушка уселась на кровати и обнала подушку. — Не важно. Проехали. Как у тебя дела? Уже влилась в эту тусовку пафосных девчонок? — Мечтай. Как всегда, плаваю на дне социальной иерархии. А еще… Я не говорила тебе, но последние пару недель по школе ходят слухи обо мне. Правдивые слухи. С того конца номера послышалось, как Диана поперхнулась. Она сразу поняла, о чем идет речь. Откашлявшись, она спросила ее, насколько все серьезно. — Ясно, — грустно выдохнула Диана. — Ты еще не знаешь, кто это был? Я имею в виду, если это какой-нибудь шкет распустил такие слухи- — Это была Митчелл, — Робин потерла глаза от раздражения. — Ты знаешь ее. Популярная девчонка, постоянно окружена другими заносчивыми подростками. — Ты уверена, что это была именно она? — Да. Я случайно подслушала разговор в школьной уборной. Она застукала меня с Ханной на той вечеринке, — Диана шумно втянула воздух от безысходности ситуации. Если бы это был кто-то помельче, то она бы все бросила и надрала бы ему задницу. Но с Митчелл такое не прокатит. Она сама кого хочешь в бетон закатает: стоит ей только слово сказать, как появятся друзья Чеда и Джордана из баскетбольной команды. — Ясно, — Диана печально вздохнула. Здесь она правда ничем не могла помочь. — Ты будешь переводиться? — Нет, — ответила Робин с некоторым сомнением, — я уже переводилась два раза из-за этого. В предыдущих школах меня избивали, в этой только шепчутся за спиной да косо смотрят. Не так плохо. Эта девушка — Эми — хоть и заносчивая, но не думаю, что ей нужны проблемы с администрацией. У нее, насколько мне известно, уважаемые в нашем районе родители. — Хорошо. Но если передумаешь, можешь переехать к нам в штат. Будем снова ходить в одну школу. Робин улыбнулась. Да, это было бы здорово. Она правда скучала по ней. — В общем, если они перейдут черту и будут к тебе приставать, звони мне. Я приеду и надеру им задницы! При этих словах девушка не могла удержаться от смеха. Это Диана-то надерет их зад? Девчонка, ростом 157см и весом в 50 кг? — Эй! Я серьезно! Я вообще-то хожу на зал. Зажму их в захват и заставлю звать мамочку! — Хорошо, хорошо! Я обязательно напишу тебе, если они перейдут черту. А теперь расскажи мне о… Так Робин проболтала с подругой весь вечер, благо, домашки было немного, и она могла оставить ее на потом. «День выдался хреновый. Но могло быть хуже. Теперь главное не пересекаться с этими популярными сучками. Но это проще простого, мы и так почти не видимся. Все будет нормально». С этими мыслями Робин погрузилась в сон. На следующий день Робин задумалась о том, так ли ей нужно образование, когда мысль о еще паре часиках сна была намного привлекательнее. После 5 часов отдыха она еле встала с кровати. Наспех собравшись, девушка спустилась и застала отца, готовящего яичницу. Ей хотелось тихонько пробраться мимо, но он заметил ее в середине побега. — И тебе утречка, Робин, — недовольно пробурчал он. — Сегодня придут мои друзья. Вернись пораньше со школы и приберись дома. В гостиной полный беспорядок — не хочется позориться. «Кто его, по-твоему, устроил?» — хотела было сказать она, но боль от полета с лестницы вовремя напомнила о себе. — Хорошо, пап. — Завтракать будешь? Я могу и тебе пожарить. — Я уже опаздываю, мне пора, — она поправила лямку рюкзака и направилась к входной двери. — Нужно, чтоб все блестело, не забудь! — прокричал он из кухни. «Не забуду,» — язвительно подумала она про себя. Тут позабудешь и окажешься в травмпункте. В школе первым занятием была алгебра. Как назло, именно сегодня мистеру Ричардсону приспичило дать контрольную. Он любил спонтанные проверки. Так, мол, мы боимся неуда и лучше готовимся. Он раздал бланки и, довольный, сел за стол пить утренний кофе, пока ученики страдают в агонии. Робин пришлось поднапрячься, но к концу занятия она смогла ответить на 14 задач из 17. В последних заданиях она наудачу вписала рандомные числа. Лучше, чем вообще ничего не написать. Так хотя бы кажется, что ты пытался. Прозвенел звонок, и все стали потихоньку собирать вещи, как вдруг мистер Ричардсон встал с места. Он попросил учеников остаться, так как он еще не предупредил их о скорой школьной поездке. — Как вы знаете, в этом году мы собираемся в Бостон. Вам и вашим родителям были разосланы уведомления еще в начале года. Отбытие через пару дней. Номера уже распределены, и посмотреть, с кем вы будете жить следующие 3 дня, вы можете на доске объявлений в холле. На этом все. Сдавайте работы и можете идти. Робин ждала этой поездки. По ней нельзя было сказать, но ее интересовало искусство. Особенно живопись. В Бостоне ей удастся посмотреть на картины известных мастеров вживую. В их городке было всего два музея, но в них не было ничего ценного. Что же до ее будущего соседа, так ей было совершенно все равно. Она почти ни с кем не общалась, так что у нее не было никаких пожеланий. Лишь бы только не кто-то шумный. И не Митчелл. А с другими они как-нибудь уживется. Она собрала учебники и отправилась в следующий по расписанию класс. За эти 2 дня она так и не посмотрела на списки. Очень зря. *** В холле отеля было шумно. Очень шумно. И это несмотря на то что на часах едва показывало 9. Спавший до их приезда персонал тут же проснулся при виде толпы старшеклассников. Началась поспешная регистрация приезжих. Работа шла немного медленно из-за неуклюжего и стеснительного новенького, по которому было видно, что это был его первый день за стойкой. Как бы жаль ни было его Робин, все же после часа ожидания в очереди она потихоньку начала его ненавидеть. От скуки она достала телефон и открыла ленту в фейсбуке. Фотка чьей-то собаки, какой-то мем, снова фотка собаки, фотка из отпуска ее тети… и новый пост от Эми Митчелл. Какого черта она попалась ей в ленте? Она не подписывалась на нее. Иногда заходила на ее страничку, но не более. Что уж говорить о добавлении в друзья. На фото Эми обнималась с Джесс в парке развлечений, рядом были Чед и Джордан с Шерли — его новоиспеченной девушкой, а к фото была прикреплена какая-то банальная надпись. Видимо, ничего получше она придумать не смогла. Дэвис скривила лицо и убрала телефон обратно. Ненависть к ней немного подостыла из-за переполнявшего девушку предвкушения. Настала ее очередь. Парень на ресепшене проверил что-то в документах, записал ее и наконец выдал ключ с номером «93». Он находился на 3-ем этаже в самом конце коридора. «Класс, меньше надоедливых соседей» — довольно подумала про себя девушка. С замком пришлось немного повозиться, механизм не хотел поддаваться, но в итоге Робин удалось-таки открыть дверь. Мебели было немного: две кровати, разделенные тумбочкой, пара настенных светильников, комод, кожаное кресло и телевизор, прикрепленный к стене. На гардинах висели темно-зеленые занавески. Немного осмотревшись, Дэвис приметила еще и кофейную машину в углу. Неплохо. Она любила выпить чашку-другую утром. Дэвис поставила чемодан на кровать и стала разбирать вещи, как услышала стук в дверь. Очевидно, это была ее соседка. Мальчиков селили с мальчиками, девочек — с девочками, ясно по какой причине. — Открыто, — бросила Дэвис, не отрываясь от своего занятия. Сзади послышался скрип и стук каблуков. — Ключ только один, так что будем договариваться, если-. — Дэвис? — Робин вздрогнула. Нет. Это не была она, не могла. Она развернулась, чтобы убедиться в своей ошибке, но никакой ошибки не было. Перед ней стояла Митчелл. Та самая Митчелл, распускавшая о ней гадкие слухи. Та самая Митчелл, из-за которой всем в школе стало известно об ее ориентации и из-за которой ей пришлось терпеть нападки со стороны двинутых защитников традиционных ценностей. — Да ладно? Вы что, прикалываетесь… — украла ее слова Митчелл. — Нет уж, я не буду жить с какой-то… Я пойду к мистеру Ричардсону и- — С какой-то — это какой? — раздраженно прервала ее Робин и бросила на нее злобный взгляд. — Давай, Митчелл, закончи предложение. С кем ты не хочешь жить? — Эми только удивленно посмотрела на нее, но не смогла ничего ответить от неожиданности. — Так и знала. Такие как ты горазды поливать других дерьмом только за спиной. Иди беги к мистеру Ричардсону, если хочешь. Я тоже не горю желанием жить с какой-то сукой, — Дэвис фальшиво улыбнулась ей и продолжила заниматься распаковкой вещей. Митчелл скрестила руки на груди, прошипела что-то и вышла в коридор искать мистера Ричардсона, чтобы тот выделил ей другой номер. Может, еще не поздно поменять соседа? Она была уверена, что кто угодно захочет жить с ней. И это было правдой. Эми нашла учителя на первом этаже. Он был окружен группой ребят и был явно чем-то недоволен. Девушка подождала, пока они уйдут и подошла к нему. При ее виде он слабо улыбнулся, но было видно, что и она была ему в тягость. Слишком много детей на его голову. Была бы его воля, он бы отказался руководить поездкой, но выбора у него не было, кто-то должен был курировать ребят. Все ради их образования. — Мистер Ричардсон, — вкрадчиво начала она, — есть небольшая проблема с моей соседкой, — он удивленно вскинул брови. — Нельзя ли устроить так, чтобы я жила с кем-то другим? — Погоди секунду. Насколько я помню, ты делишь номер с Робин Дэвис, правильно? Что же с ней не так? Тихая девушка, умная, я бы даже сказал способная местами, разве что неразговорчивая. Но насколько я помню, проблем с ней никогда не возникало. — Да, но… — она никак не могла подобрать нужных слов, чтобы звучать убедительно. Мистер Ричардсон терпеливо ждал, пока она закончит. — Понимаете, я не могу делить с ней комнату. Мне просто некомфортно с ней. — Митчелл, — он оглянулся, проверяя, нет ли кого рядом, и напрямую спросил, не задирает ли ее Дэвис. Часто жертвы школьных хулиганов не могли откровенно говорить о том, что с ними плохо обращаются. Он сам не хотел верить, что Дэвис могла обижать кого-то, но надо было удостовериться. Никогда не знаешь, кем может быть на самом деле приличный с виду ученик. — Нет, вовсе нет. Но!.. — она остановилась, вдруг осознав, насколько глупо прозвучит ее довод для мистера Ричардсона. Если она ли она напрямую скажет, что презирает Дэвис из-за того, что она «лесби», то скорее у нее самой будут неприятности. Не хотелось бы вовлекать родителей во все это. — Нет, но — что? — устало проговорил учитель. — Митчелл, поймите, если это не что-то серьезное, то я ничем не могу помочь. У меня и без того есть чем заняться, а ваша неприязнь к соседке не кажется мне достаточным основанием что-то менять. Мне пора идти, и помните, что к 12 часам вы должны быть готовы к первой экскурсии, — в этот момент у него завибрировал телефон, и он быстрыми шагами ушел в другой конец холла, чтобы обсудить какие-то моменты. «Все ясно. Значит, придется делить комнату с этой ненормальной», — ворчала про себя Эми. — «Только бы она не начала лезть ко мне. Гадость!» — она мотнула головой, отбрасывая ненужные мысли. Придя в номер, она заметила, что Робин куда-то ушла, и облегченно вздохнула. Один только ее вид навевал на нее воспоминания о том, как она случайно увидела ее целующуюся с другой девушкой на балконе. Тогда они праздновали день рождения какого-то парня с богатыми предками, и он пригласил кучу народу. Эми стало душно внутри, и она захотела проветриться, но открыв дверь, она увидела совсем не то, на что рассчитывала. Она убежала в ту же секунду, но тот момент прочно осел в ее голове. Как бы Митчелл не старалась стереть то воспоминание, оно всплывало в самые неподходящие моменты и не давало покоя. Она и сама не могла понять, почему что-то настолько грязное и аморальное так сильно ее беспокоило. Наверное, она слишком впечатлительна. Из размышлений ее вырвал стук в дверь. Это была Джесс. Она хотела позвать ее посидеть с ней и ее соседкой Сэм, пока еще было время. Митчелл с радостью пошла к ним в номер — так она сможет хоть немного расслабиться и отвлечься от дурных мыслей. Номер Джесс и Сэм был на 4-м этаже, напротив номера Джордана и Чеда. Со стороны мистера Ричардсона такой ход был не очень умен, а может быть, его не сильно волновало, кто к кому будет ходить. В конце концов, влюбленную молодежь ничто не разлучит, и попытки остановить ее от посиделок друг с другом не привели бы ни к чему хорошему. Чед приветливо улыбнулся Эми, выходя из своего номера. Он как будто знал, когда она будет проходить мимо. Он уложил свои непослушные каштановые волосы и надел приличную одежду. — Хей, Эми, — он облокотился о дверной косяк, стараясь выглядеть как можно непринужденнее, — не хочешь потом заглянуть и к нам? Мы будем играть в «правду или действие». Будет весело, обещаю. — О, эм, даже не знаю. У меня были планы, — она поправила волосы и слегка улыбнулась. На самом деле у нее не было никаких планов. Ей просто не хотелось оставаться с ним наедине. В последнее время Чед был слишком настойчив, и ее это пугало. Сильно пугало. Он ждал ее ответа и отправлял кучу «милых» сообщений, порой доставляя большие неудобства. Он ждал ее после школы, чтобы проводить до дома. Он присылал ей цветы. И все это началось пару месяцев назад. Честно говоря, сначала ей льстило его внимание — а кому бы нет? — но с каждым днем он давил на нее своими чувствами все больше. Казалось, вокруг нее не было никого, только он и его удушающая любовь. Он как питон сжимал ее в своих объятиях все крепче и крепче, пока она наконец не выкрикнет «да» и не станет его. Джесс, услышав явную ложь, толкнула Эми в бок. — Нет у тебя никаких планов, Эми. Не ломайся и приходи играть, мы с Сэм и другими девочками тоже там будем. Она просто стесняется быть в одной комнате с таким красавчиком, — прошептала она Чеду на ухо и похлопала его по плечу. Он засмеялся, прежде чем войти обратно в номер. — Ну так что, Эми, — сказала Джесс, когда они вошли в комнату, — ты так ничего ему не ответила? — она посадила подругу на кровать и серьезно посмотрела в глаза. — Чего ты боишься? Он хороший парень, красивый и спортивный. Он на тебя щенячьими глазами смотрит, а ты все жмешься! — Я знаю, знаю, — вздохнула Митчелл. — Я скажу ему, — девушки недоверчиво переглянулись. Правда ли? Без посторонней помощи дело явно не сдвинется. Но они оставили эту тему. Было кое-что не менее интересное. Джесс потянулась за телефоном, разблокировала его и показала экран Эми. — Что думаешь? — на экране был открыт профиль какого-то парня из их школы. Кажется, он играл в футбольной команде. — Он написал мне на выходных, предложил встретиться. — Да вроде ничего, красивый, — ответила Митчелл. — «Ничего»?! Что ты имеешь в виду под «ничего»! Ты посмотри на него, — она пихнула ей телефон чуть ли не в лицо. — Я таких красавчиков в жизни не видела, где он только прятался? — Говорят, он только перевелся. А если он только перевелся, значит, у него еще никого нет, — заметила Сэм, переглядываясь с Джесс. — Вот! К этому я и веду. Я думаю согласиться погулять с ним и пригласить вас с Чедом. Ну, знаешь, устроить двойное свидание, — Эми даже не знала что сказать. То есть Джесс не допускала возможности, что Эми откажет Чеду? Как будто ее лишили права выбора. Неужели все только и ждут, когда она станет его девушкой? А с другой стороны, разве у нее с самого начала был выбор? Любая девушка в школе согласилась бы с ним встречаться, не раздумывая. Любая нормальная девушка. И как «нормальная» девушка, Эми не оставалось ничего, кроме как согласиться. …. В Музей изящных искусств они прибыли в самый пик. Людей внутри было очень много, и мистер Ричардсон настойчиво просил ребят не отходить далеко, но его, конечно же, никто не послушал. Эми отошла от группы, ей хотелось побыстрее посмотреть европейскую коллекцию. Не то чтобы она была знатоком живописи, вовсе нет. Она была просто любителем всего прекрасного. Особенно ей нравились пейзажи. Она ценила простор, который способна была создать рука мастера. Наверное, думала она, это потому, что дома ей так не хватает воздуха. Как странно, даже в большом доме можно чувствовать себя, как в клетке. Самым странным было то, что она не могла вспомнить, когда именно ей стало тяжело дышать. Иногда ей казалось, что эта духота когда-нибудь убьет ее. Она не оставляла ее даже в школе, будто забиралась к ней в рюкзак, чтобы мучить ее и там. Эми ходила от одной картины к другой, пока не заметила ту, которую ей хотелось найти. На холсте было нарисовано маковое поле. Снизу Митчелл прочитала имя художника — Клод Моне. Что-то щелкнуло у нее в голове — точно, они проходили его на занятиях. Кто-то даже делал презентацию. Но тогда она прогуляла школу. Теперь девушка жалела об этом. Она завороженно смотрела на картину, как вдруг почувствовала прикосновение чьей-то руки. Это был Чед. Ну конечно, кто же еще… — Красивая картина, тебе нравится? Ты уже пять минут на нее смотришь, — заметил парень. Эми смутили его слова. Получается, он следил за ней. Неужели и тут она не может побыть одна? — Это, по-моему, Гоген, — с видом знатока заметил он, даже не утрудившись посмотреть на надпись снизу. Эми слабо улыбнулась и не стала спорить. Он взял ее за руку и потянул в другую сторону. — Идем, там картины поинтереснее. Эта тоже красивая, но на ней не на что смотреть, — пояснил он. Митчелл только кивнула и последовала за ним. Вместе они присоединились к группе в зале американских мастеров. Краем глаза она заметила Робин, которая стояла у какого-то морского пейзажа. Другие картины, казалось, не интересовали ее. Все время, пока их группа ходила от одной картины к другой, Робин стояла на месте. Она совершенно забылась в своих мыслях. Их группа осмотрела античный зал и вернулась, а она все стояла там же. Странная девчонка. Разве она может разбираться в живописи? — раздраженно подумала Эми и отвернулась. Но вот мистер Ричардсон сказал собираться — им пора было уходить. Дэвис очнулась от звука его голоса и пошла к выходу, а Эми незаметно подошла к тому месту и сфотографировала картину, хоть это было запрещено, и только после присоединилась к остальным. Она не хотела признавать, но ей было интересно, что такого было в той картине. За день они посетили еще один музей, но Эми мало что запомнила о нем. Она пыталась смотреть на картины, но Чед не мог долго стоять на месте и молчать. Казалось, тишина убивала его. Этот полный энергии веселый парень не мог остановиться и наслаждаться искусством. Спустя пару минут он обязательно начинал рассказывать какую-нибудь смешную историю и тянул Эми к другим картинам. Она только натягивала на лицо фальшивую улыбку и смеялась. Чед искренне хотел ее развлечь, думала она. Он просто пытается быть хорошим парнем. Да… Под конец дня Эми была рада вернуться в отель и немного передохнуть в тишине. Робин лежала на кровати и читала какую-то книгу, совершенно не обращая внимания на Митчелл. Она прихватила много книг, чтобы как-то скрашивать вечера. Она выглядела совершенно удовлетворенной, в отличие от кое-кого. Уставшая, Эми рухнула на кровать и прикрыла лицо руками. Только сейчас на нее нахлынуло сдерживаемое прежде раздражение. Она так ждала этой поездки, так хотела повидать Бостон, пройтись по его улицам, посетить музеи, погулять в парках, и первый день их 3-дневной поездки пошел коту под хвост. Ей хотелось кричать от фрустрации, но стены в отеле точно бы не выдержали ее гнева. Эми прошлась рукой по лицу и перевернулась на бок. Робин все так же читала. Она полностью сосредоточилась на книге, что было видно по ее серьезному лицу. Девушка присмотрелась к обложке и разобрала название: «Мастера пейзажа 18-19 веков. Европа». Она вскинула брови от изумления. — Не знала, что тебе интересно такое, — выпалила она, не подумав. У нее вылетело из головы, что еще утром она хотела переселиться от нее подальше. Они терпеть друг друга не могут, и лучший способ сосуществовать для них — это взаимное игнорирование. Прошла секунда, две, пять, десять — а ее соседка не сказала ей ничего в ответ. Митчелл вздохнула с облегчением — может, она не услышала? — но спустя еще пару долгих секунд Дэвис отложила книгу. — Интересно. Я даже сделала пару презентаций по истории искусств. Каспар Давид Фридрих, Клод Моне, Исаак Левитан. Но кого-то не было на тех занятиях, — прозрачно намекнула ей Робин. Митчелл покраснела и хотела было уже что-то ответить, но та раскрыла книгу и снова погрузилась в чтение. Эми выдохнула и перевернулась на другой бок. Вот же сука. У нее была причина отсутствовать в те дни. Но Робин не могла об этом знать. А вообще… Как кто-то вроде Дэвис может интересоваться живописью? Музыкой еще может быть — все панки с кучей пирсинга обязаны хотя бы раз в жизни создать свою группу, думала она, — но чтобы живописью… Она хотела пытаться разговорить Дэвис, но ее прервал стук в дверь. Эми открыла и увидела приодетую Джесс. Она была очень веселой. Кажется, она весь день только и ждала, чтобы пойти играть в номер мальчиков. Джесс схватила ничего не подозревающую Митчелл за руку и увела на 4-й этаж, где их уже поджидали парни. В комнате сидели Чед, Джордан, Сэм и еще 2 девушки, имен которых Митчелл не знала. Она улыбнулась им при входе, и Джесс быстро шепнула ей на ушко «Сара» и «Райли». Их лица казались ей знакомыми, как и другие десятки лиц ее школы. Люди приходят и уходят, а она остается наверху. Места в номере было немного, но парни заранее передвинули комод так, чтобы все смогли сесть в круг для игры. Чед похлопал на место рядом с собой, подзывая Митчелл сесть к нему. Джесс подтолкнула ее в бок, как бы намекая, чтобы та не тупила и скорее шла к спортсмену. Джордан предложил всем газировку и чипсы. Игра началась. — Итак, — притворно-торжественно начал Джордан, — мы собрались здесь сегодня, чтобы — ауч! — Чед пихнул его в бок. — Ладно, ладно! Без вступительной речи на этот раз. Кто хочет начать? — Сэм подняла руку. — Отлично. Выбирай жертву. Сэм коварно осмотрела всех вокруг и остановилась на Джесс. — Правда или действие? — Хмммм, давай правду. Не люблю действия. Мне всегда достается какой-то треш, — она закатила глаза от воспоминаний. Сэм немного подумала, прежде чем задать вопрос. — Самый стремный парень, который тебе нравился. Врать нельзя. — Ууууууу, — раздалось в комнате. Джесс закрыла лицо рукой с мыслями «везет же мне». Митчелл что-то прошептала ей на ухо, пытаясь ободрить. Она тоже шепнула ей что-то в ответ. — Ну ладно, — начала Джесс. — Это было в начальной школе, там был один мальчик по имени Джейк. Я была влюблена в него буквально неделю, пока не увидела, как он есть червей, — при этих словах все сморщили лица от омерзения. Джордан прикинулся, что его вот-вот вырвет, но Чед дал ему подзатыльник. — Серьезно. Он раскапывал их из земли и клал себе в рот. Думаю, они съели ему мозги. — Комнату разразил взрыв хохота. Пришлось ждать, пока все успокоятся. — Ладно. Теперь я, — Джесс сделала вид, что выбирает, кого бы спросить, но на самом деле все было давно запланировано. — Эми! — Я? — Митчелл удивленно переглянулась с подругой. — Ну, хорошо. Я выбираю правду. Мне нечего скрывать, я слишком идеальна. — Это был именно тот вариант, на который надеялась Джесс. Но она тут же пожалела о своем выборе, когда увидела коварную улыбку подруги. Джесс сделала вид, что обдумывает вопрос, даже нахмурилась для правдоподобия и помассировала виски. — Тебе нравится Чед? Она это специально. Джесс спланировала это, чтобы она не могла отвертеться. Митчелл знала, что рано или поздно ей придется дать ответ, но она все еще надеялась отсрочить неизбежное. Она хотела еще немного побыть свободной. Но теперь ей оставалось только одно — сказать «да». Она так и сделала. Все завизжали от радости, как дети, и начали поздравлять Чеда. Теперь она была его девушкой. Какая радость…