Большое космическое путешествие

      — Смотри.       — Это же корабль!       — Это я вижу, — фыркнул Габбро.– Я бы добавил, что это сравнительно недавно прилетевший корабль.       — Тиорон уже у Цветка?! — присоединился к обсуждению Гал, встревожено заглядывая приятелю через плечо. — Я думал, им потребуется больше времени, чтобы обнаружить поселение.       — Н-да, — мрачно сказала Мисани, — Причем здесь у нас целый крейсер. А это оч-чень плохо.       — Давайте надеяться, что они еще не высадились, — решительно высказалась Сапфир. — Главное, чтобы нас не обстреляли прямо на орбите. Нат с тоской подумал, что истории свойственно повторяться. А еще он подумал, что предпочел бы, чтоб она повторилась в чем-то другом, более жизнеутверждающем, что ли…       — Может, и не высадились, — медленно произнес он.– Но мне очень хотелось бы знать, почему из всех планет этой системы они выбрали именно Рубиновый цветок?!       — Там наша деревня, единственный оплот «цивилизации» в этой системе, — заметил Габбро, — вот все туда и слетаются. В рубке на какое-то время воцарилась тишина. Мисани с мрачным видом проматывала отснятые кадры крейсера. Дойдя до конца, она принялась смотреть их в обратном порядке, словно надеясь не с третьего, так с пятого раза углядеть некую мелкую, но чрезвычайно важную деталь.       — Чего конкретно мы ждем, шшт? — не выдержал Кари       — Думаем, как не плюхнуться в океан, не сумев затормозить, и при этом остаться незамеченными, — вздохнул Нат.– Посчитай: если осторожно, то торможение, полет на малой скорости — придется ползком лететь, значит, тяга будет жрать топливо в три горла. Хорошо, если при всем при этом не возникнет никакая непредвиденная ситуация, минус небесные наблюдатели с крейсера. А при быстром и неосторожном спуске поломаем судно, и опять останемся в тупике. Сколько кораблей мы разбили за это путешествие, пять? Перебор, даже по нашим меркам.       — Нда, неважное положение. Есть идеи не включающие в себя нашу гибель?       — Нету, — спокойно произнес Нат, — а потому предлагаю положиться на удачу. Мы сейчас будем садиться. Сапфир?       — Полвитка на торможение о верхние слои, потом ныряем и плавно приземляемся вот здесь, — палец девушки указал на место чуть выше края моря. - К тому же, это возле того места, которое мы предложили под поселение.       — Ну-у-у, — Гал почесал затылок и решительно сел в кресло. — Раз решили, то делать нечего.       — В атмосферу корабль поведу я, как самый опытный, — продолжил Нат. — Все согласны? Сапфир кивнула, Гал показал большой палец. Соланум написала: СОЛАНУМ: Твой опыт пилотирования в критических ситуациях может оказаться крайне полезен. Я согласна.       — Не понял, — удивился Габбро. — А почему не я самый опытный?       — Я всего лишь хочу помешать одному самоуверенному типу превратить нас в очень плоскую и хорошо прожаренную лепешку.       — Вообще-то, — начал Габбро, — у меня налет как бы не в десять раз больше твоего.       — Угу, не считая временной петли. Габ, перестань, ты и сам знаешь, что я справлюсь лучше, — Нат в поисках поддержки покосился на друзей. — Сам же рассказывал, как во время первого старта после вынужденного перерыва чуть корабль на деревню не уронил?       — Гал, прикинь посадочную траекторию, а? — попросила Сапфир. — Каса-ри, номаи, прошу покинуть рубку — начинается пилотирование в критической ситуации! И, ребят, я развоплощаюсь — буду слегка контролить посадку. На всякий случай.       — Отлично, — не отрываясь от мониторов, кивнул Нат.       — Сам-то ты, — проворчала Мис, по какой-то причине вступаясь за Габбро. — У нас, между прочим, суммарная масса под двадцать килотонн, криво пристыкованный грузовой отсек и аэродинамика кирпича.       — Мис, — Гал серьезно на нее покосился.– Габбро просто шутит, разряжает атмосферу. При этом прекрасно знает, что Нат справится лучше, так, Габ?       — Не скажи, — ухмыльнулся старший. — Ладно, ладно, не сверли меня таким сумрачным взором, гроза космических кораблей.       — А если говорить про опыт… Я падал в черную дыру, прыгал над пропастью между двумя обломками Солнечной Станции, несколько раз высаживался на планеты без корабля, летал на Черный Терновник — а это, наверное, самое страшное, что со мной могло произойти в мой «первый полет».       — И когда это все с тобой успело произойти? — удивленно взглянула на него Мисани.       — В тех временных петля, которые я не стал описывать, — вздохнул Нат. — У меня хватает более приятных воспоминаний. Гал, что с расчетами?       — Первая часть уже готова, сейчас перекину, — пообещал друг.– Сход с текущей орбиты через пять минут, затем полтора витка в верхних слоях, на торможение…       — Вроде ж сговаривались на полвитка, — напомнил Нат. — А если нас заметят?       — А если мы расплавимся, влетев в нижние с такой скоростью? — поинтересовался Гал. — Полтора или даже два с половиной, по ходу посмотрим. Да, кстати. Соланум?! Номаи заглянула в рубку.       — Для вас с Кари и Клэр тоже имеется задание. Проверьте аварийные системы прицепа. Нужно, чтобы в случае обрыва буксирного троса включался антиграв.       — Это же трос из нанотрубок! Он выдерживает нагрузку до ста килотонн! — возмутилась Клэрис.       — Это значит, что в отрыв прицеп уйдет с нашей кормой, только и всего, — хихикнул Габбро. — И если это случится, все его содержимое разлетится на полконтинента. Кари сдавленно хихикнул. СОЛАНУМ: Что-нибудь еще необходимо сделать, пока я тут?       — Да, — кивнул Гал, торопливо снимая со своего плеча перекочевавшего туда после ухода Сапфир зверька. – Возьми Росянку и запрись потом вместе с ней в каюте. Номаи с подозрением оглядела раскомандовавшегося Гала, но Росянку забрала. Мисани украдкой вытерла пот со лба и мысленно поблагодарила всех богов. Как выяснилось, преждевременно — несколькими минутами позже в рубку вернулся Кариллис.       — Капитан…– смущенно пробормотал он, — а можно, я еще захвачу нам бутылку ликера?       — Пить во время посадки?! — поперхнулась Мисани.– Ты же член экипажа…       — …а можно, я немного побуду балластом, шшт? Меня укачивает.       — Возьми капсулу из аптечки, — предложил Нат.– Она гораздо эффективнее алкоголя.       — Зато с ним, — Кари умилительно склонил голову и сложил ладони в молитвенном жесте, — Мы не будем представлять всяких ужасов про ваши пилотажные умения, чшшт.       — Да ладно, все было не настолько плохо! — Нат качнул штурвалом, заставляя грузовик чуть задрать нос. — Так, мы уже входим в атмосферу… Бездна! Почему створки не закрываются?!       — Так что насчет… — уточнил Кари.       — Бери что хочешь и бегом в относительно безопасное место! Гал, повернувшись к экрану, торопливо рылся в списке подсистем. Процесс управления корветом, казавшийся «интуитивно понятным» в открытом космосе, начал подкидывать сюрприз за сюрпризом. Вроде бы все по мелочам, но… Черт, не возвращаться же на орбиту, чтобы заново изучить инструкцию?        — Сейчас… ага, вот. Они в принципе не закрываются. Вместо обычного жаропрочного стекла новая модель оснащена иллюминаторами из монокристаллических пластин. Благодаря своим уникальным прочностным свойствам они не нуждаются в дополнительной защите и обеспечивают экипажу отличный обзор в любых условиях полета…» Нарастающий рев за обшивкой поглотил конец абзаца. По пресловутым уникальным пластинам зазмеились огненные ручейки.       — Гал! Где оболочка?!       — Сейчас, сейчас… — Гал лихорадочно пролистывал список, пытаясь выяснить, как именно она включается.       — Гал, — голос Мисани опустился до вкрадчиво-мягкого, — «сейчас» мы тупо падаем сквозь атмосферу, словно треклятый, провалиться ему в бездну, метеор! Если вот прям немедленно не врубить этот плазменный кокон, мы очень скоро повысимся в статусе до метеорита!       Гал наконец добрался до нужного пункта меню — и обнаружил там пометку «вкл. авт.». Почему этот самый «вкл. авт.» не соизволил сработать, выяснять было поздно. При попытке убрать галочку выскочило сообщение, что изменение настроек должно выполняться в другом разделе, и сейчас данная опция недоступна. Для доступа требовалась полная перезагрузка системы, что в данной ситуации было чистым безумием.       — Ну что там?! — крикнул Нат.       — НЕ ВКЛЮЧАЕТСЯ!       — У-у-у, гадство!       Сверху что-то грохнуло — раз, другой. К реву пламени добавился протяжный свист. Несколько секунд он стремительно нарастал, затем оборвался. Друзья синхронно дернулись вперед и повисли на ремнях. Судя по направлению силы тяжести, корвет падал на планету почти отвесно. Мимо головы Габбро, жалобно пища, пролетела Росянка, шлепнулась на смотровую панель и начала медленно стекать куда-то за пульт.       Рев и свист неожиданно пропали. Мисани ошеломленно моргнула, постучала по наушнику. Затем она увидел новое на экране: «Звуковая нагрузка превысила допустимый уровень, задействована система активного шумоподавления».       — Нат…       — Вижу! — отозвался друг.– Ничего, все будет путем. Сейчас провалимся еще чуть ниже, в плотные слои, а там я задействую маневровые.       — Ты не удержишь двадцать килотонн на одних маневровых, — уверенно возразил Габбро. – Черт, да ты его даже не развернешь! Нужно запустить основной и работать с вектором тяги.       — Это чересчур безумная идея! — констатировала Сапфир, для этого даже частично вернувшись в реальный мир.– Ты случайно башкой о пульт не приложился? У нас же гравитатор в рубке отсутствует, забыл? Что насчет перегрузки? Габбро не ответил, потому что был очень занят. Он внимательно смотрел, как пыхтящий от натуги зверек медленно переваливается через край пульта и пытается ползти вверх, цепляясь за кнопки.       — Нас потом от кресел отскребать будут, — выдохнула Мисани. – Тьфу, не будут, мы ж в планету воткнемся. Двадцать килотонн, да на ускорении… Ха, есть шанс дойти прямиком до магмы!       — А еще они будут ржать над безумцами, решившими садиться на планету на этом огрызке корвета, — нервно хихикнул Гал. — Бездна! Отчаянно скребущий лапками зверек все-таки сумел подняться на десяток сантиметров. Здесь он замер, вцепившись крохотными коготками в пластик и тяжело дыша. С третьей попытки, едва не вывалившись из ремней, Габбро схватил его и, размахнувшись, бросил в сторону выхода. Отчаянно вереща, зверек пролетел через рубку и скрылся за мембраной.       — Значит, там гравитация в порядке, — заметил Нат, — а то бы она обратно упала.       — Пилот, я приказываю запустить основной двигатель, — скомандовал Габбро.       — Габ, говорю же…       — Запускаем основной двигатель на минимальной мощности, — медленно, делая паузы между словами, заговорила Сапфир, — и плавно изменяем вектор тяги, чтобы мы вышли в горизонтальный полет. Я не вижу иного выхода.       — Мы воткнемся, — повторила бывший капитан, — слышите меня?! Ты не сможешь даже пальцем шевельнуть, потому что на каждом твоем пальце будет сидеть большой и толстый…       — Он не сможет! — перебила его Сапфир.– Я смогу!       — Но…       — Врубай! — выдохнула камелянка, развоплощаясь окончательно. В следующий миг Нат с трудом удержался от крика. Удар перегрузки был страшен, и на миг в мутнеющем сознании парня проскочила мысль, что Мисани была права и сейчас их попросту раздавит. Друзей он уже не видел — периферийное зрение отказало, а оставшийся тоннель катастрофически быстро сжимался, грозя схлопнуться вообще. Но кое-что в него еще попадало: чьи-то полупрозрачные руки ме-едленно, по миллиметру в год, сдвигали штурвал. Это длилось целую вечность — и, когда чудовищный пресс внезапно исчез, Нат поверил в чудо далеко не сразу.       — Ж-живы?       — Да… кажется, — просипел Габбро.– И даже вышли в горизонталь. Поздравляю, птенчики, вы в очередной раз всех спасли… Как обычно, едва при этом не угробив!       — Не говори так, — с трудом ворочая распухшим языком, выдохнула Мис, — пока не сядем. Пока… Подключи антиграв-подушку, а то опять в пике сорвемся.       — Ее же на три минуты хватит, не больше. А нам до точки посадки еще тянуть и тянуть. Или ты хочешь сесть прямо сейчас?       — Прямо сейчас мы над океаном летим, — сказал Гал. — Да и… Кто-то говорил ж, что в инструкции срок службы преуменьшают?       — Как скажете, — не стал спорить Габбро, и, откинувшись на спинку кресла, со стоном закрыл глаза. — Трындец… Нат смолчал, хотя чувствовал себя ничуть не лучше. Тело казалось тщательно измолоченной отбивной, а из всех мыслей осталась лишь страстная мечта накачаться обезболивающим до самых ушей. Потом… Когда этот корабль наконец приземлится.       — Фир, ты контролируешь? «Да, не волнуйся. Сядем» Голос сестры звучал слегка устало, но уверено. Нат вздохнул и с чистой совестью последовал примеру старшего друга. «Что это?!» Нат нехотя открыл верхнюю пару глаз, и тут же распахнул и нижнюю, не веря.       — Это же…       — …Наша деревня, — договорил за него Гал. — Точнее, то, что от нее осталось. Парень до боли в пальцах сжал подлокотники кресла. Мисани была права — Бакэмон никогда не откажутся от возможности сорвать большой куш. Даже целой гибели всей иной расы.

***

Напряженное молчание царило на корабле до самой посадки, да и потом оно не то чтобы прекратилось. Подобный стиль высадки называется «похватали что придется и побежали». Не самый разумный вариант, но раздумывать над чем либо сейчас было выше их сил. Тихо прошуршали створки шлюза, выпуская нервно приплясывающих астронавтов из звездолета. Нат первым спрыгнул на непривычно длинную траву (на планете-ферме подобной не было — соответствующую экологическую нишу заняла лоза) и чуть ли не бегом направился к реке, у которой была построена новая деревня. Ключевое слово — была. Оставшееся на месте поселения пепелище ничем не напоминало тот дом, что друзья надеялись увидеть. Габбро медленно подошел к одному из остовов сгоревших домов и с явным усилием сдвинул валяющийся у бывшего входа в жилище обломок. Сапфир невольно закусила губу.       — Нет, нет-нет-нет, — с нарастающим отчаянием забормотал Гал, бросаясь к лежавшему под обломком сгоревшей деревяшки телу камелянина. Роговика. — Он не мог так умереть, это неправда…       Нат медленно подошел к другу и сел рядом на землю. На душе было на удивление пусто, будто бы он вовсе разучился чувствовать что-либо. Гал неподвижной статуей застыл над телом одного из основателей космической программы. Было сложно сказать, о чем он думает, и думает ли вообще. Номаи молча обняла друга, тот вздрогнул, но противиться не стал.       Сапфир бездумно подняла валяющееся около тела астронома радио, изрядно покореженное от жара. Повертела его в руках, и неожиданно осторожно прижала его к груди. До Ната донеслось ее еле слышное всхлипыванье, которое, скорее всего, не заметил никто из команды. Может, кроме богомолов, но те сейчас были поглощены чувствами всех остальных.       Парень тяжело поднялся, чувствуя себя хуже, чем когда он понял, что Солнечная станция номаи (звезды, как давно это было!) не является причиной взрыва солнца. Крепко обнял сестру, не обращая внимания на острые углы радиоприёмника, который она продолжала прижимать к себе будто любимую игрушку. Сапфир уткнулась носом ему в плечо, неразборчиво прошептав что-то вроде «так плохо… так неправильно…»       — Я участвовала в подобном, — нарушила тишину Мисани. Габбро странно на нее покосился. Тиорон отвела взгляд. — Это что-то вроде акции устрашения. Максимальное количество разрушений, минимальное — жертв. Я ни… Мисани с трудом сглотнула и продолжила:       — Никогда не смотрела на эти задачи со стороны тех… Чьи жизни мы навсегда ломаем, разрушая их дома, убивая их близких. Минимальное — жертв… Ч-черт побери, мне так жаль! Каса-ри вздрогнули как от боли. Мис устыдилась — даже сейчас она приносит друзьям проблемы. Гал болезненно поморщился и сдавлено спросил:       — Зачем?       — Легче контролировать тех, кто боится, — ответила вместо подруги Клэрис. — За себя, за друзей…       — И тех, кто ненавидит, шшт, — добавил Кариллис. — Эхо тому прямое доказательство. Кариллис неожиданно вскинул голову и тихо, без перевода, зашипел. Нат обернулся как раз вовремя, чтоб успеть заметить почти сразу же скрывшуюся из виду смутно знакомую фигурку.       — Эй! — неуверенно окликнул он ее. — Мы не причиним тебе зла, не бойся!