my sweet boys

— Может быть это из-за несвежих продуктов? — хмыкает лидер, осматривая макнэ, лежащего на кровати. Утро началось странно. Обычно, Ли Джуен хотя-бы встает с кровати после нескольких криков в его сторону. В этот раз все пошло по-другому сценарию. Сколько не кричи ему в ухо — парень укутался с головой в одеяло. Казалось, даже его дыхания не было слышно. Только после того, как Джисок вышел из комнаты обеспокоенным, последовало объяснение странного поведения басиста. — Отравился. Даже двинуться не может, слишком тошнит. — говорит гитарист, с легкой ноткой в голосе. — Еле-еле разговаривает. Парни действовали оперативно. Хенджин и Джисок отправились на кухню, для приготовления легкой пищи для больного, чтобы накормить его позже. Чонсу с Гонилем же взяли на себя роль старших и стали обзванивать менеджера, с просьбой освободить Джуена от дальнейших занятий. Отдых ему был необходим в данной ситуации. А вот Сынмин… Дверь в комнату макнэ тихо отворилась, а темная макушка выглянула в дверной проем. Тихо и очень темно. Джисок зашторил окно, чтобы Джуену не мешал дневной свет. Од тихо заходит, прикрывает за собой дверь и замирает в тишине, лишь бы не тревожить больного. Ли лежит на кровати, под его головой есть несколько подушек. Его лицо бледное-бледное, губы еле-еле двигаются. Вид немного пугал, но скорее, вызывал сочувствие. Сынмин садится рядом, тихо-тихо, словно мышонок. Аккуратно проводит по горячему лбу холодными руками, поэтому тело под ним сразу начинает ерничать и тихо бурчать. Джуен проснулся и явно этим недоволен. — Ну зачем?.. — Ли приоткрывает глаза, устремляя уставший взгляд на парня. Он слегка дует губы, обижаясь. — Не видишь что-ли, мне плохо. — Выздоравливай, идиота кусок. — Од хмурится, наклоняясь над Джуеном. Он нависает пару секунд, а после мягко целует больного в лоб. — Иначе твоим здоровьем займусь я. А басист не может выдавить из себя ничего, кроме тихого хмыка. Вот уж действительно — оздоровительный поцелуй. Аж бабочки в животе появились… или это один из признаков отравления?