Глава 1
17 марта 2024 г., 17:33
Вэй Ин подорвался со своей импровизированной постели и вылетел из пещеры к ближайшим сухим кустам. Уже вторую неделю его тошнит каждое утро и практически от всех запахов. Он стал больше спать и немного раздражительнее. Вэнь Цин настороженно косилась на омегу, когда узнала о его симптомах и в приказном порядке велела больше есть и пить целебный отвар. Да, на могильнике тёмному заклинателю и Вэням особо нечего было есть, но редис, который целительница настояла посадить первым, ибо он лучше приживётся и его легче выращивать, заменял практически всё, а травы собирали в редкие вылазки с горы. Редис же был на столе на завтрак обед и ужин и было его мало отчего привыкший к разным блюдам, а особенно к любимому супу, приготовленному шицзе, а также желавший дать своим подопечным по максимуму, Усянь воротил нос и пододвигал свою тарелку маленькому А-Юаню. Малыш радовался любому вниманию любимого Сянь-гэгэ поэтому с готовностью уминал и его порцию. Иногда омега спускался под покровом ночи в Илин, где с лёгкостью мог стянуть пару куриц и с десяток яиц. Всё же в их поселении жил ребёнок, которому нужно хорошо питаться, чтобы расти, а на одной редиске этого не сделаешь.
— Господин Вэй, с вами всё хорошо? — послышался недалеко приятный голос бабули Вэнь.
Эта старушка вставала одной из первых, чтобы приготовить завтрак и повозиться со вскакивающим с первыми лучами солнца Юанем.
— Всё хорошо, бабушка. — выпрямился и лучезарно улыбнулся юноша. — Вы снова с самого утра на ногах? А А-Юань ещё спит?
— Он вчера так заигрался с воздушным змеем, который Вы ему сделали, что заснул прямо за ужином.
— Вот как. Тогда пусть спит. — усмехнулся заклинатель, но в тот же момент почувствовал как мир поплыл перед глазами.
— Господин Вэй! — тут же подскочила к осевшему на колени заклинателю старушка. — Что с вами? Позвать А-Цин?
Прикрывший глаза ладонью, Вэй Ин слабо кивнул и бабуля Вэнь козочкой побежала к хижине целительницы. Усянь не понял в какой момент его с двух сторон подхватили сильные руки брата и сестры Вэнь и уложили на его, с позволения сказать, кровать. Вэнь Цин что-то недовольно высказывала, приложив два пальца к исхудавшему запястью Усяня, но спустя пару мгновений вздрогнула и аккуратно положила руку омеги.
В пещере начал постепенно разноситься запах каких-то жжёных трав. Девушка зажгла извлечённый из мешочка цянькунь сушёный букетик и поводила им над омегой, который вскоре заснул. Взволнованный Вэнь Нин стоял неподалёку от сестры, неловко перебирая пальцы.
— Сестра, что с ним? — тихо подошел к девушке мертвец.
— Самое лучше в обычном мире и самое ужасное в нашем положении. — вздохнула Вэнь Цин и поставила букетик в подобие вазочки, сделанное самим Вэй Усянем.
— Что? — склонил голову в непонимании парень.
— Он беременный. — опустила плечи целительница. — Да ещё и двойней.
— Но это же замечательно! — улыбнулся Призрачный Генерал. — Господин Вэй не будет так одинок как раньше. И у него появится настоящая семья.
— А-Нин! — развернувшись, прикрикнула на брата Вэнь Цин. — Ты забыл? Мы отщипенцы. Изгои. Вэньские псы. — девушка буквально выплюнула ненавистное оскорбление. — Мы живём на могильнике. И даже под защитой Усяня, мы не протянем долго. Умрём либо от голода, либо от мечей заклинателей. Не забывай, что Вэй Ин пошёл против всех Верховных Орденов, чтобы спасти нас! Они всех нас считают злом во плоти! Боюсь, даже если дети родятся, долго они не проживут. К тому же выносить и родить одного ребёнка трудно, а тут двое...
— Но тогда... — растерянный Вэнь Нин кидал взгляды на своды пещеры, на рабочее место Вэя, на разбросанную бумагу. — Может помочь отец детей?
— Мы не знаем кто это. Он забеременел до того как забрал нас сюда. — покачала головой Вэнь Цин и взглянула на заснувшего Усяня. — В любом случае это не нам решать. Пускай поспит. Я поговорю с ним и мы решим что делать дальше.
***
— Брат. — Ванцзи. — улыбнулся Сичень, сидящий за столом, заваленным разными обращениями и письмами. Работа Главы клана была трудоёмкой и тяжёлой, и как бы Первый Нефрит не бы усидчив и сосредоточен, такое количество работы даже он не мог потянуть. Именно поэтому появление брата в его кабинете подняло настроение. — Рад тебя видеть. — Мгм. — кивнул младший альфа, присаживаясь напротив брата. — Что-то случилось? — тут же прочитал младшего Глава. — Я хочу забрать в Облачные Глубины одного человека. Забрать и спрятать. — Кажется, я понимаю о ком речь. — вздохнул Сичень. Ванцзи ещё со времён обучения Вэй Усяня в Гусу Лань проявил интерес к омеге и Сичень не сомневался, а увидев порозовевшие уши младшего так и вовсе убедился в своём выводе. — Старейшины не позволят. — покачал головой Лань. — Да и зная господина Вэя, вряд ли он бросит людей, которых спас. — Тогда и их тоже. — твердо заявил Лань Чжань, уверенно смотря брату в глаза. — Старейшины будут в бешенстве. — тяжело вздохнул Сичень, прикрыв глаза. — О господине Вэе ходит не лучшая молва. А Глава Цзинь только подпитывает их и неприязнь Глав к нему. — Брат, слухи запрещены. Им нельзя верить. Сичень молчал, что-то обдумывая. Вэй Ин не был плохим или хорошим, он совмещал в себе все качества. Был гордым, но не гордецом, хитрым, но только в отношении нечисти и подлых людей, добрым и сострадательным, а также жертвенным, самоуверенным, нахальным, безответственным с первого взгляда, но обещания всегда держал. В общем Вэй Усянь был неоднозначным человеком. А ещё омегой. Вспомнив об этом, Сичень вновь покачал головой. В ордене Юньмэн Цзян омеги обучались наравне с альфами и бетами и владели всеми шестью искусствами не хуже, да так что могли многим заклинателям из других орденов, в которых омегам либо запрещалось либо было не принято обучаться заклинательству, дать хорошую такую фору, что все ахали когда омеги Цзян побеждали. Вэй Усянь же мог противостоять десятку заклинателей-альф и выиграть. Но после сожжения Пристани Лотоса практически все адепты погибли. Из Великого ордена, насчитывающего порядка тысячи адептов выжило не более полусотни, и те были детьми, спрятанными родителями в убежищах. Самому старшему было всего одиннадцать, когда Вэни напали и тринадцать, когда Вэй Ин и Цзян Чэн отбили свой дом. Парнишка омега заботился о выживших, укрывал и руководил детьми на протяжении двух лет. Когда освободили Пристань Лотоса и обнаружили выживших, чумазых, в потрепанной одежде, исхудавших, но живых, Цзян Чэн и Вэй Ин со слезами на глазах обняли каждого, расспрашивали о том, как выживали и говорили, что скоро всё закончится и они заживут почти как раньше. Сичень сам присутствовал тогда и видел как грозные заклинатели в виде молодого Главы Цзян и бывшего первого ученика превратились в обычных людей, обретших причину жить. Всё же ему в каком-то смысле были понятны чувства братьев. А так же он был удивлён стойкостью детей, половина из которых оказались омегами. Адепты Юньмэн Цзян поистине потрясающие. — Брат? — голос Ванцзи вырвал Сиченя из воспоминаний. — Что-то не так? — Нет. Ничего такого. — покачал головой заклинатель. — Я поговорю со старейшинами. — Благодарю, брат. — Не стоит. Я пока ничего не сделал. Ванцзи отвел взгляд к окну, в котором было видно стрельбище, где тренировались юные адепты. — Мгм. — легонько кивнул младший. — Я пойду, брат. — Хорошо.***
Цзян Чэн сидел на кровати и размышлял над сложившейся ситуацией. Вэй Усянь забрал Вэней прямо у адептов Цзинь, да ещё угрожая им флейтой, и увёл на Луаньцзан. Гуаншань наседал на юного Главу Цзян, что тот не в силах приструнить своего подчинённого, что Вэй Ин ни во что не ставит брата и за спиной насмехается над ним. Почему-то эти речи убеждали его пока он был в Башне Кои, но вернувшись домой, он практически сразу пришел в себя. Родные места навевали воспоминания о детстве и юношестве, чудовищно прерванным войной. Цзян Чен вспомнил что за человек Глава Ордена Цзинь – Цзинь Гуаншань и сейчас, сидя в своей комнате и смотря в пиалу с чаем, где видел своё отражение, он решил во что бы то ни стало наведаться к шисюну и всё прояснить. Но сначала нужно подготовить некоторые указания и решить неотложные дела. Дел оказалось чуть больше ожидаемого, два дня Цзян Чен разбирал письма и прошения глав вассальных орденов и старейшин деревень. В дюжину поселений отправил адептов разобраться с нечистью и отнести ответы на письма. Потянувшись за столом, да так что послышалось несколько хрустов, Цзян Чен встал и направился на кухню. Ужин закончился не более часа назад и оставался шанс, что хоть что-то осталось. На крайняк он сам что-нибудь себе приготовит. К удивлению Цзян Чена на кухне кто-то негромко стучал посудой. Готовясь наподдать расхитителю запасов клана, юноша зашел в помещение. Какого же было его удивление когда перед ним предстали Цзян Яньли и Гао Джен, имя в быту Лонгвей, омега, заботившийся об остатках ордена после сожжения. После Аннигиляции Солнца парнишка стал одним из главных помощников юного Главы ордена. Он отвечал за тренировки самых младших адептов и некоторые аспекты их обучения. — Сестра? — широко улыбнулся Цзян Чен и крепко обнял девушку. — Я думал ты пробудешь в Ланьлине ещё несколько дней. Только не говори, что тебя там обижают и ты сбежала. — серьёзно посмотрел на сестру парень. — Ну что ты, А-Чен. — посмеялась Яньли. — Меня там берегут и любят. Госпожа Цзинь пылинки с меня сдувает и Цзысюаню наказывает то же самое. — Тогда я спокоен. — показушно серьёзно кивнул молодой глава. — Но сестра, почему ты не сказала, что приехала? Я бы встретил тебя как полагается. — Гао Джен сказал, что ты очень занят делами клана. Я не хотела тебя отвлекать. А ещё, хотела сделать сюрприз. — мило улыбнулась Яньли. Цзян Чен только сейчас заметил витающий в воздухе аромат супа из корня лотоса и свиных рёбрышек. — Любимый суп А-Сяня? — сглотнул образовавшуюся слюну брат. — Да. — грустно вздохнула девушка, помешав блюдо в небольшой кастрюльке. — Жаль, что он не сможет его отведать. — Скоро отведает. — приобнял сестру за плечо Ваньинь. — Раз ты приехала я хочу попросить тебя подменить меня на время. А тебя, Гао Джен, помочь сестре. — Как прикажете, Глава Ордена. — кивнул парнишка. — Что ты задумал? — Я отправлюсь на Луаньцзан. Хочу лично убедиться или опровергнуть слова Цзинь Гуаншаня. И вернуть Вэй Ина домой. При любом раскладе.***
На Луаньцзан царила мёртвая ночная тишина. Все уже спали и только Вэй Ин лежал на кровати полностью разбитый и опустошённый. — Беременность. Двойня. — словно приговор прозвучал из уст Вэнь Цин. Сначала он обрадовался. Это были дети его любимого альфы, с которым они провели только одну его течку, что застала его на горе Байфен во время охоты, который приходил к нему пару раз. И вот, плод их любви, два малыша в его, Вэй Усяня, утробе. Его дети. Радости не было предела, однако всё разрушила горькая, холодная и голодная реальность. — Нам придется избавиться от них. — жестоко оборвала мысли и мечты омеги Вэнь Цин. — Что? — выпучил глаза парень. — Ты не смог бы выносить и одного ребёнка, учитывая как ты питаешься, а тут их двое. Вы трое просто напросто умрёте. — Н-но это же... наши дети... его дети... — Вэй Усянь! — строго посмотрела на него целительница. — Мы находимся в той ситуации, когда из двух зол нужно выбирать меньшее. Мне жаль. — уже более мягко продолжила она, положив на плечо... друга? Да, друга, ладонь, как бы успокаивая. — Если бы всё сложилось иначе. Руки омеги легли на совсем плоский живот. Их с Лань Чжанем дети. Дети, которым не суждено родиться. По щекам побежали слёзы. Можно ли считать это решение предательством Лань Чжаня? Наверняка. Расстроит ли это альфу? Скорее всего. "Я не должен ему говорить." — думал Вэй Ин, оставшись в одиночестве. — "Когда он придёт в следующий раз, прогоню его. Мы даже не женаты. Какой это будет позор для клана Лань! Какой позор для Цзян Чена!!!" Всё следующее утро омега провёл в постели. Не хотелось ни есть ни пить, он думал лишь о судьбе своих детей и душу раздирали сотни речных гуев, заставляя слёзы течь по лицу. Неожиданно он почувствовал как кто-то пытается пройти через его барьер. И этот кто-то не оставлял попыток. С горем пополам, собрав себя по кусочкам и заставив встать, Вэй Ин направился к барьеру. — Цзян Чен? — удивленно вскинул брови Усянь. — Что ты здесь делаешь? — Пришёл поговорить. — сдержано ответил молодой альфа. — Пустишь? — Нам не о чем говорить. — покачал головой омега и развернулся, собираясь уйти, но решил в последний раз взглянуть на шиди. Коль рушить свою жизнь, так полностью. — Хотя... Я отрекаюсь от ордена. Ухожу. Прости, Цзян Чен. — Что?! — кинулся к брату заклинатель, но врезался в невидимую стену. — Нет! Ты не можешь так уйти! — забарабанил он кулаками. — Я тебя не отпущу! Ни я, ни сестра! При упоминании Яньли Усянь вздрогнул и остановился. Своей беременностью он опозорил ещё и шицзе. Его любимую, дорогую, заботливую шицзе. Увидев, что слова наконец дошли до получателя, Цзян Чен продолжил. — Возвращайся в Юньмен. Сестра ждёт тебя, Вэй Ин. Я жду тебя. — Я не могу. — тихо, но так, чтобы собеседник услышал, произнес омега. — Я не могу снова навлечь беду и опозорить вас ещё больше. Не могу бросить Вэней. — Мы заберем их с собой! Ты не опозоришь нас! Прошу, вернись со мной... — Не опозорю? — процедил сквозь зубы Вэй Ин, развернувшись и махнув рукой, тем самым снял барьер. — Я опозорил как минимум трёх людей, которых люблю всем сердцем и всей душой! — Да что ты несёшь?! — начал подходить к нему молодой альфа. — То, что ты пошел по другому пути – не позорно! Ты всегда искал новые методы и решения! Ты изобретал новые талисманы и... — подойдя на достаточное расстояние, альфе в нос ударил странный запах, исходящий от Усяня. Не его запах. — Что с твоим запахом? С тобой что-то случилось?! — встряхнул брата за плечи Цзян Чен. — Почему ты опять молчишь?! Я тебя спрашиваю, что произошло?! Омега лишь стыдливо смотрел в землю, прикрыв руками живот. Это получилось само собой, будто какой-то инстинкт. И это не укрылось от глаз Цзян Чена. — Погоди... Ты... Ты беременный? Лишь от одного этого вопроса внутри Вэй Ина вновь что-то сломалось, разбилось на мелкие осколки и разлетелось на множество ли. Слёзы вновь потекли по щекам, градом падая на землю и ханьфу, а сам омега рухнул на колени. Пальцы его впились в чёрную мертвую землю. Ваньинь, не знавший как поступить, жаль Яньли здесь не было, она бы точно что-то придумала, стоял и смотрел на шисюна сверху вниз. До и после сожжения Пристани Лотоса он не видел рыдающего и полностью разбитого Вэй Усяня. Было непривычно, странно, страшно видеть как задорный прежде юноша стал разбитой тенью себя прошлого. Глава Цзян рухнул рядом с братом на колени и крепко прижал его к груди. Новость шокировала и выбила из колеи. Ребенок много чего усложнит, но это так же ещё один повод вернуть А-Сяня домой. Пока они сидели спокойно могла сгореть палочка благовоний. Наконец, более-менее успокоившись, Вэй Ин утер щеки, размазывая по лицу грязь. — О Небожители, ничего не меняется. — вздохнул альфа и стёр всю грязь. — Ну беременный и беременный. Что драму разводить-то? Вырастим, воспитаем. Кто отец хоть? — спокойно говорил Цзян Чен, а Вэй Ин активно замотал головой. — Ты не понимаешь. Моим детям... Им не суждено родиться. Вэнь Цин права. Я не смогу выносить их и родить. А если попытаюсь, то мы втроём умрём. Кто тогда будет защищать Вэней? Бабулю Вэнь, четвертого дядюшку, тётушку Лин, А-Юаня? Кто их всех защитит? — Дети? Втроём? — удивился альфа. — Хочешь сказать, что у меня будут племянники близнецы? — А-Чен! Ты меня вообще слушаешь?! — Да, но ты несёшь какой-то бред! Я забираю тебя и Вэней в Юньмен. И это не обсуждается. — Я опозорю орден! — не унимался тёмный заклинатель. — Беременный омега без мужа! Уму не постижимо! Это такой позор! Такой позор! Для тебя, шицзе, всего ордена и...! — И? — Я не скажу. Я не буду позорить его. — Ничего. — успокаивающе погладил омегу по плечам Цзян Чен. — Захочешь – расскажешь. Мы с сестрой всегда тебя выслушаем. Только вернись к нам. Вернись домой. И не думай о том, что скажут другие! Ты никогда в жизни никого не слушал, что сейчас изменилось? Вспомни наш девиз: стремись сделать невозможное. Все вокруг говорили, что невозможно омегам быть равными альфам! Но посмотри на себя. Вспомни наших адептов. Половина из них омеги, которые могут дать фору любому альфе! Мы орден, который ломает глупые предрассудки и обычаи! Неужели ты готов сдаться только потому, что кто-то что-то скажет о нашем ордене? — Но это ведь такой позор. Бывший первый ученик, и принес в подоле. — Да что ты заладил! — махнул рукой альфа. — Знаешь как отец однажды сказал? "Наш орден заработал свою славу и почёт десятилетиями подвигов и сотней героев. И если какой-то незначительный слух пошатнёт уважение к Юньмен Цзян, то ничего все эти дела не стоят." Вот. Если ты думаешь, что из-за такого пустяка у нас будут проблемы, то ты заблуждаешься. — Цзян Чен вновь обнял брата. — Хватит страдать. Пора наконец жить счастливо. Возвращайся. Спокойно родишь малышей и будешь растить их. Мы с сестрой и Гао Дженом будем помогать. Будешь помогать мне с делами клана и обучать младших адептов. — Да. — прошептал омега, утыкаясь носом в шею брата. — Да, вернёмся домой. Наконец в его тёмном мире забрезжил свет надежды. Надежды на лучшее будущее для него и Вэней, для его детей. — Ну всё, всё. — поглаживал омегу по спине Цзян Чен. — Тебе нельзя волноваться. Вставай, пойдем в вашу деревню и всё решим. Всё будет хорошо. Приобняв Усяня за плечо, Цзян Чен медленно встал, поднимая за собой и брата. Медленно они пошли в сторону поселения. — Так бы сразу. — тихо говорил молодой альфа. — Переедете в Пристань Лотоса, Вэни спокойно поселятся где пожелают, ты выносишь детей и родишь, будем вместе растить их. Ты кого бы хотел? — Не знаю. — пожал плечами омега и погладил живот. — Главное, чтобы они были здоровыми и сильными. — Да. — важно кивнул Цзян Чен и взглянул на живот брата. — Даже не верится, что у тебя в животе растут дети. — Они ещё совсем маленькие. Насколько я помню, месяц с половиной. Примерно. Вэнь Цин сказала, что живот появляется на третьем. Но так как у меня двое, я думаю, что он появится раньше. А пока так и не скажешь. Знаешь, я так обрадовался когда узнал о беременности. — Вот и радуйся дальше. Дошли до поселения довольно быстро. Как только Цзян Чен увидел небольшие хлипкие лачужки, даже не домики, а что-то больше похожее на палатки, он ужаснулся. И тут жили люди?! Да даже псы при орденах жили лучше! Осмотревшись, альфа не увидел никого кроме двух десятков стариков, копающихся в земле, Призрачного Генерала, который им помогал и маленького ребёнка, вертящегося рядом. — Это не все. — пояснил Усянь, увидев ужас на лице брата. — Вэнь Цин сейчас у себя, копается в травах, тëтушка Лин и тетушка И готовят обед. Четвертый, пятый и шестой дядюшки латают крыши и собирают ветки для костров. Кстати, останешься на обед? Не как в Юньмене, но тётушка Лин может даже из редиса приготовить пищу достойную Небожителей! — И вы здесь живёте?! — будто не услышал омегу Цзян Чен и посмотрел тому в глаза, активно жестикулируя. — Да преступники лучше живут! В общем так, после обеда будете собирать вещи, путь до Юньмена не близкий. Я схожу в Илин, куплю пару лошадей и повозку. В ночь отправимся. А, ещё надо отправить сестре бабочку-вестницу, чтобы подготовили комнаты или дома. — Шицзе в Пристани Лотоса? — обрадовался Вэй Ин. — Замечательно! Внезапно в его ногу влетел мальчик и радостно заголосил. — Сянь-гэгэ! Сянь-гэгэ, смотри что мне бабушка сделала! Малыш потянул в ручке плюшевого кота из красного фетра расшитого красивыми рисунками. — Очень красиво, А-Юань. — Вэй Ин легко подхватил ребёнка на руки, чем тут же вызвал недовольство молодого Главы. — Беременным нельзя носить тяжести. — Да брось, А-Чен! Это же А-Юань! Он словно пушинка. Малыш взглянул на альфу и широко улыбнулся, а потом сделал серьёзное выражение лица, сложил ручки и поклонился. — Вэнь Юань приветствует Господина. От этого Цзян Чен опешил ещё больше. — Сянь-гэгэ, я правильно сделал? — с интересом заглядывал в серые глаза А-Юань. — Кто тебя этому научил? — удивленно выдавил Усянь. — Богач-гэгэ? — Богач-гэгэ и бабушка. Она сказала, что когда я вырасту, я должен буду быть воспитанным. А-Юань молодец? — А-Юань большоооой молодец. — стиснул его в объятиях Вэй Ин. — Но этого господина ты можешь звать... М? — Зови меня дядя Цзян. — заметил вопрошающий взгляд брата парень. — Дядя Цзян. — будто вслушиваясь в слова повторил Юань и бросился к альфе прямо с рук Вэй Ина. — Дядя Цзян! — А-Юань! — испуганно воскликнул Усянь, но Цзян Чен поймал ребёнка и устроил у себя на руках. — Ну сколько раз тебе говорить, чтобы ты не спрыгивал с рук? А если ты поранишься? — Тетушка Цин всё вылечит. — Я, конечно, польщена, но Вэй Ин прав, А-Юань. Лучше вообще не получать никаких травм. — подошла к братьям Вэнь Цин. — Цзян Чен. Приятно видеть тебя в добром здравии. — Всё благодаря тебе, Вэнь Цин. — улыбнулся альфа. — Зачем пришёл? — Забрать вас и Вэй Ина в Пристань Лотоса. В образовавшейся тишине эта фраза звучала как гром среди ясного неба. Вэни ошарашено смотрели на Главу Цзян и не верили своим ушам. — То есть забрать? — не поверил своим ушам Вэнь Нин. — Мне не послышалось, Молодой Господин Вэй? — Нет. — покачал головой Усянь. — Сегодня в ночь мы отправимся в Юньмен. Решение Усяня и Главы Цзян пролило надежду на лучшую жизнь. За обедом все оживленно обсуждали будущее, которое, все были уверены, теперь будет лучше и светлее, в теплой, яркой и живой Пристани Лотоса. После трапезы Цзян Чен ушел в Илин договариваться насчёт лошадей и повозки, хотя что-то ему подсказывало, что их понадобиться две. Найти удалось две средние повозки и двух молодых кобыл. На них молодой альфа потратил приличную часть от суммы, которую взял с собой. Купил вяленого мяса, рисовых лепёшек, немного фруктов для А-Юаня, наполнил с десяток бурдюков водой и закинул всё это в повозки. Оставалось только ждать брата с Вэнями. Темный заклинатель со своими подопечными спустился с горы как только земли коснулся последний луч солнца. Их ждали недалеко от тропы. — Всё хорошо? — на всякий случай спросил альфа у брата, осматривая людей. Пожиток было крайне мало. Больше всего вещей было у Вэй Ина и те состояли из бумаг, да каких-то талисманов. Остальные несли какую-никакую одежду и тёплые одеяла, всё таки осень постепенно становилась всё холоднее. Начали опадать с деревьев пожелтевшие и покрасневшие листья, устилая дороги. — Садитесь в повозки, — обратился к Вэням омега. — Мы с Цзян Ченом поведём. На его плечо легла теплая ладонь брата. — Ты не можешь. Тебе нельзя напрягаться. — Молодой Господин Вэй, — подошел к заклинателям Вэнь Нин. — Я могу повести повозку. Мне не требуется сон, а вам в вашем положении стоит больше отдыхать. — Вот именно. — появилась рядом целительница. — Раз уж решил рожать, то придётся следить за своим здоровьем. — Да что вы в самом-то деле?! — вспылил омега. — У меня же ещё даже живота нет! — А-Сянь, — обратилась к парню бабуля Вэнь, уже запрыгнувшая в повозку. — Ты много трудился для нас. Отдохни немного. На дне повозок разложили тёплые одеяла. Как только все устроились Цзян Чен удовлетворённо кивнул, на последок сказав: — В мешках вяленое мясо, рисовые лепёшки и фрукты, в бурдюках вода. Если проголодаетесь – смело ешьте. Особенно ты, Вэй Ин. Омега на это лишь фыркнул. Он устроился между Вэнь Цин и бабулей Вэнь. Глаза его слипались от усталости, а уснувший на руках А-Юань согревал своим теплом. Однако спать не сильно хотелось. Мысли его занимал только один человек. Как Лань Чжань отреагирует на пустоту в их поселении? Наверняка сначала заволнуется и бросится искать. Вэй Ин знал, что рано или поздно тот придёт на могильник, поэтому оставил прощальную записку. На сердце было тяжело от тайны, что хранил омега. Он обязательно должен рассказать своим самым близким людям. Но это уже потом, когда они обустроятся в Пристани Лотоса. Устроившись поудобнее в телеге, омега прижал к себе А-Юаня и заснул.***
Гора Луаньцзан встретила звенящей тишиной. Ветер гулял в сухих ветках деревьев и свистел в пещере Фумо. Сердце Лань Чжаня пропустило удар, а мозг выдавал самые ужасные события, где всех убили и сожгли трупы или кинули в кровавое озеро. Когда альфа приходил сюда раньше, то в небольшом поселении кипела жизнь. Все чем-то занимались, вокруг бегал маленький А-Юань, играя с бабочками, что ему купил при первой встрече Ванцзи, Вэй Ин и Вэнь Цин о чем-то всегда спорили, вернее спорили всё о том же: редис и картошка. Сейчас же поселение словно вымерло. Лань Чжань даже не заметил как зашагал, а потом и побежал в пещеру, жилище Вэй Ина. Ничего не было. Ни одежд, ни талисманов, ни бумаг. Вернее одна бумага лежала на рабочем столе Усяня, придавленная небольшим камешком. Дрожащими пальцами Ванцзи взял послание и принялся читать. Дорогой Лань Чжань, если ты читаешь это, значит всё же пришёл к нам, в чём я и не сомневался. На Луаньцзан слишком сложно выжить и наша смерть лишь вопрос времени, поэтому мы приняли решение уйти и найти более пригодное для жизни место. Прошу, не ищи встречи со мной и просто забудь. Найди себе милого и доброго омегу или девушку, кого-то достойного и будь счастлив. Прости, спасибо за всё, что сделал для нас, сделал для меня, и прощай.Вэй Усянь
По щекам потекли слёзы. Отчаяние и боль липкими щупальцами оплели грудь. Его омега ушёл, оставив лишь короткое письмо напоследок. Ушёл неизвестно куда, пожелав ему счастья. Но он не знал, что Лань Чжань не может быть счастлив без него. Без его яркой улыбки и лучистых серых глаз, без его шуток и шалостей. Тишину пещеры пронзил отчаянный крик. С ним выходили боль, сожаление и отчаяние. Не успел совсем чуть-чуть. Это точно. Запах омеги, пропитавший солому на каменной кровати ещё не выветрился. Горячие слёзы градом текли по покрасневшим щекам. Лань Ванцзи оплакивал своё потерянное счастье.
