Расплавься.

Тишина. Яркие блики городских фонарей слепят глаза, заставляя ее жмуриться. Мимолётно она цепляется за всевозможные надписи. На магазинах, на объявлениях — не важно. Главное — не смотреть в глаза. Не поворачивать голову. Ревность. Она съедает ее изнутри и не даёт ровно дышать. Перемалывает все внутренности, которые хочется выплюнуть, вспоминая инцидент в клубе. Невыносимая боль в голове. Хмурится. Пытается сосредоточиться на дороге. Вжимает педаль газа, резко поворачивает и тяжело дышит. Гнев. Он затмевает остальные чувства, горевшие в ней когда то, ломает ее волю, выжигает дыры в ее хрупком сердце. — Пожалуйста, веди аккуратнее, тут очень много встречек. — не выдерживает агрессивного поведения Хван. Сейчас она способна чувствовать только неудовлетворение, раздражение. Вся ее совесть погибла в неравной битве с похотью, наглостью и лживостью. В шуме проезжающих машин слышится неровное дыхание. Хочется спать. Нет. Хочется секса, выпить и спать. Йеджи чувствует дискомфорт снизу, но ехать придется ещё долго. Клуб находится практически на другом конце города. Наверное, сесть на заднее сиденье было отличной идеей. — Йеджи. — от неожиданности она вздрогнула. — Что? Прошло несколько секунд перед тем, как последовал ответ. — Кто эта девушка? — руки сдавливали руль крепче. Казалось, Хван не очень нравится этот диалог. Она не хотела отвечать, это заставляло ее опомниться и задуматься над произошедшим. Такое она не любила. За пределами камер ей было все равно, что о ней думают. Пока у нее есть популярность — есть и те, кто подчищают за ней все грешки, поэтому нужно просто улыбаться в объектив и строить невинность. — Раньше тебя не волновало, с кем я провожу ночи. — фраза, произнесенная будто в пустоту. В зеркале было видно, как губы Рюджин сжимаются от злости. Как ее брови хмурятся. Продолжать разговор не было смысла. ***

Она отвезла ее до самого подъезда, но даже так не была уверена в безопасности. Долго стояла у машины, ходила туда сюда. Странное чувство сжимало ее лёгкие. Сдавливало глотку до хрипа. Аромат позднего лета душил своей теплотой. Только через час она смогла сесть в свой хендай и поехать в знакомое место. Клуб. Внутри заряженная атмосфера, громкая музыка. Вонь дорогого пойла, секса и сигарет. Все, как любит Хван, но ненавидит Шин. За барной стойкой она заказывала все, что выглядит дорого. После второго бокала ее взгляд помутнел. Рядом пристроилась молоденькая блондинка. Рюджин не могла разглядеть четкие черты ее лица, но смутно видела красное, облегающее платье с широким вырезом. В ней заиграло чувство обиды. — Привет. Что будешь заказывать? — она придвинулась ближе, нагло пожирая глазами пышную грудь. — А что посоветуешь? — незнакомка сразу подхватила ее тон. Рю криво улыбнулась. Она и сама не знает, что здесь самое лучшее. — Да Я и сама не знаю. Но могу оплатить. Блондинка игриво улыбнулась, выбрав первое попавшееся пойло. — Я Джуд. Шин осушила рюмку виски, отдаваясь в пучину того, что считает неправильным и ужасным. — Я. Рюджин. Можешь звать Рю.

***

— Ах, подожди, Рю. — дрожит всем телом, прижавшись к стене в прихожей номера, который они сняли на скорую руку. Ее рука зарывается в темные, густые волосы и сжимает их, отрывая от себя Шин. — На коленях ты выглядишь ещё сексуальнее. — но ее обрывает Рюджин и она почти вскрикивает. Именно в этот момент она начала вспоминать ночь с Йеджи. Ее стоны, ее тело, томный взгляд. Так паршиво представлять ее, занимаясь сексом с другим человеком.

Ранним утром Шин как след простыл. Она уехала к себе домой, умирая от похмелья. Конечно, про съемки она наврала, но выглядеть как алкашка ей тоже не хотелось. Было очень по детски вот так сбегать от Джуд, но Рю нужно время, чтобы обдумать все, что она натворила прошлой ночью. В телефоне несколько пропущенных от Йеджи. // — Привет. Ты что-то хотела? // Хван Йеджи печатает… — Вчера я приходила к тебе, потому что забыла свое платье в машине, но тебя не было. Ты куда то ездила? Бьёт метко. Сразу же. // — У меня были кое — стерла. Она подумала, что глупо врать ей. — Я была в клубе. Зайди ко мне сегодня, Я отдам тебе платье. // Хван Йеджи печатает… — Оу, ну ладно. Я зайду через часа два. Она отложила телефон, плюхнувшись на кровать. Нужно было написать Джуд. Рюджин начала искать ее в контактах. К счастью, девушка оставила свой номер. Немного полистав аккаунт, решилась написать. // — Привет. Это Рюджин из клуба, прости, что ушла, ничего не сказав. /просмотрено/. Как быстро. // — . Да все окей, Я все понимаю. Но ты пиши, если захочешь ещё развлечься. Как камень с души упал. Оставалось только дождаться Йеджи. Звонок в дверь. Рю быстро открыла, пропуская гостью в квартиру. — Разувайся, Я заварю кофе. В квартире Йеджи чувствовала себя странно. Будто что то изменилось. Или это исходит от Рюджин. Она вошла в кухню, разглядывая чужую спину. Розоватый засос был виден только сзади на шее Шин. На мгновение девушка удивилась, потому что сама она не могла оставить там следы, да и времени прошло достаточно. Ее охватило странное чувство, которое тут же испарилось. — Зачем ты мне сказала, что сегодня съемки. Их не будет. — отмахнулась от мыслей. — Мне нужна была причина увести тебя из того притона. — призналась. Молчание. — Поэтому ты решила поехать туда сама? Засосы бы хоть замазала. — она хотела сказать это как можно увереннее. Рюджин прикрыла заднюю часть шеи, поворачиваясь лицом к ней. –… — Нет, Я не имею ничего против, но в агентстве появятся вопросы. В тишине думалось легче. Противоречивые чувства съедали их. К горлу подкатывала тошнота, а внутри все переворачивалось. Кости переламывались сами по себе и казалось, их хруст можно услышать за километры. Голос пропал. Руки, прижатые к кружке, жгло до боли, но убирать их не хотелось. Это возвращало на землю. — Хочу расплавиться в этом кофе. — прервала тишину Йеджи. — Расплавься. — Даже не скажешь, что я говорю глупости? — подняла взгляд. Рюджин глубоко вздохнула. — У меня нет сил даже на это. Хотелось сказать: «прекрати делать такое несчастное лицо», но вырывается: — Где платье? — бессмысленный вопрос, чтобы разбавить обстановку.