История одного лифта

— Мам, пап, а как вы познакомились? — спрашивает Ника, обняв плюшевого зайца и с любопытством взирая на мать. Улыбнувшись, Саша оборачивается назад — там в дверном проёме стоит Марк, тоже с улыбкой наблюдающий за ними. Поймав Сашин взгляд, он идёт к ним. Присаживается на кровать и обнимает Сашу одной рукой. — Твой папа задержал для меня лифт. — А где вы познакомились? — В лифте. — А где поняли, что полюбили друг друга? — Тоже в лифте. Семилетняя Ника глубоко вздыхает и с неожиданной серьёзностью произносит: — Даже не хочу спрашивать, где ты меня родила, тут и так всё понятно... — Не хочу тебя разочаровывать, солнышко, — вступает в разговор доселе молчавший Марк, — но на свет ты появилась где положено, в сто десятой палате городского роддома. Он с усмешкой косится на Сашу, у которой неожиданно чуть краснеют щёки. Сейчас они будто видят одно воспоминание на двоих, что не укрывается от глаз внимательной Ники. Перехватив её хитрый взгляд, Саша кашляет и спешит перевести тему. — Всё, котёнок, пора спать, — говорит она, поднимаясь и целуя дочь в лоб. — Спи, а завтра я тебе расскажу эту увлекательную историю. Заинтересованная девочка тут же закрывает глаза и, получив поцелуй от отца тоже, накрывается одеялом с головой, чтоб уснуть наверняка. Марк выключает в её комнате свет и спешит вслед за Сашей. — Ты подумала о том же, о чём и я? — интересуется он, немедленно заключая её в объятия. — Ага, — хихикает Саша, чувствуя, как его губы отправляются в путешествие по её шее. — А может быть, пойдем в лифт? — предлагает она и спустя мгновение весело хохочет, увидев шокированое лицо Марка. — Ну уж нет, — с шутливым возмущением говорит он. — Да ты, наверное, старый уже для таких экспериментов, — намеренно провоцирует его Саша, ехидно улыбаясь. — Кто это тут старый, а? — с этими словами Марк подхватывает её на руки и уносит в спальню. Саша прячет довольное лицо у него на груди: она добилась того, что хотела. Спустя некоторое время, разомлев от ласк и пары оргазмов, Саша невольно возвращается к разговору с дочерью. Слушая размеренное дыхание Марка, она вспоминает, как всё начиналось... *** — Чёрт! — зло рычит Саша, пытаясь одновременно закрыть дверь и затянуть шнурок на кроссовке. Проклятая ткань не поддаётся, и она, плюнув на всё, бежит к лифту с развязанными шнурками. — Эй, стой! — кричит Саша, в бессилии ударив по закрывшимся железным створкам. «Нехорошо опаздывать в первый учебный день в новой школе» — думает она, уже приготовившись к спринту по новенькой девятиэтажке, однако лифт открывается, являя её взору невысокого кудрявого парня. — Спасибо, что спас мои лёгкие от разрыва, — с облегчением выдыхает Саша, заходя в кабину и нажимая кнопку первого этажа. — Пожалуйста, — с усмешкой отвечает незнакомец и утыкается в телефон, демонстрируя, что продолжать диалог не намерен. Саша закусывает губу, разглядывая его практически в упор. «Симпатичный» — мелькает шальная мысль, однако навязываться Саша не собирается и поэтому всю поездку сохраняет гробовое молчание. С тех пор это становится их негласной традицией. Саша стабильно опаздывает практически каждый день (потому что утром ей хочется и поспать подольше, и вкусно позавтракать, и накраситься, и уложить волосы) и на весь подъезд кричит, чтобы ей задержали лифт. Молчаливый незнакомец, видимо, устав от этих воплей, стабильно каждое утро сам придерживает ей лифт. Саше он с каждым днём нравится всё больше и больше, однако она упорно молчит, привыкшая, что первый шаг всегда желает парень. Но этому парню она либо неинтересна (осознание этого факта немного бьёт по самооценке), либо он банально стесняется. В одно такое утро, устав от молчания и сделав ставку на второе, Саша берёт инициативу на себя. — Знаешь, мы с тобой в этом лифте встречаемся каждой утро, — вкрадчиво говорит она, — но до сих пор не познакомились. — А ты не из робких, да? — поднимает на неё голубые глаза парень, всматривается пристально, будто пытаясь разузнать причину столь неожиданного внимания. — Марк, — он протягивает ей руку, неожиданно ярко улыбнувшись. — Саша, — тянет Саша в ответ свою, чуть краснея от прикосновения прохладных губ к костяшкам. И откуда столько манер у среднестатистического жителя 21 века? В то утро они улыбаются друг другу как сумасшедшие, чувствуя, что находятся на пороге нового счастья. *** Они возвращаются с выпускного. Впереди — вся жизнь, а сейчас — бутылка вина в одной руке и родная ладонь в другой. От причёсок не осталось и следа, праздничный макияж потёк, а ленты и вовсе где-то потерялись. Но им сейчас плевать на всё. — Сашка, ты у меня самая красивая, — заявляет Марк, прижимая её к стене лифта и начиная крепко целовать. Саша пьяно хихикает и отвечает, раскрывая губы и чувствуя, как от его прикосновений по всему телу бегут мурашки. — Ты точно уверен в этом? Я пьяная, с растрёпанными волосами и потёкшей тушью, — говорит она, забирая у него бутылку вина и делая глоток. — А мне всё равно! — горячо заявляет Марк, хватая её за талию и привлекая к себе. — Самая-самая красивая, — шепчет он, покрывая поцелуями всё, до чего может дотянуться: лоб, губы, виски. Он спускается к шее, и Саша не может сдержать стона. Марк возвращается к её пухлым губам и целует медленно-медленно, будто ставя печать в подтверждение своих слов. Привкус вина кружит голову, ласки подкашивают ноги, и Саша изо всех сил цепляется за его пиджак, будто утопающий — за соломинку. Впрочем, она и правда тонет: в Марке, в запахе его парфюма, в этих потрясающих ощущениях. Погружается в них без остатка, срывая с губ сладкие-сладкие поцелуи. — Мне ни с кем не было так хорошо, как с тобой, — шепчет она прямо в его губы, крепко обнимая Марка, так крепко, что не оторвёшь. Он обнимает её в ответ. Сегодня они — молодые и до одури влюблённые. А впереди — вся жизнь. *** — Сашка, ну ты как всегда, — веселится Марк, наблюдая за тем, как она влетает в лифт и сразу присаживается, чтобы завязать шнурки. — Пара уже скоро начнётся. — Да знаю я, — пыхтит Саша, воюя со злополучными конверсами. — Элла куда-то дела мою зачётку, пришлось искать. — Нашла хоть? — сочувствующе спрашивает Марк. — Нашла, — отвечает она, наконец поднимаясь на ноги. — Конечно, нашла, куда мне преподы будут выстраданные зачёты ставить? Марк улыбается, мягко привлекая её к себе. Теперь они — взрослые люди, самостоятельные, студенты. С общим бытом и собакой Эллой. Однако их любовь всё такая же чувственная и трепенная. А Саша всё так же опаздывает по утрам. Впрочем, Марк готов держать для неё лифт хоть всю жизнь. *** — Чёрт возьми, мы даже на собственную свадьбу едем в этом чёртовом лифте, — усмехается Саша, прислоняясь спиной к стене. — Ну, значит, это судьба, — пожимает плечами Марк, улыбаясь. Кто-то скажет, что жениться, когда вас обоим чуть-чуть за двадцать (а если быть точнее, по двадцать два), это дурость. Но Саше и Марку, которые уже направляются в ЗАГС в праздничных костюмах, глубоко на это плевать. «Если мы любим друг друга и готовы вступить в брак, то почему нет?» — так рассуждала Саша, и Марк с ней был полностью согласен. Да, они направляются на свою свадьбу. Вместо пышной церемонии и застолья — скромная роспись и прогулка по городу. Вместо толпы родственников и друзей — только они вдвоём. Настоящий праздник для двух влюблённых сердец. Только они и их огромная любовь. От которой Марку хочется прижать Сашу к себе крепко-крепко и зацеловать до припухших губ и сбившего дыхания. Впрочем, в лифте они одни, никто и ничто не мешает ему это сделать... Страстный и глубокий поцелуй настолько увлекает обоих, что лёгкий толчок и остановка кабины чуть не остаётся незамеченной. — Стой, Марк, погоди, — смеясь, отбивается от него Саша. — Мне кажется, или лифт стоит? — Не кажется, — отзывается Марк. Опаздать на роспись, конечно, будет нехорошо, но, может быть, эта остановка к лучшему? Ведь Саша со смазанной от поцелуя помадой и коротким, не прикрывающим почти ничего платьем выглядит так соблазнительно, что у него сбивается дыхание. Он колеблется около пары секунд, прежде чем наброситься на неё с новым поцелуем. — Хочу тебя, — шепчет Марк, касаясь губами её шеи. — Прям здесь? — удивлённо тянет Саша, но вскоре её глаза загораются страстью. — Боже, не знала, что ты такой... — Какой? — с ухмылкой спрашивает Марк, скользя руками по её обтянутыми тканью телу. — Знаешь, без одежды ты смотришься гораздо лучше. — Такой бессовестный, — закатывает глаза Саша. — Но тебе это нравится, — замечает он. Она не спорит, только сама приникает к его губам. Её рука с длинными ногтями движется вниз по его телу, мельком дотрагивается скрытого под рубашкой пресса и касается уже эрегированного члена. Марк стонет прям в поцелуй и призывно толкается в её руку. Не разрывая поцелуя, Саша расстёгивает ремень и ширинку, извлекая разгорячённый орган на свободу. Она ласкает член рукой, до тех пор, пока Марк, зашипев, не поворачивает её спиной к себе и слегко давит на поясницу, вынуждая наклониться. Саша послушно делает то, что от неё хотят, и выгибается в спине, призывно взглянув на него через плечо. Она изнемогает от желания и желает только одного: чтобы её трахнули в лифте. Не занялись с ней любовью, а именно трахнули. Однако Марк не спешить исполнить её волю, несмотря на то, что сам уже возбуждён до предела. — Ну, скоро ты там? — нетерпеливо говорит Саша. — Резинки не могу найти, — виновато разводит руками Марк. — Да чёрт с ними, давай так, — с запалом предлагает Саша. — Ты уверена в этом? — остатки разума, что ещё теплятся в голове Марка, пытаются донести до него, что стать родителем в двадцать два — это не самая лучшая идея, однако Саша и её согласие его заглушают. Марк подходит и задирает её платье вверх, попутно спуская по стройным ногам трусики. Саша, конечно же, готова, она влажная и горячая — для него. Он входит в неё одним быстрым и редким толчком, выбивая из её груди сладкий стон. — Пожалуйста, не сдерживайся, — на выдохе произносит Саша, и Марк повинуется. Он берёт её резко и быстро, практически на грани грубости. Осознание того, что они занимаются сексом вне дома, добавляет определённую перчинку, будоража кровь и заводя обоих ещё больше. Саша стонет одобрительно, когда его бёдра встречаются с её ягодицами, её тело потряхивает от толчков, и ей кажется, что приятнее быть уже не может, однако Марк, прерывисто дыша, касается пальцами клитора, и её глаза закатываются от удовольствия. — Чёрт, Марк, я сейчас... Она не успевает договорить. Оргазм будто оглушает Сашу в прямом смысле: звуки пропадают, под веками мелькают искры, а грудная клетка будто разрывается от горящего вдоха. Чувствуя, как тесное влагалище крепко сжимает член, Марк кончает следом за ней. И только спустя пару секунд спустя понимает, что только что сделал. Почувствовав внутри горячую жидкость, Саша распрямляется в ужасе. — Блять, Марк, что ты наделал! — едва не кричит она, чувствуя, как сперма стекает по бёдрам. — Тшш, успокойся, милая, — Марк, едва успев натянуть штаны обратно, ловит её и сжимает в объятиях, ласково поцеловав в лоб. — Прости, пожалуйста. Я не смог себя проконтролировать. — Что, если я забеременею? — Саша поднимает на него блестящие от подступающих слёз глаза. — Родная, пожалуйста, только не плачь, — чёрт, Марк очень не любит её слёзы, а осознавать, что именно он стал их причиной, не любит вдвойне. — Мы найдём выход, обещаю. Я не брошу тебя в любом случае. Веришь? — Верю. — Тихо говорит Саша, прижимаясь к его груди. Ровно через две недели, возвращаясь домой с работы, Марк в этом самом лифте примет телефонный звонок, услышит робкое «Марк, я беременна» и почувствует себя самым счастливым человеком на планете. *** — Боже, ну почему так тяжело, — обречённо вздыхает Саша, прислоняясь спиной к стене лифта. Она уже на седьмом месяце, и её живот под курткой выпирает округлым бугорком. — Опять тянет? — сочувствующе спрашивает Марк, перекладывая все пакеты в одну руку и кладя другую ей на живот в поддерживающем жесте. — Да, — Саша прикрывает глаза. — Чёртовы ложные схватки. — Не ругайся, милая, — со смешком говорит он. — Не подавай плохой пример ребёнку. — Как скажешь, — с ухмылкой соглашается Саша. Марк смотрит на неё с улыбкой, чувствуя прилив неожиданной щемящей нежности. Она — его жена, он любит её больше жизни, как и она — его. А ещё она носит под сердцем его ребёнка, и этот факт на протяжении нескольких месяцев не даёт Марку покоя, переворачивая все мысли в его голове. Да, они счастливы. А трудности... Трудности будут всегда. Но они со всем справятся. *** Сашины глаза горят воодушевлением, когда она заталкивает коляску с маленькой Вероникой в лифт. Марк перехватывает ручку, помогая. Он обнимает Сашу со спины, видя, с какой нежностью она смотрит на их маленькую дочь. Впрочем, он уверен, что сам смотрит на неё точно так же. Пожалуй, именно сейчас он чувствует себя счастливее всего. — Подумай только, — тихо говорит Марк Саше на ухо, — чего только не видел этот лифт... — Хорошо, что в то утро здесь стоял именно ты, а не кто-то другой, — улыбается Саша. Да, действительно, как иногда может повернуться жизнь. Кто бы мог подумать, что однажды Саша, зайдя в лифт в новом доме, встретит в нём свою самую крепкую любовь?