***
Я вновь проснулась в холодном поту. Мое сердце колотилось, словно сумасшедшее. У меня появилась одышка, словно я только что пробежала марафон, а глаза были мокрые от слез. Но что-то было не так. Моя подушка была удивительно твердая и теплая. Мне даже показалось, будто бы она дышит... Но лишь почувствовав, как кто-то гладит меня по голове, я поняла, что мне не кажется... Я подняла голову и увидела лицо Боши. Ее голубые глаза сверкали от лунного света, отражая столько доброты и эмпатии, сколько я не видела ещё ни у кого прежде. Она слегка улыбалась, когда смотрела на меня. Боша нежно убрала прядь волос с моего лица, будто бы желая лучше разглядеть меня, а затем сказала: – Это был всего лишь сон. Все хорошо. По какой-то причине, я ей поверила. Я знала, что все очень не хорошо, но это было не важно. Я вновь легла на ее грудь, устало хлопая глазами. Мне совсем не хотелось вновь засыпать... Мне казалось, что это это тоже сон... Что я проснусь утром в холодной постели совсем одна и больше никогда не услышу ее сердцебиение так близко... Никогда не почувствую, как она нежно гладит меня по голове и говорит успокаивающие слова... Никогда не окажусь так близко к человеку, с которым мне так хорошо...***
Обычно, по утрам я просыпаюсь из-за солнечных лучей. Но ещё со вчерашнего вечера небо покрыли огромные дождевые тучи, которые полностью закрывали солнце. Наверное, я бы спала ещё несколько часов, если бы меня не разбудил крик Гилберта, когда у него опять подгорели сырники. Проснувшись, я почувствовала какой-то странный груз. Лишь спустя несколько секунд я поняла, что это чья-то рука... А ещё я поняла, что все ещё лежу на чужой груди и слышу тихий храп... Я осторожно приподнялась на одной руке и увидела лицо Боши. Она все ещё спала. И, как оказалось, храп исходит именно от нее. Это так мило... Я легла обратно. Мне совсем не хотелось вставать. Совсем не хотелось покидать ее теплые объятия. Хотелось и дальше лежать рядом, слушая ее сердцебиение и тихий, но безумно милый храп...