Причуды ̶р̶ы̶ж̶е̶г̶о̶ ̶мага

      Голова раскалывается, гудит. Мозги как будто перемещаются по черепу и пытаются изнутри раздробить его на крупные осколки с трещинами.              Ау…              Проснувшись, он подумал, что снова заснул в неудобной позе за столом. Оттого и мерзкая ломота и усталость. Однако, когда он распахнул глаза, понял, что ничего не видит. Немного света просачивалось сквозь ткань, но и от этого света болели глаза, так что он даже рад, ведь от яркой вспышки, казалось, он бы свалился в обморок и не мог открыть глаза ещё пару лет. Инстинктивно он все же потянулся к мешающему объекту, но руку не смог поднять и на сантиметр — оба запястья туго обернуты мягким материалом. Ленточки?              — М… — нахмурился, замычал, думая, что отец где-то рядом. Однако, осознав, что папа шутить такими вещами не станет, (хотя бы потому что Альберту было бы лень связывать сына), понял, что находится даже не дома.              Мысль о скорой смерти проскочила перед его внутренним взором.              «…»              Строило Делису заговорить, как он начал что-то вспоминать… Они гуляли с Эшли. И что дальше…              Его похитили.              Шарлин ни разу не похищали. Таки, конечно, пытался пугать его тем, что если он будет плохо себя вести, то его украдут цыгане. Что плохого в цыганах и зачем он им такой плохой он так и не понял, но знал, что предпочел бы быть украденным, если это значило сбежать из дома, чтобы танцевать с незнакомцами.              Пытался успокоить нервы. Вывих на руке болел от неправильного положения. В лесу, где от бегал от чейнджлингов с вывихнутой ногой, адреналин, Делис и магия Эшли в очках помогли ему не упасть в обморок от боли. Сейчас магии Эшли на нем нет, адреналин ушёл до следующей беготни, а Делис помогать и не собирался.              «Я же тебя ни о чем никогда не прошу!»              «…»              «Да ладно, когда ты меня поймал, ты менял время и пространство. Сейчас что случилось?»              «…»              «Пф…»              Заскрипел пол.              — Судя по сбитому дыханию, наш гость очнулся… и не в самых хороший чувствах, верно?              Кто-то подошёл сборку на каблуках и на ходу за его спиной изящным движением снял повязку. Шарлин тут же повернул голову на этого человека, который на него особо и не смотрел. Уткнулся взглядом в книгу и шёл себе. Выглядит взрослым. Может, лет на двадцать-двадцать пять.              Молодой мужчина как-то аристократически, не глядя, уселся на диван, перелистывая страницу и иногда поглядывая на Шарлин. Делал вид, что пленник ему не интересен. Как ребёнок, заметивший пакет с магазина, который принесли родители и сказали не трогать. Но интересно же.              Хоромы, в которые его поместили — то, что надо. Похоже на очень дорогую комнату в очень крутом отеле. В викторианском стиле. Возможно, это не викторианский стиль, но вы бы не поняли, если бы сказали, что это готический.              Хорошо, здесь, пожалуй, и то, и то вполне сочетается: деревянный пол, красивые обои приятного шоколадного оттенка, шторы, кресло, диван в одной красной расцветке, окно во всю стену.              За окном уже темнело. Значит с момента похищения прошло, может, полчаса.              Сзади послышался стук каблуков. Ещё один похититель? Из-за его спины выглянула, неожиданно, девушка.              Она обошла Чарли, чтобы убедиться в том, что он действительно очнулся. Шарлин сразу подумал о том, что они явно родственники. Одинаковый разрез кофейных глаз, форма лица, тон молочной кожи и идентичный оттенок светлых волос кричали об этом. И выглядят на один возраст.              Двойняшки?              Похитители лица не скрывали. Значит, не боятся, что их раскроют. Чарли подумал бы, что его убьют, но Делис совсем виду не подавал. На самом деле, доверять призраку внутри себя тоже затея не из лучших.              — Менсулу, не подходи к нему близко, выглядит плачевно, — сказал мужчина, похоже, сестре, что так схожа лицом. Все еще тычется носом в книгу.              — Хорошо выглядит, — девушка улыбнулась глазами. Чарли пялился на неё в ответ. Кажется, её брату это не особо нравилось, судя по тому, что тот даже отвлёкся от чтения, но книгу даже не закрыл.              — Извините… — обратился Чарли, и те двое удивлённо распахнули глаза.              — Говорит на нашем? — удивился парень. От интереса даже опустил ноги на диван и уставился на пленника, — он язык наш выучил? Где, интересно, Эшли такого взял?              — Хм, — Чарли посмотрел на блондинку, когда та наклонила голову, явно пытаясь придумать что-то умное, — землян покупают партиями на крупном межгалактическом рынке, верно?              — …Меня никто не покупал, — возмутился пленник.              — …ты ведь чистый.              Чарли уставился на мужчину, как на идиота, пусть так нельзя делать, если вас похищают. Мама вроде бы говорила им с Таки, что делать. Нужно войти в доверие, но…              — Как же странно, — сказала Менсулу, поднимая челку Чарли, чтобы обнаружить пару порезов и синяков на лбу, — люди с Земли разве так хрупки? Ужасно, надеюсь подлатать его не займет много времени. Чтобы Эшли не заметил…              Шарлин покачал головой, чтобы с его волос убрали руки. Челка скрывала немного лицо, которое ему не особо-то и нравилось.              Чарли привязали к стулу самым идиотским образом. Красивой широкой красной лентой, и он подозревает, что сзади него завязали хороший такой бант.              — Не мог бы назвать имя? — спросил юноша, присаживаясь ближе к нему на диван, рассматривая, будто любуясь. Искренне интересуясь.              У двойняшек красивый необычный цвет волос. Блонд с клубничным оттенком. Похоже немного на Сашу, но у него волосы чуть светлее, и испорченные баллончиками с краской.              Делис все ещё не показывался.              — Вы похитили того, чьего имени не знаете? Чем вы руководствовались?              — Ты очень удивишься, если я скажу, что ты весь, с ног до головы, всей душой и телом, целиком и полностью, сверху донизу сияешь золотой пыльцой одного очень талантливого и совершенно уникального мага? Настолько уникального, что блеск и сияние его пыльцы ни с чем не спутать, — спросил с улыбкой мужчина.              Шарлин впервые за очень долгое время почувствовал жар на щеках. Делис, смеясь, зазвенел в его голове.              — Кхм… извините… Вы кто, и что вам нужно?              Менсулу, как её назвал брат, вроде бы, будто ждала этого момента.              — О, это правда очень важно прояснить сейчас, ведь вы по незнанию можете обратиться в местные органы власти, надеясь на защиту! — с уст очаровательной девушки слышать это довольно странно, — а, извините, на самом деле, нам редко удаётся представляться самостоятельно, так что мы будем импровизировать. Просто знайте, что это большая честь для вас видеть нас.              — …ладно?              — Честно, ни к чему все прелюдия, — прочистил горло брат, — меня зовут Воробушек. Моя сестра — Менсулý. Мы Принц и Принцесса этого государства.              — А я русалка, — невозмутимо ответил Лини.              — Правда? — восхитились они с горящими глазами. Принц быстро вышел из депрессии.              «Идиоты».              «…»              Делис согласен.              Конечно, он поверит в то, что потенциальным правителям, настолько делать нечего.              — Можете меня развязать?              — Вы же сбежите, а мы поймать вас не сможем, — пояснила вежливо Менсулу, — к слову… а как вас называют на родине?              — Шарлин.              — Очень красивое имя.              — …спа…              — Похоже на название вафель.              — …              Чарли отвернулся.              — Если вы хотите навредить Эшли, то…              — Подождите, вы неправильно поняли. Мы с Эшли друзья!              — …да ну.              — Конечно. Вспомните, он ведь должен был рассказывать, — попросила принцесса. Брат встал около окна, наконец отвлекаясь от книги, которая осталась лежать в раскрытом виде без закладки. Он заинтересовался их диалогом. Глаза смотрели ожидающе.              — …нет, ничего не могу вспомнить.              — Наверняка вы забыли.              — Если бы мой друг сказал, что дружит с членами королевской знати, я бы запомнил, — заверил. Нет, может, он слышал про Королеву, и не удивился тому, что Эшли связан с ней. Рыцарь Цветов всё-таки. Но принц с принцессой? Он и не знал об их существовании.              Когда Менсулу начала расстраиваться, Воробушек украдкой посмотрел на них:              — Должно быть, Эшли не считает, что вы в достаточно близких отношениях, чтобы расписывать подробно, со всем деталями, историю своей жизни, — он не хотел задеть, но как будто старался.              И тут Чарли замолчал. Эшли рассказывал разве что о Лори и какие-то рандомные факты о работе, о семье. Но о старых друзьях и знакомых — никогда. Шарлин в принципе сомневался, что у Эшли было время на них в его-то детстве. Он, конечно, рад, что дело не обошлось Фредом и Джеем, но все равно сомневался.              — Чем чаще люди говорят о вас, тем больше они вас ценят, — смог как-то очень криво выкрутиться. Нет сил острить. Боль в руке начала нарастать. Даже не проследил за чужой реакцией на свои слова. Но принц замолчал. Скорее всего, он задел за живое.              — У вас что-то с рукой? — спросила принцесса. Она зачем-то коснулась руки, тем самым испортив положение вывихнутой конечности.              — Ау… — зашипел.              Принцесса хотела было извиниться, как внизу раздался громкий хлопок. Трое замерли.              …              …              Рыцари внизу даже не пискнули. Либо они все разом умерли, либо пришел кто-то, кто опасности представлять не должен.              Этот кто-то выбил дверь из петель. Входную дверь, судя по тяжести. Чугунную дверь, судя по глухому стуку.              Чарли даже не знал, ему стоит кричать, чтобы его быстрее нашли или лучше заткнуться.              Менсулу с Воробушком подошли друг к другу, берясь за руки.              — Судный день… — сказали они одновременно.              Ещё треск. Кто-то выбил деревянную дверь. Пауза. Ещё пара секунд. Снова грохот. Они поняли.              Он выбивает двери в комнаты, чтобы найти Чарли. Шарлин нравится думать, что Эшли просто проходит мимо, и сами двери от страха предстоящей смерти, пытаются выбежать из петель.              Трое почувствовали очень резкий, но все ещё приятный аромат цветов. Брат с сестрой на секунду насладились знакомым ароматом, но после очередного грохота, спрятались за диван.              По очереди разбилось ещё несколько, и вот кто-то встал напротив их комнаты.              Даже Шарлин нервно сглотнул. Будто бы не был уверен в том, кто это был.              Ручка надменно медленно повернулась. Дверь открылась. Вошел Эшли. Пытался выглядеть спокойным, но грудь судорожно поднималась и опускалась, да и дышал он через рот. От повышенного давления покраснели щеки.              — Эшли! — улыбнулись принц с принцессой.              Маг медленно пошёл к ним, молча. Чарли не отрывал от его напряженного лица взгляда, пытаясь найти признаки инсульта. Все в порядке. Он просто зол. Очень зол.              — О, ты всё-таки пришел. Мы так рады тебя видеть, — к нему подошла Менсулу, попытавшись взять за руку, но Эшли осторожно отстранился, все же подходя к Лини.              — Привет, Чарли.              — Привет, Эшли, — улыбнулся Шарлин, когда Эшли приступил к развязыванию всех этих ленточек дрожащими от аритмии руками. Менсулу с Воробушком напряглись, наблюдая за его тремором. Они не знают, что после последних экспериментов над его телом, его сердце не выдержало?              — Скоро уйдем, — сказал рыжий, будто выдавливая из себя слова. Сдавленность в груди ему явно мешала.              — Хорошо.              — Эшли, поговори с нами, пожалуйста, — попросил Воробушек, — мы понимаем, что это не лучший способ тебя увидеть, но он ведь в пор…              — Лини, это у меня в ушах звенит или сюда две назойливые птицы залетели? — нахмурился. Чарли правда хотел посмеяться, но рука…              — У меня тоже в ушах звенит, — признался. Эшли странно посмотрел на него, затем на двух птичек.              — Что вы сделали?              Пусть обращались не к нему, но Шарлин тоже почувствовал в его голосе холод.              Брат с сестрой переглянулись. Выглядели они так испуганно, будто Эшли мог их в мгновение ока убить. Хотя что ему мешает?              — Я жду, — сказал Эшли. Тон его не был озлобленным. Скорее, терпеливым. Он спрашивал не потому что знал ответ на вопрос, просто хотел, чтобы те двое признались в содеянном.              — Кажется… рыцари, пока тащили его, руку ему вывихнули, — признался Воробушек.              — …              — …              — Чего ждем? — спросил. Тон какого-нибудь преподавателя в университете, понимающего свою цену, так что свободно шутившего над студентами в пассивно-агрессивном тоне. Интересно, где Эшли этому научился. Наверное, у Афелия, — вы всегда в сопровождении доктора.              Двойняшки кивнули. На самом деле, оба хотели ретироваться, так что немного повоевали за честь позвать доктора, но в итоге Менсулу вырвалась первой и выбежала за дверь. Воробушек вздохнул и обернулся на парней. Эшли, развязав Чарли, начал ощупывать его руку.              — Не надо, не надо, не надо, не надо, — замотал головой, понимая, что тот хочет облегчить боль с помощью магии.              — Тш, — шикнул, пытаясь сосредоточиться.              — Не трать на это магию.              — Все в порядке.              Шарлин отобрал свою руку, чтобы не дать этому божеству его исцелить. Эшли закатил глаза и просто продолжил развязывать его. Заметил, что бинты Чарли начали кровоточить.              Эшли посмотрел на Чарли. Чарли посмотрел на Эшли.              Чарли вскочил со стула и попытался убежать, но у рыжего ушла примерно секунда, чтобы поймать его со спины, схватив за запястья. Судя по тому, что боль ушла, он успел применить заклинание. Шарлин так быстро ещё никогда не проигрывал.              — Кто просил вас его трогать? — зашипел Эшли, обращаясь явно к Воробушку, который почему-то закусил губу, смотря на них.              — Мы ведь не знали о том, что он так легко повреждается.              Эшли, долечив Лини, поднял его запястья так, чтобы рукава свитера скатились. Теперь кровавые бинты видно гораздо лучше и причина, почему выкрасть Шарлин — это такая же хорошая идея, как и перевозить через Сибири изголодавшегося котенка из Кентукки стала виднее. Если что, это очень плохая идея.              — …Прошу прощения, — вздохнул Воробушек.              Эшли закатил глаза, а затем опустил голову, чтобы спросить у только повернувшегося к нему Шарлин:              — Ты в порядке?              Правда спросили они это друг у друга одновременно.              Эшли слегка покраснел. На этот раз не только от давления.              — Я-то? Это же не меня похитили две азалии. И не мою руку вывихнули.              Азалия — капризный цветок. Воробушек понял ассоциацию.              — С кем не бывает, — пожал плечами. — А вот у тебя руки холодные.              — Пустяки.              — Скорая помощь! — воскликнула принцесса, распахивая дверь. — Или как там на Земле? Там ещё мигалки! Вот!              — Принцесса, пожалуйста, не имитируйте скорую помощь, — попросила доктор, которая, похоже, наслушалась принцессовских бредней. Она зашла в комнату и сразу обнаружила Чарли, всего в бинтах и порезах, — …принцесса, это вы…? Опять…              Менсулу начала активно качать головой.              — Нет-нет! Посмотрите его руку, пожалуйста. Это точно мы.              Доктор представилась перед Чарли и Рыцарем Цветов. Они объяснили ей ситуацию.              — Я уже наложил заклинание, чтобы ему не было больно, — сообщил Эшли, усаживая Чарли на диван, выглядящим настолько роскошным, что ему, обычному маленькому человеку (не в буквальном смысле… хотя…) стало стыдно даже прикасаться к такой вещи.              — Хорошо, — кивнула Доктор, и уже начала работать с Чарли, когда Эшли, предварительно поправив ему волосы, пошёл к принцу и принцессе. Уж лучше разговаривать с ними при свидетелях.              — …              — …              — …              — …почему у тебя руки холодные? — осторожно спросил Воробушек. Менсулу удивилась и взяла Эшли за ухоженные руки. И правда холодные. И дрожащие. Она спрятала одну в свои маленькие и аккуратные, надеясь улучшить ситуацию.              — Вы не знали, что я полмесяца лежал в больнице?              Принц с Принцессой переглянулись.              — Да, но… мы ждали, когда ты выпишешься, чтобы пригласить тебя в гости, но ты проигнорировал, — улыбнулась Менсулу, разминая его подушечки пальцев, сверля их виновато взглядом.              — А навестить?              Оба промолчали. Ну да, конечно.              Из всех его родных и близких чаще его навещали Чарли, Фред, Джей и Лилит с родителями. В больнице Чарли, Эшли и Джей тусили вместе и играли в карты, потому что больше Эшли в своем состоянии ни на что не был способен.              Присоединялся Фред, которого приводила Лилит. Родители приходили редко. Папа спрашивал, как дела, давал деньги и уходил. Мама примерно по такому же принципу, но без денег, ибо сын и так избалованный.              Афелий и Пайн часто приходили по вечерам, когда Чарли и Джея уже выписали. Маринелль готовился к суду, так что был занят. Остальные Советы присылали открытки, в связи с тем, что находились либо в других городах, либо других странах, либо планетах.              И только Менсулу с Воробушком даже не написали.              — …прости, — сказали одновременно.              — А что с тобой, всё-таки? — спросил Воробушек. Эшли вздохнул.              — Аритмия. Если коротко, я мог умереть от ужаса, когда понял, что Чарли нигде нет.              — …мы вам испортили день, да? — спросила Менсулу, неловко улыбаясь и подводя Эшли к дивану, будто тот может упасть в обморок в любой момент. Хотя об этом нужно было думать раньше.              — Да, — ответил за него Чарли. Менсулу снова начала сыпать их извинениями.       

***

      — Почему у тебя такие странные пятна на лице? — спросила его младшая сестра, зевая.              Родители вместе с пятью килограммами продуктов привезли младших детей из детского сада. Мама за поцелуй и лишние карманные деньги выпросила, чтобы Фред поделал с ними уроки и уложил спать. Он поделил деньги с тройняшками, и те побежали убирать дом, пока он с детьми.              — Это веснушки, а не пятна, — объяснил, пытаясь уложить девочку уже второй час. Тони, Мирэ и Дани выдохлись и уснули в одной комнате. Надо бы их разбудить, чтобы ушли спать в свои, — я тебя умоляю, пожалуйста, закрой глаза и спи, — притворно захныкал. Единственными, кем ему удавалось манипулировать — младшими детьми — Беллой и Лукой. Они оба, когда видели, что Фред плачет, тут же делали все, чтобы он перестал. Но он, честно, не специально пользуется этим. Хотя, если бы это работало на остальных, он бы плакал, не переставая.              Белла, стоило брату захныкать, тут же закрыла глаза, притворяясь спящей.              — Спасибо, — вздохнул Фред, потирая глаза и вставая. Он вышел, оставив дверь открытой, ибо дети темноты боялись, а в коридоре свет всегда включен.              Вспомнил, как Чарли в детстве ночевал у Фреда в комнате. Фред отказывался включать свет или открывать дверь, так как уснуть таким образом невозможно, а Шарлин все равно заснет. Но упрямый баран-Мизери демонстративно шел в детскую. Потом вспомнил Эшли, который по ночам не спал, и просто пялился на звезды. Он согласен с его сестрами — вид из окна в комнате Фреда правда потрясающий. Почему у его друзей проблемы со сном?              Он спустился на кухню, чтобы увидеть тройняшек, заснувших в разных углах. Дани с Мирэ на диване, Тони как истинный джентельмен или козел отпущения — на полу.              — Ребят, вставайте, всем завтра в школу, — сказал он, проходя мимо. Сам он по привычке будет ждать родителей всю ночь. Раньше это была задача Марии. Фред постоянно спрашивал, зачем она их ждёт, а теперь сам не может заснуть, если родителей нет дома. И толком причину объяснить не может.              Девочки недовольно заныли, пытаясь проснуться. Первой очнулась Мирэ, которая сначала растормошила сестру. Затем вместе они начали мучить Тони.              Фред вздохнул, увидев гору посуды в раковине. Ну, готовил не он, так что мыть ему. Справедливо.              — Спокойной ночи, — сказали Мирэ с Дани.              — Спокойной ночи, — повторил Тони, зевая и поднимаясь за сестрами наверх.              — Угу… — устало ответил, начиная намыливать губку. Честно говоря, для его длинных пальцев она была такой маленькой и неудобной. Но что поделать. Хотя ему повезло, что арахнодактилия ему подарила только длинные пальцы и нарушение осанки. И то последнее исправимо.              Телефон завибрировал. Фред сначала обрадовался. Эшли обещал рассказать, как они провели время с Шарлин, при встрече, но, может, он не удержался, и решил пересказать по звонку.              Открыл, надеясь увидеть сообщение от друга, но… незнакомый номер? Расстроился. Мошенники, наверняка. Где эти паразиты вообще находят кому звонить?       Открыл мессенджер, чтобы заблокировать, но обнаружил сообщение:              я решил что у нас перемирие так что не буду лезть в твой телефон без спроса.       а если честно эшли заколдовал твой телефон и я не могу в него залезть       эх       но я могу делать это с другими              А дальше десятки фотографий.              /Фред ест в кафетерии. Он явно сидит с Эшли, судя по куску рукава. Фред жевал в это время излюбленную картошку фри, и слушал, как его друг с кем-то разговаривает/.              /Фред смеётся. Смеётся в коридоре, разговаривая с кем-то. На фото видно чётко только его лицо. Остальные либо размыты, либо обрезаны/.              /Фред заходит в кабинет физики, уткнувшись в тетрадь/.              /Фред выходит из школы/.              …              /Фред ведет младших в детский сад…/              И следующая…              Фред чуть не выронил телефон, когда на фотографии обнаружился Тони. Его засняли снаружи, пока он пялился в окно во время урока.              Он сглотнул.              Лори?              оу я думал это очевидно              Что это?              если что это не я фотал              И кто же?              это с разных телефонов. смотри, даже из средней школы              Фред заметил, что, к счастью, фотографий Мирэ и Дани нет. Они дружат с Лилит. Возможно, она как-то влияет. Рядом с Эшли иногда барахлят электронные гаджеты, если вокруг него слишком много пыльцы. Может быть, рядом с Лилит тоже.              Фред заблокировал Лори.              Новое сообщение.              ненененене       так не пойдёт. мою помощь отвергать нельзя              Ещё фотография. Ещё. Ещё и ещё.              Ты ведь заодно с Еленой?              нет. как я и сказал. я использую тебя, чтобы загладить вину. я лишь показываю тебе масштабы трагедии чтобы ты понял что проблема не выдумана              Снова в блок.              Новое сообщение.              Блок.              Новое сообщение.              Блок.              Новое сообщение.              Фред выключил телефон и швырнул куда подальше.              Телефон снова включился, освещая белым светом кухонные ножи.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              Новое сообщение.              …       

***

      В качестве извинений Менсулу заказала для них целый ужин. Хотела заказать…              — Фруктовый салат.              — Нельзя.              — Жареная рыба!              — Нельзя.              — Суп.              — Я не ем мясо.              — Грибы с Востока…?              Покачал головой.              Воробушек сел с Чарли, с его разрешения рассматривая Делиса, который добровольно залез на руку. Шарлин в это время украдкой слушал разговор принцессы с Эшли, и уплетал десерты с другой планеты. Ему кажется, что от такого количества сахара он не то что получит передоз, он впадет в сахарную кому.              Сладости даже описать нельзя. Шарлин подумывает, что десерты кажутся ему необычными больше за счёт дороговизны, а не из-за каких-то особенных ингредиентов. Он ничего слаще медовика на пробовал, так что…              — У всех землян так? — спросил принц, вращая чужую руку на свету. Воробушек даже приставил её к окну, чтобы сравнить со звездным небом.              — Неа. Так получилось. Эшли помогает мне избавиться от Делиса.              — Вы сегодня пришли за этим?              — Вообще-то мы впервые просто хотели провести время вместе, — сказал прямо, поглощая уже которое пирожное с заварным кремом странного цвета. Как же вкусно…              — Ох, нам очень жаль… моей сестре в том числе.              Шарлин пожал плечами. Он скорее расстроен тем, что Эшли пришлось нервничать. Мало ли что могло произойти. В целом, Афелий сам сказал, что ему лучше одному не оставаться. Даже то, что Эшли живёт один — уже большой риск.              Еще расстраивает то, что они успеют меньше, чем хотели сегодня. Из плюсов: когда они пойдут в больницу, ему смогут выписать освобождение. А это значит, что визит к Доброте откладывается! Да и ему скормили буквально все сладости мира. Что может быть лучше?              Местная доктор зафиксировала положение вывихнутой руки, сказала, что ничего страшного, но ему нужно всё-таки обратиться в земную больницу, как только они вернутся на Землю. Эшли перенервничал, так что Чарли настоял на том, чтобы отдохнуть перед возвращением.              — Ну мороженое!              — Да нельзя мне!              — Ну, скажи, что тебя можно, прошу тебя! — умоляла Менсулу со слезами на глазах, пока их шеф-повар неловко стоял, ожидая указаний.              — Принцесса, нежирную рыбу, — сказал в конце концов Шарлин. Менсулу тут же посмотрела на шеф-повара. Тот кивнул и побежал на кухню. Эшли надулся, посмотрев на друга.              — Лини, чего подсказываешь?              — Прости, просто ты слишком давно не ел.              Эшли вздохнул, подходя к нему на диван. Он плюхнулся совсем рядом, раскидывая руки на спинку и поглядывая на довольного Шарли.              — Вкусно тебе?              Шарлин кивнул. Он здоровой рукой достал чернослив, или что-то, по крайней мере, похожее на него и притянул к губам Эшли. Тот без особых вопросов и лишних мыслей зубами обхватил чернослив и прожевал.              — Хм… неплохо.              — Скажи ж.              Менсулу села на диванчик напротив. Через пару секунд ей стало одиноко сидеть одной, так что она посмотрела на брата. Тот вздохнул и, поблагодарив Чарли, пошёл к сестре.              — И всё-таки… неужели это всё было обязательно? — спросил Эшли, закидывая в рот орехи. Наверняка на вкус, как дерево, смазанное тонким слоем масла.              — Ты бы не пришел по нашей просьбе! — возмутилась Менсулу.              — С чего бы мне идти?              Чарли стало неловко есть одному, пока все разговаривают, так что поглотил последний кекс и распластался на диване вместе с Эшли, переводя взгляд то на принцессу, то на друга. Воробушку все не было интересно, так что он просто продолжил читать. Шарлин попытался узнать название по обложке. Нет, книга не с Земли, судя по кривому переводу переводчика.              Воробушек заметил его, поднял глаза, по цвету схожие с корицей или кофе, смешанным совсем немного со сливками, и жестом пригласил к себе. Чарли коротко посмотрел на Эшли, занятым разговорами, и пошёл к принцу.              — Там много людей.              — Не так уж и много. Несколько десятков, может…              — Дорогая сестра, наших слуг около шестисот. И только тридцать из них помогают с одеждой… мне. Тебе помогают все восемьдесят, — подсказал Воробушек, усадив Шарлин около себя, чтобы тот читал вместе с ним.              Рыжий вздохнул. Менсулу кивнула, соглашаясь. И правда многовато. Как полноценный маленький городок.              — Хорошо, раз уж мы здесь, что вам нужно снова?              Менсулу посмотрела на брата. Она, кажется, устала говорить, и ожидала, что он продолжит за неё, но тот был слишком увлечен расшифровкой некоторых деталей в книге, непонятных землянину.              — …происхождение магии доподлинно неизвестно, однако в 5614 году, когда мы начали сотрудничать с Землей, обнаружилось, что за редким исключением у двух землян на Эостре родится ребёнок с магической пыльцой, — рассказывал он с интересом, как будто всю жизнь учился ради этого в университете, — и здесь автор рассуждает о причинах. Одна из теорий — планета жив…              — Воробушек.              Воробушек остановился и посмотрел на сестру. Та кивнула на Эшли. Принц вздохнул.              — Я ее уже читал. Если тебе интересно, я могу дать её тебе. Всё-таки чувствую вину за твой вывих. Только верни, как дочитаешь.              Шарлин смотрел на обложку, как на ящик с золотом. В его глазах она светилась и мерцала, как ключевой предмет в квесте инди-игр. Затем восхищенно поднял, как Симбу из мультика, пытаясь не тревожить вывихнутую руку, и молча пошёл к Эшли, не отрывая взгляда от реликвии.              Воробушек довольно посмотрел на реакцию на свой подарок, и только потом снова обратился к Эшли, который тоже наблюдал за Шарлин в состоянии эйфории.              — Королева чувствует, что ей…              Воробушек не успел закончить, как сестра наступила ему на ногу широким каблуком, чтобы тот не успел договорить.              — Кхм, — намёк был понят, — хочет передать бразды правления нам.              — Бросьте, я знаю, что Леди Приме не здоровится, — сказал Эшли. Он явно сгрустнул, — папа сказал.              Чарли отвлёкся от рассматривая книги и удивлённо уставился на королевских особ и друга. Похоже, те настолько не воспринимали его всерьез, что даже не попросили ретироваться. А может они понимали, что Эшли бы не стал здесь находиться без него. Чего же заклинание на него какое-нибудь не наложили?              Но о смерти принято отшучиваться.              — Но передать вам Пандму? Королева настолько в плохом состоянии?              — Очень смешно, — ответил Воробушек.              — Даже если бы мама чувствовала себя хорошо, уже пора на пенсию. Третий век правит все-таки, — рассуждала принцесса.              «Сколько…»              Чарли как-то не задумывался о том, что жители Эостре помимо физического превосходства, имеют такую привилегию как долгую жизнь. Ему стоило задуматься над этим хотя бы потому что тот же Девин в свои почти сорок выглядит на тридцать и ведет себя слишком задорно. Таки двадцать шесть, а у него уже морщины и экзистенциальный кризис.              То-то и Долор с Селестией, которым скоро по шестьдесят, выглядят молодо. По Селестии особенно не скажешь, что она многодетная мать. Выглядела слишком счастливой и полной жизни.              Чарли посмотрел на Эшли. Он тоже…?              А Дядя Чэн? После признания в своем происхождении, он сказал, что после ста лет перестал считать года. Сколько же ему…              — Все еще не понимаю, что вы от меня хотите.              — Так мы ведь мир и не видели, — грустно пожала плечами, — толком и жителей страны не знаем, а коронация на носу. Мы хотим, чтобы ты нас сопровождал во время походов по городу или остальным территориям страны.              — У вас в распоряжении тысячи и тысячи рыцарей. Я вам на что?              — Мы привлечем внимание. И ты можешь заменить эти тысячи рыцарей. А также, помимо Пайна, ты лучше всех разбираешься в нашей географии. Давай, мы же будем тебе платить.              — Вообще-то у меня много дел. Скоро зимняя обсессия.              — Сессия, — шепотом подсказал Чарли.              — Зимняя сессия.              — Не делай вид, что школа — это не просто способ защиты от похитителя детей и Торакса, — сказал Воробушек.              — Это ведь тоже полезно для будущего. Даже не придётся сдавать вступительные экзамены в здешние университеты.              Чарли снова посмотрел удивлённо на Эшли. Об этом он тоже не задумывался. Не задумывался о том, что Эшли может остаться на какой-то из планет навсегда из-за учебы, работы… семьи.              — Насчёт этого… — он впервые за вечер сменил тон с раздраженного на… более спокойный. Не грустный, не неловкий. Что-то между. Он явно хотел что-то сказать, но перебил себя, не дав закончить мысль. — Все равно отказываюсь. Сейчас у меня есть обязанности, и я должен их выполнять. И помимо этого я повесил на себя часть расследования о детях. Нет у меня времени.              Менсулу вздохнула, кажется, будучи готовой к этому. Воробушек недовольно покачал головой.              — Можно мы хотя бы иногда будем следовать за тобой?              Эшли пожал плечами.              — Я подумаю.       

***

      По закону Эшли и Чарли уже не имеют права находиться на улице, так что сотрудники больницы не выпускали их, пока те не позвонят кому-нибудь из взрослых. Это клиника, где работает Таки, так что никто не был против того, что Чарли заберёт старший брат, а не отец. Эшли притворился, что позвонил маме, но на самом деле, он собирался просто в удобную минуту телепортироваться домой через любую дверь.              Ночью здесь почти пусто, так что обстановка почти комфортная.              Чарли снял с него завядшую розу, покрутил и положил на стол возле стопки листов А4. Они расположились в детском уголке с раскрасками и телевизором с мультиками.              — Что такое? — спросил, пока Эшли с особой любовью раскрашивал его бинты. Он начал с бинтов на вывихе, но понял, что на остальных рисовать тоже можно. Ну вот, теперь жалко будет выкидывать.              — Прости. Они часто все портят… Хотя я сам виноват, что сразу не заметил, что тебя нет. Они не хотели тебе навредить, вот и не почувствовал опасности.              Чарли внимательно наблюдал за Эшли. Тот хмурился и не смотрел ему в глаза. Его настроение правда ниже плинтуса. Даже цветы растут мертвые. Шарлин отнял свою руку и подсел ближе к нему, вынуждая смотреть в глаза. Эшли улыбнулся, поправил очки и вопросительно согнул брови.              Не успел он и спросить, как:              — Мне очень понравилось.              — …м?              — Музей был классным. И столица очень красивая. Спасибо, что показал.              Рыжий расслабил плечи и моргнул, как будто смахивая последние причины для переживаний. Он взял очередной фломастер, подаренный медсестрой, недоумевающей от взрослого парня, который рисовал другому парню все розовым фломастером. Так она сама виновата, что другие засохли.              — Все равно это не то, как должно было быть.              — Мы же все равно провели время вместе. Неважно ведь где, — снова улыбнулся, следя за тем, как Эшли розовым фломастером тщательно рисует синие цветочки, — тебе ведь понравилось? Надеюсь…              Эшли резко поднял на него глаза, отчего Лини почти вздрогнул, но был риск испортить рисунок, так что пришлось сидеть на месте.              — Конечно! Ну… вернее, до того, как две амброзии похитили тебя. А так мне очень… очень понравилось, — на последних словах он коснулся затылка и брезгливо снял ромашку, швырнув куда-то в сторону, и продолжая рисовать, — я гулял с кем-то в последний раз очень давно.              — Даже с Фредом?              — Когда мы только начали дружить, я его тоже по всюду водил, но потом… Потом в общем не до этого… Но я не хотел заставлять тебя сидеть дома и смотреть что-то. Правда… мне действительно бы понравилось, если бы не…              Эшли поджал губы, бездумно черкая фломастером по ткани. Шарлин подпер щеку здоровой рукой, смотря на него. Замолчал он явно не просто так. Чарли отвёл взгляд и тоже начал:              — Последний раз, когда я проводил время с кем-то без происшествий… был наверняка никогда.              — …Как же?              Чарли пожал плечами.              — Я даже когда с Алексом впервые встретился, мы оказались в полицейском участке.              Он с улыбкой посмотрел на Эшли, который представил Шарлин с Алом в тюрьме, похоже, за кражу жвачки. Ну что ещё эти двое могли сделать? Правда, Чарли вполне могли посадить за радикальные взгляды.              — Да и в целом мы с Алом никогда не проводим время без происшествий. Он сам говорит, что от меня одни проблемы.              — Жестоко… хотя мне Фред то же самое говорит.              Добро пожаловать в общество абьюзивных друзей.              — В общем, я не отрицаю. Я притягиваю к себе всякую дрянь. Делиса, например.              Делис недовольно скатился с его шеи. Если бы он мог говорить, может, послал бы его куда подальше.              — В общем, я понимаю, когда из-за какой-то мелочи портится весь день, но я не зацикливаюсь на этом. Подумаешь, вывих. У меня есть брошюра из инопланетного музея и книга! Книга, представляешь?              Эшли усмехнулся.              — Я тебя отведу в столичную библиотеку в следующий раз.              — Обещаешь?              Эшли кивнул.              — Обещаю.              Шарлин победно сжал здоровый кулак. Как бы ему хотелось, чтобы маг щелкнул пальцем и телепортировал его в библиотеку, чтобы он мог там спокойно умереть.              — Ну, ты ведь тоже должен найти плюсы.              — Хм… — Эшли отложил фломастер и аккуратно взял его за ладошку, — я что-то нарисовал для тебя.              — Видишь? Прекрасный день.              Рыжий опустил взгляд на чистые бинты, поправляя очки. Он успел нарисовать несколько васильков, очертаний розочек, звездочки и сердечки. Последние он сделал очень мелкими и еле заметными. Чарли сказал, что будет жалко снимать их, но пусть уж лучше рука побыстрее восстановится. Может, рисунки помогут.              — И правда.              — Шарлин!              Оба повернулись. В зал ожидания вошел запыхавшийся Таки, который успокоился, стоило ему увидеть младшего брата в почти целости и почти сохранности. Эшли помог другу встать, и Чарли приготовился к публичным унижениям.              Таки преодолел пять метров за секунды и притянул брата к себе, рассматривая его лицо, руки, глаза и так далее.              — Ну что опять с тобой? Нельзя ни на секунду оставить! — осознав, что с Чарли все в порядке, поцеловал пару раз в лоб, щеки и обнял, облегченно вздыхая. Эшли умилился с этой картины, особенно потому что Шарлин был похож на недовольного котёнка, когда его целовали. Лилит тоже так ведёт себя, если в Девине, например, просыпаются приступы нежности, что бывает, как оказалось, часто. Может, у младших такая функция заводская? Хотя Эшли же тоже младше… но его никто не целует, почему-то.              В зал зашла Мария, которая, кажется, не поспевала за своим парнем, оттого и опоздала. Она поняла, что все в порядке, Чарли не умер и тоже выдохнула.              — О, привет, Эшли, — она поцеловала парня в щеку, потрепав его по волосам. Ладно, кто-то его да целует.              Он поздоровался в ответ. Таки понял, что в мире существует кто-то ещё, кроме его брата, так что отвлёкся и посмотрел на рыжего, наконец отстраняясь от задыхающегося от любви Лини.              — Ох, прости, Эшли, привет. Давно не виделись, — улыбнулся старший, пожав парню руку.              — Здравствуйте!              — Как ты вырос. Не узнал даже. Так вы с Чарли вместе гуляли.              «А, точно. Они же знакомы», — сначала Шарлин удивился этому, но быстро вспомнил, что Мария всё-таки сестра Фреда. Конечно, Таки мог видеться с Эшли, когда тот, например, гостил у друга. Если бы Чарли не был таким упрямым, и ходил в гости к Эрнестам, когда Таки с Марией его приглашали, он мог бы встретить Эшли гораздо раньше…              Баран.              — Эшли, тебя кто забирает? — спросил старший Мизери, предварительно перекинувшись любезностями с парнем.              — Ам… папа скоро подъедет.              — Мы тогда подождём, пока тебя не заберут.              «Вот же ж…»              — Да что вы! Не нужно! Уже поздно, вы устали.              — Ничего страшного. Вдруг что-то случится, — нахмурился Таки, рассматривая руку брата.              — Да я… сам планировал добраться, если честно.              — На чем? Автобусы не едут, — уже возмутилась Мария. Эшли беспомощно посмотрел на Чарли, но тот тоже не знал, что делать.              — …пешком?              — Ой, что у одного, что у второго ума… Эшли, скажи адрес, мы тебя довезем.              У Чарли загорелись глаза. Он посмотрел на друга, и тот не смог отказать.              — Буду благодарен… — сдался. Не любит он принимать такие услуги. Всегда есть ощущение, что он кого-то обязывает… но никто ведь не против?              — А чего вы так легко одеты не пойму. Снег на дворе, — проворчал Таки, пытаясь накинуть на плечи брата куртку, но тот спрятался за Эшли, не давая этого сделать.              — Снег… — со скрипом произнёс рыжий, пока братья вокруг спорили, а Мария улыбалась.              — Я не ребёнок!              — Таки, машина же недалеко. Добегут.              Мужчина закатил глаза, а потом вопросительно посмотрел на Эшли, который протянул руку.              — Давайте я.              Таки пожал плечами, передал куртку и пошёл вперёд, беря свою девушку за руку. Чарли же вопросительно посмотрел на друга. Удивительно, как его взгляд схож со взглядом брата.              — Он же переживает.              — Ну и пусть. Доведёт себя до инфаркта — будет знать.              — Я же тоже переживаю. А меня до инфаркта довести будет попроще.              Шарлин виновато посмотрел на него, вздохнул и кивнул. Эшли, довольный, накинул на него куртку и попытался натянуть капюшон, но Чарли быстро юркнул вперёд, не давая это сделать.              У выхода из больницы начались проблемы. Шёл снег. Да такой снег, что дальше метра ничего не видно.              — Мальчики, мы машину сюда подкатим, хорошо? — спросила Мария. Чарли угукнул, пока Эшли вжимался в стену, с ненавистью смотря на падающие хлопья. Правда, в его глазах это была перхоть, которую облака стряхивали на бедных землян.              Шарлин, укутанный в теплую куртку посмотрел на Эшли и взял его ладонь, спрятав сплетенные руки за одеждой. Таки же не поймёт их платонических прикосновений.              — Снег же не страшный.              Но его никто не слышал. Эшли уже ощущал, как леденеет и твердеет кожа, как ресницы покрываются изморосью, а волосы превращаются в сосульки.              Шарлин вздохнул, и уже двумя руками обнял его руку, пытаясь согреть. Эшли только тогда опустил на него взгляд.              — Все нормально… — сглотнул, все ещё растерянно смотря по сторонам. Чарли ободряюще улыбнулся и тоже повернулся.              Очень атмосферно. Сквозь снег редко пыталась выбраться трава. Снег ещё совсем свежий, нетронутый резиновой обувью и жестокими бездушными снегоочистителями. Он все блестит под уличными фонарями почти так же, как сахар. Огромные хлопья, как будто размером с кулак, были больше похожи на сахарную пудру. Пудра покрывала деревья, которые ещё не успели сбросить листья, и прятала увядающие цветы под толстым слоем снега.              Он вытянул руку, пытаясь поймать хоть одну снежинку. Когда несколько упало на куртку он притянул её к себе.              — Эх, снежинки попались некрасивые.              Эшли посмотрел на его рукав, поправляя очки. Чарли попались снежинки, слипшиеся в одну или деформированные, разбитые напополам.              — У снежинок есть формы. Эти «неправильные кристаллы». Жаль. Алексу всегда везет. Он пластины ловит.              Ему тоже стало интересно…              Эшли осторожно вытянул руку и сузил глазки, чувствуя, как ледяные снаряды плавно опускаются на ладонь. Не выдержав больше трёх секунд, он вернул её себе и начал искать вместе с Шарлин снежинки.              Шарлин спустя секунды восхищенно вздохнул.              — Ты поймал снежинку-звездочку! Да как вы это делаете?              Эшли посмотрел на звезду, зацепившуюся за его свитер. Так жалко. Такая красивая, а вынуждена растаять.              — Неужели это и есть снег… снежинки?              — Да. Если под микроскопом смотреть на снег, можно ещё найти, но я не успеваю обычно донести снег до лаборатории в школе.              Эшли дождался, когда снежинка окончательно растает, и останется лишь мокрый след на свитере, который принадлежал даже не ему. Так грустно.              Другие явления природы живут гораздо дольше, чтобы ими успели полюбоваться. Цветы возрождаются бесконечно при желании, деревья тоже вечные, морские обитатели по сравнению с человеком бессмертны. Снежинки же настолько уникальны, что умирают, стоит им оказаться в теплых руках или попасть под лучи солнца? Как же грустно. Кто-то ведь эти снежинки создает и опускает на Землю. В полете они падают и сверкают, как звезды, но по приземлению теряются среди других. То же звездное небо, только без неба, и далеко не вечное.              — У тебя телефон с камерой?              Эшли молча передал телефон Чарли. Тот удивился, обнаружив, что на нём действительно есть камера, и начал фотографировать снежинку, пока та не исчезала.              Он перевёл взгляд на Шарлин. Тот от холода уже сопел. Его кожа недостаточно смуглая, так что мороз смог окрасить его щеки и кончик носа в очаровательный румянец. Слабый ветер аккуратно уложил на его волосы парочку снежинок, словно заколки. Чарли не догадывается, но на распадавшихся кудряшках зацепились те снежинки-звездочки, которые он хотел найти у себя на рукаве.              Шарлин очаровательно жмурился, просматривая получившиеся фотографии. Губы потрескались от холода.              Эшли невольно улыбнулся и протянул руку. Чарли посмотрел на неё коротко и вернул телефон.              «Не люблю фотографироваться, но…»              — Не против фото на память?              Шарлин удивлённо посмотрел на него, но кивнул. Эшли повернул камеру и притянул его к себе за плечи.              Щелчок.              — Я там не моргнул? — спросил Шарлин, когда Эшли притянул к себе телефон, не показывая пока получившуюся фотографию.              К счастью, в кадр они оба попали. Эшли улыбался во все зубы и глазами. Линзы очков на этот раз даже не закрыли предательски его зрачки. Чарли по неопытности неловко улыбался, показав особо распространенный рокерский жест руками. Большие чёрные глаза блестели от света уличных фонарей. Камера не смогла передать все его синяки и порезы, так что он не выглядел болезненным. Выглядел действительно счастливым.              Эшли показал ему фотографию, все еще обнимая за плечи и продолжая разглядывать ее через кудрявую макушку.              Шарлин вздохнул. У него своего телефона не было, а они с Алексом как-то не догадались делать подобные фото. И Чарли себя видел на фотографиях разве что на доске почета.              — Красиво!              Эшли не заметил, как морозило его лицо, отчего было даже немного больно улыбаться. Он смотрел на Чарли, чьи глаза горели от восторга и радости.              — И правда.              Подъехала машина.