Братство черных кругов

      Алена       Сидя на кровати вместе с Ариной и Русланой, я постепенно осознавала, в какой сейчас ужасной ситуации находимся. Мы бог знает как сюда попали, и даже не можем попросить помощи у деда Арины, который уехал в Москву. Одним словом, нам всем капут!       Я не переживала, что мама хватится меня: она же «великая актриса», которая либо в студии, либо в театре. А такого местоположения как «дом» у нее в базовых настройках нет. Убираюсь, готовлю, учусь и живу я самостоятельно (хотя в школе меня считают красно девицей, но я вообще не белоручка). Даже наша учительница по технологии признала меня и обращается со мной очень уважительно. Это многое говорит обо мне, как о человеке.  Но меня отвлёк от пессимистических мыслей Дима, который только вышел из ванны:               — Арина, можно я штаны твоего дедушки возьму, а то в джинсах неудобно спать?  – спросил Дмитрий.              — Да, конечно, мать честная! – у Арины отпала челюсть, как и у нас с Русланой, когда перед нами предстал по пояс обнажённый Дима. Всю женскую часть нашей «команды» удивил не факт его «частичной оголённости», а то, что под рубашкой оказывается не дохляк, а молодой человек с достаточно видным прессом.               — Вау ты прямо спортсмен! Илья, у тебя появился соперник, – Руслана села на край кровати и без стеснения потрогала его пресс.              — Руслана…ч-ч-что…что ты делаешь? – с ужасов в голосе спросил Илья под поддакивание Марка.              —А что Руся такого сделала? Дима, тебе было больно? Нет? На нет и суда нет! – пришлось мне вступиться за подругу.              — Ладно-ладно, закрыли тему, – Диме явно хотелось поскорее закончить обсуждение его внешних данных.              — А теперь открываем новую тему: в чём ходить по улицам? – Арина встала и начала рассуждать, нарезая по комнате круги. — Наша одежда из XXI века, а нам необходима XX — го. Нас за такие наряды в участок могут забрать. Или как минимум дружинник подойдёт!              — Ты в принципе права. Мальчики могут взять одежду у твоего деда, а нам придётся что-то придумать, – я оглядела себя, указывая на свой образ. —Смотрите: я в принципе нормально выгляжу, юбка и футболка всегда были, есть и будут. Руслана, рубашка классная, но придётся ее тут оставить, а джинсы чёрные поэтому не так бросаются. А ты, Арина… Я не знаю, что  и делать.              — Синие джинсы и лонгслив «Lacosta» сильно отличаются от той эпохи, в которой мы застряли, – согласился Дима.              —У меня есть идея! – Руслана в секунду подлетела к шкафу с одеждой Владимира Сергеевича. —  Вот эти брюки мы подошьем под тебя, а пиджак этот я даже не буду трогать! – приложив к Арине пиджак, подытожила «швея».              Поставив Арину на стул и отобрав у Ильи на время ремень, Руслана натянула на «модель» брюки, подвязав их ремнем. А я стала помогать «швее» рассчитать, насколько нужно подшить брюки. Отметив необходимую длину найденным на кухне мылом, настолько тонким, что им можно было вены резать. Отмерив нужное расстояние, мы с Русланой пошли на кухню подшивать их: я левую, Руслана правую. Следом за нами пошла Арина. Не знаю, что именно повлияло на нас: наша усталость от такого насыщенного дня, теплый майский вечер или любимое шитье, но у нас завязался очень душевный девичий разговор. Арина и Руслана поделились, тем что происходит в них в жизни.       Во время разговора я узнала, что Руслана из многодетной семьи. Не из той, где 3 ребенка и мамочки уже с гордостью называют себя «многодетными»:  у девушки оказалась самой младшей среди 7 БРАТЬЕВ.  Ее родители явно собрали комбо. Старшего брата зовут Рома ему 22, и он учится на юриста. Дальше по старшинству идут Филипп, Паша и Матвей – они тройняшки им 20 лет. Паша и Филипп учится на искусствоведа, Матвей на хирурга. Через год у семьи Ермаковых появился Женя – сейчас он служит в армии, Родиону 17, и он ходит в другой лицей. У самой Русланы брат-двойняшка  Олег, он учится в Суворовском училище. Олег старше ее на 15 минут, поэтому все в семье ее все называют младшей.       У Арины в жизни все еще веселей: оказывается,за год у нее появился 17-летний брат и отец! Конечно, брат сводный, а отец – отчим, но это не столь важно. Я все равно очень рада за ее маму, она была наидобрейшей женщиной, и каждый раз глядя на нее, в душе я сожалею, что не она моя мама. Будучи членом родительского комитета, она всегда прислушивалась к нам, а не к своим желаниям. Короче говоря, мама Арины не женщина, а искусство. Брат и отчим Арины тоже хорошие люди, девушка с мамой переехали к нему, а отчим с его сыном за месяц сделали из старого кабинета спальню для Арины.       Также мы с Русланой выяснили у Арины про квартиру, в которой мы оказались. Оказалось, что ее дедушка жил здесь, а она с мамой и родным отцом в другой квартире. После второго замужества они перебрались к отчиму, а в их старую квартиру дедушка с бабушкой. «Квартиру из прошлого» они используют только летом, в качестве дачи: она находится в центре Санкт—Петербурга и из нее легко добираться до музеев и театров, которые Арина, ее бабушка и дедушка любят посещать летом.              — А почему мы никогда не дружили? – я задала волнующий меня вопрос.              — Не знаю… Возможно, мы из разных компаний? Ты главная красавица школы. А я староста класса. А Руся… я не знаю, почему мы не общались, – задумчиво произнесла Арина.              — Мне общаться с мальчиками легче, чем с девочками, – призналась она.              — А я вообще не красавица! – стала защищаться я.              —Да—да конечно! – в унисон прокомментировали девочки.              —Все мальчики шеи сворачивают, когда ты мимо проходишь! – добавила Руслана.              — Да вы тоже очень красивые! Если ты перестанешь всегда носить только юбку карандаш, как у монашки, и футболку, а еще волосы распустишь, то от ухажеров отбоя не будет! – я указала рукой с иголкой на Арину, которая очень засмущалась. — А у тебя, Руслана, очень красивые волосы, тебе нужно перестать стоять у стены, а выходить в центр и с гордо поднятой головой и шагать! Кстати, ты прекрасно шьешь! — подметила я ее ровные швы на штанине. – Просто вам обоим нужно открыться миру!              — А тебе, Алена, нужно начать доверять людям, – прозвучал ровный и тихий голос Арины.              Я промолчала, но в голове осознала правоту Арины. Мне тяжело даже своей маме доверять. Она постоянно на работе, ее за это нельзя осуждать, ведь кто-то должен зарабатывать деньги. Отец — это отдельный вид искусства.       Вот, вы дорогой читатель, видели восьмое чудо света? Нет? Правильно, потому что его нет! Я не видела восьмое чудо света, так и своего отца.              — Все я закончила! Померь, Арина, – я протянула ей брюки из серой костюмной ткани.              — Ты, Алена, не обижайся! Я чувствую это напряжение, расслабься, доверься хотя бы нам! Мы тебя не убьем, не ударим и даже не осудим, – решила, наверное, добить меня Арина, надевая на себя брюки. — О, прям как влитые, только ремень нужно будет все-таки у Ильи забрать, чтобы они не упали по дороге.       С наворачивающимися на глаза слезами я произнесла:              — Спасибо, Арина и  Руслана, спасибо вам девочки…              — Ой, сейчас всё здесь зальют слезами, – на кухню вошёл Марк с мокрыми волосами. — Спать пора. Завтра рано встать.                — Как мило с твоей стороны! — Руслана протянула руку и растрепала  мокрые волосы юноши.              Я поддержала идею Марка и скомандовала отправку в кровать. Зайдя в комнату, я увидела уже готовые спальные места: два человека будут спать на полу рядом с большой кроватью, еще три на самой кровати, и один в кресле. Этим везунчиком с отельным спальным местом на сидячем кресле оказался Илья. Он, конечно, возмущался, но все равно принял бремя.       Уже лёжа в постели с девочками, я поняла, что это ситуация не так ужасна. Сегодня я смогла узнать девочек и осознала свою главную ошибку: все 9 лет я не дружила с ними. Оказывается, они прекрасные девушки с интересной жизнью, со своим мнениям на многие вещи. С этими мыслями я и провалилась в объятья Морфея.