В окружении льда

Леди Костяной Демон одарила его своей силой, чтобы тот уж точно выполнил своё задание. Он слышит поезд поблизости, а в нём ‐ Укуна и его ученика с командой. Макак направляется туда, но слышит, как первее него их настигает Нэчжа. Внутри одного из вагонов поезда у них начинается конфликт. Макак, используя новообретенные силы, чтобы не дать никому из них убежать, образует в вагоне невероятно холодный и крепкий лёд, зафиксировав всех внутри, заглотив их в свой холод почти по плечи, из-за веса которого поезд остановил своё движение. Приближаясь, он слышит, как Укун и Нэчжа уже догадались о том, кто это сотворил, но из-за магической природы этого льда, не могут использовать свои силы. Работа облегчилась. Никакой лишней драки, его личные, скрытые от Демоницы, планы, скоро будут осуществлены. Невзирая на слова плененных, которые он даже не слушает, Нэчжу он сразу же окутывает в лёд, а после и, образовав изнутри ледяные пики, неспешно режет плоть небожителя, пронзая ледяными лезвиями насквозь, убивая. Он мог помешать дальнейшим планам Макака и его убийство невероятно взбудоражило команду и самого Короля обезьян. Никто не ожидал таких решительных и жёстких действий. После Нэчжи, он направился к Укуну и команде. Ненужных он сразу же, как и небожителя, сдавливает льдом, но не убивает. Не покрытых льдом осталось четверо — Мэй и Тэнг нужны для освобождения, МК и сам Укун для Демоницы, но последнего Макак ещё планирует помучать. — Заткнитесь все. — строго говорит он оставшимся и они действительно замолкают, не зная чего ожидать от него и не в силах исползовать магию против врага. — Иначе ваши друзья умрут так же, как и Нэчжа. Пошевелитесь — произойдёт то же самое. Вам лучше не рыпаться сейчас, а потом я, так уж и быть, вас отпущу, но после одного дела. Ледяной магией Макак откалывает Укуна от основного пласта льда, но продолжает держать в плотном, холодном плену. Он подлетел, держа магией Укуна, после чего они направились к соседнему пустому вагону, а тот, в котором остались пленники, лед закрыл полностью, окунув тех во мрак. В пустом вагоне Макак поставил заключённого в замороженной воде на пол, осмотревшись и, убедившись что никого не видно и не слышно, приблизился к Укуну. — Что ты задумал, Мак? — с настороженностью спросил Укун, всё ещё оставаясь без возможности шевелиться и использовать магию, не смотря на желание сделать это и надрать черношерстному жопу. — Леди Костяной Демон пожелала завладеть тобой и МК. Но ради тебя, я слегка растяну время. — Макак, привычно, ухмыльнулся, глядя на Укуна. — Зачем ты убил Нэчжу? — Он мешал вам, как и мешал мне. — Да, мешал, но это не значит что его нужно было убивать! — Нужно. Устав от излишней болтливости скованной обезьяны, Макак закрыл часть его лица льдом, им же частично и бесцеременно проникнув в чужой рот, заткнув врага. Благодаря прозрачности замороженной воды, Макак прекрасно, хоть и с некоторым искажением, видел рот Укуна, его крупные клыки и челюсти, от чего у него непроизвольно начали просыпаться чувства. — Неплохо выглядишь, Король. Хотя, думаю, в этой ситуации тебя нельзя назвать таковым. — Михоу посмеялся ему в лицо, выглядя довольным. В ответ Укун начал дёргаться и предпринимать попытки сомкнуть челюсти, но толстый лёд и постепенное обледенение и ослабление тела от холода давало о себе знать — у него так и не получилось задуманное. Макак же лишь укрепил лёд и образовал на внутренней стороны те же пики, как при убийстве, но значительно меньше, просто чтобы доставить «приятелю» больше боли и дискомфорта. — Не брыкайся, Укун, у тебя ничего не получится. В ответ на усмешку Михоу получил тот самый, полный решимости, горящий огнём взгляд, как и множество лет назад, но он лишь впился ледяными пиками в мягкий живот замерзающего тела, от чего Укун содрогнулся и недовольно промычал. Внезапно, лёд начал трескаться на уровне живота Укуна, пока не освободили нижнюю часть тела полностью. Охладевшие ноги не желали слушаться и отбиться хорошим пинком всё не получалось. Макак, без стыда и совести, спустил штаны Укуна, оголив его бедра. Когда же тот набрался сил и уже начал двигать ногами, чтобы пнуть извращенную голову с дурным мыслями черношерстной обезьяны перед ним, лёд вновь сковал его конечности на уровне лодыжек, но уже сжимая сильнее и болезненнее, заставляя дрожать от холода и боли. — Говорил же, — его голос был странно ласковым, читалась фальшивая нежность для издевательства. Тем не менее, факт, что Король обезьян теперь обездвижен и находится без штанов перед врагом, остался. Ситуацию усугубляло открытые нараспашку двери вагона, в котором они находились, и внезапное движение ледяных оков, что раздвинули ноги Укуна против его воли, держа в уязвимо открытом для извращенца перед ним положении, смущая его. — Предупрежу — твои детишки тоже замерзают, и если не будешь сопротивляться, проявляя инициативу — мы быстрее закончим и дети могут обойтись лишь обморожением ~ Укуну было неприятно и стыдно осознавать, что сейчас ему придётся молча принимать все издевки и даже специально ублажать врага, чтобы спасти МК и ещё живых, по крайней мере пока что, членов их команды. От раздумий его отвлекли прикосновения рук Макака, что провел по холодным ляшкам Укуна, от чего эти прикосновения ощущались как приятные ожоги, которые начали приближаться к промежности но, издевательски обойдя их, направились к другому чувствительному месту около основания хвоста, который тоже был больно зажат во льду. Всё тело Укуна дрожало от холода и смешанных ощущений, пытаясь сохранять жизненно важное тепло. — Хочешь моего тепла? — очередная издевка, смешанная с непристойным намёком. — Не заставляй детишек ждать, Укун~ Королю обезьян не оставалось ничего, кроме как слабо кивнуть, чему мешал своеобразный ледяной кляп. После такого удовлетворительного ответа, Макак облизнулся, проведя невероятно холодной рукой, покрытой льдом, по причинным местам Царя, от чего его дрожь усилилась. Михоу особенно часто проводил рукой по пульсирующему кольцу мышц, смачивая в оттаивающей воде и вынуждая Укуна трястись, не сколько от ощущений, сколько от температур, и его дрожь усилилась, когда пальцы Макака проникли в него, царапая льдом и специально надавливая на стенки внутренностей, причиняя боль и со временем добавляя больше пальцев, продолжая игру. Только когда Укун перестал ярко реагировать на манипуляции, Михоу вынул пальцы, от чего пленник с тяжестью выдохнул. Макак приблизился к нему, почти прижимаясь, но не касаясь, не желая замёрзнуть вместе с ним. Укун внезапно вздрогнул и с дрожью в голосе простонал, почувствовав обжигающее тепло чужой части тела, в нынешний момент намеревающуюся войти в него, что вскоре и произошло: резко, без пощады, в первом же толчке, горячий член оказался внутри, ударив по кишкам, от чего Укун сдавленно прокричал и хотел было выгнуться, но не мог из-за льда. Приятное ощущение тепла расслабляло, но окружающей тело лёд возобнавлял напряжение вновь. Сознание Короля сосредоточилось на желанном тепле, и было всё равно, что это означало потерю девственности, которую нагло забрал враг, на что Король, всё же, дал своё согласие, кивнув на тот вопрос. Через мгновение, тепло начало покидать тело, но после, вбилось во внутренности вновь, вынуждая желать и стремиться к очередному движению внутрь. Макак коснулся своими руками внутренней стороны бёдер Укуна, одна рука была так же тепла, как и член, вторая — холодная, как лёд, и обе руки, параллельно с толчками, оглаживали части чужого тела, что не были покрыты льдом, играя с ощущениями, согревая и замораживая вновь и вновь, заставляя вздрагивать и теряться в пространстве. Тем временем, движения бёдер двух врагов были направлены друг на друга, стремясь к соприкосновению. В особенности этого желал сам Укун, который, задыхаясь от тесноты во льду и ощущений, не смотря на скованность движений, проявлял всё больше и больше инициативы, неосознанно желая более глубоких и частых проникновений в себя в попытке согреться. Ответные толчки начали ужесточаться, набирать скорость и силу, буквально выбивая болезненные вздохи из партнёра. Его руки схватили Укуна за живот, сильно надавив, чтобы ощущать свои движения через тело плененного, в ответ слушая его сдавленный крик и скулёж, он ощущал, как от этих действий холодные внутренности врага сжались, обвив его член, ненароком усилив ощущения толчков для тела, от чего Укун, не в силах более сдерживаться, проливал слезы, задыхаясь от тесноты льда, что начало сужаться благодаря магии Михоу, восполняя толщину оттаявшей от тел воды. Сдавленные хрипы и стоны ласкали слух шестиухого Макака, пока его ушей не коснулись иные звуки, уже из вагона с командой МК, после чего он потянулся и освободил рот Укуна от кляпа, держа кусок в ледяной руке, преобразуя в иною форму. — Скажи им уйти. — прошептал Макак, не останавливаясь ни на секунду, продолжая сладкую пытку. Укун сразу не понял о чём он, находясь в неком бреду от холода и горячей части Михоу внутри, но после, оба услышали грохот и треск льда. — Король обезьян, держись, мы идём спасать тебя! — НЕТ! — вдруг вырвалось с уст Укуна, от чего вздрогнул и поморщился от боли в ушах даже Михоу, не ожидая такого крика. — Идите к месту ритуала и ждите! Я справлюсь! Михоу, после звона в ушах, услышал, как МК и его команда, даже с ранее полностью заключенными в лёд Пигси и Сэнди, покинули поезд, направившись в назначенное место. Он усмехнулся, в полной мере увидев покрасневшее и заплаканное выражение лица Укуна, полностью отражающее его состояние — беспомощный и опозоренный — он не хотел, чтобы его увидели таким и прогнал своё единственное спасение, что было Макаку на руку. Он резко покинул тело Короля обезьян, вызвав недоумение и некую ломку у Укуна, что сопровождал его взглядом и слабо шевелил бедрами, не желая прекращения. Михоу ныне держал в руках ледяную пробку, сделанную из остатков "кляпа", введя её в разгоряченные внутренности, вернув ощущение холода, следом за этим оперевшись на лёд и сев Укуну на грудь, касаясь своим членом его лица. — Ты знаешь что делать, и знаешь, что убежать уже не сможешь~ — он знал, что конечности Укуна достаточно обледенели, чтобы его не слушаться, а его разум был достаточно поглощен похотью и холодом, чтобы желать любого тепла, особенно от единственного тёплого организма поблизости. Без лишних сопротивлений, Укун обречённо открыл рот, содрогаясь от слабости и желания. Одним движением Михоу погрузил свой орган в всё ещё тёплое горло Короля, быстрым темпом нервируя мягкую плоть. Не жалея самого Укуна, Макак с агрессией ударял членом по потерявшей невинность глотке, слыша глухой кашель и хрип, вызванные этим и другими факторами, во истину почувствовав власть над Королём обезьян, он схватил того за волосы, сжав рыжие локоны и, манипулируя чужой головой, двигал её навстречу своим бедрам, наслаждаясь процессом. От таких движений, кровь Укуна начала направояться к голове, залечивая избиваемое горло и стремясь к мозгам, от чего постепенно возбуждение Короля начало спадать а сознание и мысли просыпаться. Внезапно, он закусил чужой орган зубами, вызвав крик со стороны обладателя, но в ответ на такую дерзость он ощутил невероятно сильную боль в животе, что вынудила его в миг разжать челюсти в откровенном крике агонии. Магией, Макак преобразил ледяную пробку внутри Укуна, что обросла длинными и острыми шипами, пронзив тело бессмертной обезьяны насквозь со всех сторон. Взглянув на окровавленное тело "приятеля", которое вместе с ледяными шипами прикрывала лишь верхняя одежда, Макак воспользовался шокированным телом Укуна, закрыв его рот и продолжив использовать его глотку, пока не излился внутрь. Покинув чужой рот, он заметил продолжающийся шок врага, такой, что тот даже плохо понимал о принципе глотании, начав задыхаться. Михоу образовал небольшой шар из замороженной воды, которая идеально подходила по размерам глотки и пищевода обезьяны, сунув её Королю в рот и магией протолкнув её, вместе с семенем, в желудок. Вскоре Укун начал возвращаться в сознание вновь, дрожа и скуля как собака, мучаясь от боли и опасаясь шипов уже из другого льда, находящегося в нём. Макак тем временем отошёл от него, рассматривая свою работу, от которой был вполне доволен. Он, парой движений, заставил весь лёд, кроме того что был внутри Укуна, растаять и Король был освобождён, но бессилен и не мог контролировать обморозившиеся конечности, корчась от боли в лежачем положении. Тем временем, Шестиухий услышал, как глупые дети из команды Укуна начали ритуал и, чтобы быстрее туда попасть, он лично надел на "приятеля" штаны вновь и, взвалив того на плечо, но так чтобы не напороться на ледяные иглы, с невероятнойскоростью в одно мгновение явился к команде МК на горе. Он бросил ослабевшего Царя к ним, наблюдая их шок от вида наставника МК – дрожащий в слезах и истекающий кровью Укун, краснеющий от позора и пытающийся скрутиться в безопасный клубок, явно не вдохновлял, ярко показывая намерения Макака. Он приказал завершить ритуал, взяв Мэй и остальных членов команды в заложники и Тэнг был вынужден закончить всё. Михоу освободился от оков Демоницы, лёд оттаял в том числе и в Укуне, из-за чего тот начал терять больше крови, пока не потерял сознание.