Будь моей последней

      Хигучи часто замечала, что у Гин красивые глаза. Нет, вы не подумайте неправильно, глаза у Гин самые обычные, такие же, как, например, у её старшего брата. Они скорее завораживающие. Да, именно так. Стоило ей посмотреть коллеге в глаза, всё в тот же миг потухало, и оставалось лишь желание смотреть подольше, будто где-то на их дне можно было рассмотреть душу Гин. Хигучи бы хотелось узнать, что там такое. На работе девушка всегда выглядела так, будто она - сама невозмутимость, аки кусок скалы, ничего не чувствующий, но Ичиё хватило один раз увидеть её без этой холодной маски, чтобы запомнить это навсегда. И пропасть, утонуть в этих глазах, серых, как асфальт после дождя, серых, как грозовые тучи, серых, как дым от пожара, вспыхнувшего после очередных разборок чёрных ящериц. Серых и безумно затягивающих.       — Чего пялишься? — холодно спрашивает Гин в своей привычной манере, заметив, что Хигучи вновь задержала взгляд на ней дольше, чем это делают другие.       — А, ой, что? — та быстро отворачивается и делает вид, будто Акутагава всё это показалось, и вообще она смотрит не на неё, а на стену напротив. Тоже серую, кстати. — Правда? Я не заметила ничего такого.       И волосы у Гин тоже какие-то странные. В хорошем смысле. Густые, длинные и чёрные. Хигучи даже не может вспомнить что-то такое же тёмное, как её волосы. Хотя нет. Такие же тёмные, как мафиозная кровь. Это описание идеально подходило ей, выросшей в трущобах и подвалах мафии. Когда выпадает случай, Ичиё любит прикасаться к волосам девушки. Они жёсткие, но при этом каким-то магическим образом она собирает их каждое утро в короткий хвост с колючками.       Сейчас у Гин нет этих самых колючек, а волосы небрежно выпадают из развязавшейся причёски. Хигучи всё ещё стоит на пороге кабинета ящериц, не зная, как ей сейчас стоит поступить. Акутагава сидит за столом, вернее, уже почти лежит на нём. Похоже, что она уснула во время заполнения очередного отчёта по крупной миссии, которой батальон занимался последние несколько дней. Ичиё постучала пару раз пальцами по дверному косяку, раздумывая, что ей стоит делать. Разбудить спящую девушку и добавить к её и без того внушительной стопке документов ещё парочку? Наверное, да.       — Гин?.. — неуверенно попробовала позвать её Хигучи, но та никак не отреагировала. — Гин, босс передал ещё бумаги для заполнения...       Но ведь "стоит сделать" не равно "должна".       Мафиози вздохнула и прошла внутрь кабинета, прикрывая за собой дверь. Она подошла чуть ближе к Акутагаве и немного наклонилась к ней, чтобы точно убедиться, что та спит. Глаза закрыты, маска на ней, лицо расслаблено, значит, точно уснула нечаянно. Хотя, зная, сколько работы недавно рухнуло на плечи ящериц, это неудивительно. Хигучи вздохнула и выпрямилась, Она потом сама не уснёт, если разбудит уставшую Гин. Девушка постояла так ещё пару мгновений, а после взяла часть документов из стопки на столе и ушла, выключив лампу и как можно тише закрыв дверь.       Акутагава открыла глаза, прокручивая в голове то, что только что произошло.