Альтруист?

Аластор быстро шагал по лестнице. Он всё больше злился. Как его могла постичь столь нелепая неудача? Весь сур был в том, что виноват был даже не он сам! Впрочем, сейчас это не имело особого значения. Аластор всё же догнал Чарли; он схватил её за руку, но она тут же одёрнула её, она обернулась, как тут же у неё выросли рога, а глаза налились кровью. Её переполняла злость, обида и… неоправданные ожидания? — Отвали! — Чарли сказала это на эмоциях, не подумав о последствиях, после чего Радио-демон в изумлении, широко раскрыв глаза, одёрнул руку. — Чарли… — Аластор хотел было что-то ей возразить, но не успел, ибо она уже направлялась к своей комнате, после чего вошла и громко хлопнула дверью. Аластор не мог понять, что случилось. Почему она так его ненавидит? Ещё недавно они были чуть-ли не лучшими друзьями, а сейчас как две стороны медали, которую скрепляет лишь отель. Успокоение так и жаждало найти себя на дне бутылки, поэтому Аластор поплёлся в тот злосчастный бар, где ещё недавно сидел и выпивал Энджел. — Дружище, плесни-ка мне чего-нибудь. — сказав это, Радио-демон опустил взгляд, став водить пальцем по краю стоящего рядом стакана. — Тяжёлый день? — хоть Хаск и был во владении Аластора, в такие моменты он сочувствовал ему, ведь в любой ситуации нужно оставаться людьми. — Не то слово, мой друг… Как думаешь, на дне стакана с виски я найду ответ на свой вопрос? — с небольшим смешком сказал порядком уставший мужчина. — О нет, там ничего нет, я то знаю, — протирая стакан для Аластора ухмыльнулся бармен. — а в чём дело? — Дело в даме… — Как-будто дело может быть в любой другой персоне… — И то верно… Напитки-то сегодня будут? — едва приподнимая взгляд, Аластор указал на алкоголь. — Ах да, выпивка, — Хаск взял бутылку, и налил Аластору немного односолодового виски, которому было около двенадцати лет выдержки. Даже в аду, обители грехов практикуют самые разнообразные заморочки с «веселящими» напитками. — кому предпочтёшь рассказывать свою историю: мне или стакану? — Стакану будет не так стыдно… — сказав это, Аластор взял стакан, и влил содержимое в себя за 1 раз, благо его было не много. — Ну как знаешь. — Хаск поставил бутылку подле себя, и принялся натирать стаканы. Уже на 5-м стакане, который Радио-демон предпочёл медленно потягивать, пошёл задушевный рассказ о том, какие напряжённые у них отношения с принцессой, как так получилось, как Энджел испортил его извинения (что, в прочем, Хаск видел и сам), и что он знает, что ему делать дальше. — Знаешь, с девушками, а особенно с такими, как Чарли, есть 2 варианта поведения: либо очень мягкий и чувствительный, что скорее всего, не для тебя, либо жёсткий, где ты чёткой обозначаешь рамки. Тут уже сам решай как себя вести. — Но я же вроде провинился… — говоря это, Аластор уже чуть-ли не засыпал, облокотившись руками на барную стойку. — Да пусть даже и так. Когда ты прогибался под девушку? Я думал нет для тебя большего позора, чем не уважать себя. — с ухмылкой сказал Хаск, продолжая тереть бокалы, которые уже стали самой прозрачностью и блеском. — Да, но… — Аластор поднял вверх палец, и уже хотел было начать приводить какие-то аргументы и доводы, но тут же упал головой на стойку и захрапел, не выдав больше ни слова. С Аластором, как с джентльменом, такое бывает не часто, но в такой душевной компании он позволил себе немного расслабиться. Хаск закатил глаза, и достал из-под стойки одеяло, которое было там специально для таких случаев (ну и для самого Хаска, который мог сидеть там допоздна), накрыл им Аластора, и пошёл спать, попутно выключая свет.