Блудная дочь
10 октября 2024 г., 23:29
– Здравствуйте, меня зовут Клэр Оранд…
Всего несколько слов, но сколько мужества нужно, чтобы их произнести.
Клэр стряхнула снежинки с воротника пальто, огляделась по сторонам. Сквозь молочную дымку с трудом угадывалась убегающая вдаль лента парковой аллеи. Свежевыпавший снег припорошил деревья и кустарники, одев их голые ветви в сказочный наряд. Солнце едва проглядывало из-за серых туч, но и немногих его лучей хватало, чтобы щедро рассыпать кругом веселые радужные блики.
Клэр вздохнула. Ее родители добровольно променяли всю эту красоту на безжизненную каменную поверхность Фогуна под тяжелым свинцовым небом непригодной для дыхания атмосферы. Чем они руководствовались, покидая Землю навсегда?
Тридцать лет назад на Фогуне геологи обнаружили богатые залежи веланиума. Вскоре была построена первая шахта, вокруг которой появилась шахтерская колония.
Поселенцы жили, как одна большая дружная семья. Вместе росли дети, вечно путаясь под ногами и затевая разнообразные шалости. Жены обменивались рецептами супов и свежими сплетнями. Хотя какие могли быть новости в их захолустье?
Мужья по вечерам собирались в клубе, чтобы пропустить по стаканчику, отдыхая от трудов праведных.
Процесс добычи веланиума был практически полностью автоматизированным, для его обслуживания не требовался многочисленный персонал. Поэтому колония была невелика. Пара десятков домов, школа, амбулатория и клуб под защитным куполом с искусственной средой обитания. Амбулаторией заведовала мать Клэр, Миранда.
Именно она настояла на том, что Клэр обязательно должна покинуть Фогун, и найти себя в этой жизни. Семейных сбережений вполне хватало, чтобы Клэр могла получить образование. Ее приняли в Медицинскую академию на Эрлтоне-2000, и Клэр приложила все усилия, чтобы получить диплом.
Пришла пора задуматься о месте работы. Из всех вакансий, предложенных Центральным Информаторием, она выбрала должность педиатра на медицинской базе в системе Дьяволли.
В госпитале Клэр были очень рады – ведь не так часто находятся добровольцы, готовые спасать чужие жизни, рискуя своей собственной.
Госпиталь находился у самых дальних границ ООП. Время от времени он пропускал через себя потоки беженцев из горячих точек; иногда он сам подвергался обстрелам. Так или иначе, а без дела медики никогда не сидели.
За время, проведенное в госпитале, Клэр повидала всякого – с лихвой хватило бы на большой медицинский справочник и на антологию людских судеб.
Клэр с головой погрузилась в работу, забывая иногда даже про собственные потребности, не позволяя себе хандрить или лениться, пытаясь всюду поспеть, пытаясь быть всем полезной. И учиться – используя для этого любую возможность, потому как личный опыт, помноженный на опыт бывалых коллег – совсем не то же самое, что пишут в учебниках.
Клэр было, с кого брать пример. Ее мать не всегда находила время для семьи, зато лихо управлялась с делами в амбулатории, в одиночку обеспечивая медицинской помощью целую колонию. Казалось, для нее не существовало неразрешимых проблем.
Чего нельзя было сказать о Клэр. Спустя несколько лет ее начало преследовать изнуряющее, гнетущее чувство усталости, порой граничащее с безнадежностью.
Из-за систематического злоупотребления стимуляторами у Клэр появились проблемы со сном. Она стала раздражительной и рассеянной.
Клэр бы попытаться как-то исправить ситуацию, например, выделив себе хоть немного больше времени для сна и отдыха. Но у нее лишь появился еще один повод для недовольства собой.
Клэр настолько преуспела в самобичевании, что не заметила, в какой момент у нее появились первые признаки недомогания. Впрочем, симптомы были ерундовыми – насморк, субфебрильная температура и головная боль, которую Клэр, не задумываясь, глушила таблетками. До тех пор, пока не рухнула без сознания прямо на рабочем месте.
Невнимание к себе обошлось Клэр весьма недешево. Но осознала она это лишь ведя подсчет бездарно потраченным дням, пролетавшим мимо, пока Клэр прохлаждалась на больничной койке. Веллинский энцефалит – не банальная простуда. Он требовал серьезного отношения, интенсивной противовирусной терапии и длительного периода реабилитации.
– Если продолжишь в том же духе, то загонишь себя к чертовой матери, – вынесла свой вердикт Арника Торра, главный врач госпиталя.
Все эти годы она была для Клэр не только начальницей, но и мудрой наставницей. Клэр имела обыкновение прислушиваться к ее мнению.
– Я всерьез подумываю о твоем переводе на Землю. В ЦРК как раз есть вакансия в детском отделении, и абы кто их не устроит. Но за тебя бы я замолвила словечко. Как тебе идея?
Клэр нахмурилась.
– Вы меня гоните?
– Конечно же, нет, – весело отозвалась Арника. – Скорее уж устраиваю твою карьеру. Блудной дочери пора вернуться домой. Пока безудержный энтузиазм ее не прикончил.
– Но у других же получается, – жалобно протянула Клэр.
– Зачем тебе равняться на других? Ты эксклюзив, у тебя есть неотъемлемое право иметь свои маленькие слабости, и даже совершать ошибки. Воспользуйся им, пока не поздно.
Клэр молчала, упрямо сжав губы, и Арника продолжила, выждав какое-то время:
– Не хочешь прислушаться к дружескому совету – тогда прими во внимание предписание врача. Сама знаешь, реабилитационные возможности нашего госпиталя весьма ограничены; мы, можно сказать, находимся на военном положении, тут уж не до жиру.
А твоему организму, ослабленному борьбой с инфекцией, требуется размеренный образ жизни, и прогулки на свежем воздухе. Поэтому я от всей души прописываю тебе билет в один конец на Землю. Причем, в самое ближайшее время.
Арника умела быть убедительной. Клэр не успела опомниться, как паковала чемодан. А когда поняла, во что ввязалась – служебный катер давно отчалил, и растворился в бесконечном звездном пространстве госпиталь с его радостями и горестями…
А снег все падал и падал. Белая, точно нетронутый холст, аллея стелилась перед Клэр путем в неведомое. Клэр оставляла за собой цепочку следов, обозначая свое присутствие с робостью незаконнорожденного ребенка. Она не питала никаких иллюзий
– чопорная, благополучная Земля едва ли примет ее с распростертыми объятиями. Даже среди эмпатов на Эрлтоне-2000 Клэр выглядела бы уместней. Но пути к отступлению не было.
Положив руку на перила укрытой снегом лестницы, Клэр замерла на мгновение, словно группируясь перед очередным рывком.
Как же сейчас хотелось надеяться, что новая высота обязательно ей покорится!
***
– Здравствуйте, меня зовут Клэр… Две пары глаз уставились на нее с любопытством, заставляя сердце еще сильнее трепетать от волнения. – … Клэр Оранд. Я получила назначение на должность… – Новый доктор! – перебила ее девушка, стол которой располагался ближе всего к двери. Ее голова едва выглядывала из-за компьютерной консоли. Впрочем, девушка резво соскочила со своего места, чтобы поприветствовать Клэр. – Наконец-то! – воодушевленно защебетала она, внимательно разглядывая Клэр, для чего ей приходилось задирать голову. – У нас постоянно не хватает рабочих рук, особенно после того, как кое-кто дезертировал на «скорую», а кое-кто намылился в декрет. Представляете, приглашаем даже дежурантов со стороны, а я так не люблю оставлять отделение на кого попало… Вы же возьмете ночные дежурства? Клэр тоже изучала девушку взглядом. Воображение было весьма изобретательно, постоянно подкидывая Клэр разнообразные сценарии знакомства с местным персоналом. Ведь ЦРК – элитарное учреждение, подведомственное Космофлоту. Куда принимали лишь лучших из лучших, самых достойных, просто невероятных в своей крутости. А перед Клэр сейчас стояла самая обычная девушка, с резковатыми чертами лица. С выступающими скулами и острым подбородком. С большими серыми глазами и ехидным блеском в них. Но выражение лица было вполне дружелюбным, и радость казалась совершенно искренней. – Дальма, уймись, дай человеку возможность спокойно войти в курс дела, – потребовала темноволосая девушка, явно инопланетного происхождения, которая тоже поднялась навстречу Клэр. Под ее халатом действительно был заметен изрядно округлившийся живот. – Делия, ты не права, – ничуть не смутилась Дальма. – Пусть человек сразу во все вникает. Она повернулась к Клэр. – Мы читали ваше резюме. Оно действительно впечатляет. Мы будем рады работать вместе с вами… «Они читали, они знают, они рады». У Клэр просто в голове не укладывалось. Неужели так бывает? – Вы ведь эксперт в области неотложной медицины? – спросила Делия. – У нас тут один интересный клинический случай. Хотелось бы с вами обсудить… Окончательно растерявшись, Клэр не сразу нашла, что ответить. Она не ожидала такого теплого приема. В это время отворилась дверь, и в ординаторскую влетела еще одна девушка, блондинка с кукольной внешностью. – Я ничего не пропустила? – едва переведя дух, поинтересовалась она. – У нас новый доктор, ее зовут Клэр, – довольным голосом пропела Дальма. – Приятно познакомиться, – девушка протянула Клэр руку. – Я – Моника. Ой, девочки, эти экстремальщики в буквальном смысле вывихнули мой мозг. Она с размаху шлепнулась на стул, всем видом демонстрируя свое запредельное переутомление. Удивительно, но ее повадки девочки-подростка, кажется, никого не раздражали. – Не преувеличивай, – не поверила Монике Делия. – Если сканер ни разу не оказывался случайно нацеленным в твою сторону, то ничего страшного не произошло. – Ага, тебе, конечно, виднее, – сразу согласилась с ней Дальма. – Евгений Константинович сегодня уже два раза заглядывали, про тебя спрашивали. – Ох, – Делия скривилась, как от лимона. – Добровольная явка с повинной может облегчить твою участь, – со знанием дела посоветовала ей Моника. – Иди ты, сама знаешь куда. – Отличная мысль, пойду, выпью кофе. – Поглощать кофе литрами вредно для здоровья, – строго предупредила ее Дальма. – Смотрите-ка, поборницы здорового образа жизни выискались, – фыркнула Моника. – Клэр, вы кофе пьете? – Боюсь, что да, – Клэр сама не заметила, как расплылась в улыбке. – Сработаемся, – улыбнулась ей в ответ Моника. Дверь снова отворилась. На пороге возникла девушка крупного телосложения, с решительным выражением лица. – Уважаемые доктора, хотелось бы вам напомнить, что в отделении тихий час, – строго проговорила она. – Джевэл, не видишь разве – мы радуемся вливанию в наши ряды свежей рабочей силы, - объяснила Дальма. – Радуйтесь потише, – продолжала настаивать на своем Джевэл. – Хорошо, мы постараемся, сестра Сэнфорд, – пообещала Моника. – Ммм.. Субординация. Обожаю! – с чувством произнесла Джевэл, а затем повернулась к Клэр. – Доктор... – Оранд, – подсказала та. – Клэр Оранд. – Доктор Оранд, пойдемте со мной, подберем вам подходящий халат, и все остальное, что вам там еще нужно для работы… – Джевэл, будь так любезна, не задерживай нашего нового доктора надолго. – А как на счет соблюдения всех формальностей? – возмутилась Джевэл. – А инструктаж? – Чего ты от нее хочешь, – пожала плечами Дальма. – Бюрократка… – Вот спасибочки на добром слове, – Джевэл придержала дверь рукой, пропуская Клэр вперед. – Черт, я совсем забыла! – воскликнула вдруг Моника, которая еще минуту назад обещала вести себя тихо. – У неврологов сегодня конференция, они нас приглашали. Неудобно отказываться, давайте хотя бы создадим видимость присутствия, что ли… – Да, придется тащиться, – согласилась Дальма. – Клэр, вы тут осваивайтесь потихоньку, будьте как дома. – Автомат с кофе в коридоре за углом, – добавила Моника. – Бурда редкостная, конечно. Зато бодрит – аж искры из глаз. Не знаю, что они туда добавляют.***
Сидя в пустой ординаторской, Клэр машинально прихлебывала уже успевший остыть кофе. Здесь было тихо и уютно, почти по-домашнему. Светлые стены, окна с милыми шторами вместо светофильтров. На широких подоконниках удобно расположились горшки с цветами. За цветастой раздвижной ширмой скрывались от посторонних глаз удобный диван и стол с чайником и чашками. Услышав звук открываемой двери, Клэр обернулась, ожидая увидеть вернувшихся с конференции коллег, но вместо них явился незнакомый мужчина с удивительно синими глазами, под цвет хиркостюма. – А где все остальные? – поинтересовался он без всяких предисловий. – Ушли на конференцию по неврологии, – ответила Клэр, смущаясь под его пристальным взглядом. – Понятно, – ответил мужчина, продолжая ее рассматривать. – А вы – новенькая? Клэр кивнула. – Давно в наших краях? – Нннне очень… Не станешь ведь рассказывать первому встречному о космической болезни, что внезапно накрыла во время тряского полета на катере; о том, как боялась даже повернуть голову, судорожно вжимаясь в кресло, мечтая об окончании пути. Или о ночевке в зале ожидания космопорта на Эрлтоне-2000, в компании шумной туристической группы с Арлингтона-3. Туристы весело галдели, обменивались впечатлениями, перебирая сувениры. Клэр в ту ночь так и не удалось сомкнуть глаз. Роскошный прогулочный лайнер «Империя», на борт которого Клэр поднялась в девять утра по местному времени, тащился, как черепаха, позволяя своим пассажирам обозревать космические пейзажи, и делал много промежуточных остановок. В распоряжении Клэр была одноместная каюта с удобной кроватью. Но девушка была слишком утомлена для того, чтобы заснуть. Ей пришлось нарушить обещание, данное Арнике перед отъездом. Привычный холод головки инъектора. И шипение загоняемого под кожу стимулятора. Этого вполне хватило, чтобы устроить себе экскурсию по обзорной палубе, а потом коротать ночь за столиком в кафе, любуясь пролетающими мимо звездами. Уже почти светало, когда лайнер совершил посадку в Космопорту Снежинска. Клэр закинула свои вещи в гостиничный номер, привела себя в порядок после долгого путешествия. Еще одна доза стимулятора помогла ей удержаться на ногах – ведь впереди был трудный день… – Прилетела сегодня утром, – осторожно подбирая слова, закончила свою мысль Клэр. – И тут же в бой, – с неопределенной интонацией произнес мужчина. Он придвинулся ближе к Клэр, волоча за собой стул. – Рвение похвальное, хотя и бессмысленное. Хорошо, давайте тогда знакомиться. Евгений Константинович Дубровин. В свободное от исполнения основных обязанностей время приглядываю за барышнями из детского отделения. Чтобы не вытворяли что-нибудь эдакое в порыве внезапного вдохновения. «Евгений Константинович сегодня уже два раза заглядывали», – всплыло в голове у Клэр. – «А он настойчивый, черт его дери!» – Клэр Оранд, – представилась девушка. – Издалека к нам прилетели? Это могло напоминать обычную светскую беседу, если бы не испытующий взгляд, что Клэр ловила на себе практически непрестанно. В нем не было и намека на праздное любопытство. – Из системы Дьяволли, – Клэр не стала вдаваться в подробности. «Ну все, прекращай меня удивлять! Сострой страшную рожу, и поинтересуйся, что я забыла в этой дыре!» Но ее собеседник вдруг просветлел лицом, принимая благостный вид. – Госпиталь в системе Дьяволли, – восторженно произнес он. – Это достойно всяческого уважения. Вы смелая девушка, Клэр. Настолько смелая, что даже позволяете себе злоупотреблять стимуляторами, не задумываясь о последствиях. – О чем это вы? – округлила глаза Клэр. Ее застали врасплох, и конспирация трещала по швам. Но Клэр продолжала сохранять невозмутимый вид. – Значит, я ошибаюсь? И никаких стимуляторов вы себе не вводили. А этот лихорадочный блеск воспаленных глаз – лишь следствие усталости? Женя потянул за ручку один из ящиков ближайшего к нему стола, немного поковырявшись, выудил оттуда биосемплер. – Вам ведь нечего опасаться, не так ли? – Ладно-ладно, – Клэр боязливо попятилась от него. – Вы правы насчет стимуляторов. Это была вынужденная необходимость… – Одна вынужденная необходимость влечет за собой другую, – Женя методично собирал на столе подвижную раму генератора стерильного поля. – Вы уж не обессудьте, но я привык все доводить до логического завершения. Позвольте вашу руку, сударыня. Обреченно вздохнув, Клэр закатала рукав. Всяческих малоприятных медицинских процедур ей с лихвой хватило в госпитале. – Знакомство с вашим богатым внутренним миром начнем с токсикологического анализа, – довольным тоном объявил Женя, ловко управляясь с биосемплером. Мимоходом отметив про себя, что доктор не только языком горазд чесать, Клэр даже прониклась к нему уважением. – Хотя и рутинные тесты не помешали бы. На всякий случай, – продолжал отвлекать ее болтовней Женя. – Не беспокойтесь, всю кровь не выкачаю. Организм и без того обезвожен. Клэр, вы совершенно не умеете заботиться о себе! Впрочем, педиатрам это свойственно. Клэр предпочла оставить его комментарий без ответа. – Ну вот и все, – излучатель слизал след от иглы. – Остальное можете оставить себе. – Вы так великодушны! – Не стоит обольщаться на этот счет, – усмехнулся Женя, пытаясь навести порядок на чужом рабочем месте. – У меня есть один существенный недостаток – обостренное чувство долга. И коли уж волею судеб вы очутились в поле моего зрения – смиритесь. Ибо последнее слово я предпочитаю оставлять за собой. Ох, и достанется же мне от Моники! Она терпеть ненавидит, когда кто-то копается в ее столе. – Во имя чего такая жертва? – пробурчала Клэр. Она принимала правила игры. Все равно ведь придется. – Ты это о чем? – положил конец официозу Женя. – Зачем вам… тебе лишние хлопоты? – А тебе, значит, хотелось бы, чтоб человек человеку волк? – Это уже другая крайность… – Что ты знаешь о крайностях! – извлеченный из кармана сканер Женя воздел к потолку, как указующий перст. – Но я помогу немного расширить твой кругозор. Женя положил руку на плечо Клэр, не позволяя ей уклониться от сканирующего луча. – Замри. Голова не кружится? – С какой бы радости? – Всякое бывает… Клэр надеялась, что еще чуть-чуть, и ее оставят в покое, но ожидание затягивалось, заставляя девушку нервничать. Женя сосредоточенно щелкал кнопками настроек. И даже ни о чем не спрашивал. Что он там принимал к сведению, Клэр могла только предполагать. Наконец Женя опустил сканер, сохранив при этом выражение глубокой задумчивости на лице. – Сегодня я непритязателен, и согласен довольствоваться малым. Но не огорчайся, моя дорогая. Продолжение обязательно последует. А пока вот тебе домашнее задание – выспаться, как следует. А если вдруг не сможешь заснуть… – Приложу все усилия, – поспешно перебила Женю Клэр. – Я проверю, – пообещал Женя. – И чтобы с этой минуты никаких стимуляторов, включая пресловутое адское пойло, которое вы добываете из автомата. Надеюсь, по данному пункту возражений не последует. – Надейся, – пробурчала себе под нос Клэр. – Что ты сказала? – почуял подвох Женя. – Смиренно согласилась, – исправила свою оплошность Клэр. – Умница.
