what do you mean about... //AND HELLO KITTY

— Что вы думаете о фан аккаунте по Эндрю Миньярду? — держа ручку и блокнот в руках, парень задаёт этот вопрос каждому прохожему в здании школы. Его немного смущал тот факт, что люди безмятежно отвечали на вопрос лицу этого аккаунта. Нет, он не является создателем этой странички. Нет, он не админ. Конечно же нет. Это ведь и есть Эндрю Миньярд. Тот, по кому теперь сохнет полшколы. Мимо проходит девушка, что тут же замечает блондина и улыбается. Кажется, она также подписана. Эндрю подбегает к ней и задаёт тот же вопрос. — Ну, идея классная, реально. Ты безусловно горяч, — горяч. Нет, это точно не она. Она не может быть создателем или админом, иначе не отреагировала бы именно так. Поиски продолжаются. — Что вы думаете о фан аккаунте по Эндрю Миньярду? — Обожаю! Аарон, твой брат безумно сексуален. — Я не Аарон… — Ой. Да, — парень, явно смущённый, покидает место преступления. Это не он. Он бы сразу понял, который из близнецов обращается к нему, будь он админом. — Мне не интересно это всё. Не он. — Ты хорошо выглядишь, не удивлена, что по тебе ведут такой качественный аккаунт. Вся школа повисла на твоих фотографиях. — Я заметил… Не она. Твою мать, не она. — Что? Кто такой Эндрю Миньярд? Всё ясно. Эндрю, явно обескураженный провальным тестом на так и не выявленную ложь, шурует в класс, забивая голову абсолютно всеми ответами, что получил сегодня. Неужели он не найдет этого человека, неужели это так и останется тайной? Этот чёртов фанат хорошо продумал то, как скрыть все улики, как избавиться от подозрений. Эндрю кидает блокнот с ручкой на парту и садится на свое место. Джостен, что сидит рядом, приветливо улыбнулся и помахал рукой. Как обычно, полный сил, счастливый Нил приветствует угрюмого Миньярда по утрам. Только вот, Джостен замечает некие изменения в поведении Эндрю. — Эй, что-то случилось? — Шепчет Джостен, пока Эндрю скучающе слушает профессора. Тот, словно под водой, ничего не слышит. Он продолжает смотреть в никуда, размышляя о том, как можно найти «этого человека». — Эндрю, — Не дождавшись ответа, Джостен тычет тому карандашом в плечо, и Эндрю переводит на него пустой взгляд. Ощущение, что он только проснулся, что только что выбежал из кошмара. — Ничего. Всё в порядке, — Эндрю нервно стучит ручкой по своему блокноту, поглядывает на Джостена, на пряди, свисающие перед его глазами, на аккуратный нос. — Нил, — Джостен тут же поворачивается к Эндрю. — Что ты думаешь о фан аккаунте по Эндрю Миньярду? — Что? А… Эм. Не то чтобы… — Нил, явно сам не понимающий своего испуганного состояния, трясет головой и неловко улыбается Эндрю, когда тот недоверчиво выгибает бровь. — Не знаю, не интересовался шибко. — А что бы ты сделал, узнай, кем является обладатель аккаунта, если бы был на моём месте? — Я… Познакомился? — С чего бы мне знакомиться с помешанным на мне на всю катушку человеком? — Не знаю. Просто, можно было бы попробовать… Тебе совсем не интересно, как он выглядит? — Интересно. Очень даже, — Эндрю наблюдает за поведением Джостена, за тем, как оно меняется каждую секунду. Плечи напряжены, щеки пылают, весь он, кажется, горячий — хотя, Нил, в принципе, сам по себе горяч — и дышит он не равномерно. — Стой. А почему сразу он? — Ты следующим уроком сидишь так же здесь, верно? — …Да. Джостен увиливает от темы. Что происходит? Неужели Эндрю смутил его этим вопросом? Неужели ему вовсе не интересно это? Учитель, явно заметивший болтовню парней, привлекает их внимание и вновь завлекает в урок, издав громкий звук в кулак и отправив им предупреждающий взгляд. Хотя, Эндрю не кажется увлечённым. Он вновь погрузился в мысли об этой странной ситуации, что он должен решить. Определенно должен решить. *** — Так ты нашел того ярого фаната? — задаёт вопрос Рене, попивая свой яблочный сок из трубочки. Она вопросительно, заинтересованно поглядывает на не очень-то радостного Эндрю, и, по его реакции, сама себе может ответить на вопрос. — Нет, да? Ничего страшного, Эндрю. Хочешь, я помогу тебе? — Спасибо, Рене, но мне правда не нужна твоя помощь. Я просто немного устал, — Миньярд кладет пальцы на переносицу и пытается сосредоточиться на своих мыслях, но голос девушки вновь его отвлекает. — Неужели ни одного, кто мог дать некие сомнения? — И каким же образом мне должны дать какие-то сомнения, недооценённый гений? — Миньярд скрещивает руки на груди, давая Уокер понять, что готов слушать все её странные мысли. Он правда готов слушать абсолютно любой бред, что Рене ему скажет. Самому эту контору разводить получается туговато. — Ты явно замечал, как все себя вели при ответе. Может, кто-то вел себя скованно? Я не говорю о тех людях, что ведут себя так постоянно. — Что ты имеешь в виду? — Может, была у кого-то подозрительно не связанная речь? Напряжение? Попытки ускользнуть от темы? Голос оседал? Нервные движения? — Уокер усердно пьет свой сок, пока мозг Эндрю, в прямом смысле этого слова, взрывается. Он забирает сок у девушки и выпивает оставшуюся жидкость, хмуря брови, в попытках вспомнить всё подозрительное, что видел за сегодня. Чёрт. Единственный, у кого присутствовали абсолютно все эти пункты — это Нил Джостен. Но, как это, вообще, может быть возможно? Да, они общаются, может и неплохо. Нил несколько раз мог нейтрально упомянуть, что Миньярд является симпатичным, но это не значит, что у него может быть такая симпатия к Эндрю, разве нет? — Есть один… Но, я не думаю, что он мог заняться такой ерундой. В конце концов, я не могу быть уверен, что нравлюсь ему. Типа, он сам-то выглядит как мечта, понимаешь? А я… Ну. Сама знаешь. — Стоп, Эндрю, — Рене забирает морковь из рук Миньярда, ломает надвое и начинает активно грызть, в замешательстве смотря на собеседника. — Джостен? Нил? Тот, что… — Да, Рене, тот самый. А если ты продолжишь так кричать, то нас услышит не только он, но и вся школа. — Да, ты прав, – понизив голос, Уокер продолжила свой мозговой штурм. — Были ли на том аккаунте факты о тебе, которые он мог случайно услышать? Типа, только он. — Ну… — Эндрю напрягает память, дабы вспомнить, было ли что-то сказано о его характере в каком-либо посте, либо какая-то запоминающаяся привычка, что мог услышать лишь Нил. — Да, было… — Отлично, – на лице девушки появляется зловещая улыбка, что означает лишь одно — она придумала что-то абсолютно годное. Сумасшедшее, странное, глупое, но очень годное. — Дай телефон. Эндрю достает гаджет из кармана и протягивает его Уокер, что тут же начинает клацать на клавиши, все ещё ухмыляясь. — Что ты делаешь? — Эндрю нетерпеливо старается заглянуть в экран. Когда телефон вновь оказывается в руках Миньярда, он недоверчиво поглядывает на самодовольную Рене. — Серьезно? Какие йогурты я предпочитаю на завтрак? — Эндрю скептически выгибает бровь, пока та цокает и закатывает глаза. — Вряд ли ему известно, что ты ешь на завтрак. Ну, если, конечно, ваше общение не настолько тесно. Я знаю, что ты бы этого безумно хотел. — Рене, хочешь полетать, с такими вопросами? — Хочу помочь тебе узнать, он ли является лицом этого чудо-аккаунта, и, тем более, имеет ли он к тебе какую-то симпатию. В чем проблема поймать сразу двух зайцев, когда это так доступно? Миньярд, прищурившись, смотрит на Рене, что, явно убеждена в своей идее — которую, к слову, так и не объяснила — улыбаясь поглядывает то на морковь, то на Эндрю. — И как же это должно сработать? — всё так же скептически спрашивает её Миньярд, усаживаясь поудобнее. — Я весь во внимании. — Смотри. На аккаунте нет этой информации. Я закинула этот вопрос в аноним — люди это делают, чтобы узнать о тебе что-то. Обычно, он отвечает на те вопросы, что ему уже известны, но, в данном случае, он понятия не имеет, что ответить. Тем более не может ответить неправильно, ведь аудитория у него достаточно велика. — Аудитория велика, скорее, у меня, нежели у него, – как обычно, вставляет свои пять копеек Эндрю. — Не перебивай. Таким образом, он станет первым, кто задаст тебе именно этот вопрос, что так ему нужен. Мы не остановимся только на этом, и запросим ещё несколько неизвестных ему фактов о тебе. Если он спросит обо всём — значит, вероятно, это и есть он. Эндрю, явно озадаченный, поглядывает то на девушку, то на Нила, что сидит в сотне метров от них, на поле. Он увлеченно ведёт беседу с Кевином и поедает свое яблоко, даже не представляя, какой мозговой штурм сейчас происходит в нескольких десятках метров от него. — Ну, что думаешь? Миньярд задерживает на секунду взгляд на рыжем парне, переводит взгляд на Рене, раздумывая, и пожимает руку девушки, у которой, как правило, должны уже скулы болеть от столь широкой улыбки. *** Нил сьёжившись сидит и изредка поглядывает на Миньярда. Очень маловероятно, что ведёт он себя так из-за холода, ведь в классе включено отопление. Джостен, в какой-то момент, не сводит взгляда с Эндрю, и, может, у мужчин периферическое зрение и хуже, но Эндрю не слепой. Миньярд вздыхает, закатывает глаза и поворачивается к Нилу. Рыжий тут же отводит взгляд, неловко перебирая карандаш в пальцах. — Джостен, если ты сейчас же не скажешь, какого черта происходит, то я этот карандаш знаешь куда тебе засуну? — Нил смотрит несколько секунд на Эндрю, и, когда осознает последние сказанные Миньярдом слова, то моментально краснеет. Ну, помидор, ей-богу. — Джо-стен. — У меня к тебе странный вопрос... Бинго. Мы плыли — почти — ровно по течению, и оно привело нас к, кажется, правильному ответу. — Я слушаю. — Ну, он правда странный… — Нил, – достаточно узреть взгляд Эндрю, и никаких сомнений о том, стоит ли сказать правду или нет, уже не присутствует. — Какие йогурты ты ешь по утрам?.. — Я… — о, точно. Эндрю был настолько уверен, что админом не является Джостен, что даже не подумал о том, что, на самом то деле, йогурты по утрам не ест. – Я не ем йогурты. Предпочитаю сырки. Плечи Нила опускаются, когда Эндрю так безмятежно отвечает на вопрос. — Любишь сырки? — Обожаю. — Какие же? — Клубничные, карамельные и шоколадные. Но, Господи, карамельные сырки — это что-то… — Эндрю уже представляет, как после школы зайдет в магазинчик и закупится вновь порциями сырков. Этих лакомых, нежных, вкусных сырков... Нил нежно улыбается, когда Эндрю рассказывает об искусности каждого из вкусов этой сладости, о том, как это может поднять ему настроение и, в прямом смысле, улучшить день. Улыбка Нила так и не сходит с лица. Кажется, он улыбается всегда, когда Миньярд к нему обращается. И Эндрю это безумно нравится. Эндрю не может оторвать взгляд с этих лакомых губ, растянутых в улыбке, что, вероятно, намного вкуснее всех тех сырков, что он так обожает. *** Эндрю уверен абсолютно точно, что Джостен — создатель этого чудесного аккаунта. Именно чудесный. Да, может, там есть его фото — и не самые удачные… — но Эндрю стало даже нравиться то, как Нил ухаживает за ним, пока пытается найти больше информации. После разговора о сырках, каждое утро на парте оказывалось минимум три этих лакомства. Карамельных, клубничных, и шоколадных. После разговора об острой пище, а если точнее, об аллергии Эндрю на красный перец, Нил предлагает прогуляться, и, по дороге они заходят в небольшое кафе с тайской едой. Джостен предусмотрительно взял для Эндрю менее острое блюдо, без красного перца. Нил стал постоянно носить в кармане сладость, и Миньярд прекрасно знает, что Джостен сладкого не ест. Но он всё же удивляется и безумно смущается, когда тот, в который раз, отдает ему полную горсть любимых конфет. *** — Хэллоу Китти? — Да, – серьезно произнося это, Эндрю закладывает за щеку целую суши. Он отвечает кратко, так как набитый рот не позволяет разговаривать нормально. — И ты серьезно мечтаешь, чтобы тебе признались в чувствах, отдав подарок именно с Хэллоу Китти? — всё ещё не веря в услышанное, Джостен раскрывает глаза по пять копеек и скрещивает руки на груди. — Не могу понять, чем тебе не угодила эта милая кошечка, – с набитым ртом подмечает Миньярд и тянется к новой суши, как по его руке легонько хлопают. Он возмущённо указывает палочками на лакомство, задавая немой вопрос. — Дожуй сначала, – и Эндрю послушно, но очень, очень медленно жуёт. Уже час он старается уплесть эту несчастную порцию роллов, что Нил ему заказал. Вам может показаться, что он пользуется возможностью, ведь, с каждым днём Нил удивляет его все больше — возможно, это является правдой (ну, совсем чуть-чуть) — но Эндрю не может отказать себе в практически полноценном свидании с самым горячим (после самого Эндрю) парнем в школе, учитывая то, что сохнет он по этой рыжей бестии уже около года. — Я серьезно, – дожевав, продолжает Миньярд. — Я прям пойду и поцелую человека, что подарит мне открытку с Хэллоу Китти в День святого Валентина. — Прям… Поцелуешь? — интересуется Нил, сжимаясь от этого вопроса. — Да! Но об этом не знает никто. Не хочу, чтобы смеялись, – или не хочет, чтобы в праздник его приветствовала сотня писем учеников школы именно с этим персонажем. — Конечно. Это между нами. Что ж, Эндрю очень надеется, что это правда. *** — Не то чтобы я эксперт во всех этих отношениях, но, мне кажется, что тебе стоило бы признаться ему, что ты в курсе. — В курсе чего? — Эндрю вопросительно смотрит на девушку, что придерживает его рюкзак, пока он надевает куртку. — Что он является владельцем аккаунта. — Это ещё почему? — Эндрю, я знаю, что тебе нравится проводить с ним время, но если он общается с тобой только из-за выгоды, то… — Он не может общаться со мной из-за выгоды, Рене. Не неси чушь. — Я не хочу, чтобы ты понял это как-то не так, но этот аккаунт… — Да поделом! Ты ведь знаешь, как долго я желал общения с ним, Уокер. Я не понимаю, почему это является проблемой — то, что я наконец имею это. — Эндрю, я просто хочу быть уверена, что всё под контролем! Мы ведь договаривались на поиски создателя, и мы нашли его. Мы узнали всё, что нам нужно. Почему ты не хочешь быть прямолинейным с ним? — Да потому, что мне и так хорошо, Рене. Пойми меня. Он не захочет общения со мной, если поймет, что я всё знаю. — Но… — Рене задумчиво всматривается в свои разноцветные браслетики, перебирает бусинки и думает над вопросом. — Нужно ли тебе такое общение? — Не учи учёного, Уокер. — Что? — Миньярд выхватывает рюкзак из рук девушки и направляется в противоположную сторону. — Эндрю, куда ты? — растерянно спрашивает та, смотря Эндрю в спину. — Поговорим потом. Я реально не в настроении обсуждать это. *** Бутылки виски пусты и, кажется, с десяток сигарет тлеет в пепельнице. Они сидят на пороге дома Миньярда и разговаривают — если это все ещё можно назвать нормальным разговором — о несвязанных между собой темах. Они сидят плечом к плечу. Нил обнимает Эндрю за шею и шепчет что-то, все ещё не связанное с тем, что Эндрю сказал ранее. Говорит то, что придет в голову первым. — Ты мне нравишься, знаешь… — Ты тоже мне нравишься, дружбан, — Эндрю отправляет лёгкий удар кулаком в колено Джостена и тянется за новой сигаретой, неловко икая. — Нет, Эндрю, я… Серьёзно… — Нил кладет голову на плечо Миньярда и мечтательно вздыхает. — Очень нравишься… — Нравлюсь… — смеясь, шепчет Эндрю. Сейчас он точно не в состоянии переварить то, что сказал Нил. Он подумает об этом потом. Он издает лёгкий смешок, не отвлекаясь на то, что Джостен уселся так, чтобы быть ближе к лицу Эндрю. — Голова кружится... — Хочу тебя поцеловать, – шепчет Нил, тыкая пальцем в задернутый кончик носа Эндрю. — Можно?... Эндрю на секунду протрезвел, когда услышал эти слова. Он подумает об этом завтра. Он подумает об этом завтра… Губы Джостена так блестят, они такие розовые, такие пухлые… А эти красные от мороза и алкоголя щеки так манят его ладони… — Я подумаю об этом завтра… — Что? — глупо, пьяно спрашивает Нил и приближается всё ближе. — Просто целуй меня, – шепчет Эндрю, обхватывая шею и принимая губы Джостена своими. Он откладывает сигарету прочь и пытается фокусировать внимание лишь на том, как это чертовски приятно. Холодные пальцы Нила щекотят кожу шеи, а дыхание обжигает. Запах сигарет сбивает с толку, заставляя картинку крутиться, словно юлу. Этот момент Эндрю запомнит надолго и думать он об этом будет всю ночь. Он будет думать об этом постоянно. О том, как нижняя губа скользила между устами Миньярда, как язык сплетался с чужим. Да, он запомнит это навсегда. — Нет… Нет, Эндрю... Нам нужно остановиться, – дрожащим голосом проговаривает Нил, отстраняясь. Он выглядит безумно резким, испуганным, введённым в абсолютно шоковое состояние. — Что? Но, почему? — Ты не знаешь, что я сделал. Из-за меня за тобой гонится пол школы, Эндрю. Из-за меня. Это я виноват во всем. Я. Только я… Я придурок. Я не должен был… — Нил. Нил, успокойся. — Забудь о поцелуе, ладно? Эндрю, забудь, – Джостен поднимает сумку с пола и отходит на несколько шагов. Он нервно салютует и пятится назад. Эндрю точно не знает, к счастью ли то, что он не на машине, или же нет. Ведь, такими темпами, он может уснуть на дороге. О чем, Миньярд, блять, думает, пока упускает такой шанс?! — Нил… Нет, Нил, ты чего? *** Открыв дверцу шкафчика, на Эндрю вываливается сотня различных валентинок. Он скучающе нагибается, дабы также скучающе осмотреть подаренные ему открытки. Розовая, красная, обыкновенная белая. Была даже из бумаги в клеточку. Видимо, человек не сильно переживал насчёт того, как это выглядит. Он кладет записки в рюкзак, «дома посмотрю» подумал он, и, закинув портфель на плечо, двигается к выходу. Его не интересуют валентинки. Его не интересуют люди, что засматриваются на него в коридоре, ему не интересны эти хищные взгляды. Его интересует лишь один человек, что не желает его видеть. Человек, что стал дороже каждого из тех, кто желает знакомства. Человек, что знает больше чем каждый из них. Джостен всё ещё его избегает. Этот глупый кролик. Глупый. Глупый. Глупый. *** Он без особого интереса перебирает валентинки на кровати. Зачем же он это делает, если ему абсолютно плевать, от кого это? Или не плевать. Он всё ещё надеется, что от Нила есть хоть что-то в этих конвертах. Он очень хочет надеяться, что это было правдой, что этот поцелуй не был случайностью попьяне, что этот поцелуй значил что-то. Розовая, красная, розовая, белая, в клеточку, в линейку, красная, купленная, с Хэллоу Китти. Стоп. Что? Хэллоу Китти. Хэллоу Китти?! Эндрю, дрожащими руками, открывает открытку с неуклюжим рисунком кошечки с бантиком и смотрит в правый нижний угол, чтобы убедиться, что это не сон, убедиться, что это тот человек. «С самыми искренними чувствами и любовью, Нил Джостен» — С самыми искренними чувствами и любовью, Нил… Нил… Джостен… Нил Джостен, – шепчет себе под нос Эндрю, пытаясь понять, умер он или спит, правда это или злая шутка от всевышнего. Глаза нервно перебирают криво написанные буквы на идеальном светло розовом листочке, осматривает ещё одну Китти в углу. Вдох, выдох. Нужно прочитать. Нужно… Нужно сосредоточиться. Хотя, тяжело сделать это, когда сердце вырывается из груди. Очень тяжело. Глубоко вздохнув, Эндрю прикусывает губу и начинает читать. «Я не хотел, чтобы это когда-либо стало явным. Не хотел, чтобы это было так заметно. Не хотел любить тебя. Этот аккаунт был, вероятно, ошибкой, но лишь так я мог кричать о своих чувствах не боясь, что меня услышат. Не боясь, что меня услышишь ты. Я не хотел показаться глупым, не хотел, чтобы так вышло. И я не хочу, чтобы ты видел меня как одного из тех, кто гонится за тобой как сумасшедший, но, кажется, так оно и есть, ведь я болен тобой. Возможно, тот поцелуй был ошибкой, но я не жалею о сделанном, Эндрю. Я не жалею. Я хотел поцеловать тебя с первого дня нашей встречи. Я хотел обнимать тебя каждую секунду, целовать, дарить подарки и просто любить. И всё ещё хочу сделать это. Я знаю, что это невозможно, знаю, что это глупо и я знаю, как это чертовски неправильно. Но тот поцелуй был потрясающим. Твои губы были потрясающими. Такими, какими я их представлял. Вишнёвая гигиеничка мимолётно ощущалась на твоих устах, отдаленный аромат сигарет, твой вкус. Я так это и представлял, так волшебно. Я представлял именно так мой первый поцелуй. Я не жалею о сделанном, Эндрю. Не жалею о сказанном. Жалею лишь о том, что сделал это слишком глупо и поздно. Слишком подло. С самыми искренними чувствами и любовью, Нил. » Руки перестали дрожать. Лишь шоковое состояние волной прошлось по телу, заставив Эндрю замереть. Миньярд неуклюже втыкает в письмо, перечитывая каждое слово десятки раз подряд. Джостен любит его. Джостен давно влюблен в него, а он был так слеп, так чертовски глуп. Он не безразличен Нилу. Этот поцелуй был значим для него. Эндрю значим для Нила. Нужно бежать к нему. Он должен сказать это сейчас. Больше нет смысла ждать, нет времени держать это в себе. Эти чувства взаимны и об этом нужно кричать. Эндрю выбегает из дома, совсем позабыв о куртке. Плевать на февраль, плевать на снежинки, липнущие к волосам и одежде, и кеды, что, кажется, вовсе не созданы для этой зимней погоды. Поделом. Холод даже секундно не чувствуется, кожу не покалывает и не хочется укрыться в тепле, у камина. Есть лишь желание бежать к Нилу, желание сказать ему всё, что нужно сказать. Поделом. Поделом. — Подело… — Эндрю сталкивается с чьей-то грудью. Ебаный рост метр пятьдесят. Ну, и два. Неизвестный мужчина в черном пальто держит Эндрю за плечи и неловко постукивает, когда Миньярд не торопится двигаться с места, пытаясь отдышаться. Кажется, всё-таки замёрз. — Эндрю? — слышится знакомый голос, что так приятно раздается в ушах. Такой бархатный, что, даже при такой погоде, в душе становится теплее. — Эндрю, почему ты без куртки? Что ты делаешь у моего дома? — Нил, – Эндрю обнимает изумленного Джостена. Нил торопится укрыть Миньярда частью пальто, пока тот совсем не замёрз. — Ты здесь… — Да. Ты дебил? На улице снегопад, а ты в одной кофте бродишь. Совсем крыша поехала? — Нил все ещё держит Эндрю за плечи. Его красные щеки и нос порозовели от холода, его голубые глаза сияют теплом. — Я пришел к тебе. Мне так… Так жаль, что раньше я не замечал. Так жаль, что не мог знать раньше… — Эндрю. Я не думаю, что нам стоит об этом говорить, правда. Переживу. — Нет, Нил, ты можешь хоть на секунду закрыть свой рот? — Возмущённо спрашивает Эндрю, поднимая голову повыше, чтобы приблизиться хоть на сантиметр к лицу Джостена. — Я облажался, ладно? Я знал, что это ты владелец аккаунта. С самого начала. Знал, но молчал, ведь безумно хотел остаться с тобой до последнего. Каждая прогулка была для меня чем-то особенным, понимаешь? Я считал, что это не может быть правдой. Считал, что ты уйдешь, если только узнаешь. — Что? — глупо спрашивает Нил, также глупо смотря в очи Миньярда. — Я не понимаю… — Каждая встреча, каждый новый факт, узнанный о тебе, каждое дружеское объятие — были для меня чем-то безумно особенным, Нил. То внимание, что ты оказывал мне, безумно грело и греет душу. Каждая запомненная тобой деталь обо мне греет и душу, и сердце. И тот поцелуй... — Ох, прости… Наверно, это было лишним? — Идиот, – и, покачав головой самому себе, Эндрю прижимает ладони к щекам Джостена и становится на носочки, чтобы поцеловать. Джостен стоял так, кажется, секунды четыре, не понимая, что, вообще, происходит. А когда понял — аккуратно положил ладони на спину Эндрю, стараясь расслабиться. Он обнимает все увереннее Миньярда, когда в ход идут языки. Неважно, что они стоят посреди улицы и, Господи, абсолютно неважно, что Эндрю уже точно холодно. Неважно, что он дрожит, прижимаясь к Нилу все сильнее не только от обыкновенного желания просто быть ближе, но и от того, что куртку, всё-таки, стоило взять. Ну, неважно было только для Эндрю. Джостен отстраняется, как только ощущает дрожащее, крохотное тело Миньярда под своими руками. — Нет, так не годится. Пошли в дом, там тепло, камин. Я дам тебе свитер, – и Эндрю, хоть и потускневший от того, что поцелуй прервался, сдавшись, кивает. *** — Сигареты, вишня, и мой вкус, значит? Как ты, вообще, узнал, что я пользуюсь вишнёвой гигиеничкой, недооцененный ты наш гений? — Держа горячую чашку какао в руках, Эндрю перебирает всяческие части из валентинки, что так ему понравились. — Влюбился, что ли? — Ехидно улыбаясь, Эндрю прячется за чашкой, лишь бы не рассмеяться. — Ой, замолчи. Я писал это даже не думая, — фыркая, подмечает Нил и заметно краснеет. – Тебе идёт свитер. — Значит, я могу оставить себе его? — Я подумаю над этим. И Эндрю, удовлетворённый ответом, вновь скрывается за чашкой. В комнате, освещенной лишь светом огня, раздается тишина и древесный треск. — Значит, любишь? — тихо спрашивает Эндрю, понимая, что какао закончилось, и прятаться за чашкой уже не получится. — Люблю. — Хэллоу Китти, Значит? — Да. — Ты запомнил. Я, если честно, только этого и ждал. — А ещё я запомнил, что ты ненавидишь День святого Валентина. Так что, — Нил тяжело вздыхает. — Было тяжёлым решением подкинуть тебе эту валентинку. Тем более, после затеи с тем аккаунтом, твой шкаф разрывался от писем. — Но ждал я открытку именно от тебя. — Значит, теперь ты не так ненавидишь четырнадцатое февраля? — Ненавижу также, как тебя. — И как же? — Хм… — Эндрю перебирается на колени Джостена и кладет руки тому на грудь. — Я отвечу. Но, сначала, ответь ты мне на один вопрос. — Я весь во внимании. — Что ты думаешь об аккаунте по Эндрю Миньярду?