Миллионы лет одиночества

Сакура не сразу заметила, что что-то было не так. Она настолько погрязла в насущных делах, что и вовсе не обратила внимания на мелочи вроде легкого головокружения и тошноты, с которыми она стала встречать каждое новое утро. Ведь мало ли, почему ей вдруг стало нехорошо после очередного недосыпания? Не было у неё лишнего времени, чтобы заниматься подобной ерундой… Но не заметить изменившийся в теле поток чакры Сакура уже не смогла. Она отчетливо ощутила это одним летним утром, причём совершенно случайно, и лишь тогда заподозрила что-то неладное. Неужели она заболела? Но чем? Никакая болезнь с подобной странной симптоматикой ей на ум не приходила, как бы старательно она ни копалась в голове в поисках верного диагноза. Быть может, хроническая усталость из-за ответственной работы, участившаяся бессонница и переутомление сделали своё грязное дело? Саске говорил, что ей давно пора снизить нагрузку на работе и перестать взваливать на свои плечи слишком много задач, но разве она когда-нибудь к кому-нибудь прислушивалась? Прислушивалась, но только позднее, чем это было необходимо. Мысль о возможной беременности возникла в голове Сакуры неожиданно и в один миг поразила её своей очевидностью. А если это действительно так? А если плохое самочувствие скрывало за собой нечто большее, чем просто реакцию организма на неправильный образ жизни? Сакура не на шутку перепугалась, и в тот же день во время обеденного перерыва в госпитале сделала все возможные тесты, чтобы убедиться или же разувериться в своих страшных догадках. Результаты всех тестов и анализов сводились к одному и тому же ответу — беременность всё-таки наступила. Сакура сидела в своем кабинете, рассматривала собственную медицинскую карту и с ужасом думала о том, что же ей теперь делать. Впрочем, не было в этом событии ничего загадочного и невероятного. Скорее, было странно, что Сакура не забеременела раньше, особенно с учётом того, как непостоянно и беспорядочно они с Саске предохранялись, нередко допуская возникновение казусных ситуаций. Сакура не сильно переживала о возможном исходе, точнее, не беспокоилась о нём вообще, пустив это дело на самотёк и предоставив решение собственной судьбы воле случая. Она была слишком занята другими проблемами и не задумывалась над ещё не существующими, не тратя на них ни времени, ни сил. Первой идеей Сакуры было намерение сделать аборт. В самое ближайшее время, да так, чтобы никто ни о чём не узнал, и жизнь всех участников этого происшествия никак не изменилась. Разве в этих обстоятельствах маленький ребенок мог стать драгоценным подарком судьбы, а не лишней обузой? У Сакуры было море планов на будущее — она находилась лишь в самом начале своей профессиональной карьеры, строить которую нужно тогда, когда есть такая возможность, не откладывая ничего в долгий ящик. Одна только мысль о длительном декрете пугала Сакуру своими неприятными перспективами. Последствия такого затяжного отпуска, во время которого ей точно не удастся отдохнуть, будут иметь колоссальное влияние на её дальнейшую работу в госпитале, и это не подвергалось никакому сомнению. Была ли Сакура готова кардинально изменить свою жизнь и взвалить на себя ответственность за другого человека, которому она поможет появиться на свет? А что уж говорить о Саске? Сакура не знала, как подойти к нему с этим вопросом. Ранее подобные темы им обсуждать не приходилось, поэтому она не имела ни малейшего представления о том, как он отреагирует на такую новость. Он будет рад или зол? Как он отнесется к перспективе стать отцом в самом ближайшем будущем? И почему-то Сакуре казалось, что такой человек, как Саске, не был заинтересован в том, чтобы завести собственного ребенка, по крайней мере, в этом возрасте и в этой обстановке. Имела ли Сакура право вновь вынуждать его идти на уступки и делать то, чего он, скорее всего, не особо-то и хотел? Когда-то она уже навязала ему их совместную жизнь, домашний порядок и Наруто, от которого он отбивался, как мог, но которого всё же согласился растить и воспитывать. А ведь они даже не были женаты, и не факт, что когда-нибудь свяжут себя узами брака. Теперь же у Саске будет полное право отказаться от такой «потрясающей» возможности изменить свою жизнь до неузнаваемости и взять на себя заботу о благополучии уже двоих детей. Сакура попыталась успокоиться, отключить разум и прислушаться к зову сердца. Чего на самом деле хотела она сама? Стремилась ли когда-то построить большую, полноценную семью? Ей всегда казалось, что это было желание её родителей, пытавшихся навязать строптивой дочери собственную картину мира, а она сама стремилась стать выдающимся медиком и посвятить жизнь не просто работе, а своему истинному призванию. Сакура грезила о карьере и о Саске рядом с собой, но не думала о том, чтобы получить нечто большее. А могла ли она мечтать о чём-то ещё? Выйти за те рамки, которые она сама же установила, и перестать ограничивать себя там, где это было ненужно? Сакура, несмотря на запредельный уровень тревоги, всё-таки смогла немного успокоиться и уговорить саму себя не совершать необдуманных поступков в таком нестабильном состоянии. Она отложила этот вопрос на некоторое время, чтобы точно со всем определиться и принять взвешенное решение. Всего одна неделя в данной ситуации повлиять ни на что не могла. О беременности Сакура никому не рассказала. На работе она занималась исключительно своими обязанностями, а дома старалась вести себя так, словно ничего не произошло. Ей даже не приходилось сильно напрягаться, ведь Наруто был слишком мал, чтобы в принципе заподозрить что-то неладное, а Саске никогда не отличался особой эмпатией и чуткостью к малейшим изменениям в эмоциональном состоянии других людей. Так Сакура и скрывала от них своё удручённое настроение всё то время, пока пыталась разобраться в собственных ощущениях. Она подозревала, что сделать это будет не так-то просто, особенно когда волнующий её вопрос был связан не только с ней самой. Сакуре не стало легче даже спустя неделю, когда установленные ею самою сроки на раздумья подошли к концу, а она так ничего и не решила. И определить свою дальнейшую судьбу самостоятельно оказалось совсем непросто. Чем дольше Сакура оттягивала неизбежное, тем труднее ей становилось держать себя в руках. Её состояние не осталось незаметным для окружающих, хотя многие даже не пытались задавать неудобные вопросы и лезть не в своё дело. Однажды вечером Наруто посчастливилось выйти на прогулку с двумя взрослыми сразу. Когда Шикамару зашёл за мальчишкой, чтобы отвести его пособирать камушки на берегу реки, Сакура отправилась с ними, а не осталась проводить последние теплые деньки в доме, да ещё и в одиночку. Саске последние несколько дней с утра до ночи пропадал в исследовательском центре Конохи, поэтому домой он приходил в основном для того, чтобы переночевать. В скором времени наступит очередь Сакуры выходить на работу, и они поменяются друг с другом местами. — Я думал, ты захочешь от него отдохнуть, — подметил Шикамару, кивнув в сторону плескавшегося на мелководье Наруто. Он сам стоял вместе с Сакурой неподалеку, наблюдая за мальчишкой со стороны. — Ты так говоришь, как будто я от него устаю, — ответила Сакура, не очень уверенно улыбнувшись. Возиться с Наруто ей было в радость, тем более что он не требовал постоянного присмотра, редко портил вещи и почти всегда слушался старших — Саске не позволил бы ему вести себя по-другому. — Он же вертится постоянно и успокаивается только когда спит. Я устаю даже если просто на него смотрю, — Шикамару пожал плечами. — Мне показалось, что в последнее время ты выглядишь уставшей. — Я? — спросила Сакура слишком уж изумленно. Даже чересчур. Она попыталась оправдаться и дать понять, что всё в порядке, и что ничего в ней не изменилось, но своим поведением сделала только хуже: — Да знаешь!.. Работа просто!.. И дел столько… На работе и вообще… — Да ладно, я просто спросил, — отмахнулся Шикамару, когда Сакура стала запинаться на каждом слове. А потом, совершенно не подумав, ляпнул первое, что пришло ему в голову: — Неужели Саске что-то опять натворил? Сакура растерялась, не зная, что сказать. Она терпела до последнего, упорно боролась с потоком мыслей в голове и не позволяла негативным эмоциям взять верх над собой, однако… Не была она такой стойкой и жесткой, как могло показаться на первый взгляд. Сакура закрыла лицо руками и расплакалась, не справившись с нахлынувшими чувствами страха и безысходности. Слишком долго она сдерживала в глубине души то, что уже столько времени не давало ей покоя. Шикамару, который не ожидал такой реакции, опешил и замер, как вкопанный. Он не рассчитывал на то, что его безобидная шутка доведет Сакуру до слёз. Неужели Саске своим необузданным поведением совсем расшатал её нервную систему? Сакуре пришлось обо всём рассказать, и Шикамару стал первым человеком, с которым она поделилась своими переживаниями. Она смахнула слезы платком и постаралась успокоиться как можно скорее, чтобы Наруто не увидел её в таком состоянии. Ему это точно было ни к чему. Шикамару молча дослушал недолгую исповедь Сакуры, а в конце даже закурил сигарету. — Я, конечно, мало что знаю о ваших отношениях, но… — Шикамару затянулся, пораженный тем, что ему пришлось обсуждать подобную тему с кем-то, помимо Темари, на которой он совсем недавно женился. — Может, вам стоит просто поговорить? Я знаю, что Саске не очень болтливый, но если даже я могу уладить с ним рабочие вопросы, то у тебя точно получится о чем-то с ним договориться. На самом деле он умеет вести себя как нормальный человек, только почему-то всегда делает всё наоборот… В общем, вы оба должны определиться, как поступить. Я всё равно сделаю вид, что ничего не знаю. Слова Шикамару повлияли на Сакуру наилучшим образом. Ей стало легче, она даже немного расслабилась и отвлеклась от неприятных мыслей, без конца роившихся у неё в голове. Тревога, нависшая над Сакурой мрачной грозовой тучей, мешала ей здраво оценивать ситуацию и вместо этого вынуждала воспринимать происходящие события как настоящий конец света. Теперь Сакура поняла, что именно предстоящий разговор с Саске так сильно беспокоил её разум, и без того склонный к постоянному беспокойству и рефлексии. И облегчить эти душевные муки могло только то, что изначально их и вызвало. Сакуре удалось пересечься с вечно работающим Саске лишь следующим вечером, когда он впервые за последние несколько дней вернулся домой прямо к ужину, а не посреди ночи, когда все уже давно спали. Весь день Сакура томилась в ожидании, подбирала слова, репетировала речь, чтобы сразу выдать сразу всю нужную информацию без невнятного бормотания, однако храбрости ей эти старания не прибавляли, даже наоборот, делали только хуже. Поздним вечером, когда тянуть дальше было уже нельзя, она уложила Наруто в постель, собрала остатки самообладания в кулак и спустилась к Саске в гостиную, где он, сидя на диване, с откровенно скучающим видом просматривал бумаги, которые принёс с собой. Сакура приблизилась к нему, набрала в легкие побольше воздуха, чтобы заговорить, но весь заготовленный текст буквально вылетел у неё из головы. — Ты ещё не спишь? — спокойным тоном поинтересовался Саске, подняв глаза на напряженную Сакуру, застывшую рядом с ним. Она напряжённо сжимала пальцами край своей ночнушки и выглядела чрезмерно обеспокоенной. — Что-то случилось? — Да! — резко выпалила Сакура. Мысленно дав себе оплеуху за несдержанность, она напряглась ещё сильнее и села на диван рядом с Саске, но не вплотную к нему. — Я… Хотела поговорить. Саске сразу понял, что разговор предстоял серьезный, поэтому без промедления отложил все бумаги в сторону и обратил всё своё внимание на Сакуру. Ему пришлось подождать какое-то время, прежде чем она наконец решилась заговорить. — Чем занимаешься? — любопытно спросила Сакура, бегло глянув на внушительную стопку документов. Странно, но до этого она ни разу видела, чтобы Саске занимался бумажной волокитой, которую всегда можно было отдать Какаши или Шикамару. — Читаю наработки, которые мне выдал исследовательский центр. Я дал им задание придумать, как обезопасить деревню от возможных нападений в будущем. Можно разместить ловушки по периметру, но я пока не знаю, как это сделать, — объяснил Саске, слегка удивленный тем, что Сакура впервые заинтересовалась его работой в такое позднее время, хотя ранее ни о каких подробностях она никогда не спрашивала. — Ты точно об этом хотела поговорить? Конечно, нет. Сакура как могла оттягивала неприятный разговор, словно дополнительная пара минут позволит ей получше к нему подготовиться. Однако она лишь усугубляла ситуацию и наверняка действовала Саске на нервы, отвлекая его от работы глупыми и бессмысленными расспросами. Давно пора было всё выяснить и перестать ходить вокруг да около. — Я беременна, — невозмутимо произнесла Сакура, набравшись смелости в самый последний момент. Она почувствовала небывалое облегчение, словно огромный камень свалился с её плеч. И оказалось, что рассказать обо всём Саске было не так уж и сложно… Саске посмотрел на неё обескураженно и даже немного настороженно. Он явно не ожидал подобных новостей, однако в отличие от Сакуры не стал сразу паниковать и в ужасе хвататься за голову. Он ничего не ответил и задумчиво отвёл взгляд в сторону, стараясь не показывать бурю эмоций, накрывших его громадной волной. На самом деле, Сакура даже обрадовалась его спокойной и небурной реакции — хоть кто-то из них двоих сможет оценить сложившуюся ситуацию, находясь в трезвом уме. Она не торопила его и молча ждала, пока он не придет к какому-то выводу самостоятельно. Казалось, что каждая секунда тянулась целую вечность. — Что ты об этом думаешь? — сдержанно спросил Саске после недолгих размышлений. Хорошо, что он хотя бы не стал задавать глупых вопросов о том, как же они умудрились так вляпаться. Сакура не удивилась подобному ответу и не расстроилась из-за того, что Саске сразу не обрадовался такому известию — никто из них это событие не планировал. Было бы странно ожидать от него конкретного сиюсекундного умозаключения вместо предпринятой им неуклюжей попытки подойти к этому вопросу с другой стороны. Конечно, мнение Сакуры имело решающее значение, однако она не могла определиться с последующим планом действий самостоятельно. Ведь они оба были виноваты в том, что произошло. — Мне страшно, — честно ответила Сакура. Скрывать она ничего не собиралась; казаться смелее, чем она есть на самом деле — тоже. — Потому что мне нужно работать и строить карьеру, а с ребёнком я не смогу этим заниматься, как минимум, первые несколько лет. Наруто ещё слишком маленький. Ты часто уходишь из деревни на миссии, и я боюсь, что не справлюсь с двумя детьми одна. К тому же, пока я не выйду на работу, содержать всех нас придется тебе. И я уже не говорю о том, что ребенок — это не игрушка и не домашнее животное. Сакура не стала упоминать тот факт, что они с Саске по-прежнему оставались друг для друга чужими людьми. Они могли в любой момент разойтись, оставить прошлое позади и прекратить всякое общение, потому что их не связывало ничего, кроме общего дома и Наруто, опекунами которого им довелось стать. Эти ограничения могли повлечь за собой некоторые проблемы, однако официальный брак, если бы таковой был, имел бы более серьезные последствия. К супружеской жизни не стремились они оба: Саске не спешил связывать себя узами брака, а Сакура не хотела на него давить — принуждение никогда ни к чему хорошему не приводило. Она надеялась, что он раскроется перед ней сам, и поделится наконец своими мыслями и чувствами, которые с особой тщательностью скрывал даже от тех, с кем жил под одной крышей. — Ты хочешь сделать аборт? — продолжил задавать вопросы Саске, хотя Сакура была бы не против наконец услышать какое-нибудь утверждение. Прямолинейности ему было не занимать. — Я не знаю, — всё так же честно ответила Сакура, однако что-то в глубине её души противилось даже мысли о том, чтобы эту беременность прервать. Она не позволяла себе мечтать о счастливом материнстве — слишком хрупкими были те фантазии, которые могли так и остаться плодом её воображения. — Я не знаю, как правильно поступить. Я бы… Я бы хотела… — Ты можешь принять любое решение, — сказал Саске с полной уверенностью в голосе, без дрожи и колебаний. — Я всё равно тебя поддержу. Сакура громко выдохнула и смахнула выступившую на лбу холодную испарину. Она слишком сильно переживала из-за, что Саске мог выступить против появления этого ребёнка на свет, а потому теперь даже не знала, как реагировать. — Ты же понимаешь, что просто не будет? — снова повторила Сакура, чтобы Саске точно услышал то, что она пыталась до него донести. Она хотела оставить этого ребёнка, и это не подвергалось никакому сомнению. — Мы оба… — Я понял, — тверже и увереннее ответил Саске. У Сакуры было достаточно причин, чтобы не верить ему, однако весь последний год он всячески старался убедить её в том, что на него тоже можно положиться. — Я тебе помогу. Сакура услышала от Саске то, что и хотела — неуверенно, неосознанно, но всем сердцем и душой. Она растроганно всхлипнула и согласно кивнула. Будущее всё равно пугало её своей неопределённостью, однако она знала и верила, что ей не придется справляться с этим в одиночку. Впервые за последнюю неделю Сакура почувствовала умиротворение.

***

Жизнь Сакуры с тех пор никак не изменилась. Во всяком случае, пока что. Она продолжала ходить на работу и заниматься домашними обязанностями, уделять внимание Наруто и проводить свободные вечера с Саске… В госпитале она завела собственную медицинскую карту для ведения беременности, сделала все необходимые анализы и сообщила о своём состоянии врачу, которая сможет принять у неё роды, когда придёт время. Пока всё шло хорошо, даже отлично, однако теперь перед Сакурой встала новая задача — морально подготовиться к тому, что ждало её в не таком уж и далеком будущем. Оборудовать детскую комнату и купить нужные вещи было совсем нетрудно, а вот привыкнуть к мысли о предстоящем материнстве оказалось гораздо сложнее. Нужно было как-то рассказать обо всём Наруто… И сообщить «страшную» новость семье. — Да, я знаю, что ты не нравишься моей маме. Но это не проблема, ведь ей много кто не нравится, — с улыбкой сказала Сакура, пытаясь искусственно наделить ситуацию положительными чертами. Потому что на самом деле это было не так. На Саске такие фокусы не работали, однако он молча слушал и не перебивал, только хмурился. — Она сильно разозлится, если узнает о моей беременности только когда появится живот. Поэтому я хочу рассказать ей об этом заранее. Можно хоть завтра. Ты же пойдешь со мной? Наруто тоже пойдет. Суровое выражение лица Саске красноречивее любых слов говорило о его истинном отношении к этой ситуации. Такую женщину, как Мебуки, мог выдержать только её собственный муж, который уже давно выработал иммунитет к скверному характеру своей супруги. Конечно, Саске не горел желанием с ней пересекаться, особенно после их первой — и последней, — встречи, на которой им не удалось найти общий язык. Лишние конфликты были ему ни к чему, но отказать Сакуре он не мог. Не так уж и часто она просила его о подобных одолжениях. На следующий день они собрались в гости к родителям Сакуры, которые, по её заверениям, уже их ждали. Наруто не успокаивался и всю дорогу спрашивал, куда они так неожиданно отправились все вместе, но его энтузиазм поубавился, когда ему впервые довелось увидеть Мебуки. Женщина, открыв дверь своей квартиры, чтобы пропустить гостей внутрь, даже мальчишку окинула серьезным взглядом, ясно давая понять, что на её территории всем, в том числе маленьким детям, придется следовать установленным ею правилам. Наруто, отчётливо почувствовав этот агрессивный эмоциональный настрой, спрятался за Саске, лишь бы только прерывать зрительный контакт с этой… — Привет, мам, — мило поздоровалась Сакура, не особо надеясь на приятный разговор. — Вы опоздали, — сердито пробурчала Мебуки. Ей только раскаленной сковороды в руках не хватало. — Дорогая, ну что ты в самом деле! — произнес показавшийся в прихожей Кизаши, добродушно улыбнувшись. — Не пугай молодежь! Ребята, заходите! Сакура тяжело вздохнула и переступила порог первой. Наруто схватил Саске за руку, чтобы обратить его внимание на себя. — Идем домой, — почти шепотом попросил мальчишка, грустно надув губы. — Мне здесь не нравится. — Мне тоже, — понимающе хмыкнул Саске. — Мы надолго не задержимся. Наруто согласился и смирился, потому что небольшая поддержка в виде Саске, который точно так же не хотел находиться в одном помещении со злой женщиной, его более чем устраивала. Кизаши, как настоящий хозяин дома и главный по избеганию конфликтов с грозной Мебуки, быстро накрыл на стол и усадил за него гостей. Наруто немного расслабился, получив в своё распоряжение целый кусок шоколадного торта, и счастливо принялся его поедать. На кухне было, как и всегда, уютно и тепло. Сакура запомнила свой прежним дом именно таким, несмотря даже на все конфликты с матерью на почве взаимного недопонимания. Она из раза в раз возвращалась к общению с Мебуки в надежде, что та наконец начнёт слушать кого-то, кроме самой себя, и каждый раз терпела неудачу. Зато благодаря этим проблемам Сакура точно поняла, какой не должна быть домашняя атмосфера в её собственной семье. — Ну что, рассказывайте! Как дела? Как жизнь? — начал Кизаши. Он бы хотел пообщаться с Саске поближе, как в прошлый раз, и выудить из него больше интересной информации — или хотя бы сплетен, — но ему приходилось держать себя в руках. Сакура решила сразу не приступать к оглашению главных новостей, а потому поддержала разговор с отцом на несколько отвлеченных тем. Саске тоже попал под раздачу, потому что Кизаши всё же рискнул спросить у него про происходящие в Конохе дела — не мог ведь он пропустить такую шумиху прямо у себя под носом. Только Сакура старалась не лезть не в своё дело и не выпытывать ни у кого все захватывающие тайны деревни, хотя, скорее всего, даже Какаши много чем согласился бы с ней поделиться. — Ого, а пацан уже того! Подрос! — воскликнул Кизаши, глянув на Наруто, который мирно поедал свой торт, будучи увлеченным только им. — Как быстро течет время! Ну что, когда собираетесь его в академию отдавать? — Он еще слишком маленький, — напомнила Сакура. — Мы займемся этим, когда он подрастет и захочет поступить сам. — Да сам он может никогда ничего не захотеть! — хмыкнул Кизаши и покачал головой. — Если уж вы решили стать родителями, то вам нужно взять жизнь этого сопляка в свои руки. — Кстати об этом! — тут же выпалила Сакура, воспользовавшись подходящим моментом. Саске мог вызвериться на любого, кто рискнул бы назвать его родителем Наруто, поэтому она считала своим долгом не позволить ему это сделать. К счастью для неё, он до сих пор молчал и терпел их бессмысленный треп изо всех сил. — Мы хотели кое о чём вам рассказать! Дело в том, что… — Неужели тебя снова повысили на работе? — фыркнула Мебуки впервые за весь разговор. — Ты же ни о чём больше… — Вообще-то нет, — резко ответила Сакура. Даже ее терпение было на исходе. — Я беременна. Ты станешь бабушкой. Кизаши изумленно округлил глаза и уставился на дочь, пытаясь осознать только что услышанную новость. Даже Мебуки, которую сложно было вывести из равновесия, изменилась в лице, не скрывая искреннего удивления. Саске просто сидел спокойно, а Наруто и вовсе не обращал ни на кого внимания. Кизаши, который всё понял с опозданием, уже было открыл рот, чтобы что-то сказать, но Мебуки прервала его, дернувшись так, что стул под ней громко и противно заскрипел. — А я говорила, что так и будет! — грозно воскликнула женщина, сведя брови к переносице. Морщины на её искаженном злобой лице стали в разы заметнее. — И чем ты думала, а?! Ты даже не замужем! — Мама… — Сакура обреченно зажмурилась. Беседа вдруг перестала быть спокойной. — Я надеялась, что ты всё-таки придешь в себя и найдешь себе нормального ухажера, но это уже никуда не годится! Ты что себе думаешь?! Что ты будешь делать дальше?! Лучше бы ты дальше в этом своём госпитале работала и полезным делом занималась! — Мама! Я сама в состоянии решить, что мне делать! И я не собираюсь выслушивать твои нравоучения! — А кто ещё, кроме меня, тебе эту правду скажет?! Связалась с этим!.. Он даже не соизволил взять тебя в жены, а ты всё ещё на шею ему вешаешься! Дура! Мать слушать надо! Я уже говорила, что он бросит тебя с двумя детьми, и я уверена, что так и будет! Всю жизнь сама себе испортишь! И не приходи потом ко мне плакаться! Я тебя на порог не пущу! — Вы перебарщиваете, — наконец высказался Саске. Спокойно, размеренно, без злобы в голосе, но крайне убедительно и настойчиво. В помещении повисла гробовая тишина. Мебуки, которая и подумать не могла, что кто-то вообще решится ей возразить, угрожающе скривилась и посмотрела прямо на него. — Это всё из-за тебя, — уже более сдержанно прошипела Мебуки. Она смотрела на Саске так пристально, словно намеревалась одним только взглядом прожечь в нём дыру. Как ни странно, но в этом доме — и в Конохе в принципе, — такими способностями обладал только сам Саске. — Запудрил мозги моей дочери. И чего ты добиваешься? Думаешь, раз ты состоишь у Хокаге на хорошем счету, то теперь тебе всё можно? Я на своём веку повидала мерзавцев ещё хуже тебя! Меня ты не проведешь! — Я не собираюсь вам нравиться, — произнёс Саске ледяным тоном, чтобы ни у кого из присутствующих не возникло и доли сомнения в том, что именно так всё и было. Он по-прежнему находился на чужой территории, но это не мешало ему чувствовать себя так же уверенно, как и всегда. — Никто не собирался с вами советоваться. Мы пришли, чтобы сообщить вам новость, и мне всё равно, что вы думаете по этому поводу. Впредь держите язык за зубами. Я тоже умею злиться. Встречу пришлось прервать раньше, чем это планировалось изначально. Ни у кого не возникло желания и дальше обсуждать насущные дела, поэтому Мебуки поспешила выпроводить из дома торопящихся гостей. Стояла приятная прохладная погода. По улицам гулял легкий ветерок, а солнце уже почти опустилось за горизонт. Наруто шёл впереди по дороге и ворошил траву только что найденной им палкой, а Сакура и Саске неспешно следовали за ним. Они преодолели уже половину пути к дому, но никто из них так и не рискнул произнести и слова. Настроение было не то. — Не стоило никуда идти, — наконец выговорила Сакура, когда ей уже надоело молчать. Ей стало неловко от того, что она вынудила Саске и Наруто присутствовать при том спектакле, который в очередной раз устроила её бестактная мать. — Я надеялась, что мама порадуется за меня, или хотя бы просто ничего не скажет, но… Я и правда дура. Сакура чувствовала себя униженной — никто больше не отчитывал её так, как это делала Мебуки. Неужели её собственная мать настолько недолюбливала Саске, что даже была готова не принять собственного внука или внучку? — Ты сделала то, что посчитала нужным. Всё остальное тебя волновать не должно, — невозмутимо ответил Саске, которого, казалось, разгоревшийся конфликт и вовсе никак не задел. Стоило отдать ему должное — он не позволил себе сорваться и решить возникшую проблему привычным для себя образом. Никому и никогда Саске не разрешал так с собой обращаться, и любой другой менее важный и уважаемый человек на собственной шкуре ощутил бы, насколько страшен он был в гневе. С родственниками Сакуры так или иначе приходилось считаться. — Да, ты прав. Но мне нужно было сразу понять, что нормального диалога не получится. Мама всё ещё думает, что я не самостоятельная, и что я помру без её присмотра. Да, нужно было поступить так же, как и в случае с Наруто! Ничего не говорить ей заранее, а потом просто поставить перед фактом! И всё! Сакура закрыла лицо руками и сделала глубокий вдох, но не расплакалась, не позволив эмоциям взять верх. Саске выждал несколько секунд, прежде чем молча приобнять её за плечо. Они оба остановились, а Наруто продолжил идти вперед и наводить смуту среди прятавшихся в траве насекомых. — Не понимаю, почему ты до сих пор на неё реагируешь, — тихо проворчал Саске, когда Сакура прижалась к его боку в поисках простого человеческого тепла. Именно от него она получала ту поддержку, которой ей раньше так не хватало. Именно рядом с ним она чувствовала себя важной и нужной. Саске был своеобразной личностью со своими проблемами и особенностями характера, которые нередко проявлялись не лучшим образом как для него, так и для окружающих, но это не делало его равнодушным, инфантильным и отчуждённым. — Она просто… Глупая женщина. Да? — также тихо пробурчала Сакура. — Не хочу быть такой же, как она… — Тебе и не… — Саске! — заорал Наруто издалека. Сакура и Саске резко повернулись в его сторону. Он успел отойти от них на приличное расстояние и засесть около скромного прудика у дороги, больше напоминавшего глубокую лужу, нежели приличный водоем. — Саске! Здесь жаба! Толстая! Жирная! Достань мне жабу! Я хочу жабу! Саске! — Он слишком громкий. Как обычно, — нахмурился Саске, отчаянно понимая, что сделать с этим он ничего не мог. — Идём. Надо убрать его оттуда. — Ты за него переживаешь? — Не за него. За жабу.

***

Саске начал что-то понимать лишь после того, как у Сакуры стал расти живот. Если раньше эта беременность существовала для него только на словах, то теперь, спустя несколько месяцев, она переросла в настоящее явление, которое можно было и увидеть, и потрогать. С наступлением осени, когда теплая погода сменилась на хмурую и прохладную, Сакура начала носить исключительно мешковатую и не обтягивающую одежду, из-за которой было непросто догадаться о её положении, но Саске точно не знал, делала она это намеренно или же нет. Они оба действительно станут родителями, хотя им обоим по-прежнему было трудно это осознать. Наруто оказался внимательным ребенком, поэтому однажды, наткнувшись взглядом на живот Сакуры, он неминуемо заинтересовался тем, почему тот вдруг стал таким большим. Сакура не собиралась ничего от него скрывать, даже наоборот, она только и думала о том, как же завести с ним разговор на эту тему, однако помощь Саске в таком ответственном деле ей однозначно бы не помешала. Как удачно, что это случилось именно в тот момент, когда они втроем собрались в гостиной, чтобы выпить чаю! Сакура оглянулась в поисках Саске, который ещё секунду назад сидел рядом с ней, но нигде его не увидела. Он исчез. Буквально растворился в воздухе. Сакура лишь тяжело вздохнула и покачала головой. Сказку для Наруто ей пришлось сочинить самостоятельно. Наруто выслушал занимательный рассказ до конца, но… Ничего не понял. Или почти ничего, за исключением того, что вскоре живот у Сакуры станет ещё больше, а потом у неё появится маленький ребенок, который будет даже меньше, чем он сам. Мальчишка не спросил о том, как всё это случится, но так было лучше для всех. На следующий день у Наруто появилась возможность воспользоваться новыми знаниями на практике. Утром Сакура ушла на работу, а присматривать за мальчишкой остался Саске. Погода на улице стояла дождливая, но Наруто даже в случае всемирного апокалипсиса не отказался бы от своего привычного утреннего обхода вокруг дома, во время которого он отмечал все изменения во дворе, произошедшие за ночь. Обычно мальчишка не находил ничего необычнее блестевшей под крышей паутины и опавших с дерева листков, но в этот раз ему удалось обнаружить нечто более интересное и занимательное. — Саске! — Наруто заскочил в дом и бросился на кухню, где Саске, сидя за столом, пытался в тишине и покое допить утренний чай. — Идём! Быстрее! Там такое! Да идём уже! Саске! — Ты уже на прошлой неделе показывал, как вода с крыши капает. Мне одного раза хватит, — устало хмыкнул Саске. Дождливая погода положительно на него не влияла. — Да какая вода?! Нет там воды! Идём! Быстрее! — Наруто настойчиво потянул Саске за край футболки, буквально вынудив его встать со стула. Они вдвоем вышли на улицу под проливной дождь. Наруто ринулся вперед, а Саске неспешно поплелся за ним. — Вот! Смотри! — мальчишка восторженно указал пальцем на то, что произвело на него такое впечатление. Это была кошка. Миниатюрная, не очень чистая, белоснежно белого окраса. Она лежала на боку под стеной дома, куда не попадали капли дождя, и тяжело дышала, явно вымотавшись после долгих поисков подходящего укрытия, чтобы переждать непогоду в сухости. Кошек Наруто видел буквально каждый день, но ни у одной из них не было такого же большого живота, сильно выделявшееся на фоне худощавого тельца. — Она… Ну… — Наруто крепко задумался, пытаясь сформулировать мысль. — Как Сакура. Да? — Да, — подтвердил Саске, глянув на глубоко беременную кошку. — У неё скоро будет… Ребёнок? Котёнок? — Может, даже не один. Двое, трое, иногда больше. — Ого, — пораженно выдохнул Наруто. — А у Сакуры… Тоже будут котята? — Нет. Женщины рожают детей, а не котят. — Значит, у Сакуры будет три ребенка? — Нет. Надеюсь, что только один. Наруто так до конца и не понял, что Саске имел в виду, но в тот момент его всё равно больше интересовала кошка. Раньше ему никогда не приходилось испытывать щемящее чувство жалости к заведомо более слабому, несчастному и обиженному жизнью существу, нуждавшемуся в помощи со стороны. Эти ощущения вызывали у Наруто дискомфорт, от которого хотелось избавиться любыми доступными способами, поэтому он и попытался в меру своих возможностей решить возникшую проблему. Саске наотрез отказался тащить уличную кошку в дом, но при этом согласился хотя бы попытаться облегчить её участь. Пока он искал в кладовке ненужную и достаточно просторную картонную коробку, чтобы смастерить из неё самодельный домик, Наруто из всех своих многочисленных пледов выбирал самый большой и теплый, собираясь отдать его в качестве подстилки тому, кому он был нужнее. Саске не доверил мальчишке управляться с ножом и вырезал проход в коробке самостоятельно. Кошка подарок оценила и без лишних раздумий забралась внутрь, чтобы улечься на мягкую подстилку. Ничего съедобного для неё в холодильнике не нашлось, поэтому Саске пришлось сходить в магазин за кормом, невзирая даже на непрекращающийся сильный дождь. Вечером Наруто поделился полученными впечатлениями с Сакурой, показал ей уже почти не бездомную кошку и спросил, сколько же детей — или котят, — в итоге появится у неё самой, потому что вытянуть всю интересную информацию из Саске было невозможно. Кошка, которую Наруто назвал Кисой, поселилась в своём новом домике насовсем. Киса оказалась ласковой, общительной и падкой до человеческого внимания, поэтому мальчишка старался проводить с ней как можно больше времени, чтобы ей не было скучно и одиноко. Наруто ухаживал за кошкой почти самостоятельно, но иногда привлекал к этой работе и Саске, если вдруг в этом возникала потребность. Впрочем, достаточно было и того, что Саске, воспринимавший Кису, как обычную блохастую животинку, не забывал покупать для неё еду и не сильно бухтел, когда ему приходилось чинить её поврежденную ветром коробку. Зима становилась всё ближе. Наруто всё чаще и чаще упрашивал Саске забрать кошку в дом, но тот стойко противился и утверждал, что кошка от холода не страдала, потому что неё был не только плед, но и настоящая пушистая шуба. — А если бы у меня была такая же шерсть… То Сакура не заставляла бы меня носить куртку? — однажды воодушевленно поинтересовался Наруто. — Не развивай эту тему, — отмахнулся Саске. Он в очередной раз забыл, что при мальчишке о таких вещах говорить было нельзя. Одним прохладным, но пока не снежным зимним утром Наруто вдруг обнаружил, что Киса в своём домике была уже не одна. Рядом с ней лежало трое маленьких, крошечных котят с замысловатым чёрным окрасом с большими белыми пятнами. Они крепко спали, прижавшись к своей маме, и пищали каждый раз, когда любопытный мальчишка пытался их потрогать. — Не доставай их сам, — предупредил Саске после того, как ему самому удалось взять в руку одного котёнка и при этом не потревожить внимательную кошку. — Твоя Киса будет волноваться. Наруто почти не слушал, только аккуратно гладил по головке котёнка, спавшего у Саске на ладони. Таких малышей он не видел ещё никогда.

***

Когда на улице выпал первый снег, Сакура была уже на пятом месяце беременности. До этого она без каких-либо проблем занималась своими рабочими обязанностями, бегала по всему госпиталю с утра до вечера, в свободное время занималась домашними делами и почти не уставала, но всю последнюю неделю ей с трудом удавалось вставать с постели по утрам — её ноги и спина ещё никогда не ощущались такими же тяжелыми и неподъемными. А теперь ходить на работу ей придется по снегу, не всегда даже по расчищенному, и уставать от этого в два раза быстрее, чем нужно. Саске сразу предложил Сакуре задуматься над декретным отпуском и начать понемногу делегировать свои обязанности другим сотрудникам, но одна только мысль об этом вызывала у неё тревогу и тоску. Конечно, она знала, что от работы придется на какое-то время отказаться, но не думала, что это окажется так непросто… Об этом Сакура думала вечером перед сном. Она сидела на кровати при включенном торшере, облокотившись о спинку, и читала книгу, бездумно бегая глазами по строчкам. Саске лежал рядом с ней на подушке и рассматривал её уже совсем немаленький живот, находившийся прямо на уровне его глаз. Им давно пора было лечь спать, но они оба не спешили заканчивать этот день. На улице давно стемнело, ветер непрерывно выл за окном. Саске не разделял переживания Сакуры и не видел для них повода. Он размышлял о чём-то своём и не сводил пристальный взгляд с живота, спрятанного под тонкой тканью футболки, словно в любой момент с ним могло что-то случиться. Но ничего не происходило — всё в этой комнате было пронизано безмятежностью и умиротворением. Саске осторожно положил ладонь на живот. Он был плотным, твёрдым и теплым, с натянутой до предела кожей, которую Сакура старательно и умело оберегала от растяжек и прочих неприятных вещей. Сперва Саске не шевелился, только держал руку на одном и том же месте, прислушиваясь к собственным ощущениям и изучая то, что можно было почувствовать. Он не делал резких движений и даже не собирался, но хотел совсем немного дать о себе знать. — Что ты делаешь? — недоуменно спросила Сакура, оторвавшись от книги. Она боялась спугнуть Саске непрошенным любопытством, но непривычные ощущения вынудили её вмешаться. Ей не было страшно, скорее даже наоборот. — Ничего особенного. Просто знакомлюсь, — ответил Саске спокойным голосом. Ему всего-то нужно было поделиться чакрой. Передать совсем немного прямо через кончики пальцев, уведомить о своём присутствии и «рассказать» о мире снаружи. Саске почувствовал неожиданный пинок прямо в центр своей ладони. Не очень сильный, но отчётливый и ощутимый для всех вокруг. — Он толкается! — восторженно и в то же время ошеломленно воскликнула Сакура, тут же позабыв и о книге, и о всех переживаниях. Только что её малыш впервые за весь период беременности зашевелился, а всё остальное уже не имело никакого значения.