Нереальное трио

      В первый раз Мин Юнги Чимина завалил на экзамене, и его отчислили. Всё из-за того, что Чимин — омега не робкого десятка — решил, что можно зажать профессора Мина на парковке, подкараулив после пар. Это, конечно, относилось не только к учёбе, но и очень низменному желанию Пак Чимина завладеть вниманием альфы Мин Юнги. — Студент Пак, зачем вы залезли в мой карман и забрали оттуда жевательную резинку? — почти кричал ошеломлённый Юнги, прижатый настырным омегой к собственной машине на парковке университета. — Других же резинок там нет, — Чимин невозмутимо пожимал плечами. Под растерянным взглядом альфы он неторопливо разжëвывал мятную подушечку, украденную у преподавателя, воскликнув: — Свежее дыхание облегчает понимание, йопта! — упав на колени, — Сосать так сосать! — бойко объявил он. — Ой… То есть, зачёт так зачёт…       Во второй раз Чимин, этот гиперсексуальный терминатор, был восстановлен, то есть айлбибэкнулся, чтобы жестоко отомстить обидчику. — Незачёт, я сказал!!! — зверствовал профессор Мин, в очередной попытке выставить неадекватного студента из аудитории. — Пааак Чимииииин! Воооооон!       Чимина, казалось, не парили совершенно ни строгий голос преподавателя, охрипший от криков, ни клок волос, который альфа вырвал у себя в порыве бешенства. Задумчиво надув блестящие губы, он постучал по ним маленьким пальчиком и предложил: — Ну хотя бы троечку? За старания, ну. — К-как? — прошептал почти заикающийся Юнги. — Какие старания? — Ща… — засуетился студент, небрежно откидывая любимую сумку в стразах, снимая короткую джинсовую куртку и пятясь, врезаясь в парту позади себя пятой точкой. Плюхнувшись на задницу, он развёл ноги в стороны до упора и, раскинув руки над головой, торжественно проорал: — Хоба! Гляньте, чё умею! Идеальный шпагат!.. Я учился долго, старался… — Пак Чимин… — из ушей альфы буквально повалил дым, и опасно забулькало, ибо мозг вскипал. — Троечку, — напомнил Чимин, очаровательно хлопая глазёнками, — за старания… — Ну это мы ещё посмотрим, профессор Мин, — причмокивая тинтом на губах, шептал Чимин на галёрке аудитории, куда был изгнан. Угрюмо пялясь в телефон, где шло какое-то забавное видео. «Хардкор 21+ жёсткая ебля, только горячие видео оргии семь альф на одного омегу», — вещала бегущая строка внизу. На самом пике видео Чимин, прищурив глаза, глянул в сторону преподавателя, принимавшего зачёт у очередного студента. Мысль пришла молниеносно. Он резко выдернул шнур от наушников и на всю аудиторию прогремело: «Ддааа, трахните меня, профессор», а затем раздался протяжный стон. Чимин, улыбаясь самой очаровательной улыбкой, имевшейся у него в арсенале, смотрел лишь на одного человека в аудитории.       Дрожащая бледная рука потянулась к съехавшим очкам, нервно поправляя. — Пхкк… — Юнги кашлянул, — Чими-ин, — голос сорвался на тончайший фальцет.       Кто-то в аудитории хрюкнул, пряча смех в ладонях. Мин Юнги тихо выдохнул, пытаясь совладать с эмоциями, и как мог, спокойно попросил: — К ректору! Сейчас же!       Чимин ухмыльнулся, демонстративно толкнул изнутри щёку языком, снял не спеша ногу с ноги, а потом — и с парты, встал с места, подтянул сползшие с бёдер сильно дырявые джинсы и со всей любознательностью поинтересовался: — А что? Боитесь, что в одиночку удовлетворить меня вы не в состоянии? — Живо, я сказал! — почти прорычал Юнги, от чего Чимин тихонько простонал. — Ой, а можно ещё раз так? Я так хочу, чтобы вы в меня нарычали, — омега с нездоровым блеском в глазах выходил из аудитории в сопровождении профессора, пытаясь идти нарочито медленно, иногда останавливаясь, чтобы ненароком врезаться спиной в мощные грудные мышцы альфы.       Какие мысли в это время были в ярко-розовой головушке Пак Чимина приличным омегам и не могло привидеться в самых смелых фантазиях. В них он прижимался и прижимал альфу ко всем поверхностям.        После неудавшейся провокации с порно его погнали из университета в третий раз. Так он вернулся и опять принялся изводить профессора. И тогда…

***

      Ким Намджун когда-то был звездой спорта и надеждой олимпийской сборной, но после травмы, весьма серьёзной, решил пойти работать в университет. Тренер он был отличный. — Вот, тренер, знакомьтесь. Это ваши подопечные теперь на всё время их обучения, благо остался всего лишь год потерпеть их выходки, — распинался ректор в низком поклоне перед альфой, заталкивая в тесную тренерскую трёх омег: Ким Тэхёна, Пак Чимина и Чон Чонгука. — Поймите, у них влиятельные родители и очень-очень, ну очень щедрые. Ребятам надо закончить университет во что бы то им и нам это ни стоило. Они ребята весьма специфичные в поведении, но в учёбе они первые на курсе. Их отчисляли бесчисленное количество раз, как вы знаете, и вот теперь условия их доучивания в стенах нашего университета состоят в том, что они должны участвовать во всех спортивных соревнованиях за честь учебного заведения.        Тэхён с Чонгуком прыснули от смеха после слова честь. Ректор бросил на них уничтожающий взгляд, вспоминая, как ещё почти месяц назад застал этих двоих за непристойным занятием в своём кабинете. Непристойность этого занятия заключалась, что эти «животные», как их тогда окрестил ректор, разложили на столе его сына омегу и устроили там секс-марафон, забавляясь так, что ректор сначала покраснел, а потом побежал в уборную, осознав, что он увидел. Эти двое трахали его сына, а тот кричал и стонал: «Ещё, давайте, глубже, меня так альфы не трахали, как вы. Ещёёёёё!!!».       С сыном состоялся весьма обстоятельный разговор, и пришлось перевести бедолагу, мало того, что в другой университет, так ещё и увезти его в другой город, ведь надо было спасать. Спасать его «честь», как ректор наивно полагал, от этих двоих, но то, что сынок ректора был омега не первой свежести, по словам Чона и Кима, подлило масла в огонь при отчислении. Тогда их выгнали почти со скандалом, но один, ладно, пара звонков от родителей — и вуа-ля. Они снова продолжают учиться в стенах университета и прижимать юных омежек первокурсников к этим самым стенам.       Намджун никогда не видел этих омег у себя на занятиях, а уж тем более тренировках, хотя имя Чон Чонгук он вроде слышал. Намджун вспомнил этого омегу на одном из занятий, с которого как раз и выгнал его с криками. Даже под угрозой увольнения он добился у ректора запрета для Чонгука на посещения его предмета и тренировок соответственно. — Тренер, а я правильно ножку тяну? Ох, а вы шалун! Вы так смотрите на меня. Я омега свободный. А что вы вечером делайте? Так хорошо я тянусь? Чонгук, наклоняясь вперед, сгибался пополам, оголяя филейную часть ноги. И смотря снизу на Намджуна, спрашивал: — Вам нравится моя п-п-п-попа, оппа? — ехидно улыбаясь.       Намджун потряс головой, вытряхивая воспоминая о той тренировке. — Ну, вы тут пока поговорите, только без глупостей мне тут, — грозя пальцем, альфа косился на омег. — Теперь от Ким Намджуна зависит ваше будущее: доучитесь вы тут или ваши родители будут опозорены вашим исключением. Последним в этот раз. И запомните: ни одно учебное заведение Кореи вас не примет! Ни за какие деньги! — Ну вы же приняли, — смачно лопнув пузырём от жвачки и демонстративно собрав остатки языком с губ, наматывая остатки на пальчик, хохотнул Чимин. — Пак Чимииин! — раздался вопль ректора. — Да ладно, ладно, понял я. Я хоть и красивый, но не тупой же, ну.       Откланявшись, ректор вылетел из тренерской, оставляя офигевшего Намджуна и трёх похотливых омег наедине.       Намджун долго рассматривал троицу, прикидывая и вспоминая, где же он так нагрешил в своей жизни, что ему досталось такое наказание. Омеги смотрели в ответ.       Один — облизывая его глазами и добавляя блядское движение длинного языка, громко чавкал мятной жевательной резинкой, показательно надувая из неё огромные пузыри. Второй — смотрел вроде и сквозь Намджуна, но иногда прослеживалось и пошлое похмыкивание, а следом — недвусмысленные подёргивания бровям. Третий…       Пак Чимин — омега с в прямом смысле этого слова длинным языком и в физическом, и разговорном плане. Ну не скромный он был совсем, вот нисколько. В его лексиконе и не было слова скромность. Но это не значит, что он ложился под каждый член, нет. Хобби у него было такое — доводить альф до ручки приставаниями, а потом, когда эти ручки тянулись полапать его накачанный зад, бить по ним и вещать, что не для них он его, собственно, и качал.       Ким Тэхён — в состоянии амёбности с отсутствующим взглядом. Хотя больше с ищущим взглядом. Ищущим свой космический корабль, с которого его ссадили за озабоченные приставания к капитану, но он всё ещё надеется вернуться на свою планету. Он даже друзей просил позвонить космонавтам или Илону Маску, чтобы тот отправил его домой на одну из далёких планет. В заинтересованности в спорте Ким Тэхён замечен не был никогда.       Чон Чонгук — самый омежный из омег на их курсе. Нежность Чонгука поражала всех. Но смущала его недюжинная сила. Очень много альф нетрадиционной ориентации поплатились, зажимая Чонгука в стенах университета, а точнее, они к нему прижимались, ожидая властного альфу, но увы и ах! Были сломаны пара носов и даже ребёр. Ещё пару раз Намджун вспомнил, как вытаскивал разъярённого омегу из драк. За честь его дружков: Чимина и Тэхёна, но это было на первом курсе. К году третьему-четвёртому к этим троим уже не тянули ни ручонки, ни носы. — Итак! — Намджун решил, что молчание затянулось. Вы трое будете умирать у меня на тренировках и это вам будут не обычные тренировки, состоящие из бега и прыжков, как у всех студентов, нет. Вы у меня начнёте заниматься всеми видами спорта — от плавания до футбола за честь университета по программе олимпийской сборной, чтобы у вас не было времени заниматься ерундой.       Чонгук с Тэхёном опять издали смешки, но под грозным взглядом Намджуна и его феромоном притихли, хлопая ресничками и прижимаясь друг к другу, ожидали дальнейших слов.

***

      — Тэхёёёён, да что ж такое? Ты мяч должен отбивать ногами. Ноги — это то, чем ты передвигаешься по это бренной планете, — Намджун, белея и краснея, уже битый час объяснял трём омегам принцип игры в футбол. — Но он катится на меня, и как я его? А ноги… А вы знаете, с какой я планеты? — услышав про планету, спросил Тэхён.        Расставив ноги, он следил, как мяч прокатывается между ними, и, наклонившись вперёд, смотрел теперь на мяч, который катился в ворота, но уже вверх ногами. Тэхён в испуге чуть не завалился вперёд, когда у себя между ног увидел Чонгука, присевшего на корточки рядом. — Земля вызывает Тэхёёёнааа, — кричал Намджун. — О Боги пресвятые. Вы меня доконаете. Чимин, иди на ворота становись, будем из тебя голкипера делать. — Ой, тренер Намджун-хён, а это не больно? — хохотнул Чимин. — К-к-каакой я тебе хёёён? — взревел Намджун. — Соблюдай субординацию со мной, я не один из твоих альф. — Хм. Подумайте-ка, какой нэжный, — бормотал Чимин уходя к воротам. — Я слышу тебя, Пак. — Я знаю, тренер. — А ну, быстро на ворота.       Омега, не спеша и слегка пританцовывая, прошествовал сначала за своим рюкзачком на трибуны, а потом уже к воротам. Потому что ему с детства говорили, что приличные омеги не торопятся, про приличия Чимин уже решил не запоминать. Схватка на поле ожидалась весьма впечатляющая. Омеги с филфака испуганно жались к своим воротам, стоило только Тэхёну посмотреть в их сторону. Следующий вой Намджуна раздался минут через десять ожесточённой борьбы за мяч. — Чимиииин, мяяч… — Подождите тренер у меня ещё лак не обсох, — Чимин показательно стоял, опершись о футбольные ворота, подогнув одну ножку и сложив губки уточкой, дул на ногти, пытаясь высушить только что нанесённый лак.       Намджун, стоя в ступоре, прожигал омегу проклятиями, но вслух не выражался. — ЛААААК??? От-ку-да, па-пу тво-его за ла-пы, у те-бя тут лак? — с уже дёргающимся глазом шипел Намджун, разделяя слова на слоги. — Как откуда? Из рюкзачка, — Чимин показательно потряс белым рюкзаком свободной рукой, не переставая дуть на пальчики. — Вы там с мячом бегаете все, а мне тут скучно, вот решил лак обновить на ногтях. А что, моя очередь бить по мячу? Урраа!       Намджун тяжело вздохнув, накрыл лицо ладонями и, подняв глаза к небу, тихонько простонал. Чонгук, подходя к Чимину, улыбнулся и, рассматривая нанесённый лак, прошептал: — Как думаешь, сколько еще продержится тренер Ким? Мне уже стоит ему открыться? — С чем открыться, Гук~и? Ты что, втюрился в тренера? Вы же с пришельцем по омежкам, или я что-то путаю? — Чимин, забыв дуть на ногти, завис, рассматривая друга. — Чонгук, это очень странно, даже для тебя! — Ну тянет меня к нему. Сам удивляюсь, — Чонгук пожал плечами и пошёл в направлении тренера лёгкой пружинящей походкой. — Чего тебе, Чонгук? — не отрывая взгляда от неба, простонал Намджун. — Тренер, я тут подумал… А откуда вы видите, что я к вам подошёл? Вы… вы тоже это чувствуйте?       Намджун перевёл удивлённый взгляд на омегу: — Гуки, солнышко, давай ты не будешь этим заниматься, а то я боюсь из-за задумок вашей троицы мне понадобиться помощь доктора. — Вам так плохо, тренер? — Чонгук с беспокойством в глазах потянулся ко лбу альфы. — На ворота, Чонгук, иди ты на ворота. — А Чимин? — А Чимин… лак пускай досушивает, он хотел за мячиком побегать, так пускай побегает. А где Тэхён? Где это чудо внеземной цивилизации?       Намджун пробежался взглядом по полю и окрестностям, высматривая омегу. Заметив его, он опять закатил глаза, так как Тэхён ожидаемо зажимал какого-то омежку у стены здания бассейна. — КИМ ТЭХЁЁЁН! — громогласный рык разнёсся по футбольному полю, заставляя всех омежек в радиусе кампуса с тихим стоном поджать невидимые хвостики и свести коленки от возбуждения.       Чмокнув в щёку обомлевшего омежку, Тэхён двинулся в строну рыка неспешным шагом, пошло улыбаясь. — Тренер. Вы меня звали, да? — растягивая намеренно слоги и улыбаясь, проворковал омега. — Ты где должен быть? — рычал Намджун. — На поле, а не кадрить омежек. Омежек??? О, пресвятые волки! — Тэхён, Чимин, тут бегать надо, за мячом. Да, что такое происходит, почему вы ходите? Вы же не Российская сборная по футболу, честное слово!. Что за походка от бедра? Вы меня с ума сведёте! — надрывался Намджун. — Тренер, тренер! — кричал Чонгук из ворот, боясь сделать оттуда шаг. А почему вы на мои бёдра не смотрели, а на их смотрите? Это что за дискриминация? Посмотрите на меня, тренер! — Чонгук, изогнувшись и поднимая брючины шорт, демонстрировал накачанные бёдра.       Откуда-то сбоку донёсся одобрительный свист и восторженные крики: — Да, Чонгук-и, покажи свои ножки!       Чонгук, развернувшись в строну свиста, заметил компанию альф из команды по регби. — Я вам глаза выдавлю и ручонки ваши похотливые оторву! — рыкнул Чонгук, показывая альфам средние пальцы и с тоской смотря вслед уходящему Намджуну. — Тренировка окончена, — уже обращаясь ко всем, сказал Намджун и, не прощаясь, направился в сторону здания бассейна.       И таких тренировок было ещё много. Намджун уже ненароком начал посматривать в сторону храмов по дороге в университет. Ну, мало ли где нагрешил. Следующими тренировками он решил сделать плаванье. «Может, хоть там будут выматываться эти чудовища», — думал Намджун, смотря на настенный календарь в тренерской и подсчитывая дни до окончания своего наказания омегами.

***

      Плавание оказалось ещё более убийственным для проверки выдержки Намджуна. Нет, омеги с превеликим удовольствием шли на эти тренировки. Особенно Чонгук. Уж там он демонстрировал все свои способности. — Это что на вас надето? — ошарашенно смотрел Намджун на омег. — Я вас спрашиваю. — Тренер, это называется купальные плавки, — вращаясь вокруг своей оси, щебетали омеги.       Чонгук намеренно разворачивался задницей к Намджуну, на что альфа лишь закатывал глаза. — А ну прочь отсюда, в этом вы тренироваться не будете! Шорты. Только купальные шорты. Время пошло. Или вы хотите отрабатывать всё бегом по стадиону? — Я бы отработал всё на профессоре Мине, но он запретил к себе приближаться, — Чимин, надув губки, развернулся и пошёл в сторону раздевалок. — Пак Чимин, избавь меня от своих фантазий… — Тренер, а хотите узнать мои фантазии? — не терял надежду Чонгук. — Вон, я сказал! И Пришельца своего заберите, а то он сейчас слюней напускает в бассейн от вида омежек. Жду вас через пять минут в нормальных купальных шортах, а не в этом, — хлопая дверью тренерской, рявкнул альфа.       Если честно, то Намджун уже давно лелеял одну надежду. Ну как лелеял… Он понял, что совладать с этими чудовищами в одиночку он не сможет, пора вызывать подкрепление… «Джиин, я заебался с этими клоунами. Пожалуйста, — почти подвывал в трубку Намджун. — У нас место тренера освободилось, а ты как раз не работаешь больше в сборной страны. Браат, спаси-помоги, а то я сяду за тройное убийство!» —именно такое сообщение прослушал на своём телефоне Ким Сокджин.