Последние сумерки

Глава 3. Цветы сада.

Переводчик тг: smileonlytogod

Редактор: @sin_ang

Переводчик: YaminiRevva_02

Бескомпромиссный звук открывающихся штор разбудил юношу ото сна. Лучистый свет солнца вошел, чтобы еще раз подтвердить, что начинается новый день. Что касается властного человека, который косвенно пришел разбудить его, то о своем прибытии объявил не кто иной, как Мок, новый помощник семьи. Дей почувствовал знакомый запах сигарет, достигший его носа. Вероятно, он курил какое-то время, но это было не очень сильно, это было скорее мягкое напоминание о том, что он курильщик, но это не раздражало. Это было похоже на духи, но запах был не очень пронзительный. «Пришло время закапать глаза глазными каплями». — Мок напомнил ему, смеясь. «Я знаю. Перестань вести себя как человеческий будильник.» Он жаловался, что новый помощник, которого он раньше никогда ясно не видел, беспокоил его гораздо больше, чем он когда-либо думал. Если бы на месте Мока был кто-то другой и с ним поговорили бы резко, он бы точно рассердился. Некоторые даже подали в отставку в первый же день. Но с Моком все было совсем иначе. Даже если он и ругался, это было все равно, что делать это, прислонившись к стене. Если Дей говорил с ним саркастически, он отвечал шуткой. Для Дея было неправильно иметь дело с такими людьми. Более того, он продолжал приходить к нему и приказывать ему делать то и это. Сначала он сопротивлялся, но чем больше он сопротивлялся, тем труднее становилось, потому что другая сторона никогда ни перед чем не уступала. Он почти дошел до того, что отвел его в ванну, хотя и не хотел. «Дай мне это.» Молодой человек протянул руку, чтобы получить флакон с каплями, который затем передал ему Мок. Его роговица все еще работала, хотя и не очень хорошо, а глазные капли помогли регулировать внутриглазное давление и обострить зрение. В течение первых десяти секунд после их применения он мог видеть изображение почти более четко, как будто все аномалии его роговицы были всего лишь сном. Но это длилось всего десять секунд, поэтому Дэй положил лекарство и встал с кровати, привычно пройдя в угол комнаты. «10… 9… 8… 7… 6…» Мир осветился после того, как две капли лекарства коснулись роговицы. Дей посмотрел на большой круглый стеклянный аквариум перед собой. Круглая, пухлая золотая рыбка плавала туда-сюда, словно здороваясь, вместо того чтобы пожелать доброго утра. Он рассыпал приготовленные им кормовые гранулы в воду, наблюдая, как большие рыбы подплывают и с радостью ловят их. «5, 4, 3, 2, 1…» Дей пытался вспомнить движения единственного домашнего животного, которое у него когда-либо было в жизни. Он вставал каждое утро, чтобы накормить его, и любил его, как хозяина. Было много ночей и столько же дней, когда ему хотелось просто заснуть, не просыпаясь, и именно это каждый день вытаскивало его из постели. «0…» Потом вся панорама исчезла и снова стала облачной. Пухлая золотая рыбка превратилась в тускло-оранжевую массу, плавающую в круглом контейнере за водной завесой. Он испустил долгий вздох. Хотя эта ситуация повторялась каждый день, все равно было трудно смириться с тем, что все уже не так, как прежде. «Как его зовут?» «День прозвища. Зарегистрированное название: Данай Нат. Фамилия Копранопкун, двадцати лет, вам тоже нужен мой идентификационный номер?» «Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе, какой ты милый?» — Мок говорил тихо, вызвав смех Дэя. Он долго смеялся от души, прежде чем это постепенно превратилось в странное ощущение. Как давно он так смеялся? Сколько дней? Сколько месяцев? Может быть, год? После дня, который навсегда изменил его жизнь. «Дзинсей» «Что это значит…?» «Жизнь.» Дей ответил спокойно, и это вызвало тишину, сделав атмосферу в комнате гнетущей. Молодой человек и сам не мог понять, о чем думает собеседник. Что именно происходило? Но вскоре он услышал странный звук, похожий на звук рук, трущихся о стеклянную витрину. «Я думаю, твой Дзинсей вот-вот умрет», — спокойно сказал Мок. «Что?» — не понимающе спросил Дей. «Вода очень грязная, камни покрыты водорослями. Вы когда-нибудь чистили его раньше? Твоя золотая рыбка умрет слишком рано», — пожаловался Мок, потирая руку о его одежду после того, как вытащил ее из аквариума, как будто он был раздражен. «Быстро помойте его. Чего же ты ждешь?» Дэй пожаловался: «Я тоже ухожу. Если ты этого не сделаешь, моя рыбка умрет, или ты умрешь первым» «Разве ты не говорил, что не покинешь спальню?» — Этот голос был саркастичным. «Скучный.» Дей подтолкнул его, чтобы тот поторопился достать аквариум с золотыми рыбками и позаботиться о нем. Тогда Мок поставил стол в центре сада и расчистил его, чтобы Дей мог сидеть неподалеку. Делая все это, Мок продолжал говорить и описывать действия, которые он совершал, и Дэю не приходилось спрашивать, убирают ли дом с золотыми рыбками. Он сказал ему, что полирует камни, а затем меняет воду, чтобы образ в голове Дея был четким в соответствии с тем, что говорил ее голос. Это пробудило в его сердце какие-то чувства. Мок был резким человеком, который почти всегда хотел оставить за собой последнее слово в разговоре… Но он также был человеком, который всегда пытался поставить себя на место других людей. «Я закончил», — сказал Мок примерно через тридцать минут. Дей подошел ближе, пока его лицо не оказалось почти напротив стеклянного аквариума. Изображение казалось немного более четким, чем раньше, он мог видеть, как его любимая золотая рыбка плавала, счастливо приходила и уходила. Вероятно, он был рад, что кто-то взял на себя уборку его дома, превратившегося в болото, и по этой причине плавал без остановки. «Отведи меня обратно в мою комнату» «К чему такая спешка, чтобы вернуться внутрь?» — спросил Мок, не интересуясь отданным приказом. «Цветы цветут. Эта атмосфера определенно лучше, чем та темная комната, там всякие цветы. Я не понимаю, почему тебе так нравится сидеть в своей комнате». «Мое собственное дело.» Молодой человек нахмурился, расстроенный тем, что его критикуют за его личные дела, но вместо того, чтобы рассердиться, Мок сделал наоборот, он просто рассмеялся от удовольствия. Он на мгновение отошёл, схватил его за руку, открыл ее и положил внутрь цветок. «Понюхайте его, и ваше разочарование уйдет» Хоть он и не хотел подчиняться приказам своего помощника, ему пришлось признать, что атмосфера в саду была действительно приятной. Поскольку у него было ограниченное зрение, молодой человек заперся в своей комнате, практически отказываясь выходить на улицу без крайней необходимости, выходя из дома только тогда, когда ему нужно было пойти на прием к врачу. Дей решил позволить времени течь медленно, вдыхая запах цветов, вроде того, что был у него в руке, даже если он не мог его видеть или знать, какой именно. «О, Дей уже вернулся из Америки? Найт, почему ты мне не сказал?» Вдруг послышался женский голос, вероятно, недалеко от них, он, казалось, доносился из коридора, соединявшегося с входной дверью. Дей вспомнил, что это был голос друга Найта, и вдруг глубоко внутри него возникло плохое предчувствие: он не хотел больше здесь находиться. Никто не знал о проблеме при виде его, потому что, если бы она была известна, он хорошо знал, какое чувство она вызовет у каждого, и это было то, что он ненавидел больше всего… Сострадание. «Отведи меня обратно в мою комнату…» «И…» «Сейчас!» Его голос был резким и полным гнева, можно было почувствовать срочность момента. Мок подошел к нему и взял его за руку, чтобы он мог держаться за руку, спеша уйти оттуда, при этом он чувствовал, как крики становятся все ближе и ближе, как будто они приближались к ним. Он знал, что Найт, вероятно, пригласил своих друзей. Затем громкие голоса вдалеке смешались с голосами Найт, которые, казалось, пытались контролировать и успокоить ситуацию. Но молодого человека это уже не волновало, ему просто хотелось поскорее уйти оттуда, подальше от всех, кто мог бы его пожалеть. «Оставь меня в моей комнате и не входи, пока я тебе не позову», — приказал Дей резким, бесстрастным голосом. Он чувствовал растерянное выражение лица Мока, но это было поводом для беспокойства, ведь Мок был всего лишь помощником, как и все остальные, он оставался там лишь на короткое время, чтобы выполнить свою работу, а затем уходил. Ему не нужно было знать его или разделять его чувства. Мок был таким же человеком, как и любой другой, вот и все. «Уходи…» — повторил молодой человек, заставив другого не решаться уйти. Оставив аквариум на месте, Дей закрыл дверь за Моком и вернулся в темную комнату, свой личный мир. Сначала он закрыл окна, взял полотенце и пошел в ванную принять душ. Ему нужно было очистить голову и освободиться от дискомфорта, который он чувствовал. Дей погрузился в ванну, включил тихую музыку, сложил единственное полотенце, которое у него было, и положил его на край в качестве подушки. Он позволил воде окутать себя и почувствовал облегчение. Его тело было легким, и он не чувствовал себя пойманным ничем, кроме воды. Его дыхание замедлилось, а сердце забилось от всевозможных эмоций. Юноша глубоко вздохнул, расслабился, все прояснил и потихоньку начал засыпать… Вдруг он услышал стук… казалось, что звук доносился откуда-то очень далеко и приближался. Этот громкий шум заставил молодого человека, который заснул в воде, в страхе проснуться. Недалеко от него в ванной послышалось чье-то тяжелое дыхание. Дей быстро схватил маленькое полотенце, чтобы спрятать свое тело, но, вероятно, оно было бесполезным. «Кто?!» Наступила тишина. «Я спросил, кто это?!» «Это я… Мок». Этот ответ был похож на ведро холодной воды, обрушившееся на тело молодого человека, обмочив его с головы до ног. Кто думал, что Мок такой? По какому праву он вошел в ванную? И, прежде всего, кто, черт возьми, позволил ему увидеть себя обнаженным? «Я боялся, что с тобой случилось что-то плохое. Я долго стучал, но ты не отвечал. У меня нет ключа, поэтому я выломал дверь, чтобы войти… Я боялся, что это чрезвычайная ситуация». Вероятно, это был первый раз, когда Дей услышал, что голос Мока не был резким или хриплым, как обычно, а явно полон вины. Но это было противоположно тому, что чувствовал Дей. Какова бы ни была причина, его сердце больше не могло слушать. Оно билось неконтролируемо, все быстрее и быстрее, настолько сильно, что казалось, что оно может взорваться в любой момент, превратив его в шар ярости, который вот-вот выльется против того, кто заставил его довести до такого унизительного состояния. «Я хочу, чтобы ты убрался из моего дома, немедленно!»