Я не человек. Я робот.

Вечером, когда работа уже о закончилась, Намджун вернулся домой. Он ожидал найти своих друзей в расслабленном состоянии, однако увидел лишь крошечный кусочек реальности, отразившийся в прошедшем дне. Юнги с Чонгуком проспали почти весь день, и их пробуждение совпало с приходом Намджуна. Намджун, заметив их пробуждение, с лёгкой иронией задал вопрос: — Доброе утро. Выспались хотя бы? — Ну, немного… — устало отозвался Юнги, Затем последовал вопрос, который, казалось, повис в воздухе, как грозовая туча. — А теперь вопрос. Что дальше будете делать? — Мы скрылись от военных и находимся под защитой зоны. Будем дальше просто жить. На его уверенность Намджун лишь рассмеялся: — Ты серьёзно? Жить неподалёку от взорвавшейся АЭС, в месте, где полно радиации, и где ничего нет? Только учёные, которым есть чем заняться. А вот вам… чем вы будете заниматься? Тишина, словно хамелеон, заползла в их разговор, и проклятые вопросы стали невыносимыми, заставляя каждого из них задуматься, не обманули ли они себя. — Ну что предлагаешь? — резко откликнулся Юнги, борясь с раздражением. — Если ты такой умный, предложи своё «спасение». Напряжение нарастало, и слова, как острые лезвия, резали воздух. Намджун не знал, что сказать. Его взгляд метался между злостью, горечью и непониманием. Они оба были не правы, и это понимание лишь подогревало конфликт. — Во, тоже нечего сказать, — с горечью продолжал Юнги. — Ты сидел, сложа руки и не боролся за свою судьбу. Вот поэтому ты здесь оказался. Слова, сказанные с упрёком, отразились в молчании Намджуна. Чонгук, предчувствуя, что дело может дойти до драки, стремительно сел между ними, пытаясь разрядить ситуацию. — Может, не надо ссориться? — его голос прозвучал, как тревожный звон. — Нам всем нужно найти выход из этой ситуации, а не ссориться с другом другом… Но его слова потерялись на фоне телефонного звонка. Намджун быстро вышел из комнаты, оставив их одних. Юнги опустил голову, схватившись за волосы, прошептал: — Чёрт, мы влипли, и это моя вина… Чонгук хотел было сказать, что всё это началось из-за его обращения за помощью к Юнги, но в этот момент в комнате появился Джун. — Ты прав, Чонгук, лучше не ссориться. У меня есть план, как отсюда выбраться. В его словах витало что-то, заставившее Юнги усомниться в здравом смысле этой идеи. — Серьёзно? Или ты решил пошутить над нами? — воскликнул он, восставая со своего места. Юнги схватил Намджуна за майку, прижав к стене, его лицо выражало всю гамму эмоций: ненависть, злобу, отчаяние. На мгновение все замерло. Этот момент был их внутренней борьбой, пусть и непостоянной, но она была в их сердцах. Взгляд Намджуна встретил разгневанный взгляд Юнги. Чонгук быстро подскочил сзади, и оттащил Мина, стараясь предотвратить дальнейшие разборки. Он аккуратно, но решительно отцепил Мина от Джуна и, оттолкнув его немного дальше. — Тихо, — произнес он, стараясь говорить максимально спокойно и уверенно. — Давайте реально без драк. Нам это сейчас не к чему. Мы все находимся в непростой ситуации, и лишняя агрессия только усугубит её. Юнги, прошу, пожалуйста, будь спокойнее и постарайся не реагировать так эмоционально. У Намджуна есть план, и если он что-то задумал, то, возможно, это действительно стоит выслушать. Лучше обсудить всё спокойно, а уже потом принимать решение, соглашаться или нет. Окей? Юнги, поняв, что напрасные ссоры ничего не решат, молча кивнул, демонстрируя, что готов выслушать. Он вернулся на своё кресло, чувствуя внутренний конфликт: с одной стороны, он не особенно хотел слушать Намджуна и задумываться о его планах, но с другой — понимал, что сейчас это единственный способ разобраться в ситуации. Намджун выдохнул, осознавая, в каком странном и напряженном положении они оказались. То, что произошло между ним и Юнги несколько минут назад, было шокирующим. Особенно после того, как его эмоциональный порыв чуть не привел к драке. Теперь, когда накал страстей утих, внезапно стало страшно говорить. Казалось, любое слово могло спровоцировать новую бурю. — Ну, говори, — подтолкнул его Юнги. Он всегда не мог сидеть в тишине, и сейчас это было особенно заметно. — В общем, мне позвонили. Нужно привезти новое оборудование на АЭС, и решили поручить это мне, — начал Намджун, собирая мысли. — Надо будет одеться в специальную одежду и выйти к выезду из города. Там будет машина. Мы можем ночью к ней подойти и сесть, а потом уехать совершенно в другом направлении. Джун замер, надеясь на поддержку Юнги. Его взгляд ждал ответа, тот момент, когда решение будет принято, когда закончится это относительно спокойное время выбора. — Джун, нам с Чонгуком надо подумать. Ты пока можешь идти спать, — сказал Юнги, что не произвело на Намджуна особого эффекта. Он ожидал этого ответа, поэтому лишь опустил голову и вышел из комнаты, оставив за собой тягучую тишину. Как только дверь закрылась, Юнги нарушил тишину, произнеся: — Мне что-то не нравится план. И тот факт, что он согласился, хотя раньше спорил… — Да нормальный план, — парировал Чонгук. — Это ты просто злой сейчас после ссоры. Опираешься на чувства. А надо размышлять разумно. — Возможно, ты и думаешь умом, — сказал Юнги, — но я привык полагаться на чувства. Если бы не они, ты не был бы здесь сейчас, и я бы тебе не помогал ценой своей мирной жизни. Эти слова, полные глубокого смысла и искренности, заставили замереть Чонгука. Он понимал, что за каждым выбором стоят не только логические доводы, но и эмоции, которые часто становятся ключом к важнейшим решениям. Слова Юнги резонировали в его сознании, и он, наконец, решил, что необходимо действовать следующим образом. — Пойду, вещи заберу с мотоцикла, — произнес Юнги. Парень ушёл, а Чонгук остался наедине с мыслями. Юнги в чем-то прав. Нужно опираться не только на ум, но и на чувства. Да, Чонгук привык по-другому, но это, потому что он киборг. Робот, который немного похож на человека, но не человек. Или всё же человек? Если бы Юнги видел в нём бездушную железяку, то точно не помог... Или не от этого зависит помощь? 4 часть Почти целый день ушёл на сборы. Намджун старательно собирал всё самое необходимое для предстоящего путешествия. Аптечка, еда, запасная одежда — каждая мелочь, казалось, имела огромное значение в условиях нестабильной ситуации. На фоне этой серьезной подготовки ему вновь приходилось обрабатывать руку Юнги, на которую оставила свой след злая собака. — Надеюсь, не будет заражения. А тогда точно будет плохо, — произнёс он, осторожно смазывая рану антисептиком. Юнги лишь кивнул, осознавая всю серьезность момента. Но его лицо выражало не только боль, но и раздражение. — Да знаем. У тебя есть хоть какое-то оружие? — с нарастающей тревогой спросил Юнги. На вопрос Намджун только вздохнул. — Нет. Откуда у учёного? — Это плохо. Как мы, по твоему, будем от погони уходить? — На машине. Зачем оружие? Не понимаю, — ответил он, явно не осознавая всей серьезности ситуации. — А затем, что я из окна могу им по колесам пострелять и всё. Они нас не догонят. И для защиты. Не ножом кухонным я буду драться, — настаивал Юнги, прогоняя страхи о возможной встрече с преследователями. Казалось, Намджун никак не мог прийти в себя после этой новой информации. — Не знаю, где брать. Только если у военных. Но как ты возьмёшь? — Дождёмся ночи, ночью попытаюсь незаметно взять, — уверенно произнёс Юнги. — Как?! — воскликнул Намджун. — Как как. Что за вопросы? Я вор, и я умею взять любую вещь незаметно и тихо. Не нужно сомневаться в моих способностях. Прощаясь с дневным светом, вечер незаметно овладел городом. Джун, уставший от ожидания, направился к выезду, где его ждала старая маршрутка, потёртая жизнью и временем. Эта машина, как казалось, хранила в себе множество историй, но сейчас она стала только средством для осуществления задуманного. Ночь окутала все вокруг своим тёмным одеялом, когда к месту сбора пришёл Чонгук с вещами. В это время Юнги был занят поисками. Он крался по территории, стараясь не привлечь внимания. Его задача была ясна — найти пустую машину солдат и выкрасть оружие. Хотя собаки были на привязи, он прекрасно понимал, что одна неправильная ошибка может разрушить все планы. Чувство ожидания подсказывало ему, что в этот момент удача может повернуться к нему лицом. И именно в этот момент она действительно улыбнулась. Юнги заметил открытую машину, внутри которой не было ни души. Это был его шанс. Он быстро забрался внутрь и начал поиски. Внутри на заднем сиденье его ждали пистолеты. Юнги, опытный в таких делах, понимал, что больше, чем четыре пистолета и две коробки патронов в толстовке не унести. С хладнокровием человека, который знавал, каковы настоящие ставки, он схватил всё, что мог, и, вернувшись в тень, выбрался на улицу. Когда он направлялся к Джуну, его не покидала тревога. Что-то было не так. Его ощущение неуклонно говорило о том, что всё происходит слишком гладко. В мире, где каждый шаг превращался в испытание, где ему приходилось пробираться сквозь преграды и трудности, такая легкость вызывала настороженность. Или сейчас было не то время для действий, или впереди ожидала буря, готовая обрушиться на них с новой силой. Юнги стал собираться с мыслями. Он знал, что настоящие испытания еще впереди, и намеревался к ним подготовиться. В этот момент он понимал одно: в тишине всегда скрывается что-то более глубокое, и именно эту тишину он ощущал вокруг себя. Это ощущение нагнетало ситуацию, заставляя его быть в постоянном напряжении. Собравшись с мыслями, он направился к Джуну, осознавая, что с каждым шагом они приближаются к неизбежному столкновению с теми силами, которые, казалось, оставили их в покое. Однако ничто не могло остановить его — ни страх, ни предупреждения внутреннего голоса. За несколько дней они добрались до Мексики, обманув судьбу и разнообразные трудности, которые поджидали их вдоль всего маршрута. Пересечению границы способствовал дипломатичный талант Намджуна — человека, который стал оплотом спокойствия в центре этого хаоса. Без него, скорее всего, они оказались бы за решеткой, погруженные в неясные разбирательства на границе. На заднем сиденье машины, Юнги внимательно следил за дорогой, хотя у него было желание помочь — он не раз пытался помочь, но его раненая рука напоминала о необходимости бережного отношения. Рука почти зажила, и главное было не допустить рецидива. В этой скучной поездке Юн учил робота — играть в карты, а также основным жизненным навыкам, которые, как выяснилось, не были частью его программирования: от матерных слов до обращения с оружием. Эта дорога послужила тем, что они обсудили все возможные темы и, как ни странно, смогли догнать норму сна на двадцать лет вперед. Однако реальность снова напомнила о себе, когда бензин стал заканчиваться. Пришлось действовать, и Юнги взял на себя роль водителя, решив отыскать заброшенный дом, чтобы спрятать машину от посторонних глаз, пока они не найдут способ восполнить запасы горючего. — Все. Приехали.— произнес Юнги, устремляя взгляд на старый, покосившийся дом, который выглядел как-то забытый временем. — Хозяина, надеюсь, нету. Потому что, судя по виду, дом заброшенный. — подметил он, выходя из машины. Осмотревшись по сторонам, Юнги достал отмычки, готовясь вскрыть замок на калитке. Но вдруг она открылась с внезапным скрипом, прямо перед ним. Мин чуть не грохнулся из-за этого. — Добрый день. — произнес Юнги, слегка растерянно поднимая глаза на мужчину перед собой. И пряча при этом за спиной отмычки. — И вам. Зачем приехали? — натянуто ответил незнакомец. — Да вот такая ситуация случилась с нами. Нам нужно ехать дальше, а бензин кончился. — объяснил Юнги, пытаясь спрятать нервозность под расслабленным тоном. — Скрываетесь что ли от кого-то? — тут же спросил мужчина, прищурившись. — В смысле? — недоумевал Юнги. — Да в прямом. По вам не скажешь, что вы путешественники. Скорее преступники, которые в бегах. — заметил собеседник. — Мда... Вы весьма догадливы. — признался Юнги, осознавая, что их обман не сработал. — Ну, так что? Расскажете? А то может вам помогать опасно для жизни. — с настороженностью спросил незнакомец, его взгляд заострился на Юнги. Последний был, скорее всего, в этой ситуации самым опытным, и именно он отвечал за своеобразный «рычаг» группы. — Да придется. Только поможете?— спросил Юнги в ответ. Мужчина кивнул, подтверждая свою готовность помочь. Никаких фальшивых обещаний, только искреннее желание помочь. Они все вместе направились к дому, а по дороге рассказали друг другу все события, произошедшие за последние дни. — Ну и история. Хоть фильм снимай! — воскликнул мужчина, слушая их рассказ с явным удивлением. Его лицо выражало неподдельный интерес к тому, что они пережили. Однако у них нет времени на свершения фантастических историй. — До фильма еще рано. Нам главное подальше от Штатов уехать. Потому что Мексика, ну это слишком близко. — сказал Юнги с явной тревогой в голосе. Незнакомец, с недоумением покачав головой, добавил: — Да в Мексике скрываются все преступники США. Так что можете скрываться сколько хотите. Я вон скрываюсь здесь 20 лет. Эта фраза озадачила Намджуна. — Ого. А вы, по какой причине? — спросил он, взглянув на него с интересом. Мужчина загадочно улыбнулся. — Ну как сказать... Ты знаешь легенду об украденном солнце? — Её знает каждый вор. Эта ведь та про вора, который украл на один день солнце? — усмехнулся Юнги, будто его спросили о чем-то простом и обыденном. Он лишь кивнул. — Вот именно... Вы не догадываетесь, к чему я веду? — Нет, к сожалению... — как бы оправдываясь, произнес Юнги, его шутливое настроение вдруг сменилось любопытством. — В общем, перед вами стоит живая легенда. Ким Сокджин, вор, который украл солнце. — Его голос звучал гордо, а взгляд был полон хитрости. Юнги застыл от удивления, Намджун переводил взгляд от Сокджина к Юнги. Чонгук лишь ждал объяснений с явным восторгом. — Чего? Реально, что ли? — воскликнул Юнги, его восхищение было неподдельным. — Да, это правда. Только насчет солнца. Я его не крал. Тогда было просто затмение, которое дало мне шанс украсть алмаз, под названием солнце. — Я слышал про разбор этого ограбления. Из-за затмения солнечные батареи перестали работать и отключились все электронные замки. Остались лишь обычные механические, которые было легко вскрыть. — с интересом заметил Намджун. — Так и было всё. Программу про это слушал, что ли? — отозвался Юнги, удивленный тем, как быстро его друг схватил суть произошедшего. — Новостные сводки. — коротко ответил Намджун, закатывая глаза. — Но тогда почему вы здесь? — спросил Юнги, заинтересованно уставившись на легендарного вора, Джина. Его интерес становился все более очевидным, когда он задал вопрос о том, что могло привести вора-легенду так далеко от родины. — Из-за алмаза появилась угроза моей семье. Я решил не рисковать жизнью близких и вернул алмаз. Для вора это позор — что-то украсть, а потом вернуть. Чтобы скрыться от позора, я уехал. Но как оказалось, Джон смог сохранить мое лицо, придумав эту легенду. Только вот с моими родными я не знаю, что. Когда я уезжал, то не оставил о себе данных, чтобы связаться и не взял их данные... — внезапно погрустнел Сокджин, опустив голову. — Жаль, что так получилось. — тихо отозвался Юнги. Концовка этой легенды совсем не радовала его. Среди тишины, Намджун, полон решимости, произнес: — А мы ведь можем найти информацию? Чонгук, ты можешь найти информацию о человеке? — в его голосе звучало искреннее желание помочь другу. — Могу, мне главное хотя бы имя знать, — мгновенно ответил Чонгук, его глаза блеснули от желания помочь. Потому что он хотел оправдать своё предназначение, что ему дали учёные. Роль безжалостного убийцы, а не киборга, который способен на совершенно другое. — Чон Сун Хи. У неё точно сын. Ким Намджун. — быстро сказал Сокджин, возрождая в себе надежду. — Когда я уехал, ему было семь лет. Это всё, что знаю, ну и ещё что раньше жили в Чикаго, но, может, переехали куда-то. — Как вы сказали? — с недоумением переспросил Намджун, пытаясь осмыслить услышанное. — В смысле? — уточнил Джин, который, казалось, сразу же уловил, что нечто важное возникло в разговоре. — Ну, мою маму тоже зовут Сун Хи, но у неё фамилия Ким, — добавил Намджун, его голос стал чуть более уверенным. Он пытался разобраться в странном совпадении, которое, казалось, повисло в воздухе. — Вы в Чикаго живете? — спросил незнакомец, давая понять, что не собирается прекращать разговор. — Нет, мы переехали в Южную Каролину. Но раньше жили в Чикаго. — ответил Намджун, ощущая, как его сердце начинает биться быстрее. — Так это … — тихо произнёс Сокджин, его голос дрожал от напряжения. Он боялся озвучить свои догадки, но внутри него витала мысль, что это может быть правдой. И эта мысль была тяжелой. Он понимал, что и Намджун, и он сами понимают, какое значение эти слова могут иметь. По сути, перед ними стоял его родной отец, которого Намджун никогда не видел. Все замерли в тишине, понимая, что это случайное совпадение — не просто смешение имен, а событие, способное изменить их жизни. Они замерли, потерянные в своих мыслях и эмоциях, с трудом осознавая, что перед ними развертывается такая важная и неожиданная глава их жизни. — Чонгук, пошли в другую комнату. Им о многом надо поговорить, — прошептал Юнги, обращаясь к роботу. Они оба покинули помещение, оставив наедине.