Я не человек. Я робот.

Юнги только-только открыл глаза, как его внимание отвлек резкий крик. Резкий звук заставил его наскоро выскочить из комнаты и, хотя он не смог сразу определить, откуда доносится вопль, направился во двор. К его удивлению, все уже собрались на улице, он оказался последним. — Что произошло? — спросил Юнги, все еще пытаясь осознать, что случилось. — Это я хотела бы у вас спросить, — ответила Лиса, поворачиваясь к нему с озабоченным лицом. Она слегка отошла в сторону, указав на то, что лежало на земле. В тот момент его сердце замерло: там была собака, в которую он вчера выстрелил. — Лис... Я сейчас всё объясню... — Юнги попытался оправдаться, но не успел закончить свою фразу, как к нему с объятиями бросилась девушка. — Спасибо... — шёпотом произнесла она, прижимаясь к нему. — Спасибо, что застрелил её. Это собака отца, я её с детства ненавидела. И сейчас несказанно рада, что ещё одно упоминание о нём сдохло. Юнги был немало удивлён такой реакцией. Его ожидания, основанные на том, что её слова будут наполнены гневом и упреками, оказались напрасными. — Да пожалуйста. Я честно ожидал что-то другое, — тихо сказал он. — Что именно? — недоумевая, спросила Лиса. — Ну, крики: как ты мог убить собаку, это была моя любимая. Что-то в этом роде, — признался Юнги. Она лишь улыбнулась и произнесла: — Нет, я этого никогда бы не сказала. Спасибо. — Еще раз сжимая его в объятиях, Лиса направилась внутрь дома. Юнги, выходя из шока, повернулся к Намджуну, который наблюдал за всем с прищуром: — Давай уберем собаку. Похороним хоть на заднем дворе. — Давай, а то нельзя так оставлять. Чонгук, пошли с нами, яму копать поможешь, — предложил Намджун. Пока они копали могилу, в воздухе витала неясная смесь облегчения и лёгкой грусти. После того, как собака была похоронена, они вернулись в дом. — И так. Пока вы отсыпались, я составила некий план, — произнесла Лиса, с надеждой глядя на своих друзей. Её решимость, несмотря на сложные обстоятельства, была очевидна. Недавние события сделали её жизнь невыносимой, но теперь появился шанс на спасение. Лиса сказала, что у неё есть старший брат, с которым она общается только по особо важным вопросам. — Так сложилось, что он живет от всех отдельно. Вам лучше этой дребедени не знать, — добавила она, смущенно улыбнувшись. Юнги с неохотой кивал, понимая, что у каждого были свои тёмные уголки прошлого. — Сегодня ночью выезжаем и едем к нему. Дальше он нас перевезет в Аргентину, — уверенно произнесла она. — А почему именно Аргентина? — поинтересовался Юнги, недоумевая, почему именно эта страна манит их. Намджун быстро ответил: — Потому что эта страна меньше всего сотрудничает с США, и там будет легче укрыться и начать нормальную жизнь. — И там, кстати, скрывается мой брат. Сейчас он приехал в Мексику по делам и может нас с собой захватить, — добавила Лиса, её глаза блестели надеждой. Лиса, Юнги и Намджун провели оставшуюся часть вечера, готовясь к предстоящей ночи. У каждого была своя роль в этом рискованном предприятии, но самое главное — их объединяла общая цель. Ночное небо покрывало двор сотнями мерцающих звезд, когда Юнги, собрав свои вещи, вышел на свежий воздух расслабиться с сигаретой. Через мгновение за ним последовал Намджун, явно нервничающий и неуверенный в своих намерениях. — Юнги, постой, — тихо произнес Намджун, заставляя его остановиться. Юнги обернулся и, неосознанно, выдохнул облачко дыма прямо ему в лицо. — Ой, прости, — с искренним смехом произнес он, размахивая рукой, словно пытаясь разогнать не только дым, но и атмосферу напряжения. — Ну, так что ты хотел? Намджун, скрепя сердце, решился на важное признание. Он глубоко вздохнул и внимательно посмотрел на друга. — Я хотел в кое-чем признаться… — начал он, его голос дрожал от волнения. Слова, которые последовали, повергли Юнги в шок. Намджун рассказал о том, как ему раньше звонили из лаборатории с просьбой вернуть Чонгука и Юнги, чтобы «подыграть» им в опасной игре. Намджун, вначале покоряюсь давлению, исполнял их пожелания, но всё изменилось, когда он встретил своего отца благодаря Юнги. В тот момент его жизнь кардинально изменилась, и он понял, что не сможет предать тех, кто стал ему близок. — Я выбросил телефон, — прошептал Намджун, — но по геолокации они уже искали вас. Именно из-за меня нас чуть не поймали тогда на празднике… С каждым словом сердце Юнги все быстрее билось, смешивая предательство и понимание. Он чувствовал гнев к Намджуну, но при этом понимал, что тот испытывает угрызения совести и желает искупить свои ошибки. — Почему ты не сказал мне раньше? — спросил Юнги, его тон становился всё более тяжелым. — Я не знал, как… Я мучился с этим в себе, — ответил Намджун, опуская глаза. — Я не хотел бы стать причиной ваших страданий. Но теперь я с вами, я тоже хочу бороться с этой лабораторией. Потому что в некоторой степени из-за них и из-за своей ошибки, снова потерял отца. После его слов в воздухе повисло двоякое чувство. Намджун оказался и предателем, и раскаявшимся другом, который теперь с полной решимостью обрел новую цель. Юнги вновь закурил и, взяв паузу, выдохнул аромат сигаретного дыма, как будто в этом дыму скрывались все его сомнения. Ночь была полна загадок и противоречий, но в то же время она открывала новые горизонты. Теперь они не были одни — они стояли вместе в этой борьбе, противостоя зло, олицетворяемое лабораторией. — Хорошо, — наконец сказал Юнги, поднимая взгляд, — вместе мы справимся. После этих слов, Намджун смог поднять глаза и улыбнуться в ответ. Юнги потрепал его по плечу и они вместе пошли к машине.