Простой пиратский план

      У короля никак не получалось зачать наследника-альфу. Точнее, с большим трудом, у царственной супружеской пары появились на свет двойняшки-омеги, а после… Их папа потерял способность снова родить, его здоровье пошатнулось, а король слишком любил своего омегу, чтобы завести наложников и попробовать зачать наследника снова. Детей король особо не любил, на страну забил и посвятил себя выхаживанию любимого супруга.       С самого детства Джисон и Феликс росли с полным замком прислуги, но без родительского тепла. И могли положиться только друг на друга. Худо-бедно король исполнял обязанности, но мечтал уйти в отречение. Да не мог, пока его маленькие принцы не выросли до брачного возраста. Ведь омегам передать страну по дурацким законам нельзя.       Брат короля мечтал занять трон, но жениться на племяннике незаконно, а вертикальное наследование никак не отменяли. И вот решился на заговор: нанял команду пиратов с красавчиком Хёнджином, типа, для игры в принца соседнего царства. Который быстренько бы окрутил наивного, чистого и светлого Феликса и женился на нём. А в брачную ночь убил бы и развязал войну за трон, в которой «горевавший» дядя двойняшек спасал бы страну от захватчиков и становился королём взамен брата, сразу же отрёкшегося от престола после свадьбы старшего сына.       Джисона ждала ещё более печальная судьба, ведь младшего омегу, по договору, отправляли мужем в несуществующую страну, с явившимся якобы помощником Хёнджина. Но спектакль затянулся.       — Мой маленький принц…       — Уже не маленький и не принц, — недовольно буркнул Джисон. — Ты не жалеешь, что ваши планы?..       — Нашим планом было не захватить власть, а заработать денег. Нас и нанял этот придурок Джиу, чтобы тупо отвлечь внимание да помочь в битве за трон. Мы собирались после всего… Уехать на Тортугу и потратить заработанное. Простой пиратский план. Вот только в процессе я осознал, что всегда мечтал только грабить судна, быть грозой моря и свободным от скучной нищей жизни в рыбацком городке. А не это всё — с убийствами, властью и никому не нужным троном. Хёнджин съехал на эту тему спонтанно. У него есть пунктик про стать лучшим, богатым и править. Видимо, есть не только комплексы из нищего детства, но и способности к этому. Он увидел свой шанс, но даже мне это не рассказал. Халтурка затянулась, я влюбился в тебя, мне ещё сильнее перестало это всё нравиться, поэтому и слил правду вам с Феликсом. Да и не мог я по-настоящему притронуться к тебе, со всей этой ложью…       — Поэтому потом бросил?       — Я же не знал, что вы решите помочь Хёнджину стать королём. Оставил вам совсем другой план. Не подумал, что избавившись от одних захватчиков, вам придётся ждать других, потому что омега может быть принцем, но не королём. Вдруг, ты бы встретил кого-то более достойного, а не пирата, который тебя долго обманывал. Да и ты такой нежный, привык к…       — Разве я не доказал, что могу быть другим? А не изнеженным избалованным принцем в твоих глазах.       Джисон сначала злился на своего пирата, не понимал, но… Сам виноват, что его оставили. Ведь перед Минхо он всегда изображал уютно-домашнего омегу. Хан очень боялся напугать своим истинным характером. Альфа и так с трудом вёлся на соблазняющие провокации, никогда не позволял себе вольности и относился всегда с трепетом. Как такого вообще могли отправить кого-то соблазнять?! Джисону всё пришлось делать самому! Омега активно изображал беззащитность, нежность и наивность. Ладно, хоть невинность была при нём, а то он бы запутался в своих масках. Понравиться альфе безумно хотелось. Особенно, глядя на счастливого Феликса. Хан решил сам построить своё счастье, лишь раз встретившись с глазами, типа, помощника принца «соседнего» царства. Насмотрелся на Феликса — кроткость и чуткость в омегах ценили прежде всего. И пират быстро сдался, подарив много заботы, нежности и романтики. Подстраивался под Джисона, боялся навредить грубыми словами и неосторожными прикосновениями. Альфа не смог пройти мимо чужих жалобных наивных глаз и не влюбиться. А потом и вовсе сдался и выложил ошарашенному Джисону всю правду про себя.       До омеги не сразу дошло, что Минхо быстро разочаровался в этой сделке, раскаялся в своих действиях, не захотел таких кровавых денег, поэтому тупо бегал уговаривал Хёнджина не делать глупостей и свалить обратно в море, параллельно скрываясь от настойчивости быстро влюбившегося в него Джисона.       Но… Минхо не устоял перед с виду покладистым, но упорно его добивающимся, омегой, влюбился и растрепал про план дяди на захват трона. А потом гордо свалил в море страдать (лишь оставив своего помощника Чана и часть пиратской команды для борьбы с дядей). Но вот дурацкий Хёнджин решил забрать трон себе и не стал убивать Феликса (нет, конечно, альфа перед этим всё же позабавился с невинным омегой, соблазнил и влюбил в себя), но в брачную ночь не тронул и по-тихому избавился от всех подельников брата короля, засадив того в тюрьму за измену.       Минхо уплыл и даже не попрощался, потому что был уверен, что его маленький принц заслуживает лучшего, а никак не обманщика-пирата. Образ тихого и спокойного омеги, который Джисон изображал, чтобы понравиться альфе, совершенно по дурацки подвёл. Минхо не видел равного, того, кто осмелится пойти за ним в море, разделить кочевой образ жизни и пиратские приключения (о которых на самом деле давно грезил омега, начитавших романтичных книжек). Броситься в догонку и доказать, что он совсем не такой, было самым лучшим его решением. Собрать команду оказалось легко, достаточно было пообещать скучавшим омегам из публичного дома, горячих альф и приключений на пиратском корабле. А ещё он нашёл себе толкового старпома (ну, тот был другом, давно читал книги про пиратов и внезапно сам захотел посмотреть на морскую романтику и корабли).       — Чуть не кончил, когда тебя увидел таким! — против воли заулыбался альфа.       — Придурок, — стукнул его Джисон, смущаясь. — Мы едем за Ликсом? Какие у тебя были важные дела?       — Неужели тебе интересно, что собрался делать грозный пират, но передумал под влиянием своей изнеженной омежки? Не лупи меня, я возбуждаюсь. Я ничего не планировал, мы можем поплавать свободно, пограбить суда, а потом уехать на острова и завести домик с детьми. Заберём только Ликси и Чана, он поди злится.       — Конечно, ты же его нянькой оставил, ворчит, не переставая.       — Он сам вызвался! Правда, я ему обещал только небольшой присмотр, чтобы Хёнджин или Джиу вас не посмели тронуть, а вы со своим планом… Чан поди поседел с вами.       — Всё с ним в порядке — у него там любовь с каким-то богатым наследником. Все пираты закомплексованные?.. Чонин говорит, его ещё даже не обесчестили.       — Эй, ничего я не закомплексованный! Меня просто особо секс не интересовал, и я никогда не занимался именно любовью, пока тебя не встретил, вот и долго не решался прикоснуться!       — Натрахались? — вломился без стука Чанбин.       — Тот же вопрос к тебе! Такой недовольный, — пробубнил Джисон, — я же привез вам подарки, откуда фингал?       — Сынмин не проститутка, да?       — Чанбин! Он мой старпом!       — Вот же блядь! Как с ним помириться?       Минхо счастливо засмеялся.       — Ты как всегда. Поехали за Ликси, остальное потом.       Хёнджин психует — Феликс понял это сразу. На очередном балу тот со злой улыбкой перетанцевал со всеми одинокими (и даже несколькими замужними) омегами. Отвратительно льстиво себя вёл и…       Феликс отвернулся, чтобы не зареветь.       — Всё нормально, Ликси?       — Да, Чан, пойдём выйдем к морю.       На свежем воздухе дышалось легче, да и слёзы практически сразу сдувало ветром с бледных щёк. Чан просто молчал. Рядом с ним стоял Чонин, крепко сжимающий руку альфы.       — Может, мы поплывём им на встречу?       — Чонин, ты…       — Не останусь здесь, трусливый пират, тебе придётся взять ответственность!       — Но я ничего…       — Я сам тебя изнасилую, если потребуется. Поэтому смирись! — обрубил омега.       Чан только вздохнул, закатил глаза, но посмотрел ласково и крепче сжал чужую маленькую ладошку.       — Правда, Ликси, мы можем… Я знаю, какой доро́гой Минхо будет возвращаться!       — Да, завтра уедем, не могу быть здесь.       — Я соберу нам команду, — радостно и облегчённо выдохнул Чан.       — Справишься за неделю?       — Конечно, я так скучаю по морю и Минхо.       — Прости, это мы…       — Нет, я бы не оставил вас, о чём ты? Просто счастлив вернуться домой!       — Я тоже. И хочу увидеть Джисона!       Хёнджин ночью, нагулявшись, притащился в общую спальню, несмотря на все угрозы. И нагло навалился на мужа, удивившись, что не встретил сопротивления. Феликс его страстно поцеловал, как когда-то раньше, и всё позволил…       Вот только утром альфа проснулся один.       — Зачем?       — Хочу, чтобы у меня что-то осталось!       — Постой, Ликси, ты в течку что ли позволил ему?       — Дурак, да?       — В море тебя будет укачивать, — буркнул Джисон. — Хорошо, что мы с Минхо решили сначала отдохнуть в порту на Торгуге и повеселиться. Придётся задержаться месяцев на… Девять.       Минхо, до которого только дошло, подавился ромом.       — Феликс?!       — Бежим!       — Чёрт! Неужели, это не слухи?! Откуда здесь королевские корабли…       — Аааа…       За борт попадало несколько пиратов, но их проворно вылавливали моряки с суровыми лицами и в военной форме.       — Блядь, грёбаный Хёнджин! — не сдержался и сплюнул Минхо. — Как же заебал твой муж, Феликс!       — Меня тоже заебал! — возмущённо ответил ему упомянутый омега. — Джинни! Прекращай мучить звездочку, отпусти её обратно в море!       — Но папа…       — У вас всё в порядке? — мрачно прозвучало рядом. — Джинни, иди ко мне!       — Какого чёрта, Хёнджин?!       — Вы не справлялись!       — Но это абсурд, ты понимаешь? Королевские корабли, охраняющие пиратов и вмешивающиеся, если численный перевес! Мы бы, чёрт возьми, сами справились! Какого хуя ты делаешь?       — Жду, когда вы все повзрослеете и наиграетесь в пиратов, — буркнул Хёнджин, поднимая на руки сына. — Особенно Ликси. Когда уже домой?       — Невозможно с тобой! Разве это нормально! Ты меня преследуешь!       — Ты мой муж!       — Нежеланный, вынужденный, соблазнённый…       — Вечно выделывающийся, но любимый! Поэтому прекращайте истерику, я привёз вам провизию. Этих ваших напавших соперников мы забираем в тюрьму. Мне надо отчитываться перед народом, что я борюсь с морской преступностью. Завтра поплывёт рядом небольшой соседский торговый кораблик, можете на него напасть — орудий никаких, и козлы в обход меня и налогов это пытаются провернуть. Деньги оставьте себе, хотя куда они вам.       — Невозможно, он нам всё портит, — возмущённо крикнул Джисон и бросил шпагу.       — Ничего не порчу, а присматриваю! Минхо, мы же мечтали выбраться из дурацкого нищего рыбацкого городка, теперь всё есть. Не понимаю, нахрена вы этим занимаетесь?       — Да чёрт, приключения, корабли, пиратская романтика! — не выдержав, заорал Джисон.       — Какая пиратская романтика тебе на четвёртом месяце?       — Не могу с ним, — жалобно пробормотал омега. — Минхо, ну какого чёрта? Ты обещал мне не это!       — Я-то что сделаю. Феликс, поговори с ним наконец! Нам надоело мучаться!       — Хёнджин! Зачем ты это делаешь?       — Я хочу забрать тебя домой. Два года прошло! Неужели не наплавался? Ты ещё злишься?       — За то, что ты мной пользовался и хотел убить?       — Но я ничего этого не сделал. Остановился!       — Потому что жениться на мне стало выгоднее и…       — Потому что я раскаялся!       — Кому ты врёшь? Ты предал Джиу, чтобы сесть на трон!       — Это не так! Я просто не хотел оставлять тебя в опасности.       — Тогда почему, когда избавился от него, просто не свалил?..       — Я знал, что тебя ждёт, — перебил его Хёнджин. — Какой сюрприз приготовили тебе родители, поэтому остался, а не поехал за Минхо!       — Что?       — Я не знал про ваш план с Джисоном. Минхо мне почти брат, а я так с ним поступил, ты мой люб… И я должен был убить. Когда остыл, до меня и правда дошло, что власть и деньги не стоят этого. Но вдруг твой будущий муж оказался бы ещё худшим мудаком? Твоему отцу же срать, за кого отдать нелюбимого сына и кто будет вместо него!       — Забрал бы меня с собой, что за сказки?       — Но вы с Джисоном так сильно боялись за будущее королевства, уехал бы ты со спокойной совестью?       — Но…       — Мне нравится править, я не буду скрывать, но потерять тебя я не хочу. Не веришь мне? Останусь тут, уговорим твоего отца вернуться из отречения. Но я знаю, что это не та жизнь, о которой ты мечтал. Вернись со мной. Ты не любишь море!       — А как твои омеги…       — Никого не было, ну чего ты придумываешь. У меня нет времени — гоняться за вами по всем морям, править и ещё бегать по чужим постелям. Как ты себе это представляешь?       — Правда любишь? А не из-за наследника?       — Конечно, люблю. Когда ты своеобразно попрощался и оставил себе подарок, осознал, что и ты не остыл ко мне. Поэтому бросился в догонку.       — Ты думал?..       — Не подпускал к себе, угрожал ножом, зло смотрел и этот дурацкий Чан рядом. Я боялся тебя потерять и не хотел давить. Вдруг не любишь, а ненавидишь. Наследников, сам понимаешь, я могу настрогать сколько захочу, причём тут это. Я просто люблю нашего Джинни. Поехали домой! Ты — домашний мальчик, не то что Джисон, хватит себя и меня мучить.       Феликс задумчиво кусал губы — так хотелось поверить, просто раствориться в альфе и наконец-то подарить примирительный поцелуй. Пусть Хёнджин и преследовал их постоянно, преследуя или отправляя королевские корабли караулить, но наедине боялся настаивать на чём-то и прикасаться. Альфа постоянно был на глазах, возился с ребёнком, красовался в морских сражениях и просто надоедал, следуя везде по пятам на Тортуге (и демонстративно вздыхая). Но Феликс всё равно скучал по нему. Так отчаянно хотел простить и снова почувствовать на себе нежные или страстные прикосновения. Хёнджин ещё так смотрел, не лживо-восторженно, как когда ухаживал, не злобно-высокомерно, как когда сел на трон, а так… Очень ласково и с надеждой. Чёрт с ним. Нахер это дурацкое море — омега действительно ничего не понимал в пиратской романтике и скучал по своей королевской огромной ванной и мягкой постельке. Изображать равнодушие, а тем более злость на альфу, с каждым днём было всё сложнее. Любящее сердце подсказывало, что альфа уже доказал свою преданность, пусть и таким странным сталкерским способом.       — Хорошо!       — Да? Нож спрятал?       — Временно, не расслабляйся! Воткну его тебе в спину, если посмеешь снова предать!       — Ладно-ладно, обещаю, буду паинькой, — облегчённо выдохнул альфа и неуверенно потянулся поцеловать. Ликси перехватил инициативу, углубляя поцелуй и крепче прижимая к себе, не давая возможности быстро отстраниться. Немного научился дерзости у брата.       — Ура! Не могу поверить! Наконец-то! — заорал Джисон, вслед отбывающему королевскому кораблю с Ликси и племянником на борту. — Да вернётся моя свободная пиратская полная приключений жизнь!       Минхо закатил глаза.       — Развлекайся, у нас целых три месяца осталось! Похоже, зря я купил дом на Тортуге, — уныло закончил он. Вряд ли Хёнджин на самом деле угомонится даже после того, как увёз Ликси домой. И будет продолжать защищать и преследовать, пока не заберёт их всех под своё тёплое крыло в замок.