Крик: Наследие

Сэм не была уверена в происходящем от слова совсем. Прошло всего два месяца с последней серии убийств. И хотя она и говорила себя и своим близким, что это был конец и такого больше не повторится, но внутри она прекрасно знала, что возвращение Призрачных Лиц вопрос времени. Правда она ни как не могла предугадать, что они вернутся так скоро. «Правда!? Прошло всего два месяца! Почему они вернулись так скоро?!?» кричала Минди, продолжая наворачивать круги по палате Чада, который периодически бросал на неё обеспокоенные взглялы. Они прибили сюда сразу как только узнали от Тары о случившемся и сидят тут уже час, переговариваясь между собой. Её сестра сидела на кровати Чада, пока она сидела напротив. Тут девушку, которая успокаивала Тару, пока они не приехали(Анджелина кажется) она отправила за водой, пока сама приснилась успокаивать сестру. «Я не знаю, Минди. И если честно не хочу знать. Всегда когда появляются эти психопаты, наш мир переворачивается с ног на голову и если честно это начинает надоедать». Проворчала Сэм, не понимая как Сидни в своё время смогла пережить целых четыре подобных серий и продолжать вести нормальную жизнь, когда она чувствует себя какой-то развалиной после двух. Мидни тяжело дышала, пока Тара постукивала пальцами по коленке, пока она сама пробывала в какой-то прострации. Хотя она сама явно присутствовала здесь, её взгляд как будто был направлен в никуда, что обеспокоило Сэма. «Эй, сестрёнка, ты в порядке?» голос Сэм вывел Тару из её транса и заставил посмотреть на сестру с крайне обеспокоенными глазами. «Э-э-э... Да, всё в порядке». Попыталась солгать Тара, смотря куда угодно, но только не на сестру. «Тара, я же не дура. Я вижу, что что-то не так». С беспокойством сказала Сэм. «Это... Это глупо». Ответила Тара, поворачиваясь лицом в сестре. «Не беспокойся. Просто выкладывай». Сказал Чад, положив свою руку ей на плечо, пока Минди наконец-то села и кивнула Таре в качестве поддержки. «Я... Я просто думаю... может ли это быть Итан». Тара резко выпалила последнюю часть, заслужив удивлённое лицо троицы. «Тара, Итан мёртв. Мы убили его». Заверила свою сестру Сэм. «Да, Итан получил телевизором по голове, аля Стю Мейхер. Он просто не мог выжить». Поддержала свою подругу Минди. «Но тело так м не нашли». Сказала Тара, погрузив комнату в тишину. Да, тело Итана не нашли. Сэм старалась не предавать этому особое значение, ведь это не первый раз когда тела убийц не находят. «Наверное какой-нибудь психопат по типу Ричи забрал тело как своеобразный сувенир. Не зачем беспокоиться. Итан не мог пережить все эти травмы». Сэм не была уверена кого Минди в первую очередь пыталась убедить Тару или себя. «Да, да конечно ты права». Выдохнула Тара, пока Чад слегка сжал ей плечо в поддерживающем жесте, на что не сестра ответила с улыбкой. Сэм была очень рада за неё. Она смогла найти себе опору и поддержку, что у неё так и не получилось. Она пыталась с Дэнни, но страх того, что рядом с ней ему грозит опасность не позволил им развить эти отношения. Как только она подумала о Дэнни в коридоре раздался шум. Сэм посмотрела в открытую дверь и увидела как врачи везут Дэнни, её Дэнни, на каталке в сторону операционной. Сэм резко встала на ноги, пока остальная троица в шоке уставилась на происходящее. Тут в палату зашла Анджелина с бутылкой воды. «Да, парню не повезло. Его знатно так потыкали. А чего это всё такие перепуганные?» спросила девушка. Дэнни. О Боже, Дэнни. Что она наделала?

***

Если бы вы спросили Итана, что происходило в его жизни, он не смог бы ответить вам правдиво. И так было с тех пор, как умер его брат. Когда он что-то делал, у него не было ощущения, что это он сам, просто он наблюдал за происходящим за кулисами. Впервые за последнее время он почувствовал себя живым, в своей шкуре и способным прикасаться к вещам и чувствовать, когда проводил время с Чадом или когда слушал музыку с Тарой в тишине её комнаты. Казалось, что под его кожей разгорается огонь всякий раз, когда он прикасался к ней, или когда она были рядом с ним в целом. Еë темные глаза загорались жизнью и счастьем всякий раз, когда они встречались с его глазами. Ему интересно, чувствовали ли она холод его кожи, видела ли темноту в карих глазах. Она стала огнём в его бушующей холодной метели. Вероятно, для него было не лучшим занятием думать о прошлом, о том, что он разрушил, но что ещё ему оставалось делать в одинокой больничной палате? По крайней мере, он должен был скоро выйти, основываясь на том, что сказала ему его мать и тот доктор, доктор Хэнк Джефферсон, который согласился помочь его матери за определённые услуги конечно(и по взглядом которые он на неё бросал ясно, что это не только деньги). Итан потирает руки перед собой, сглатывая и игнорируя при этом вспышку боли. Потребовалось бы некоторое время, чтобы заживила задняя часть его рта, но он не потерял голос благодаря лезвию, заделавшему горло и голосовые связки. Однако повреждение нерва из-за того, что Тара повернула нож, нанесло серьезные повреждения его телу; ничего заметного, если не присматриваться. Он чувствует, как учащается его дыхание и к горлу подкрадывается шум, но он проглатывает его. Он не мог не думать о друзьях, которые у него были; о тех, кого он завёл, чтобы сблизиться и попытаться избежать наказания за убийство. Ему очень нравилась Аника, она была милой девушкой, которая относилась к нему только с добротой. Она была первой, кого он встретил, потому что в то время он рассматривал её доброту как слабость; и она легко приняла его в свою жизнь и относилась к нему так, как никто не относился годами. Она относилась к нему как к человеку. Она поменялась с ним шляпами на Хэллоуин, когда он пожаловался на то, что ему жарко. Она не осуждала его, и Итану пришлось задаться вопросом почему. Почему он решил убить её? Она определенно осудила бы его сейчас, не так ли? Она умерла от его рук. Она умерла, думая о нем как о друге. Итан сердито вытирает лицо, не желая испытывать какие-либо угрызения совести или вину за то, что он сделал. Аника только что встала у него на пути, она пыталась играть героя, и это привело ее туда, где она сейчас. Он не чувствовал сожаления.… Она этого не заслужила. «Прекрати». Прошептал он, прикрывая глаза и злясь на свой разум. Он не должен был грустить или испытывать какие-либо эмоции из-за своего друга. Предполагалось, что он хотел только отомстить за своего брата; предполагалось, что это будет короткая история, которая станет концом для Сэма. Итан не знал, что собирается убить Анику или причинить вред кому-либо ещё. Он просто хотел, чтобы Сэм ушла из-за того, что она сделала с его семьей. Но все же он убил Анику. И ранил ножом Тару и Чада. Он не помнит, почему оказался в ситуации, когда Чад и Тара целовались в темной комнате. Возможно, это была раскаленная добела ревность, которую он испытывал. Он не помнит, когда впервые заметил свое влечение к Таре и когда это переросло в нечто большее, чем просто восхищение её внешностью. Может быть, это было, когда Тара однажды ночью схватила его за руку, потому что заметила, что у него дрожат руки, и она улыбнулась ему и сказала, что ему действительно нужны перчатки. Или когда он лежал на её кровати, Аника слева от него, а Тара справа. Они говорили о вещах, которые он на самом деле не понимал, но слушал и кивал. На полпути он заметил, что большую часть времени проводит, склонив голову вправо и глядя на Тару, когда она говорила. То, как она улыбалась, и её белые зубы, когда она говорила. Ее губы блестели от блеска и выглядели мягкими. Поняв, о чем он думает, он отвел взгляд, и кончики его ушей загорелись. Он заметил, что Аника выпрямилась и бросила на него понимающий взгляд, скривив губы в улыбке. Он обнаружил, что это было всё. Он ударил ножом Тару в приступе ревности; не из мести, как он чувствовал годами. Именно поэтому он схватил свою сестру, и они нанесли спортсмену несколько ударов ножом в грудь и живот. Он задается вопросом, мёртв ли Чад. Чад был его самым близким другом; Аника была милой девушкой по соседству, но Чед действительно разрушил его фальшивые стены. Чад, который считал себя красивым и пытался заставить его попросить номер девушки. Чад, у которого были проблемы со школьными заданиями, поэтому он купил Итану горячие чипсы "Читос" (потому что он помнил из небольшого разговора, где Итан упомянул, что это его любимая закуска) и умолял его о помощи. И у него был такой вид, на который, по мнению Итана, способны только дети и симпатичные девушки: большие глаза и выпяченная нижняя губа. Чед даже ссутулился и склонил голову набок, чтобы казаться меньше: «Пожалуйста, Итан?» И что должен был сделать Итан? Не согласиться? Нет, он с трудом даже отвечал, прежде чем помочь мужчине с домашним заданием. Итан закрыл глаза, думая обо всём, что он потерял и разрушил из-за какой-то глупой мести. Он всё ещё хотел отомстить. Теперь даже сильнее, чем ранее. Но он не хочет, чтобы они пострадали. Возможно теперь они его ненавидят, но он всё ещё заботится о них. Всё ещё заботится о ней.

***

Тара не могла прийти в себя. Всё происходит слишком быстро. Сначала нападают на неё, а теперь ранят Дэнни. И всё это в один день. Прозрачные ублюдки явно хотели показать, что они вернулись и что из снова как минимум двое. И им это прекрасно удалось. Правда, Тара не думает, что они пытались убить их. Нет они нужны живыми, чтобы весь Нью-Йорк снова знал, что началась новая резня. И если честно Тару это пугает. Она не любит находиться в неведении, но эти психи ставят её именно в такое положение. Заставляют пытаться понять, зачем они делают, то что делают. Тара бросила взгляд на свою сестру, которая выглядела как никогда виноватой. Она знала, что та порвала с Дэнни, считая, что из отношения поставят его под удар. Так что сейчас она винит себя больше всего на свете и Тара не позволит этому продолжаться. «Сэм, воды?» спросила Тара, подсаживаясь рядом и протягивая сестре бутылку с водой. Сэм благодарно улыбнулась, когда поняла, что Тара делает и с кивком взяла предложенную бутылку. Тут к ним вышел доктор Пол Мёрфи. Человек спавший Чаду жизнь, за что Тара ему безмерно благодарна. «Как он!?» Сэм тут же подскачила и почти набросилась на бедного доктора, но тому видимо было не впервой сталкиваться с такими бурными реакциями, потому что его единственной реакцией была поднятая вверх бровь. «С мистером Брекеттом всё будет хорошо. К счастью важные органы не пострадали, хотя шрамм останется на долго». Сказал доктор Мёрфи, заставив Сэм испустить вздох облегчения. Но тут на весь коридор раздался крик: «Где он!? Где Дэнни!?» Тара посмотрела в сторону кричащего и её глаза расширились от шоке. Прямо по коридору к ним бежал Дэнни Брекетт. Тара покачала головой, думая что ей просто кажется, но нет он действительно был там. Тара посмотрела на Сэм, которая была не лучше, если косплей рыбы без воды о чём-то говорит. Парень подбежал к доктору, который оглядел его с ног до головы: «Вы видимо его брат...?» «Близнец. Да. Да. Да. А теперь где мой брат?» резко перебил доктора парень. «Он в своей палате. Я могу вас к нему...» начал было доктор, указывая на палату Дэнни, но парень не дал ему договориться к помчался в палату. Тара и Сэм встретились взглядами, полными шока. «Я так понимаю Дэнни не говорил о своём гиперактивном брате?» спросила у сестры Тара. «Нет. Не говорил». Ответила Сэм, когда доктор повернулся к ним. «Вас проводить к мистеру Брекетту?» спросил у них доктор на что Сэм кивнула и пошла за доктором, пока Тара осталась в коридоре.

***

Дэнни было больно. Ужасно больно. Болело всё тело. Живот, грудь, руки и ноги. Боже, как же больно. И как только Чад с этим справляется это же кошмар. И подумать только, что на него напало Призрачное лицо. Это просто не реально. Он всё просто страшный сон. Он сейчас проснётся и всё будет хорошо. Сэм его не бросила, а проклятое Призрачное лицо не нападало на него. Внезапно дверь в его палату открылась и раздался крик: «Дэнни!» Он сразу узнал этот голос. Голос его брата-близнеца Маркуса Брекетта. Дэнни посмотрел в его сторону и два брата встретились взглядами, Маркус тут же преодалел расстояние до его койки и присел рядом с ним. «Боже, бро. С тобой всё в порядке? Выглядишь хреново. Прям очень хреново. Тогда думаю, что не всё в порядке, да? Блять, почему ты всё время попадаешь в такие ужасные ситуации!? Почему ты не можешь просто сидеть на жопе ровно!? Боже, хорошо. Хорошо, главное, что ты живой. Всё остальное ерунда. Главное, что живой. Но, Дэнни, как...». Начал свою тираду Маркус, но Дэнни резко поднял руку и заставил брата успокоить, иначе он бы застрел здесь на пол дня слушая бесконечные тирады своего близнеца. «Всё в порядке, Маркус. Правда всё в порядке». Успокоил Дэнни своего брата, хотя тот не выглядел слишком успокоиным и уже собирался разразиться новой тирадой, когда раздался новый голос. «А я не знала, что у тебя есть брат-близнец». Дэнни повернулся в сторону нового голоса, который он также прекрасно знал. Это голос его... возлюбленной? бывшей возлюбленной? Неважно в дверях стояла Сэм Карпентер и смотрела на него со взглядом, в котором сочетались и любовь, и недоверие, и радость, и немного гнева. «Думаю я оставлю вас». Сказал доктор, который был рядом с Сэмом, прежде чем покинуть палату. После ухода доктора повисла гробовая тишина, пока его брат и Сэм изучающе смотрели друг на друга. «Маркус это Сэм. Моя... Девушка. Сам это Маркус мой брат». Дэн решил нарушить молчание, привлекая к себе внимание двух других людей в комнате. «Не знала, что у тебя есть брат». «Не знал, что у тебя есть девушка». После этого оба в шоке повернулись сначала друг к другу, а затем снова к нему, из-за чего Дэнни стало ещё более неловко. «Ну, вы, это. Вы никогда и не спрашивали». Смог выдавить из себя Дэнни, под вогнутую бровь брата и скрещивание рук Сэмом. «Ладно, оставим это на потом. Эй, Сэм, подходи не стесняйся. Тупость моего брата не заразна». Сказал Маркус под смешок Сэм, которая подошла к Дэнни с другого краю. «Дэнни, что случилось?» спросила Сэм, в глазах которой читался страх. Дэнни понял, что она уже догадывается, что случилось и как бы сильно он не хотел этого делать, но ему придётся подтвердить её страхи. «На меня напало Призрачное лицо». Просто сказал Дэнни, за чем мнгновенно последовала реакция его брата. «Подожди! Призрачное лицо, как в Вудсборо!? Жто Призрачное лицо!? Но зачем ему... Боже, Господи, Иисусе, ты же Сэм Карпентер, не так ли!? Та самая которая пережила новую резню в Вудсборо!» Начал свою тираду Маркус, поворачиваясь то к смущённой Сэм, то к своему брату: «Да, ладно, Дэнни. Из всех людей с кем можно встречаться ты выбрал новую Сидни Прескотт!?» Дэнни неловко улыбнулся и подал плечами, пока Сэм в шоке смотрела на двух братьев. «Я люблю её». Просто сказал Дэнни, заметив как Сэм посмотрела на него со смелью любви и вины. Он улыбнулся ей, пока Маркус качал головой. «На что ты свалился на мою голову. Ладно, ладно. Хорошо. Значит Призрачное лицо, да?» быстро опомнившись продолжил Маркус, привлекая внимание влюблённой пары. «Да, он вернулся». Начал Дэнни, но Сэм прервала его. «Я знаю. Сегодня он напал на Тару прямо в больнице». Начала Сэм, но теперь уже её прервали. «В больнице!? В этой больнице!? Всё Дэнни мы сваливаем из этой больницы! А лучше ищ Нью-Йорка!» начал было Маркус, пока у Сэм от раздражение начал дёргаться глаз. «Нет, я никуда не поеду. По крайней мере без Сэм». Уверенно заявил Дэнни, заставив его брата издать стон, а Сэм снова бросить на него тон взгляд, совмесяющий любовь и вину. «Хорошо. Ладно! И что ты собираешься делать!?» спросил его Маркус. Дэнни посмотрел в глаза своей возлюбленной: «Сэм, что мы будем делать?» Сэм удивлённо подняла брови: «Пока не знаю». «Ты же понимаешь, что всё жто только начало?» спросил у неё Дэнни. «Да, прекрасно понимаю. И это меня и пугает». Ответила ему Сэм. Дэнни вздохнул, готовясь к новой резне. И походу на этот раз ему придётся принять в ней участие.

***

Гейл согласилась и заверила Сидни, что никто не будет её винить. Сидни действительно чувствовала себя виноватой, но ей стало легче, когда она узнала, что близнецы и сестры Карпентер выбрались живыми. Сидни не знала, что бы она делала, если бы умерли Чад или Минди; они не только были наследием Рэнди, но и заслуживали того, чтобы продолжить большую и счастливую жизнь. Тара и Сэм были умными молодыми девушками, которые не заслуживали ничего из того, во что они были втянуты много лет назад, но у судьбы извращенный способ выбирать, что происходит. Судьба была изменена, и Сидни знала это годами, поэтому она не знает, почему не ожидала, что это произойдет. Она не ожидала, что возьмет трубку и услышит этот голос: «Какой твой любимый фильм ужасов?» Тяжело дыша, Сидни прислоняется спиной к стене столовой в своем доме. Она держит в руках большой кухонный нож для разделки мяса и выглядывает из-за угла. Стул в гостиной был перевернут, а подушки разбросаны по полу. Её телефон звонит снова, и Сидни прошла через это достаточно, чтобы это не испугало ее. Она колеблется, прежде чем ответить, зная, что в её интересах ответить. «Где ты, блядь, шляешься, придурок?» Сказала Сидни в трубку, как только ответила. «Сидни». Выдохнул Призрачное лицо в трубку, их прерывистое дыхание было слышно сквозь голосовой эффект: «О, Сидни, Сидни, Сид!… Ты была удивлена, ты не ожидала этого?» «Чего ты хочешь?» Сидни сжимает нож, прижимаясь спиной к стене, пока пробирается в гостиную. «Чего я хочу? Сид, вопрос в следующем: чего хотят фанаты? Чего хочет франшиза?» «Им становится скучно, они, наверное, хотят, чтобы это поскорее закончилось, придурок. Давай поторопимся, а?» Насмехается Сидни, оглядываясь на одну из открытых дверей, затем на шкаф. «Нет, я думаю, они начинают беспокоиться! Когда плохой парень должен победить?» взволнованно поясняет Призрачное лицо. «Раз ты так помешан на этой франшизе, то ты должен знать, что они никогда этого не делали и не сделают». Сидни понизила голос. «О, но это был бы потрясающий конец для Сидни Прескотт! Представьте: "Последней девушки" больше нет, и её факел перешел к маньяку-убийце, которого все ненавидят! Ооо, это был бы фантастический конец, потому что тогда они просто убьют всех, тогда все потеряют интерес». «Да?» Сидни берется за дверную ручку шкафа: «И как бы это вышло?» «Почему бы тебе не выяснить?» Они насмехаются. Сидни распахивает шкаф, заносит нож, но за ним никого нет. Она делает паузу, опускает нож и готовится обыскать остальной дом. Она забыла прижаться спиной к стене - правило, которое она установила много лет назад. Когда линия обрывается, и она слышит шум позади себя, она знает. Ей действительно следовало быть настороже.