Тени Магии

В среду первым уроком у слизеринцев стояло Зельеварение, совместное с гриффиндорцами. Позавтракав с Себастьяном и Оминисом, Рэй побрел за друзьями в класс Шарпа, по пути повторяя рецепты долголетних эликсиров из учебника. Парни заняли свои привычные места за квадратной партой и стали ждать, когда начнется занятие. Наблюдая за приходящими в класс студентами Гриффиндора, Рэй невольно выискивал среди них огненную гриву Уизли. За полторы недели Гаррет ни разу не вышел на связь с Рэймондом. С одной стороны это значило, что поводов для встреч никаких нет, что ингредиенты готовятся правильно, но Себастьян пару раз обмолвился, что проверить процесс настойки златоглазок лишним не будет, а то вдруг Уизли взбредет в голову ее усовершенствовать и подбросить к смеси каких-нибудь слизняков с ядовитыми грибами. Оминис закатывал глаза на бубнеж Сэллоу, а Рэй, вспоминая все неудачные эксперименты Гаррета, частично был с Себастьяном согласен. Он решил сходить после уроков вместе с Уизли в его лабораторию и самому взглянуть на златоглазки. Когда в дверном проеме показалась рыжая макушка, Рэй чуть было не окликнул Гаррета, но вовремя остановился. Уизли о чем-то упрашивал свою одноклассницу, но та категорично мотала головой и в конечном итоге избавилась от компании парня, усевшись с подругой за соседний стол со слизеринской троицей. — Уму не постижимо. — Возмущалась девушка, бросая сумку под парту. — Сначала Уизли преследовал Стивена, чтобы срезать с его пурпурной жабы бородавки, а теперь решил преследовать меня! — И что ему нужно? — Вопросила подруга. — Хочет выколоть у моего Липпи глаз! — Злобно ответила гриффиндорка. — Говорит, он все равно отрастет, а ему позарез нужны глаза двупалого тритона для новых зелий. Ну что за кретин! Себастьян прыснул от смеха, услышав разговор девушек, а Оминис апатично вздохнул. Рэй снова посмотрел на Гаррета, который хмуро выкладывал на стол перо с пергаментами. Соседи по парте Уизли тоже на него косились и во взглядах гриффиндорцев читалось отчаяние. Каждый из них с немой мольбой желал, чтобы занятие прошло без взрывов и штрафных очков, но Гаррету до этих взглядов не было никакого дела. Парень быстро забыл про отказ одноклассницы, а после появления в классе Шарпа лицо его разгладилось и посветлело. Когда профессор объявил о самостоятельной работе с варкой любого зелья на выбор из учебника, Уизли аж засиял, ведь ингредиенты сегодня студенты должны были брать себе сами и можно было намешать все, что угодно. Оминис выбрал для варки «противоядие от приворотного зелья» и Рэй последовал его примеру. Достав с полок две порции корня лакрицы, кастрового масла, веток волшебной рябины и корня женьшеня, он поставил их рядом с Мраксом и вместе с ним приступил к заготовкам. Себастьян же решил взяться за «зелье смеха», набрав себе листьев алихоции, игл нарла, крылышек билливинга, шерсть карликового пушистика и порошка хрона. Рэй тщательно следил за действиями Оминиса и все повторял, чтобы не допустить ошибок. Когда зелья парней стали фиолетовыми, их требовалось как следует вскипятить до смены цвета. Прибавив огня в горелках, Рэй осмотрел столы других студентов. Половина шестикурсников решила сварить «зелье от прыщей», потому что его рецепт был самым простым из учебника шестого курса. Две девушки с факультета Гриффиндор варили «эйфорийный элексир», Рэй заметил над их котлами желтоватые облачка, характерные для этого зелья. У Себастьяна от бурлящей настойки запахло сладкой травой и Оминис тихо шепнул другу, что пора добавлять крылья билливинга. Через полтора часа почти все зелья шестикурсников были готовы. Помешивая розовый настой в своем котле, Рэймонд взглянул на стол гриффиндорцев, где сидел Уизли, желая оценить результаты его труда. Весь урок Гаррет вел себя тихо, в классе ничего не взорвалось, не задымилось и не завоняло, как было обычно. Рэй даже успел решить, что Уизли отложил эксперименты и выполнил задание профессора как подобает… но поспешил с выводами. Перед самым звонком из котла Гаррета повалил густой, серый пар и его соседи тут же отпрыгнули от парты, не желая оказаться в эпицентре очередного взрыва. Однако котел в этот раз не сдетонировал. Смесь внутри него забурлила, зашипела и медленно перелилась через край. Зелье было похоже на горячую кислоту, потому что лужа, попавшая на столешницу, за считанные секунды разъела дерево и стекла сквозь дыру в парте на каменный пол. Пока Гаррет с интересом осматривал шипящее нечто, остальные гриффиндорцы отходили от стола еще дальше, будто боялись, что кислотное варево забурлит сильнее и откатит их с ног до головы. Профессор Шарп встал со своего места, проковылял к столу Гаррета и на ходу уничтожил его котел своей палочкой, вероятно тоже опасаясь непредвиденных реакций зелья. — Что это, мистер Уизли? — Сухо вопросил Эзоп, остановившись рядом с парнем и устремив взгляд на лужу. — Названия я пока не придумал. — Почесав бровь, ответил Гаррет. — Быть может, «едкий палач» или «желчная погибель»… — Разве рецепт «едкого палача» или же «желчной погибели» имеется в учебниках Зельеварения? — Размеренно поинтересовался профессор Шарп. — Пока нет. — Продолжая рассматривать кислоту, сказал Уизли. — Что ж, в таком случае, я ставлю вам ноль за работу на уроке, назначаю минус десять очков за отказ от выполнения задания и еще минус пять очков за порчу школьного имущества. — Шарп повернулся лицом к классу. — Остальных прошу перелить готовые зелья в подписанные колбы и оставить их на моем столе. Гаррет забрал свою сумку и, гневно топая, покинул класс. Пока студенты наполняли своими зельями склянки, Эзоп продолжал стоять у шипящей лужи и смотреть на нее необычным, озадаченным взглядом. Спустя полминуты внимательного осмотра, профессор тряхнул головой и уничтожил пролитое зелье, после чего, медленно хромая, вернулся за свой преподавательский стол. После пар Древних Рун и Заклинаний Рэй сходил вместе с Оминисом на восьмой этаж, на сей раз попав в тайную лабораторию Уизли. Внутри Гаррета не оказалось, но заготовленные ингредиенты для «оборотного зелья» лежали на своих местах. Рэй тщательно осмотрел все заготовки, а особое внимание уделил настойке златоглазок, подробно описав увиденное Оминису. Ни цвет, ни консистенция, ни запах не вызвали у Мракса подозрений, Уизли не менял состав настоя и не добавлял ничего лишнего. — Зачем Гаррету рисковать и лишать себя желанной награды? — Забивая гвоздь в крышке сомнений Рэя, проговорил Оминис. — Ты ведь ясно дал ему понять, что в случае малейшего прокола откажешься от его услуг. Перестань уже слушать наговоры Себастьяна и расслабься. — Ты прав. — Кивнул Рэй, ставя банку златоглазок обратно в шкаф. — Знаешь, сегодня на уроке мне показалось, что Шарп заинтересовался зельем Уизли… Он как-то странно на него смотрел. Я подумал, что профессор возьмет колбу и заберет себе часть пролитой смеси для исследований… — Шарп прекрасно понимает, что имеет дело с по-настоящему одаренным студентом. — Произнес Оминис. — Ведь он мог бы ограничить Уизли доступ к ингредиентам и не давать ему свободы действий, как сегодня… но профессор верит, что Гаррет в конце концов одумается и станет хорошим зельеваром, поэтому прощает ему все выходки и старается не препятствовать экспериментам. Рэй осмотрел стол, взял с него коробочку соцветий валерианы и покрутил ее в руках. — Не понимаю, что интересного в процессе варки зелий. — С вопросительной интонацией пробормотал он. — Чтобы результат получился таким, каким должен быть, требуется соблюсти кучу всяких условий, а если по неосторожности допустишь ошибку — считай все труды насмарку. Начинай заново. — Да, процесс довольно напряженный и долгий. — Согласился Оминис. — Но, благодаря ему, можно создать полезные зелья, необходимые для жизни. Некоторые зелья сложно найти в торговых лавках, а какие-то из них вообще отсутствуют в продаже. Возникла короткая пауза. — А еще есть категория зелий, покупка которых может вызвать вопросы и лучше бы их варить самостоятельно. — Многозначительно добавил Мракс. Рэй повернулся к нему всем корпусом, уловив скрытый подтекст в этих словах. — Например? — Например ­– «восковый лосьон». — Понизив голос, ответил Оминис. У Мракса слегка порозовели щеки и Рэй догадался, для чего это зелье предназначалось. Он так и не придумал, как деликатно обсудить вопрос распределения «ролей» во время полового акта, поэтому смущенно молчал. Парень боялся, что, если предложить Оминису занять позицию снизу, то он вообще откажется от занятий любовью, отдалится от Рэя, и неизвестно, чем вообще закончится этот разговор… — Я позабочусь о варке зелья. — Прервал его размышления Мракс, приблизившись вплотную. — Сделаю несколько порций, чтобы не жалеть его во время использования. — Полагаюсь на твое мастерство. — С натянутой улыбкой ответил Рэймонд, отгоняя от себя образы использования этого самого лосьона. Парни кротко поцеловались и вышли из лаборатории Уизли, опасаясь, что Гаррет может появиться и застать их здесь. Когда Рэй оказался в своей спальне, размышления о разговоре с Оминисом снова вернулись в его голову и не давали сосредоточиться на домашней работе. Он думал о своих желаниях и о желаниях Мракса, думал о том, кто из них двоих должен уступить. Рэй был гораздо крепче и выносливее Оминиса, поэтому мог выдержать много физической нагрузки. Он мог поднимать не только собственный вес, но и вес Мракса, позволяя им заниматься любовью в разных положениях. На этом аргументы в пользу его «верхней позиции» заканчивались. В другой чаше весов лежал Оминис со своим недугом. Рэймонд понимал, что для него осязание — это основной источник восприятия окружающего мира. Мракс будет все чувствовать гораздо острее, чем Рэй, поэтому нельзя допускать неприятных или болезненных ощущений. Проникновение в задний проход могло вызвать дискомфорт, а при неправильной тактике даже травмы, поэтому Рэй начал опасаться за первое впечатление Оминиса. Да он и сам не сможет больше дотронуться до Мракса, если причинит ему боль, на том их попытки начать сексуальную жизнь закончатся. Не лучше ли было сдаться и отдать себя Оминису? Ведь совсем недавно Рэй был счастлив просто находиться рядом и знать, что его чувства взаимны. То, что Мракс желал заняться с ним любовью уже было чудом, так пускай это чудо свершится, даже если для этого Рэю придется травмировать свою заднюю часть! Принятие этого решения развеяло все волнения парня. Он с самого начала знал, что не сможет отказать Оминису, ему просто нужно было четко сформулировать для этого причины. Теперь оставалось только подготовиться к их первому разу и снизить риски увечий, чтобы не пришлось обращаться в больничное крыло… Последние два учебных дня недели прошли нудно и без каких-либо происшествий. Пятничный поход в выручай-комнату парням пришлось отменить из-за расписания старост, поэтому парни сидели в библиотеке до тех пор, пока Рэй не пошел на собрание клуба «Скрещенных палочек». На выходных троица опять сходила в Хогсмид, но из-за мокрого дождя со снегом прогулка получилась быстрой и не слишком приятной. Бар «Три Метлы» был забит посетителями, спокойно посидеть за кружками сливочного пива у парней тоже не вышло. Они вернулись в Хогвартс как раз к обеду и решили, что остаток дня проведут в крипте за оттачиванием защитных чар. Следующая неделя началась с проверочных тестов от профессора Бинса и самостоятельных эссе от профессора Гекат. До самого обеда слизеринцы только и делали, что сидели за партами и непрерывно скрипели перьями. Вставая с места после звонка с урока ЗОТИ, Рэй с трудом разогнул спину. — Тяжелый день. — Массируя плечо и шагая вслед за Себастьяном с Оминисом в Большой зал, пробормотал он. — Преподавателям не мешало бы сверяться учебными планами и чередовать теоретические занятия с практическими. — Чем ближе экзамены, тем меньше практики. — Со вздохом пояснил Сэллоу. — В последние месяцы весны только и будем сидеть да конспекты строчить. — Кошмар. — Буркнул Рэй. — Зато пар станет меньше. — Ободряюще вставил Оминис. — Студентам специально дают больше свободного времени перед экзаменами, чтобы они самостоятельно практиковались. — Не лучше ли было сделать наоборот? — Начал вслух рассуждать Себастьян. — Ведь со студентами во время практики происходит много несчастных случаев. Правильнее позволить им зубрить учебники самостоятельно, а потом практиковать изученное под надзором профессоров, чтобы избегать дурных последствий. Вспомни, как на пятом курсе Эверли с Пуффендуя перепутала формулы чар и применила к однокласснице Раздувающее заклятье. Девчонку потом сутки сдували. — Да, помню. — Равнодушно ответил Мракс. — А перепутала как раз потому, что плохо учила теорию. Если в голове каша, да еще и с пробелами — ни о какой практике и речи быть не может. Поэтому учителя делают упор на знании и понимании того, как нужно колдовать. Если студент хорошо подкован в теории, то подобных казусов не возникнет. — Неужели? — Себастьян иронично усмехнулся. — А что насчет Амита Таккара? Это же ходячая энциклопедия, в знаниях не уступает лучшим студентам школы. Вот только на практике у него получается какая-то ерунда, даже заклинание Разоружения он применить не в состоянии, что уж говорить про сложную боевую магию. Не помню, чтобы Амит вообще пользовался палочкой по назначению. Кажется, он способен ей лишь в носу ковырять… — Тебе прекрасно известно, что палочка Таккару досталась от отца и едва ли она ему подходит. — Строго произнес Оминис. — Я считаю, что будь у Амита своя палочка, то проблем с колдовством бы у него не возникало. Себастьян фыркнул, не соглашаясь с Мраксом, но не зная, как на его слова возразить. — От волшебной палочки так сильно зависит успех заклинаний? — С интересом вопросил Рэй. — Конечно, я знаю, что у каждой палочки свой «характер» и что они все индивидуальны, но я думал они просто вспомогательный инструмент, а магическая сила зависит только от волшебника… — Все верно, палочка действительно является вспомогательным инструментом, ведь в древности волшебники обходились и без них, а кто-то из древних магов направлял свою энергию через другие предметы, например, через холодные оружия, посохи, костяные жезлы. — Включив менторский тон, проговорил Оминис. — Первые волшебные палочки появились примерно в трехсотом году до нашей эры и до сих пор не ясно, действительно ли их тогда использовали в качестве проводника волшебной силы на постоянной основе или же это были палочки для исполнения каких-то обрядов… Так или иначе, волшебники решили, что направлять магическую энергию через зачарованный предмет гораздо удобнее. Это позволяет точечно выбирать цели, регулировать дальность и много чего еще. Вот только чем больше появлялось волшебных палочек, тем очевиднее становилось, что у них есть настоящая «воля». Палочка сама выбирает своего владельца, а потом подстраивается под него, усиливая магию, к которой предрасположен волшебник. Моя палочка никогда не создаст волну огня такой силы, какую создает палочка Себастьяна, а его палочка никогда не создаст чары Эхолокации, которые постоянно создаются моей. Если ты возьмешь палочку другого владельца и попытаешься ей колдовать, то ничего выдающегося у тебя не получится. Заклинания будут слабыми, мало эффективными. Если палочка попадется темпераментная, то вообще может взбунтоваться. Откажется пропускать через себя твою магию или выстрелит столпом обжигающих искр, чтобы не трогал. — Это было интересно. Спасибо, что рассказал. — Поблагодарил его Рэй. — Все же я знаю случаи, когда волшебники успешно пользовались чужими палочками. — Не унимаясь, вклинился Сэллоу. — Может по началу контакт и был слабым, но со временем палочки привыкли к новым владельцам и слушались их. — Хотелось бы уточнить, живы ли прежние владельцы этих палочек? — Манерно вопросил Оминис. — И не были ли отняты палочки у них в бою? — Точно не знаю. — Пожал плечами Себастьян. — Да и что это меняет? Ведь по преданию палочки верны одному хозяину до тех пор, пока не сломаются и не истлеют. — Это не так. — Опроверг Мракс. — Преданные одному хозяину навечно палочки есть, но их мало. Как правило, это палочки из орешника с волосом единорога в сердцевине. Они чрезвычайно сильно привязываются к своим первым хозяевам и теряют свои магические свойства после их смерти. Другие палочки могут изменить преданность, если их отобрали в честном бою, или если волшебники сами от палочек отказались. Всякое бывает. Рэй машинально достал свою палочку из кармана брюк и погладил деревянную ручку. Если однажды его победят в бою и заберут палочку, то изменит ли она свою преданность?.. Себастьян заметил это движение и игриво блеснул глазами. — Может проведем эксперимент? — Предложил он. — Я возьму палочку Рэя, а он мою и попробуем что-нибудь наколдовать. У меня как раз есть свободный час после обеда. Шарлотта будет на уроке по Древним рунам, а без нее мне в кружке хронистов делать нечего. — Это не опасно? — Покосившись на карман мантии Сэллоу, спросил Рэй. — Вдруг я возьму твою палочку и воспламенюсь как спичка? — Скорее твоя палочка меня искрами хлестнет, ведь она из акации, а это дерево, как и говорил Оминис, имеет особый темперамент. Моя палочка сделана из ели. Понятия не имею, как еловые палочки реагируют на чужие руки, но точно знаю, что они не терпят пугливых и нерешительных людей. Владельцами таких палочек могут быть только уверенные в себе и своей магии волшебники, смелые и бесшабашные. Помню, как впервые прикоснулся к ней. Рука стала горячей, по телу пробежали мурашки, а из дула палочки появилось ярко-красное свечение, озарившее потолок лавки. Мастер Джервейс Олливандер сказал, что работать с еловой древесиной очень сложно, поэтому таких палочек мало и достаются они лишь избранным… — Все-все, я понял. А то ты себя сейчас перехвалишь. — Усмехнулся Рэймонд. — Ну, Рэй тоже подходит под это описание. — Проговорил Оминис. — Стало быть, твоя палочка должна позволить ему собой управлять. — Вот и проверим. — Сэллоу криво улыбнулся и взглянул на Рэя. — Согласен обменяться палочками? — Ладно, давай попробуем. — Кивнул он, сунув свою палочку обратно в брюки. Плотно пообедав, парни вышли из Большого зала и неторопливо направились к башне Защиты от Темных искусств. По пути Себастьян и Оминис обсуждали мифы и легенды о волшебных палочках, а Рэй жевал лимонные конфеты и молча слушал друзей. Сэллоу рассказывал про волшебную палочку самого Мерлина. В исторических книгах было сказано, что его палочка сделана из английского дуба, с пером птицы-грома в сердцевине. Никто из мастеров Великобритании не использовал перья этих волшебных животных в своем ремесле, потому что они невероятно редки. Скорее всего, Мерлин создал свою палочку сам, уже в зрелом возрасте. Себастьяну хотелось узнать, какая палочка была у него изначально, когда он еще был молод и учился в Хогвартсе, и что с ней произошло. Оминис предположил, что она сломалась, не выдержав объемов волшебной силы Мерлина, поэтому ему и пришлось создавать новую, с редчайшим магическим ядром. Когда троица добралась до крипты, обсуждение прервалось. Они скинули на пол сумки с мантиями и наколдовали завесу, чтобы не повредить стены случайным рикошетом. Пока Рэй и Себастьян готовились к тренировке, Оминис ушел за барьер и сел в наколдованное кресло. — Ну что, меняемся? — Насмешливо вопросил Сэллоу, вставая напротив Рэймонда. — Ага. — Рэй протянул Себастьяну руку со своей палочкой. Зажмурившись, Себастьян взялся за рукоять. Вопреки его ожиданиям, палочка Рэя не стала стрелять в него искрами. Парень покрутил в руках гладкое древко и сделал выпад, будто держал шпагу. — Начало многообещающее. — Констатировал Сэллоу. — Теперь ты. Рэй забрал у друга палочку, тоже опасаясь огненных искр и прочих возмущений, но ничего не произошло. Ручка палочки Себастьяна была сделана из узорчатого обсидианового камня с медной окантовкой по краям. Дерево тоже было гладким, но более светлым, чем у палочки Рэя. Взявшись за рукоять покрепче, он отошел от Сэллоу на пару метров и занял атакующую стойку. Парни решили начать с простых заклинаний, чтобы понять, получится ли нормально колдовать чужими палочками. — Коллошу! — Произнес Рэй, направив дуло палочки на Себастьяна. Обувь Сэллоу приклеилась к полу, лишая его возможности двигаться. — Левиосо! — Выкрикнул в ответ его друг, заставив Рэя взлететь до потолка. Коснувшись рукой висевшего канделябра, парень рассмеялся. — Может все-таки проблема не в палочке Амита? — Плавно опуская Рэя обратно, громко вопросил Себастьян у Оминиса. — Кажется, наши ничего не имеют против того, чтобы ими менялись. — Ты попробовал создать всего одно заклинание. — Парировал Мракс. — Рано приходить к таким заключениям. Рэй приземлился на ступни и снова направил дуло палочки в Сэллоу. — Давай что-нибудь атакующее. — Велел Себастьян. — Остолбеней! — Тут же крикнул Рэймонд. Сэллоу удачно использовал Щитовые чары, оградившись от оглушения, но, когда он сам попытался напасть на Рэя, проводя контратаку, удача его покинула. Вместо того, чтобы создать ударную волну, палочка в руках Себастьяна затрещала и сверкнула молнией. — Что за чертовщина? — Пробормотал парень и попробовал повторить заклинание. Но палочка отказывалась применять атакующее заклинание против хозяина и снова пустила пару трещащих молний. Вместо Отбрасывающих чар Сэллоу вызвал струю воды и на сей раз палочка позволила пропустить через себя его магию. Рэй увернулся от водного потока, а потом остановил его. Следом Сэллоу пытался вызвать огненный залп, однако палочка Рэя снова воспротивилась, треща и вибрируя от нежелания нападать на своего владельца. — В чем дело? — Спросил Рэймонд, видя замешательство товарища. — Похоже, твоя палочка не хочет причинять тебе вред и отказывается колдовать. — Сказал Сэллоу, опустив руку. — Она и впрямь оказалась темпераментной. — В таком случае, лучше остановить этот эксперимент и обменяться палочками обратно. — Заключил Рэй. — Я не хочу серьезно нападать на тебя, мало ли что… Вдруг моя палочка не поставит нормальный щит, или твоя тоже что-то эдакое выкинет. — Да, лучше не рисковать понапрасну. — Согласился Себастьян, зашагав в его сторону. Оминис одобрительно заулыбался, услышав, что парни заканчивают тренировку. Убрав магическую завесу, троица вышла из крипты, обсуждая ощущения Рэя и Себастьяна во время колдовства чужой палочкой. Рэй признался, что махать палочкой Сэллоу ему было сложновато, ведь она была тяжелее и жестче, чем у него самого, требовалось приноровиться, чтобы взмахи выходили быстрыми и четкими. Да и Себастьян был не в восторге от палочки Рэя. Мало того, что она отказалась подчиняться, так еще и в руке лежала неудобно за счет изгиба рукояти. Оказавшись у лестниц, парни разошлись по разным сторонам. Сэллоу отправился встречать Моррисон у класса Древних рун, а Оминис и Рэй пошли в сторону библиотеки.