Никаких стратегий
8 июня 2024 г., 15:20
Было интересно наблюдать за тем, как Галина Петровна, та старая надзирательница, чуть ли не пинками выгоняет студентов из общежития с чемоданами. Пару минут назад и Куромаку с Николь так же выгнали. Теперь друзьям делать было нечего кроме того, как наблюдать за тем, как та же участь настигает других. Как оказалось, их общежитие уж слишком было переполнено тараканами и прочей живностью, что даже сама надзирательница попросила об очищении здания.
Куромаку локтём опирался об ручку чемодана, молча наблюдая как возмущаются знакомые соседи. В это время он думал о том, где найти пристанище. И как, желательно, отправить Николь домой, ибо ночевать на вокзале вдвоём не в радость. Негостеприимно.
Николь присвистнула, доставая немного помятый клочок бумаги из сумочки на плече.
— Николь, прости меня пожалуйста, — устало сказал парень, поглядывая на мелкий листик, — но тебе стоит уехать. Сейчас.
— Куромаку, я уеду только завтра. Билет уже есть, а тратить деньги мне не хочется.
Николь положила бумажку обратно. Студент догадался, что это был чек от билета автобуса или другого транспорта, ведь жили родители девушки далеко, а к нему подруга приехала на день с ночёвкой.
— М-да, кому ж захочется, — хмыкнул парень, вспоминая маленькую стипендию.
Он устало потёр переносицу. Куромаку чувствовал себя потрёпанным от всех переживаний. Такое ощущение, будто он долго ходит по тонкому льду. А теперь потянул за собой и Николь.
— У тебя есть какие-нибудь знакомые, чтоб нам не ночевать на вокзале?
— Нет у меня знакомых, — буркнул Куромаку, достав телефон из кармана брюк, — у меня есть только обиженная невзаимная любовь.
Одной рукой он зарылся в свои серые пряди, бегло разыскивая глазами каких-то знакомых в экране телефона. Хотя бы для Николь он должен найти место для сна получше скамейки в парке. А он уж как-то справится.
Чат с незнакомцем — мимо, "друг" — не пойдёт, сомнительный педагог... Всё не то! Казалось бы, что ничего хуже уже быть не может, но Куромаку не грустил больше. Он откровенно злился на всё происходящие. Очки покосились, брови были нахмурены, пока Куромаку еле сдерживался, чтоб не ударить экраном в землю. Чтобы трёхэтажный мат не полился грязной рекой студент скрипел зубами.
— Мгхр, — ударив себя по лицу ладонью прорычал тот, — твои родители не могут за тобой заехать?!
Он резко спохватился, чуть приподнявшись с ручки чемодана. Но Николь, к его разочарованию, помотала головой.
— Они сегодня не дома, поэтому знают, что я приеду завтра.
Куромаку набрал воздуха в груди. Его волосы были растрёпаны, глаза полны злости на мир. Он отпрянул от чемодана, нервно начиная ходить перед Николь, держась одной рукой за голову, а второй водя пальцем, будто что-то высчитывая.
— Значит так, — теперь была очередь Куромаку выстраивать стратегию, — у нас мало шансов хотя бы тебя оставить на ночь под крышей. Только вопрос в том, чтобы этак выдумать такого, чтоб найти приют...
Куромаку резко остановился. Щёлкая пальцем, пытаясь набрести на мысль.
— Ты говоришь о..— Николь слегка склонила голову на бок, чуть покривив губы от неизбежности.
— О ком же ещё! — Куромаку настигла эврика и на лице появляется странная улыбка, — Мне Николай Васильевич позарез должен, я ему с лекцией помог! И к Юльке можно набрать, всё же если бы не я, как бы она сдала экзамен?!
— Я думала о другом...
***
Хоть по времени уже был вечер, на улице ещё было светло. Студенты, что остались без крыши над головой, молча шли под стук маленьких колёс чемоданов. Уставшие и отчаявшиеся они проходили возле общежития, откуда их недавно вышвырнули. Куромаку чувствовал себя ужасно растоптанным. Оказалось, что никто на его помощь не может ответить тем же. Николай Васильевич не может, ведь семью некуда деть, Юля тоже не поможет, сама в общежитии живёт. Отказ за отказом и студент потерял надежду. Куромаку уже долго не поднимает головы, пытаясь найти хоть какой-то выход. Он так закопался в себе, что даже сперва не услышал как его позвала девушка. — Куромаку, — жалобно обратилась Николь, — давай посидим, я так устала! Они проходили как раз возле автобусной остановки, поэтому Куромаку только кивнул головой и устало рухнул на скамейку, держась руками за гудящую от мыслей голову. — Куромаку, ты не можешь попросить Клео нас куда-то заселить?— устало вздохнула Николь, подведя к скамейке красный чемодан. — Николь, дай мне немного подумать и мы всё решим и без её, — недовольно сказал парень, опираясь локтями об колени, — я не хочу опять перед ней позориться и клянчить деньги. — А-а, ясно. А на улице оставаться тебя больше устраивает? — съязвила уставшая девушка, поправив круглые очки. — Блин, мне и так не очень, а тут ещё твой сарказм —, недовольно буркнул парень, отмахиваясь, — когда вообще всё плохо будет тогда и попрошу. Николь скрестила руки на груди, прильнув спиной к стенке остановки. Она тяжело вздохнула, понимая,что не права. — Прости, — губки грустно опустились, — я не хотела чтоб всё так вышло. Николь сжала тонкими пальцами ткань юбки от платья, точно так же бессильно опуская голову. Она то ночь на улице потерпит, это не страшно. Вот что страшно было для девушки так это то, где будет Куромаку целую неделю. — Я знаю, ты и не виновата так-то, — пожал плечами Куромаку, злясь на себя самого, — ведь, действительно было неправильно так говорить.. Куромаку хотел было дальше себя ненавидеть, однако махнул рукой, ибо он уже представил, как надоедает подруге со своим нытьём. От досады девушка зло пнула свой чемодан. Так они просидели минуты три. Это надоело девушке и, бодро встряхнув головой, Николь чуть подвинулась ближе к парню, наклоняясь на его уровень. — Слушай, а если мы извинимся? А точнее ты извинишься перед Пиком, м? Подруга с надеждой улыбнулась, глядя на то, с каким недовольным видом Куромаку поднимает на её глаза. Парень вздыхает, чуть приподнимаясь. — Как ты это себе представляешь? — всплеснув руками спросил Куромаку, — я и так ему надоел, а тут ещё и попроситься пожить. — Легко представляю, — пожала руками Николь, улыбаясь, — он же вроде хороший, значит простит и пустит. — Ну, я не знаю... — сомнительно протянул студент. — А давай потренируемся? Представь, что он это я! Ведь как ты можешь его любить, если боишься даже извиниться? Куромаку, поразмыслив над этим с серьёзным видом, только кивнул головой. Надо хвататься за любую возможность извиниться. Куромаку встал, задумчиво потер подбородок, пытаясь подобрать слова такие, какие бы он сказал именно Пику. Сейчас можно было совершить хоть сотню ошибок, Николь наслушалась и не такого. Но лучше прийти к идеалу побыстрей. Под надзором любопытных глаз студенты репетировали своё раскаяния. Где-то даже могли посмеяться, но это был далеко не весёлый смех, а просто обречённый. Но слова пытались склеить почти что из ничего. Старались друг друга поправлять, однако у каждого был свой взгляд на мужчину, его поведение и характер. — Блин, всё не то! — досадно сказал Куромаку, выплёскивая руками. Он глубоко вздохнул, вымученно взглянув на Николь. Набрал воздуха и вновь попытался произнести хотя бы "извини", как послышался звук мотора за спиной. Куромаку рассердился, сжимая руки в кулаки, хоть больше шума не было. — Да начни по другому! — уже сама на нервах Николь недовольно вскричала, устало потирая переносицу. — Да как я начну по другому?! — в ответ огрызнулся Куромаку. — Ну, начни с того, что ты хотя бы понял, почему он обиделся! — вскомандовала Николь, сложив руки на груди, чуть надув губки. Куромаку закатил глаза, недовольно вздыхая и прислушиваясь. Вокруг уже почти не было людей, только приглушённый топот ног. — Ладно, хорошо, — фыркнул тот и чуть прочистив горло снова попытался: — Пик, я был не прав, что так м-м шутил с тобой. — Для его это не шутки, — в который раз напомнила Николь, лениво разглядывая ногти на руке, — подбери другое слово. Это же серьёзно! — Он бы так не отреагировал! Он понимающий и не будет придираться к словам! Я же просто хочу извиниться. Куромаку с силой ударил себя по лбу. В который раз он хотел возмутиться, но... — Чёрт, Пик,— послышался небрежный женский голос из-за спины,— что за малые, зачем мы стали?! Куромаку в ужасе взглянул на Николь даже не успев убрать руку от лица, замечая, как сильно краснеют её щёки. Он покривился, будто съел кислый лимон, боясь оборачиваться. Прислушался, замерев, будто если он не будет двигаться, то его не заметят. — Подожди, Эмма, не видишь, тут передо мной извиняются! — звучит за спиной знакомый, но в этот раз далеко нежеланный голос. Куромаку набирает воздуха в груди, медленно-медленно поворачиваясь к источнику звука, взявшись рукой за локоть. И да, это не страшный сон, а реальность. Пик стоял со шлемом в руках, лениво опираясь локтём на руль своего мотоцикла, на котором сидела девушка с короткими чёрными волосами и татуировкой пикой на щеке. Куромаку удивился тому, насколько эти двое были похожи. Однако, встряхнув головой, дабы не отвлекаться на спутницу Пика, Куромаку хотел применить всё неудачные попытки теперь на практике, но язык не шевелился. Щёки заметно покраснели, а глаза стали бегать в поисках спасения. Пик недолго ждал встречи со взглядом Куромаку. Что уж там говорить, он её совсем не искал. Чуть вытянув шею он заметил, что у лавочки для ждущих автобуса стоят два чемодана. Он удивлённо вскинул брови, в этот раз глядя на Николь, которая стояла за спиной Куромаку. Но девушка так же быстро стушевалась, виновато глядя в пол. — Пи-ик,— прорычала нетерпеливо Эмма, — нам же в ремонт надо! — Погоди, — раздражённо кинул Пик с вопросом, — чего ты раньше не написала? — До тебя неделю нельзя было дописаться! Пик хмуро прищурился, отвечая рассерженным взглядом на такой же, только со стороны Эммы. Он недовольно цыкнул, отворачиваясь от спутницы. Теперь, слегка успокоившись, терпимо обратился к студенту: — Что случилось, Куромаку? Куромаку чуть вздрогнул от того, что его назвали по имени. Должно быть приятно, однако в этот раз парень предпочитал чтобы о нём вообще не вспоминали. Кратко вздохнув, уже не в силах бороться, тот на удивление твёрдо сказал то, чему учился до этого времени: — Нас выселили из общежития, а ещё я хотел- — Ближе к делу, — прервал Пик, жестом руки, — нет где жить? Куромаку сглотнул. Всё же прямолинейность в своём обожаемом человеке за время знакомства он ещё не разглядел. — Да...— кивнул парень. — Пик, кто это? — с едкой ноткой брезгливости спросила девушка на мотоцикле, свысока глядя на Куромаку. — Да есть один...— закатывая глаза сказал Пик, лениво глядя на Эмму. Мужчина не стал вдаваться в подробности, вручив ей в руки свой шлем. Затем он стал шустро рыскать по карманам широких брюк. В конце концов из-под ткани послышался звон ключей. Куромаку непонимающе наблюдал за молчаливым Пиком, который уже поднял голову на студента. — Держи,— хмыкнув, мужчина кинул парню ключ, который Куромаку неловко поймал, — вроде помнишь где я живу. Разберёшься. — Зачем ты дал им свои ключи, — непонимающе покривила брови Эмма, когда Пик ужа садился на мотоцикл, — ха, в няньки заделался? Но мужчину не трогает едкая шутка Эммы. Он забирает у её свой шлем и в последний раз взглянув на своих несчастных студентов, предупреждает: — Вернусь через полчаса. Это было последнее, что он сказал им. И более не тратя ни секунды Пик надевает шлем и в мгновение ока мотоцикл трогается и с шумом покидает остановку. Куромаку до конца смотрел им в след, пока те не повернули за угол. В руках он теребил ключи, которые не казались реальными. Николь быстро подбежала к другу, разглядывая с жадным любопытством ключ. — Куромаку, мы не останемся ночевать на улице! — девушка бросилась парню на шею, обнимая и громко ликуя. — Ага..— не разделяя радости девушки Куромаку добавил: — но я, наверное, так и не прощён. Николь замолчала. Хватка в объятиях ослабла, пока девушка просто не стала рядом, вспоминая об том, как их подловили.***
Всё же, как бы Куромаку не хотел идти к Пику домой, ему пришлось. Однако он был приятно удивлён, когда с его прихода здесь стало лучше. Теперь в квартире не стоял табачный дым столбом, было прибрано и уютно. Но понимание, что без объяснений не обойтись, ему было некомфортно. Шли они неспешно, поэтому данные полчаса почти были на исходе. Куромаку не знал что можно делать в квартире, но предложил Николь пройти в гостиную. Ведь, она же сделана для гостей? Там они сидели на длинном диване, глядя в выключенный телевизор, оставив чемоданы возле себя. Сил не было, поэтому они не стали даже разговаривать друг с другом, а репетировать извинения более не хотелось, по ясным причинам. И буквально минут через десять дверь отворилась. Студенты переглянулись и выбежали навстречу Пику, который уже снимал с себя чёрную куртку. Слов приветствий не было. Пока Пик не говорил ни слова, да и студенты, будто перепуганные кролики только смотрели на хозяина. Мужчина вздохнул, ощущая на себе чужие взгляды. Он повернулся к тем и опёрся об стенку локтём, подпирая щёку ладонью. — Ну, слушаю, — сказал Пик, в скучающем ожидании. В этот раз, чтобы дать Куромаку собраться с духом и извиниться нормально ,говорить стала девушка. — Нас выселили из-за того, что общежитие непригодно для проживания. Там сейчас идёт чистка от жуков. Она говорила чётко, пока Пик слушал её уже чуть более заинтересованно. Он привык к невнятному говору Куромаку, во время его косяков, и хозяина удивило то, как собралась девушка. — Угу, понял, — слегка кивнул мужчина, — а на долго выселили? — Я уезжаю, буквально, завтра, — пыталась как-то ободрить хозяина квартиры Николь, но взглянув на своего брата по несчастью со вздохом сказала, — а вот Куромаку нужно ещё недельку где-то пожить... — Понял, — мужчина снова кивнул головой, отстраняясь от стены, — останетесь, поживёте, нет проблем. Пик улыбнулся девушке, показывая, что в заселении действительно нет проблем. Николь так же ему улыбается, складывая руки за спиной. Будто без слов они вдвоём взглянули на Куромаку, который по прежнему, хотелось бы сказать с интересом, но нет, смотрел в пол. — Куромаку-у, — странно ласково позвал Пик, чуть наклоняясь вниз, будто студент не слышит, — твоя очередь. Ты же готовился. Кажется, Пик не смеётся, даже не улыбается, но для парня это прозвучало хуже любого шуточного прозвища. — Ха, да, точно... — Куромаку неловко и натянуто улыбается, выравниваясь. Неприятный осадок оставался на душе, но теперь деваться было некуда. Только он и Пик, который как придирчивый зритель перед актёром. Куромаку пару секунд просто смотрел в чужие полуприкрытые глаза. Однако студент засмотрелся, поэтому Пик чуть кивнул головой, чтоб гость начинал. Парень, вырванный из своего любования, неуверенно начал: — Пик...прости меня, пожалуйста, — с сожалением говорит Куромаку, но голову не опускает, стараясь подражать Николь, — я не думал, что тебя так заденут мои..кхм.. высказывания, — парень поперхнулся словом "шутками", но продолжил, — я больше так не стану говорить, если тебе не приятно... Всё. Теперь уже можно опустить смущённо взгляд. Но Куромаку почувствовал, как на его голову легла чужая ладонь, трепля волосы. Он поднял глаза с тихим трепетом. — Спасибо за то, что извинился, — одарил улыбкой Пик гостя, будто лучом света, — видишь, всё не так уж трудно, вроде как. Куромаку невольно улыбается сам, негромко соглашаясь. — А ты боялся. Я же не изверг какой, — Пик усмехнулся, а дальше признался:— я не запрещаю тебе шутить, просто...не перегибай палку. Мне кажется, что ты не ты без этих..— мужчина задумался, после чего серьёзным строгим тоном покривлял студентов, — высказываний. — Ха, — Куромаку улыбнулся, обращаясь к Николь, — я же говорил, что не придерётся к формулировке! — Ой-ой-ой, — сделала обиженный вид Николь, — подумаешь. — Так, стратеги, — улыбаясь сказал Пик, прекращая спор, — есть хотите? Есть студенты всегда хотят, так что друзья быстро закивали головами. Пик поставил руки в бока, представляя себя поваром в столовой. — Ладно, это не проблема, — отмахнулся тот, — давайте пока я готовлю вы придумайте себе занятие, если не нужно к какой-то паре готовится. — Блин, так скучно! — капризно сказала Николь, — мы толком не погуляли, а теперь ещё нам самим что-то делать. — Да, — подхватил Куромаку, улыбнувшись, — давай ты с нами! Можно фильм найти или... — Вряд-ли получится, мне завтра на мою, — Пик сделал паузу, с ужасно притворной радостью улыбнулся, — "любимую" работу. — Эй, ну как так? А когда мы гуляли и работы не было? — бойко возразила Николь. Пик хотел было возразить, но девушке удалось его заткнуть. Он замолчал, вспоминая что есть в его материале на завтра, но мысль сразу перебил Куромаку: — Ну, пожалуйста! Теперь уже оба стали умолять Пика остаться с ними, а не с ноутбуком. Мужчина устало вздохнул, удивляясь, как быстро осмелели провинившиеся, но отказать было всё равно трудно. Опустив руки, тот лениво улыбнулся, неоднозначно соглашаясь: — Ла-адно, посмотрим на ваше поведение.***
На поведение Пик взглянуть даже не поспел. Поужинав, друзья только больше оживились и потянули мужчину чуть ли не за руки забавляться с ним. Играли в правду или действие, параллельно рассказывая какие-то истории. Всё шло спокойно, Пик постоянно выбирал правду, чтоб ничего не делать, потому что было лень, но в этот раз заставили. — Пик! — возмутился Куромаку после очередной правды, — хватит одно и тоже выбирать! Возьми уже действие! —Мне скрывать нечего да и обязательно ли? — Пик слегка поёрзал на диване, удобней укладываясь, — Мне и так хорошо... Пик улыбнулся как довольный кот. — Обязательно!***
Теперь Пик сидел среди студентов с пальмочкой на лбу. Его "радость" трудно описать словами. Раскрашенные ярко красной помадой губы были натянуты в притворной улыбке, пока мужчина смотрел на свои накрашенные синими тенями веки в зеркале. Брови были щедро накрашены карандашом, а щёки неестественно красными из-за перебора румян. Он убрал от себя зеркало, глядя на то, как Николь с силой сдавливает себе рот, дабы не засмеяться в голос. А Куромаку себе в этом удовольствии не отказывал, громко смеясь, хлопая ладонью по полу. — Я красотка, — закатывая глаза к небу сказал Пик, открыто улыбаясь. Теперь уже Николь не удержалась, но всё же смеялась сдержаннее. Куромаку стал жадно глотать воздух, дабы не задохнуться, но взглянув на Пика ещё раз залился новым звонким смехом, валясь на пол. — Николь, — тихо сказал Пик, заговорщически, чтоб задыхающийся Куромаку не услышал, — дай-ка мне помаду... Николь уловила мысль своего творения в качестве визажиста. Отдала помаду и шустро прижала Куромаку к полу за запястья, хитро улыбаясь. Куромаку сначала даже не понял, что случилось, начиная биться ногами. — Эй! Что?! — вскрикнул тот, не понимая предательства от девушки, как сверху уже появился и Пик. — Ха, щас ты тоже будешь красавицей, дорогая, — попытался сделать более женский голос Пик. — Эй! Мужчина взял Куромаку за подбородок, удерживая рывки того в разные стороны...***
Была уже ночь. Пик устало смотрел в телевизор, наблюдая за героями в нём, по прежнему со своим интересным макияжем. Рядом, лёжа на плече, притихла Николь, поджав колени. А на втором, с большой пикой на лбу и криво нарисованными помадой губами, лежал Куромаку, тихо сопя и еле держась ладонью за плечо мужчины. Пик с облегчением вздохнул, выключив телевизор пультом.
