Темный Спаситель

***

Постепенно темнота начала сменяться картинками, которые она рассматривала со стороны. Холод пробежал по всему телу, когда она увидела перед собой хрупкое тело Эммы, ее Эммы. Реджина подбежала к ней, но не смогла притронуться, ее тело прошло через блондинку. Брюнетка заскулила, сердце сжалось, а горячие слезы потекли по щекам, тут же застывая. Девушка в недоумении огляделась, только сейчас понимая, что в этом месте безумно холодно, а свет исходит только от Эммы. Реджина вздрогнула, когда услышала родной, но такой сломленный голос. — Прошу хватит! Картинки снова стали сменяться, место оставалось тем же, но менялось время. Реджина поняла, что видит воспоминания блондинки со стороны. — Мама, что ты здесь делаешь? — Реджина увидела, как к Эмме подходит Снежка, но взгляд был не похож на нее, он был холодным и колючим, ранящим. — Эмма, дорогая! Ты так изменилась! — восклицала Снежка, но голос был хищным и насмехающимся. — Мама, что ты здесь делаешь? — Пришла к тебе, я скучала, дорогая! — Я тоже скучала, мам! У меня ведь получилось, вы спаслись от проклятия? — сердце Реджины пропустило удар, Эмма выглядела очень болезненно, но она все равно беспокоилась о них. — Нет! — рявкнула Снежка, а Реджина удивленно посмотрела не нее, — Никого ты не спасла! Ты на такое не способна! — глаза Реджины распахнулись так широко, что она даже испугалась, не повредила ли она себе что-нибудь. Реджина хотела вмешаться, но с ужасом обнаружила, что не может двигаться и говорить. Она может лишь наблюдать. — Мама?! — Позор! Никчемная и ненужная сирота! Ты не достойна этой жизни! — по щекам Эммы и Реджины текли слезы. — Твоя жизнь ничего не стоит, лучше бы ты не появлялась в наших жизнях! Ты все испортила! — Мама! — громко закричала Эмма, всхлипывая, когда Снежка начала пропадать. Самым ужасным было то, что Реджина никак не могла помочь девушке. Только смотреть, как хрупкое и сломленное тело поддергивается от рыданий. Эмма увядала в собственных кошмарах, свидетелем которых стала брюнетка. Реджина любила ее, и это чувство было настолько сильным, что сейчас причиняла жгучую и удушающую боль.

-----------------------------------------------------------

Картинка снова начала меняться, закидывая Реджину в середину разговора. — Разве ты достойна уважения?! Ты никто и никогда никем не была! — сейчас Реджина стала свидетелем разговора Эммы и Дэвида, — Твоя жизнь и гроша не стоит! — Это неправда, неправда, неправда, — Эмма качалась из стороны в сторону, повторяя слова раз за разом, Свон выглядела очень похудевшей и больной. — Ты мусор! Сука, что бросила своего ребенка! — Реджина была готова убить. — Правильно, что тебя избивали в детских домах и приемных семьях! Ты этого заслуживаешь! — Дэвид сделал резкий выпад вперед, с размаху ударив дочь по лицу, и следом хватая за волосы, запрокидывая голову, — Сирота! Реджина беспомощно захлебывалась в слезах, не веря в происходящее.

-----------------------------------------------------------

Картинки снова начали меняться. Пытки, удары цепями, избиение, унижение, кровь и слезы, все сменялось друг другом, пока не остановились на очередной сцене. Эмма сидела на том же месте, качаясь и неразборчиво бормоча себе под нос. Все тело и лицо девушки было покрыто синяками, ссадинами и глубокими порезами. Реджина не могла спокойно смотреть за этой картиной, внутри женщины бушевал ураган. Реджину привлек знакомый голос. Генри расслабленной походкой направлялся к биологической матери. — Здравствуй, мама, — тон мальчика был холодным и надменным, даже Реджина вздрогнула от неприятных мурашек. — Генри?! — Эмма с надеждой посмотрела на сына, из-за чего Реджина почувствовала, как горький ком поднимается к горлу, — Это правда ты? — Да, это правда я! Соскучилась? — Реджина понимала, что сын лжет, но ничего сделать с этим не могла. — Конечно, милый! Я ведь люблю тебя! — Генри рассмеялся, и в этом смехе было столько насмешки и презрения, что яд буквально сочился изо рта брюнета. — Ты? Любишь? Не смеши меня! — Ты бросила меня, сразу же, как я появился на свет! Ты сама жила в системе, неужели ты хотела для меня такой же судьбы? — Я верила, что тебя усыновят! И это произошло, у тебя самая прекрасная и добрая мама, о какой только можно мечтать, — Реджина улыбнулась сквозь слезы, даже сейчас Эмма защищала ее, вставала на ее сторону, — Разве ты не был счастлив? — Ты моя родная мать! Тебе было плевать на меня! Даже после того, как я привез тебя в Сторибрук, ты не изменилась! — Никчемная мать! Я никогда тебя не любил и уже не полюблю! Ненавижу тебя! Эмма всхлипнула, сжимаясь в комок. Сердце болело от слов сына. Она знала, что была ужасной матерью, но старалась это исправить. Видимо не вышло, Генри был прав, она никчемный человек, не достойный любви, семьи и счастья. — Ты мне никто!

-----------------------------------------------------------

Очередной поток воспоминаний. Снова избиения, оскорбления и поток сильных ударов. Реджина каждый раз закрывала глаза и уши, чтобы не видеть и не слышать всего ужаса, что пережила самая светлая душа, которую Реджина когда-либо встречала. Очередной картинкой стали последние воспоминания Эммы в этом измерении. Реджина напряглась, когда увидела себя, приближающуюся к Свон. — Эмма, ты слышишь меня? — Реджина из здешнего мира приподняла блондинку за подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Реджина?! Ты пришла за мной? — в тусклых зеленых глазах Свон появилось столько тепла и нежности, что настоящей Реджине стало не по себе, что это видит не она, а ее жестокая пародия. — Конечно, дорогая! Я пришла помочь тебе! — Помочь? Как? — Ты ведь хочешь выбраться? — Реджина из реальности внимательно слушала разговора, она была уверенна, что все нужные им ответы кроются здесь. — Ты отправишь меня домой? — Да! Ты ведь доверяешь мне? — Конечно, — Эмма приподнялась, чтобы удобнее было смотреть в родные глаза брюнетки. — Тогда повторяй за мной, — темная Реджина взяла ладонь Свон и положила ее ей на грудь в районе сердца, — Не бойся, больно будет лишь на мгновение. Реджина стала погружать руку Эммы в ее грудную клетку, когда раздался тихий голос: — Я люблю тебя, Реджина! Давно и очень сильно! — настоящая Реджина схватилась за грудь, пытаясь удержать быстро бьющиеся сердце в груди, только что она услышала слова, о которых так долго мечтала, но услышала их не она, а ее подлый двойник. — Я знаю. И я тебя! — Реджина презрительно посмотрела на своего двойника, в то время как Эмма искренне ему улыбнулась, — А теперь повторяй за мной! Поняла? Слово в слово! — Поняла, — Эмма поморщилась от боли, но не отшатнулась. — Ucisă de iubita ei, înviată de ea. Эмма немного коряво, но все же повторила: — Ucisă de iubita ei, înviată de ea. Двойник брюнетки вынул сердце из груди спасительницы, озаряя окружающую их тьму его светом. Настоящая Реджина увидела, как ее копия кладет сердце Эммы в шкатулку. Но Реджину отвлек от сего действия истошный крик блондинки. Эмма выгнулась всем телом, впитывая в себя окружающую тьму и жгучий холод. Реджина видела, как меняется спасительница, как ее глаза становятся пустыми и черными, как светлая кожа становится болезненно бледной. Последнее, что видела Реджина, как Эмма исчезла в вихре, а ее копия обратилась в тень, сливая с аурой Даркара. Затем воспоминание пропало, погружая брюнетку в темноту.

***

Первое, что увидела Реджина, когда открыла глаза, это разрушенная гостиная, все вещи были разбросаны и развалины на щепки. Девушка резко поднялась, борясь с головной болью. Прислушавшись к звукам, Реджина быстрыми шагами направилась на задний двор. Картина, которую Реджина застала, была похожа на кошмар. Генри нигде не было видно, Снежка бессознательно лежала у ступенек, Голд и Дэвид пытались дать Эмме отпор, что у них плохо получалось. Когда Реджина ступила на мягкую траву, то все взгляды моментально устремились на нее. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Дэвид, видя небольшую бледность и опухшие глаза брюнетки. — В порядке, — в этот момент у ее головы пролетел темный энергетический шар, запущенный Эммой. — Наконец-то, Ваше Величество, решила присоединиться к нам! Что-то долго вы! Устали за ночь, пока лазили по чужим домам? Реджина ничего не ответила на выпады блондинки, переводя решительный взгляд на Голда: — Где она? — маг сразу понял, что именно в виду ведьма, быстро отвечая, одновременно с этим отражая удар спасителя. — Генри, — и склонил голову, давая брюнетки понять, куда следует идти. Реджина сначала нахмурилась, но затем кивнула, исчезая в фиолетовой дымке, и появляясь в лавке Голда. — Генри? — Я здесь, мам! — мальчик вылез из-под стойки, крепко прижимая к себе шкатулку. — Как ты? — Реджина внимательным обеспокоенным взглядом осмотрела сына, а когда удостоверилась, что на Генри нет и царапины, крепко его обняла. — Я в порядке, мистер Голд перенес меня сразу же, как появилась Эмма. Она очень зла, — Генри прижался с матери, успокаиваясь в ее родных теплых объятиях. — Да, я заметила, — брюнетка поджала губы, сейчас она понимала, почему Эмма стала такой, лишь немногие смогли бы сохранить рассудок после такого. — Ты узнала, кто виноват в том, что стало с Эммой? — в глазах парня горела надежда. — Да. — Кто? — в глазах горело любопытство и надежда, Генри хотел как можно скорее вернуть свою вторую мать, и зажить большой и счастливой семьей. Больше всего он хотел, чтобы у его темноволосой матери появился шанс обрести свою истинную любовь. — Мы. Все мы, — слова были пропитаны горечью и виной. — Что?! — воскликнул Генри, не веря своим ушам. — Тени в нашем облике говорили Эмме ужасные вещи и поднимали на нее руку. — Из-за этого Эмма стала такой, — Генри не спрашивал, утверждал. Во взгляде надежда сменилась виной и болью. — Все будет хорошо! Я знаю, как ее спасти! — в темных глазах появилась решимость, она спасет любимую девушку, и в этот раз Реджина уверена в этом на все сто процентов. — Что надо делать? — Генри, заметив решительный блеск в глазах матери, почувствовал как в нем просыпается сила, он готов на все, чтобы исправить весь этот кошмар. — Давай мне шкатулку, — Реджина забрала шкатулку из рук сына, нежно поглаживая пальцами. — Ты знаешь, что внутри? — Да, ее сердце, — глаза Генри округлились размером с блюдца. Реджина закрыла глаза, прошептав слова, которые она уже никогда не забудет: — Ucisă de iubita ei, înviată de ea. — Что это значит, мам? — Любимой убитое, ей же воскрешенное.

***

Битва между Эммой и Голдом продолжалась долго. Дэвид давно был отброшен в стену, удар был сильный, сопровождаемый хрустом костей. Рук будет долго болеть. Голд сделал очередной выпад, но не успел отразить сильный удар в голову, из-за чего отключился, потеряв сознание. Эмма усмехнулась, ее веселила победа над самым могущественным Темным магом. Но сейчас ей было интересно другое, и она собирается это вернуть. Пасом руки Эмма перенесла себя в лавку. Когда дымка рассеялась, перед Эммой стояла Реджина, повернутая к ней спиной. — Привет, Эмма, — Реджина старалась говорить безэмоционально и равнодушно, чтобы не выдать дрожь в собственном голосе. — Кажется, мы уже здоровались, — Эмма бегала взглядом по комнате, выискивая нужную ей вещь. — Ты убила их? Дэвида? Снежку? Голда? — Реджина говорила твердо и холодно, у нее был план. — Могла, но не стала. Все зависит от тебя, — в голосе читалась нескрываемая угроза и предупреждение. — Меня? — Если не будешь упираться, а просто вернешь мне то, что взяла, — Реджина слышала, как Эмма подходит к ней, это и было нужно брюнетке. — И что же я, по-твоему, взяла? — Королева говорила самым невинным голосом, будто она и правда не была во всем этом замешана. Эмму это раздражало. — Реджина! Не зли меня! — Ты и сама справляешься, — так же холодно бросила королева. Реджина слышала яростный вздох Эммы. Грубая рука схватила ее, разворачивая резким движением. Пора. — Ты поплатишься за все, что сдела.ла… — Эмма замолчала, замерев на месте, почувствовав чужую руку у себя в грудной клетке. Последнее, что увидела Реджина, прежде чем Эмма обмякла в ее руках это родные ярко-зеленые глаза.

***