Любовные письма

Недавно Стелла наткнулась на любопытные письма, которые оказались настоящими посланиями. Сначала всё выглядело довольно безобидно: комплименты, милые фразы, иногда — небольшие подарки на пороге. Ничего пугающего, кроме одного — письма приходили анонимно. Как бы Стелла ни пыталась выяснить автора, все в один голос отвечали, что ничего не знают. Первые дни она просто радовалась неожиданным знакам внимания и вскоре оставила поиски таинственного «ухажёра». Но внезапно всё прекратилось. Тогда-то девушка и почувствовала тревогу. Разумеется, она тут же поделилась этим с друзьями — Март 7 и Дань Хэном. – Ну, знаете… – Стелла посмотрела на розоволосую, словно та могла объяснить, – я перестала получать письма! Так внезапно… А вдруг с ним что-то случилось? Дань Хэн скользнул по ней ленивым взглядом, будто наблюдая за капризным ребёнком. – Я не понял, а чего ты сама хочешь? Ещё пару дней назад говорила, что это просто забавно, и всё. – Так я же не знаю, кто это! – взволнованно отозвалась Стелла. – А вдруг этот кто-то не просто прикольный? Это ведь может быть кто угодно. Я спрашивала у всех, но никто не в курсе. Что мне теперь делать? – Не торопи события, ещё объявится, – усмехнулась Март и потрепала её по волосам. – Вдруг у него просто деньги закончились? – А в чём смысл их тратить, если я даже не знаю, кто это, чёрт подери? Разговор продолжался ещё довольно долго и постепенно сошёл на другие темы. Дань Хэн, впрочем, ушёл ещё в самом начале — у него нашлись дела поважнее. В архиве он просидел несколько часов, размышляя. В конце концов решился на рискованный шаг: бумага, ручка и немного вдохновения. Он не считал себя мастером признаний, но строки сами ложились на лист: "Знаешь, я уже не могу держать это в себе. Но признаться лично было слишком страшно. Ты прекрасна. Я люблю твои волосы, твои яркие глаза, в которых хочется утонуть. Люблю твой характер и харизму, твои черты лица — мне нравится в тебе всё. Я бы хотел увидеть тебя сегодня в полночь. Надеюсь, ты придёшь. С великой любовью, навечно твой." Письмо он оставил на её двери, пока Стелла разговаривала с подругой. Страх сковывал сильнее любых цепей: дело было не в деньгах и даже не во времени, а в том, что после отказа им всё равно пришлось бы работать вместе. Но он больше не мог скрывать чувства: бабочки в животе давно превратились в острые ножи, больно царапающие сердце. Ночи проходили в одиночестве, с горькими слезами и мучительным ощущением безысходности. Вернувшись в свою комнату, Стелла заметила знакомую фигуру, исчезавшую в коридоре. На её двери ждал новый листок. Девушка улыбнулась, прочла строки и, не раздумывая, направилась в архив. Через несколько минут за дверью раздался стук. На сухое «войдите» в проёме появилась Стелла. – Ты что-то хотела? – спросил Дань Хэн. Она молча подошла и положила письмо рядом с ним, улыбнувшись хищно и дерзко. – Прости, я хотел… то есть… – он запнулся. Несмотря на усилия, голос дрожал. – Я хотел как лучше, а получилось… Стелла не дала договорить. Она шагнула ближе, обняла его за шею и прошептала: – Не начинай, прошу. Их взгляды встретились, расстояние сокращалось с каждой секундой. Когда губы соприкоснулись, мир вокруг перестал существовать. Её поцелуй был мягким, как лепестки роз, а он утонул в её аромате, оставив все сомнения позади. В ту ночь любовь буквально витала в воздухе.