мои волосы!

— Парик-сан, прошу вас...ИЗНАСИЛУЙТЕ ЖЕ МЕНЯ!,– срывала голос синеволосая, проталкивая тонкие, аристократичные пальцы под нежную ткань своих кружевных трусиков. Но предмет был непоколебим. С безразличным видом он продолжал оставаться на месте, не желая удостаивать девушку такой чести. — Что ж, раз вы не хотите...мне прийдётся заставить вас,– произнесла Широгане, нависая над своим возлюбленным. — Я заставлю вас хотеть этого!,– кокетливо проговорила она, аккуратно посасывая слипшиеся пряди. Немного поёжившись от непривычных ощущений, предмет продолжил сохранять хладнокровие. — Ну же, парик-сан, не сдерживайте себя,– с улыбкой продолжила Цумуги, вылизывая затвердевающие волосы. Предмет был не в силах больше терпеть: тёплая волна колких мурашек прошла по всему его телу, заставляя безвластные пряди принимать форму маленьких, тонких членов. Широгане рассмеялась: — Я знала что вам понравится, вы такой извращенец, парик-сан,– с издёвкой сказала синеволосая, надрачивая один из множества затвердевших стволов. Издав тихий, почти беззвучный стон, парик эякулировал, изливаясь прямо в ладонь косплеерши. Заметно возбудившись таким зрелищем, девушка тут же размазала бледно-розовую субстанцию по своему миловидному личику. — Ну как? Вы ведь хотите большего, верно, парик-сан?,– говорила она, медленно оголяя свою большую, пышную грудь. Широгане кокетливо обхватила собранные в кучу отростки своими огромными сиськами, позволяя предмету ощутить нечто новое. Наблюдая за тем, как все органы по очереди изливаются на её молочные железы, девушка не могла понять одно: почему парик всё ещё не был достаточно возбуждён? — Этого для вас мало? Что ж,– произнесла Цумуги, стягивая с себя остатки привычной ей формы,– возможно, это сможет как-нибудь вам помочь?,– спросила она, засовывая пальцы в свою истекающую выделениями вагину. — Да, вполне,– вдруг отозвался предмет. Немного понаблюдав за испуганным лицом синеволосой, парик решил забрать предложенное. Резкими рывками он проникнул внутрь молодого тела Широгане, заставляя её испытывать невероятные боли. — Как я и думала, парик-сан, вы невероятны,– прокричала Цумуги,– я...,– не дав ей закончить, предмет грубо запихнул свои членотентакли в узкую глотку девушки, едва ли не разрывая тонкие ткани. Косплеерша затряслась, задыхаясь собственной слюной. Обжигающе горячая блевота принялась вытекать из ноздрей Широгане, демонстрируя мучителю содержимое её желудка. Недовольно цокнув, парик поспешил заткнуть отверстия уже привычным ему способом. Внезапно, члены, что находились во рту и носу Цумуги, вдруг стали крутиться, в мясо разнося её милое личико. Вскрикнув от неистовой боли, косплеерша в агонии попыталась схватиться за своё изуродованное лицо. Но стоило ей только поднять свои бледные, тонкие руки, как конечности тут же сорвались со своих привычных мест: извиваясь, они медленно отрывались от плечей бедной девушки. Крича от адской боли, Широгане с ужасом наблюдала за тем, как её оторванные ручки вдруг начали шевелиться. Сотни крохотных, волосатых ножек вдруг прорвали нежную кожу холодных конечностей, давая им возможность свободно передвигаться. Руки синеволосой хаотично забегали по пропитанному кровью, старому ковру, исследуя местность. Немного полюбовавшись своим творением, предмет резко ввёл оставшиеся тентакли в попку Цумуги. На неистово сильную долбёжку по обе стороны тела девушки, её организм решил ответить соответствующими процессами. Изо рта Широгане вдруг потекла вонючая, обжигающая горло блевота, выливаясь прямо на голый матрас. Анальное отверстие синеволосой, в свою очередь, тоже не осталось в стороне, отозвавшись вязким кровавым поносом. Подбежавшие к полумёртвому телу ручки принялись обмазывать пизду косплеерши её собственным дерьмом, постепенно проникая внутрь. От невозможности выйти наружу, все субстанции начали скапливаться в желудке девушки. Живот Широгане вздулся до неестественно больших размеров, открывая взору все её органы. Не выдержав такой сильной нагрузки, брюшко девушки разорвалось, раскидывая всё своё содержимое по душной мастерской. Не в силах больше выносить столь сильную боль, Цумуги закрыла глаза. Она вдруг ощутила тепло, разливающиеся по всему её телу. Ни страха, ни боли — всё это пропало. В последний раз улыбнувшись, девушка канула во тьму. Полностью проигнорировав смерть косплеерши, парик с упокоением принялся поедать внутренности своей жертвы. Поглотив всё содержимое тела покойницы, предмет решил забрать то, что его по настоящему привлекало в этой милой, загадочной девушке. Взяв нож со стола Широгане, он принялся снимать с косплеерши скальп. Когда работа наконец была окончена, парик с нежностью прижал отрезанную часть к себе: — Пойдём, моя дорогая Цумуги,– говорил он, поглаживая шелковистые волосы оторванной рукой девушки,– нам ещё многое предстоит совершить.