I don't need you

Холод подъезда пробирается под тонкую ткань домашней футболки, заставляя противные мурашки пробежать по спине. Минхо изначально вообще не хотел выходить из квартиры, которую по привычке считал своим убежищем, а сейчас это было скорее место, в котором он просто прятался от внешнего мира и всего живого. Звонивший в дверь человек явно был очень настойчив и не собирался сдаваться даже через двадцать минут безответных звонков. Ли очень опрометчиво не посмотрел в глазок, прежде чем открывать кому бы то ни было. На пороге стоял Джисон. Почему-то парень не был удивлён этим фактом. Он может быть и удивился бы, но только не сейчас. Не в этой ситуации. Это было достаточно очевидно. Настолько очевидно, что хотелось иронично усмехнуться и спорить себя, почему он не подумалоб этом секундой ранее. По лицу Хана было трудно что-то понять. Он зол? Обеспокоен? Чего он хочет? Тихое «привет» режет слух Минхо и разносится эхом по всему подъезду. Ничего такого, но вдруг становится больно. Простое слово, которое, казалось, они говорили друг другу сто тысяч раз, но именно сейчас оно ощущалось ножом в сердце. Он не должен быть здесь. Не должен здороваться с ним. Не должен так смотреть на него. Он ничего ему не должен. — Уходи. — пресекает Ли разговор, не успевший начаться. Его тон холоден, но голос тихий. Он пытается не дать сомнениям успеть забраться в его голову. Не передумать. Рука тянет дверь за ручку на себя, чтобы поспешно закрыться обратно в своей тюрьме, куда Минхо сам себя и посадил, но чужой ботинок в последний момент просовывается в щель, не давая этого сделать. — Минхо, пожалуйста, давай поговорим! - блестящие глаза напротив смотрят отчаянно, будто сейчас последняя возможность понять, что происходит, стремительно удаляется, собираясь пропасть совсем - Ты ведь знаешь, что я не уйду отсюда просто так. — усталый вздох срывается с губ Джисона. — Если не хочешь видеть меня, просто скажи, почему? Что я сделал не так? Глупый. Глупо, что он считает, что причина в нём. Хан не виноват во всём этом, а от понимания этого становится ещё хуже. Минхо заставляет людей беспокоиться за себя, переживать. Какой же он жалкий. Не может позаботиться о себе, так ещё и другим жизнь портит. — Уйди, пожалуйста. — Минхо встречается с ним взглядом, но тут же опускает глаза в бетонный пол. Рука начинает дрожать от того, как сильно он сжал дверную ручку. Возможно сейчас он делает ошибку. Хотя, если подумать, он вечно ошибается. Наверное он поступает плохо, но по другому просто не может. Не хочет признавать, что может. — Уйди. Ты мне не нужен. «Мне не нужно причинять боль ещё и тебе» Слова были страшнее любого оружия. Ли даже показалось, что губы Джисона дрогнули, а глаза чуть расширились, но парень наотрез отказался смотреть ему в лицо. Ком из всего того, что хотелось бы высказать кому-нибудь, но не получалось даже самому себе, завязался где-то в горле и начал жечь внутренности. От этого даже начало подташнивать. — Я скучаю…хён, вернись пожалуйста. Мне тебя не хватает. — в то место на полу, куда был направлен расфокусированный взгляд Минхо, упала какая-то капля. Затем ещё одна. Тишину разрезал тихий, еле-слышный всхлип. Джисон плачет? Какая же всё-таки Ли Минхо тварь. — Тебе будет лучше без меня. — это единственное, что мог сказать парень. Единственное, что крутилось у него в голове уже очень долгое время, счёт которому он потерял. Минхо окончательно захлопывает дверь, воспользовавшись моментом, когда Джисон убрал ногу, и быстро закрывается на щеколду, а затем на ключ на все три оборота. Глухой удар двери ещё долго отдается в черепной коробке. Хотелось спрятаться. А может быть просто перестать существовать. Наверное, второго всё-таки хотелось больше, хотя, если честно, парню не хотелось уже ничего. Сползая вниз, прислонившись спиной к двери, он закрывает лицо руками и чувствует, что глаза снова начинает жечь. Больно. А причинять боль Джисону было ещё больнее. Истерика, грозящая перерасти в очередную паническую атаку, захлёстывает с головой. Хочется кричать, но вместо крика выходит лишь беззвучный стон отчаяния. «Ты тварь, Ли Минхо, тебя не должно быть. Мог бы уже вскрыться давно, но сил не хватит. Слабак. Ещё и трус.» И если бы не собственное бешеное биение сердца, барабанящее в ушах, то возможно парень услышал бы за дверью чужие тихие всхлипы, но этого не произошло. Джисон наверняка разозлился и ушёл. Он теперь точно ненавидит Минхо. По-другому и быть не может. Во что же Ли превратился. Взгляд на секунду падает на собственное отражение в зеркале на стене. Волосы растрёпаны, синяки под глазами достигли пугающего оттенка, футболка вся запятнанная и помятая после многодневного бессонного лежания в кровати. Последнее время сил не хватало даже заставить себя сходить и умыться. В детстве, оставаясь в родительской квартире в одиночестве, Минхо боялся монстров, которые, как ему казалось, могли напасть откуда угодно в самый неожиданный момент. Но сейчас всё изменилось. Теперь он знает, что монстр в квартире лишь один, и это он сам.