Сейчас 2020 год, все немного геи

Шухуа никогда раньше не сомневалась в своей сексуальности. Она всегда знала, что ей нравятся девушки, и у нее никогда не было ни малейшего желания это изменить. Ее родители отнеслись к этому спокойно, предупредив ее только о том, чтобы она держала это при себе, если она действительно хочет стать певицей, потому что индустрия не добра к тем, кто отличается. Она взяла за правило никогда не связываться ни с кем из своей компании. У нее и раньше были тяжелые расставания, она знает, что люди могут быть жестокими, и она не собирается рисковать своей карьерой ради смазливого личика. Это до тех пор, пока она не встретит Суджин. Суджин красива, в этом нет сомнений, но она также такая милая, что это причиняет боль. Ее сценический образ полностью отличается от того, какой Суджин является в реальной жизни, и сердце Шухуа решает, что Суджин - та, кого оно хочет при первой их встрече. Суджин только что закончила выдающееся выступление, и Шухуа солгала бы, если бы сказала, что ее не пугала старшая девушка. До тех пор, пока Суджин не подходит и не спрашивает самым мягким, самым неуверенным голосом, который когда-либо был у нее, о том все ли в порядке. Шухуа почти признается в любви прямо тогда и там. “Это было идеально”. Сказала она, и Суджин улыбнулась ей так лучезарно, что Шухуа была уверена, что никогда не полюбит другого человека так сильно, как любила Суджин в тот момент. К счастью для нее, мозг Шухуа был намного рациональнее, чем ее сердце, и позаботился о том, чтобы Шухуа знала, что любовь к Суджин запрещена. Было легче справиться с ее увлечением, когда она узнала, что Суджин встречается с каким-то мужчиной-стажером. Было легче принять тот факт, что Суджин гетеро и она никогда не понравилась бы ей такой, чем тратить годы на то, чтобы тосковать по ней без причины. Так что, хотя Шухуа было больно видеть их вместе, это причиняло немного меньше боли каждый раз, когда Шухуа напоминала себе, что односторонней любви никогда не бывает и она должна двигаться дальше. Вначале было тяжело, но как только подтвердилось, что они в одной группе, Шухуа перешла в профессиональный режим и заперла свои чувства к Суджин так глубоко в сердце, что иногда забывала об их существовании. Большую часть времени это срабатывало, но даже в этом случае были некоторые вещи, которые заставляли Шухуа задуматься. Заставляли ее сердце трепетать от надежды, что, может быть, только может быть, Суджин не такай гетеросексуалка, как думала Шухуа. Обычно это было в форме того, как Суджин обнимала ее, держала за руку или даже целовала в щеку. В то время как рациональный ум Шухуа понимал, что это просто забота о фанатах, ее бедное беспомощное сердце не могло не биться от волнения каждый раз, когда это происходило. Шухуа подыгрывала для вида, привыкая к этому, чтобы заглушить тупое биение в груди всякий раз, когда Суджин приближалась. Шухуа преувеличивает, прижимается к старшей девочке и поджимает губы, чтобы добиться реакции. В большинстве случаев это заканчивается тем, что Суджин игриво отталкивает ее, и Шухуа снова вспоминает, что это не по-настоящему. Так становится легче, и со временем Шухуа забывает. - Кажется, целую вечность она не думала о Суджин в таком ключе. К тому времени, когда Шухуа замечает, что в динамике группы что-то изменилось, они выпускают свой пятый релиз. Девушки разбрелись по студии, изучая текст своего нового заглавного трека, который Соен снова сочинила для них. Шухуа рада, что она в группе с кем-то вроде Соен, это делает их музыку лучше, их звучание более отчетливым. Она так увлечена запоминанием текстов, что на самом деле не обрабатывает их. “Э-э, Соен?” Голос Суджин вырывает Шухуа из ее собственных мыслей. “Хм?” Соен откликается, не отрывая глаз от экрана перед собой. Она подтягивала трек, чтобы сыграть для них гайд. “Что не так с этими текстами?” Шухуа смотрит в свою статью, она не заметила ничего плохого в тексте. Она быстро просматривает снова, все еще не понимая, о чем спрашивает Суджин. “Что?” Говорит Соен, наконец поворачиваясь, чтобы посмотреть на остальных. “Ну,… они просто ...” Суджин, кажется, не может подобрать нужные слова. “Я думаю, она пытается сказать, что твои тексты немного гейские, Соен”. Вмешивается Миен. Суджин краснеет, а Юци и Минни замолкают. Шухуа снова смотрит на текст. Боже мой! Она вознесла меня на небо. Боже мой! Она показала мне все звезды. Шухуа чувствует, как жар приливает к ее щекам. О. “И что?” Соен говорит совершенно бесстрастно. “Н-ничего”. Суджин заикается. “Я не знал, было ли это намеренно или ...” “Ошибкой?” Соен хихикает. “Нет. Не могу сказать, что это было полностью намеренно, скорее подсознательно, но мне это нравится, и я думаю, вам, ребята, тоже понравится, как только вы услышите полноценную версию. ” “О'кей”. “Расслабься, Суджин. Сейчас 2020 год, все немного геи”. Миен пожимает плечами, вызывая смех Соен, Минни и Юци. Шухуа замечает, что Суджин даже не улыбается. Чувство страха закручивается в ее груди. Суджин гомофобна? Прежде, чем Шухуа успевает остановить себя, она выпаливает: “Я знаю, я как раз такая”. В комнате на мгновение воцаряется тишина, прежде, чем Соен расплывается в улыбке. “Я совершенно, определенно знала об этом”. Паника Шухуа немного утихает, но она начинает нарастать с каждой секундой, другие девушки молчат. “Подожди, ты серьезно?” Спрашивает Юци. Шухуа кивает, внезапно почувствовав себя ничтожеством. “Это здорово, Шухуа”. Минни сияет. “Спасибо, что чувствуешь себя достаточно комфортно, чтобы рассказать нам”. добавляет Миен. “Ха, ты не похожа на лесбиянку”. Заявляет Юци, и все разражаются смехом, даже Суджин умудряется рассмеяться над этим. - Девушки относятся к ней так же, и если Суджин гомофобна, она довольно хорошо это скрывает. Она не уклоняется от привязанности Шухуа больше, чем обычно, и продолжает участвовать в skinship с ней для их поклонников. Через некоторое время Шухуа забывает, что то, что она лесбиянка, отличает ее от остальных. То есть до тех пор, пока это не произошло...