Гармония его демонов

- Я ещё раз повторяю вам, что не придумала это всё! – Ёндже в изнеможении откинулась на спинку стула. Она уже несколько часов провела в участке, и на протяжении всего этого времени полицейские не переставая допрашивали девушку, добиваясь от неё признания в собственном вранье. Ёндже сама была в замешательстве. То, что с ней произошло, определённо было на самом деле. Но куда подевались все доказательства?! Единственное, что она могла сейчас предъявить следователям – это кровавые пятна на собственном теле. Но на фоне всего остального доводы студентки не были убедительными. Мужчинам легче было заставить её усомниться в своей собственной адекватности чем заводить заведомо не раскрываемое дело без прямых улик. Даже господин Ким, её, казалось бы, друг, с неодобрением поглядывал на девушку из противоположного угла комнаты. Ему совсем не улыбалось открывать ещё один висяк. Но и думать плохо о знакомой – к которой он относился с отеческой нежностью – и обвинять ту во лжи он тоже не хотел. Поэтому мужчина занял нейтральную позицию и всё это время молча наблюдал за происходящим. В комнату вошёл ещё один страж правопорядка. Когда полицейские только прибыли на место преступления, то сразу выделили группу людей для обыска ближайших зданий. И этого паренька назначили руководить дознанием. Это был невысокий и широкоплечий молодой человек, лицо его чем-то напоминало свиную мордочку, но от этого не выглядело менее привлекательно. Встав по стойке смирно, полицейский произнёс: - Докладывает сержант Со Чанбин. Группа осмотрела окрестности; тела и иных следов преступления не было обнаружено. Для открытия дела нет веских оснований, и я считаю… - Что нужно поискать получше, - перебил его голос из-за двери. Вслед за этим в помещение зашёл высокий и стройный мужчина. Длинные волосы волнами спускались к его плечам и придавали всему образу слегка сказочный вид. Пухлые губы и выразительный взгляд, который он сразу устремил на Ёндже, обыкновенно заставляли девичьи сердца слегка замирать от трепета. Парень действительно выглядел как принц, который спас свою принцессу и получил в награду сладкий поцелуй в той самой сказке. – Девушка вам работу нашла, а вы её на корню обрубаете. - А тебе, Хёнджин, лишь бы перед девкой покичиться, - парировал полицейский средних лет, который более всех был недоволен сложившейся ситуацией. - Ну что Вы, капитан Ли, я просто считаю, что не будет такой человек как Ёндже нам врать. Правда, Ёндже-я? – обратился он к сидящей. - Скорее всего, преступник попался расчётливый, поэтому и следы трудно найти. В кабинете повисло неловкое молчание. - Хорошо, - господин Ким впервые подал голос из своего угла, - давайте поступим так: сейчас весь проулок оцеплен, оставим пару полицейских для охраны. А с утра ещё раз осмотрим всё вместе. Может найдём что-нибудь новое при дневном свете. – Мужчина кряхтя поднялся со стула, хлопнув перед этим себя по коленям. - Ёндже-я, ты, должно быть, устала. Я вызову тебе служебную машину, она отвезёт тебя домой. Отдохни хорошенько, если ты нам понадобишься, мы позвоним. – Он замолчал на пару секунд, задумавшись, - А, точно, сначала позову эксперта, пускай возьмёт образцы крови, которая на тебе. Может тебя всё же разыграли, и никакая это не кровь, а просто краска. – С этими словами мужчина вышел из комнаты. Девушка недоверчиво посмотрела на Хван Хёнджина. В нынешней ситуации он оказался практически её спасителем, одной фразой сумев убедить ранее скептически настроенных полицейских. Однако это было странно. Они виделись и ранее, но Ёндже никогда не питала симпатий к этому красавчику. И считала, что это взаимно. Их общение было ограничено приветствиями, и оба довольствовались малым. Нынешняя его помощь слегка выбила студентку из колеи. Этот человек не стал бы просто так помогать ей; стоило приглядывать за его поведением. Спустя несколько минут пришёл судмедэксперт и взял образцы крови с шеи девушки. Слегка влажная палочка, которой брали материал, противно заскользила по коже, отчего Ёндже поморщилась. Не так уж приятно оказалось быть на месте подопытного кролика. Особенно когда из-за спины врача выглядывает Хван Хёнджин с ухмылочкой на своих пухлых губах. Однако вскоре с формальностями было покончено, и девушку отпустили домой. Лейтенант Хван увязался за ней и вышел проводить студентку до машины. Ожидая транспорт на крыльце здания, парень как бы невзначай спросил: - Можешь ещё раз рассказать о том, что ты видела? Как выглядел тот человек? Может в жертве было что-то необычное? Настроение Ёндже почему-то вмиг испортилось. Она уже достаточно долго объясняла всё полиции и повторять свой рассказ вновь не было ни малейшего желания. Внезапный интерес Хёнджина к этому делу также показался ей подозрительным, но она быстро откинула эту мысль подальше. Вполне естественно было для полицейского расспрашивать свидетеля о преступлении. Ей следовало вернуться домой и отдохнуть, иначе параноидальные мысли сожрут её с головой. Пробурчав ему, что она уже всё рассказала под протокол и что Хван сам может прочитать бумаги, студентка села в подъехавший автомобиль и уехала. Хёнджин ещё некоторое время простоял на крыльце, о чём-то раздумывая. Затем он достал свой телефон и, возвращаясь в участок, принялся набирать кому-то сообщение: «Господин Кван, кажется я знаю кто поможет нам в нашем деле»

***

Новая неделя началась с приятной неожиданности. В поддержку студентам, которые день и ночь корпели над учебниками и докладами, университетское управление организовало музыкальный фестиваль. В огромном актовом зале на сцене были установлены различные музыкальные инструменты, от электрогитары до пианино, занимавшего больше всего места. Согласно объявлениям, которые были развешаны по всему кампусу, каждый день фестиваля отличался от другого. В понедельник ожидался большой концерт с приглашенными музыкантами, на следующий день следовали лекции и интервью на различные темы, связанные с искусством, и завершал фестиваль день мастер-классов – можно было не только посмотреть, но и попробовать сыграть на каком-нибудь инструменте. Неплохой такой перерыв в учебе! После напряженных выходных, которые Ёндже провела дома в раздумьях, ей просто необходимо было как-то расслабиться. Мозг буквально съедали мысли о пятничном вечере, и девушка начала всерьез опасаться возникновения паранойи. Сегодня с утра студентка еле заставила себя выйти из дома, сразу же у подъезда прыгнув в такси, которым обычно не пользовалась, а тут заказала, не думая. В объявлении было указано, что концерт начинался после третьей пары. Поэтому сразу после окончания занятий студентка отправилась в актовый зал. Когда девушка вошла, внутри уже скопилось достаточно много народу. Нужно было скорее найти свободное посадочное место, иначе Ёндже рисковала простоять на своих двоих весь концерт. Со своим ростом метр с кепкой ей едва ли удалось бы что-то разглядеть. Внезапно перед ней мелькнула макушка одного из однокурсников. Минхо, будучи студентом криминалистического отделения, часто пересекался с группой психологов на профильных парах. Обычно Ёндже не очень нравилась его компания. Этот парень любил грязно пошутить, и вообще, временами вел себя крайне несдержанно. Поэтому девушка затаилась, пытаясь слиться с толпой и надеясь, что юноша пройдет мимо. Но студентке не повезло. Минхо заметил её сразу же, как только повернул голову в сторону Ёндже. Не здороваясь, он радостно схватил девушку за руку и потащил на верхние ряды, туда, где еще оставалось несколько укромных мест. Которые обычно занимали влюбленные парочки, больше занятые собой, чем происходящим на сцене. Грустно вздохнув, Ёндже побрела наверх с парнем. Делать нечего, теперь придется выслушивать его «оригинальные» подкаты весь концерт. Либо надеяться на благословение свыше, которое магическим образом избавит её от этих мучений. По крайней мере, ей не придется теперь искать место самостоятельно – маленький, а плюс. Место был прекрасно оформлено к мероприятию: тёплый свет софитов, что висели под самым потолком, смягчал атмосферу, создавая уютное ощущение праздника. Студенты, расслабившиеся после сдачи последних экзаменов, перекрикивались друг с другом и гудели на весь зал. Ёндже и Минхо забрались почти на самую галёрку и уселись на свободные места. Недалеко от себя девушка приметила ещё пару своих одногруппников, приветливо кивнув им. Свет в зале медленно стал гаснуть, и людской гул постепенно стих. Концерт начался. Хэдлайнером фестиваля был объявлен набравший за последние годы популярность пианист Бан Чан. Он получил признание не только за свои музыкальные навыки, но и имел кучу поклонниц, восхищавшихся его внешностью. Среди студенток тоже оказалось немало таких поклонниц. Они даже притащили откуда-то плакаты с изображением своего кумира и наперебой выкрикивали «Бан Чан! Бан Чан!» Шум от этих выкриков резко бил по ушам и стихал ненамного только во время самих выступлений – всё же было невежливо перебивать других артистов. Совсем же он замолкал лишь ненадолго, когда на сцену поднимался какой-нибудь представитель ректората. Во время таких выступлений атмосфера становилась заметно более формальной и скучной. Ректор, с привычной строгой улыбкой, занимал сцену, чтобы произнести несколько слов о значимости мероприятия, о поддержке студентов и творческих инициативах в вузе. Хотя его речь была исполнена серьезности и понимания, многие из присутствующих не могли скрыть зевоту; мысли о музыке и танцах сбивали с толку, оставляя скучные слова без должного внимания. Преподаватели, выступая один за другим и следуя примеру ректора, также делились своими мыслями, которые быстро превращались в монотонные лекции о культурной деятельности и важности обучения через искусство. Студенты переглядывались и шептались, мечтая о том, чтобы скорее вернуться к музыке и танцам. В такие моменты чувствовалось, как напряжение возрастает, и хотелось, чтобы шоу продолжалось без перерывов, взывая к живому искусству, которое наполняло зал. Ёндже, и так неважно чувствовавшая себя после допроса, совсем расклеилась. Голова ужасно гудела, и даже сил злиться на одногруппника, всё время совавшего ей под нос предлагаемую конфетку в попытке расшевелить девушку, не было. Она устало облокотилась на спинку кресла перед собой и уронила голову на руки. Жутко хотелось закрыть глаза и провалиться в беспробудный сон. Ах, как бы она хотела забыться! Не слышать чужих голосов, не думать о своих проблемах, не бояться призрачного убийцы… Под тяжестью мыслей девушка едва ли не провалилась в сон, но будто утроившийся в силе ор заставил её подскочить на стуле. На сцену, грациозно обогнув огромный рояль, вышел Бан Чан — современный исполнитель фортепианной музыки, чьи мелодии завораживали слушателей. Его прямые волосы аккуратно обрамляли лицо, а откинутая назад чёлка открывала высокий белый лоб. Лёгкая и даже застенчивая улыбка украшала его бледное лицо. Он и правда был хорош собой. Он был одет в классическую черную рубашку и брюки, что подчеркивало его образ современного, но в то же время элегантного музыканта. На руках у него была тонкая серебряная цепочка, а в глазах светился искренний интерес и готовность делиться своей музыкой с публикой. Фанаты пришли в восторг от его появления, и аплодисменты в зале разразились пуще прежнего. Смущённо раскланявшись публике, музыкант прошёл за свое место и приготовился начать выступление. Несмотря на то, что он был известен своими музыкальными способностями, стиль его игры был прост и утончён. Он играл так нежно и проникновенно, что слёзы невольно выступали на глазах слушателей. Выкрики в зале смолкли, и Ёндже наконец-то смогла хотя бы ненадолго отпустить свои мысли и расслабиться. Музыка лилась на неё как амброзия. Для девушки сейчас это ощущалось как дар – возможность спокойно насладиться великим искусством и не думать ни о чем. Экзамены сданы, скоро каникулы, и она поедет домой. Эта мысль грела её душу. Очень хотелось увидеться с бабушкой, которая жила в деревне одна вот уже год после кончины своего мужа. Девушку омрачало только воспоминание об убийстве. Даже волшебство искусства не могло избавить её насовсем от липкого чувства страха. Она понимала, что бояться ей наверняка нечего – её саму даже не ранили, полиция теперь наверняка займётся этим делом. Если господин Ким сказал, что проведет экспертизу, то он это сделает. А в том, что на её шее была кровь, Ёндже не сомневалась. Так что нет причин для беспокойства. Так успокаивала себя студентка, но шестым чувством понимала, что ей еще не скоро удастся отойти от этой истории. Финальные аккорды Лунной сонаты заполнили пространство и погрузили зал в звенящую тишину. Зрители были настолько заворожены проникновенным выступлением артиста, что несколько минут не могли и пошевелиться. Ступор восхищения охватил их целиком, не давая даже вздохнуть. Наконец, когда господин Чан уже встал и подошел к раме для получения заслуженных аплодисментов, люди по ту сторону сцены оглушительно заревели в восторге, и зал наполнился бурными овациями. Ёндже и Минхо тоже сидели завороженные, каждый забыв о своих мыслях и переживаниях. Не зря Бан Чан считался дарованием музыкальной классической сцены Кореи. Его выступления действительно заслуживали восхищения и признания. После концерта, когда звуки музыки еще звучали в ушах, Ёндже вышла в коридор, пытаясь перевести дух и избавиться от остаточного стресса. В толпе выходивших студентов ей удалось отдалиться от Минхо, и тот потерял её из виду. Коридор быстро пустел, освещение постепенно выключали. В конце дня студенты уже разбились по группкам и отправились кто куда отмечать окончание сессии. Их голоса отдалялись и шаги затихали. Скоро рядом с актовым залом не осталось практически никого, и всё погрузилось в полумрак. Задумчиво и хмуро Ёндже брела по коридору. Тусклый свет оставшихся дежурным гореть ламп слабо освещал помещение. Стены, обитые старым линолеумом, отражали её приглушенные шаги, но девушка не обращала внимания на это. Не разбирая дороги, она ушла в совсем другую сторону от выхода – к запасному входу на сцену, где коридор заканчивался и упирался в одну единственную дверь. Девушка слегка придерживалась левой рукой за стену, потому что боялась, что ноги не выдержат, и она рухнет на пол. Слишком много переживаний взвалила она на себя за последнее время. Еще и это берущее за душу выступление окончательно выбило её из колеи. Не поднимая глаз, она не заметила, как из-за угла появился Чан, который только что покинул сцену. Его силуэт мелькнул перед студенткой, и перед её глазами невольно возникла тень убийцы, будто сейчас он набросится на неё и совершит то, что не сделал в прошлый раз. Сердце забилось быстрее — она понимала, что всё это ей только кажется, но в этот момент нарастающее беспокойство заполнило её сознание. Не ожидавшая столкновения, Ёндже машинально подалась корпусом назад, натыкаясь на неожиданно стоявшего за ней человека. Минхо, ранее потерявший однокурсницу из виду, изначально собирался подождать на улице. Однако та всё не шла, и парень решил поискать девушку внутри. Он не поленился вернуться за ней и найти в пустеющем вузе. Его невольно обожгло чувство ревности, когда перед взором возникла парочка, застывшая друг напротив друга. Парень быстро приблизился к ним и грудью столкнулся с попятившейся назад Ёндже. Не упуская возможности близкого контакта, Минхо обхватил её сильной рукой за талию и развернул к себе лицом. Тонкое трепещущее девичье тело ощущалось неимоверно приятно в его руках. Обрадованный тем, что девушка не вырывается из объятий, парень вновь обрел игривый настрой: - И что же ты забыла здесь, малышка? – его голос был вкрадчивым и тихим. Юноша буквально прошептал эти слова на ухо девушке, ещё сильнее сжимая руки на чужой талии. Ёндже парализовало. Она чувствовала горячее дыхание на своей шее, ощущала крепкую хватку мужских рук. Но всё это отошло на второй план, потому что перед глазами уже возник тёмный проулок и убийца в чёрной маске. Его окровавленные пальцы вновь медленно сжимались на её шее, оставляя липкий красный след на белой коже. Глаза дьявольски ухмылялись, а голос вкрадчиво повторял: - Малышка.. малышка.. Что же ты здесь забыла, малышка?.. Малышш.. Эти слова, произнесенные однокурсником с легкой насмешкой, словно ударили в цель. Ёндже только сейчас обратила внимание на то, как выглядел Минхо. С самого утра она смотрела на него и всё никак не могла понять, что же в нем изменилось. И вот теперь ясно видела перед собой – его тёмные, прежде прямые волосы завитками обрамляли круглое лицо. Леденящее душу эхо наполнило её сознание. Ошеломленная внезапной догадкой, девушка совсем забыла про артиста, стоявшего за спиной. Бан Чан неподвижно стоял на том же месте и растерянно смотрел на разворачивающуюся перед ним сцену. Реакция студентки на поведение друга заставила его напрячься, и он, не раздумывая, поспешил на помощь. Сильная рука легла на плечо Минхо, отталкивая того от девушки. Ёндже, будто всё ещё в трансе, безвольно стояла на месте и никак не отреагировала на чужое вмешательство. Музыкант встал между ними, неожиданно свирепо воззрившись на парня. Напряжение вокруг них достигло предела.