Услышь мои признания, чертов кок!

Зоро никогда не был романтиком. Первостепенно для него было стать лучшим мечником, сделать Луффи королем пиратов, а дальше… Дальше, как пойдет — это не так уж и важно. Но вот сейчас почему-то его охватывала тревога. «Как пойдет» уже не устраивало. Ему важна кое-какая конкретная деталь в будущем — чертов кок, дурная эро-завитушка. Он должен быть рядом с великим мечником, когда тот добьется исполнения своей мечты. Зоро вдруг понял это так четко и ясно, что сам удивился — почему же был так слеп все эти годы? То, как к Зоро пришло это понимание — отдельная история. Просто Санджи пропал. Его не забрала чудная семейка или безумная невеста на далекий остров, его не похитил никакой йонко. Просто Санджи взял выходной. Недавно причаливший к острову Санни Го мягко качался на волнах, когда Нами объявила, что лог-посу необходима настройка в течение полумесяца — она уже успела расспросить местных. Никто из команды и не сомневался, что за эти две недели Луффи найдет приключений на свою голову больше, чем нужно раза в три, но первым приказом капитана был отпуск. Он просто распустил команду скитаться по острову на неделю, вместе или поодиночке не важно, важно — никаких стычек с дозорными, никаких внезапных приключений и влипаний в истории. — Зоро, не упусти свой шанс! Приказ капитана, хи-ши-ши-ши, — Луффи был последним, кто сошел с корабля после Зоро и теперь вис на шее старпома. Но вскоре и он умотал по одному ему ведомым дорогам. — Постараюсь. Зоро понял, что все знают, только тогда, когда узнал сам. Вышло так запутано, что он стал предпоследним из тех, кто узнал о его чувствах к эро-поварешке. Последним был естественно Санджи. Теперь с этим пониманием пришла и злость за частые и слишком очевидные подколки накама. А он гадал, чего это они ему глазки строят после любой стычки с коком! Если попадать, так уж пускай двоим — Санджи тоже должен узнать, но специалистом по признаниям мечник никогда не был, значит, кок должен понять все сам, через намеки. В первые три дня Зоро терялся. Конечно же он делал это не специально, но эти петляющие дорожки незнакомого острова, они так коварны! На четвертый день он наткнулся на спящего за стойкой бара-хостела Санджи и грустно усмехнулся своей удаче — теперь нужно покорить эту поварешку за три дня, приказ капитана как-никак. Подойдя к блондину, он положил руку ему на спину. Рядом, по другую сторону бара, стоял, очевидно, хозяин этого заведения. Зоро снял номер в отеле явно втридорога у усатого прощелыги и повел туда свою драгоценную ношу. Ноша оказывала слишком уж агрессивное сопротивление, и пришлось закинуть ее на плечо. Как ни странно в такой позе кок успокоился и, кажется, снова заснул. Зоро аккуратно положил его на серую и довольно хлипкую кровать, а сам отправился на ближайший рынок — этот алкаш наверняка даже не ел нормально. Пораздавал все выделенные Нами деньги девушкам-попрошайкам — их почему-то в этом городке пруд-пруди — и счастливый отправился дальше, Зоро его знает. Вернувшись в номер, Зоро пришлось приложить все свои умения, чтобы воссоздать на маленькой кухоньке нечто похожее на яичницу, и она ведь даже почти не пригорела! Подумав, что спросонья Санджи вряд ли будет шастать по номеру, Зоро поставил тарелку прямо перед кроватью, на тумбочку. Приборов, правда, не нашлось, но с этим кок как-нибудь справится. Еще он купил немного воды и оставил там же — алкоголиком быть нелегко, он по себе знает. Сам же Зоро решил заночевать на корабле — от этого хостела его можно было легко заметить, значит, и на обратном пути не потеряется. План Зоро был прост — очевидными намеками признаться коку и добиться того, чтобы и через много лет они не разошлись каждый своей дорогой. Но просто оказалось только на словах. Проснулся Санджи с очевидной головной болью и весьма и неочевидным завтраком на тумбочке. Первой мыслью было, что возможно, это какие-то наемники, которые слишком хорошо изучили Санджи и знают, что тот не откажется даже от заведомо отравленной еды. Второй мыслью было: «О, и вода здесь». Холодная подгоревшая яичница, которая немного подсохла за ночь была лучшим блюдом на памяти Санджи за последние сутки. Кем бы ни была таинственная незнакомка (а это точно была она!), Санджи был готов петь ей серенады. Следующим шагом Зоро было сдаться. Намекать он не умел. «Тупой кок. Люблю тебя.» Записка просто упала на голову Санджи, пока он шел по городу в поисках знакомых лиц. Нащупав на макушке клочок бумаги, Санджи удивленно осмотрел бумажку с двух сторон, а потом огляделся по сторонам и посмотрел наверх. Наблюдавший с крыши Зоро был цвета печеного томата, потому что то, что он сейчас делал было явно за гранью его возможностей. Он буквально прятался, как школьница, от того, кому буквально, как школьница, подбросил любовную записку. Захотелось спрыгнуть с этой самой крыши прямо в море и забыть о том, что он умеет плавать. В напряжении он следил за действиям Санджи и… ударил головой ближайшую трубу — тупой кок пожал плечами и убрал записку в нагрудный карман. Никаких признаков, что он понял, от кого записка. Хотя куда уж очевидней. Зоро весь день планировал то, на что он собирался пойти вечером ради идиотской завитушки — танцы. Оказалось, что по выходным этот городок устраивает нешуточные маскарады, на который может явиться каждый желающий. И медленный танец там будет обязательно. Зная дуро-поварешку, можно было смело утверждать — он такое не пропустит. За шесть часов Зоро сумел найти себе приличный карнавальный костюм — кажется, теперь он какой-то адмирал — и маску, плотно скрывающую лицо. А еще он случайно встретился с Нами и теперь его план был просто обречен на успех. Началом дискотеки послужили три коротких гудка, чтобы завести толпу и уже через полчаса по всем улицам люди текли в сторону центральной площади. Зоро очень старался потеряться куда-нибудь в сторону Санджи, но ему каждый раз не везло. Все блондины вокруг оказывались не им. Вдруг прямо перед Зоро мелькнул стройный силуэт какого-то брюнета и он не смог отвести глаз от изящных ног «принца». Гад где-то раздобыл и парик. Но костюм выдавал Санджи похлеще его блондинистых волос — слишком уж подчеркивал длинные ноги и крепкую спину, уж Зоро-то их запомнил. Около получаса Зоро наблюдал со стороны как Санджи веселится — пьет, флиртует с красивыми девушками и весело развязно танцует. Но вот заиграл медленный танец и Зоро направился к своей цели. Нами как могла обучила его галантности буквально за десять минут и раздала столько советов по поведению, что Зоро бы и записать все не успел, а приходилось запоминать. Но теперь он был благодарен — чего только стоило лицо Санджи (точнее его часть, не скрытая под маской), когда Зоро поклонился, убрав одну руку за спину и учтиво пригласил брюнета на танец. Не в правилах Санджи было грубить незнакомцам, но танцевать с мужиком… А в прочем, он оказался достаточно пьян, чтобы, хихикнув, принять предложение привлекательного незнакомца. То был поистине великолепный танец, Санджи чувствовал словно крылья за спиной — так уверенно вел его незнакомец, так надежно и нежно прижимал к себе… Кажется, он поплыл. — Я люблю тебя. Прямо на ухо сказал Зоро. Он приложил все свои силы — танцевал, как никогда прежде, потратил все деньги на необычный образ, способный заинтересовать кока, перешагнул через себя и был невероятно галантен весь вечер, а теперь… Ну разве он виноват, что от волнения и близости предмета обожания голос стал чуть глубже, более хриплым? Возможно поэтому Санджи снова его не узнал и так ничего и не понял. Только посмотрел удивленно — так смотрят на незнакомцев делающих признания в первый час знакомства. Зоро отчаялся, когда танец закончился, он отпустил кока и позорно сбежал с фестиваля. Даже не обернулся, чтобы увидеть, как в след ему смотрит ошеломленный блондин. Следующее признание будет последним, решает Зоро. Он просто скажет все в лицо. — Эй, кок. Отпуск закончился и команда собралась на корабле, Луффи немного грустно проводил взглядом поднимающегося по трапу Зоро, но ничего не сказал. Сейчас, закончив с обедом, все расходились по каютам или собирались на палубе — обсудить кто и чем был занят. — М? Только Санджи мыл посуду за всеми и только Зоро еще не ушел. — Я люблю тебя. Прямо и честно, без обиняков — это лучший вариант. — Я понял это и с первого раза, идиотское маримо. Не было нужды говорить мне об этом четырежды. Санджи развернулся и довольно подмигнул открывшему рот Зоро. Тот даже не двигался. Просто смотрел удивленно, потом нахмурился, встал, сделал шаг в сторону кока, но потом снова назад. Санджи рассмеялся и почему-то Зоро понял, что он скажет еще за секунду до того, как услышал: — Конечно взаимно, тупица.