Капитан Котиков и ошибка мироздания

Капитана Котикова представили к награде за спасение принцессы. К награде прилагались: памятный сувенир, денежная премия, поцелуй принцессы, конец спокойной жизни и головная боль. Принцессу с трудом уговорили вернуться домой, и только после того, как Котиков лично пообещал взять ее в команду «Леопольда», «когда институт закончит». Он так и не добился ответа, как она узнала его после всех пластигенетических операций. Принцесса только отшучивалась, что уж его-то рожу криминальную в любом виде узнает. Команда получила увольнительные, а Капитан Котиков очередной приказ: уничтожить пиратскую базу. Координаты базы разведка добыла с большим трудом (состязание «кто кого перепьет» в кабаке криминального района одной отдаленной планеты) и боевыми потерями (драка в том же кабаке, когда завсегдатаи узнали, что агент пользовался «вытрезвином»). Координаты были печально приблизительные, и команда уже вздыхала, представляя, как остатки своей жизни проведет, выискивая в темной комнате черную кошку, которой там нет. Мяр-адмирал бодренько заверил Котикова, что не сомневается в успехе, ведь его высочайший профессионализм, помноженный на исключительные возможности Леопольда, просто обязан к этому успеху привести. Котиков вежливо согласился, хоть и не понял, чей профессионализм имелся ввиду – его или адмирала? Рано утром по корабельному времени Котикова разбудил стук в дверь. На пороге стояла Ня, одетая в парадную форму, с начесом на ушах и завитыми вибриссами. – С днем рождения, кэп! Котиков подвис. До его дня рождения было еще полгода. Потом он сообразил, что, исправляя внешность и документы, зачем-то поменял и дату рождения. – Э-э, спасибо. – Мы тут подумали, пиратов этих все равно раньше, чем через восемь лет, не найти, так может праздник устроим? – Ня смущенно закрутила хвост за ногу. Капитан Котиков поймал себя на том, что не по-капитански пялится на ноги старпома и тоже смутился. – Вы, похоже, без меня все решили. – Мы подготовились немножко… – еще больше смутилась Ня. – Ладно, пыфюцы лыгдопые, праздник, так праздник. Праздник удался. Ня и Мух танцевали народные танцы котиков – человеческим гимнасткам до них было так же далеко, как Котикову до святого Юрия. Оннуйльё показывал фокусы с частичной сменой формы – голова от Котикова, руки от Юрка, хвост от Ня, а все угадывали, где чья часть тела. Юрк учил Нясь летать, и после третьей валерьянки у того начало получаться. Мурс с ребятами устроили показательное задержание гипотетического противника, но валерьянки оказалось слишком много, и противник выпрыгнул в открытый космос через проделанную в обшивке дыру. Вискин не ругался. Он сам веселился больше всех. Наугад прыгал в гипер, менял силу тяжести, материализовывал в рубке бассейн, куда с визгом падали все, кто только что летал в невесомости, и джунгли, где котики устраивали гонки по деревьям, а остальные с завистью на них смотрели. Выныривал из гипера возле самых дорогих казино и клубов, где Котиков как именинник вынужден был всех угощать. Разнес в пыль два пояса астероидов и напугал неожиданным появлением и воплем «стоять, полиция!» президента картеля сельскохозяйственной генной инженерии, который как раз получал взятку от кандидата в президенты планеты Расфэкс. – Так ему! – азартно кричал пьяный Юрк, размахивая тремя руками – в каждой по бластеру. Капитан Котиков что-то сказал ИскИну на пиратском жаргоне, и тот быстренько ретировался. Рано утром по корабельному времени Котикова разбудил стук в дверь. На пороге стояла Ня, одетая в боевой скафандр, с плазмером наперевес и мутными глазами. – Доброе утро, кэп! Пиратская база обнаружена! – Как, уже? – Так точно! Вы же сами вчера дали Вискину координаты. И кричали, что никакие пираты от вас не уйдут, потому что вот они у вас где все! – Ня показала внушительный кулак боевого скафандра с выдвижными лезвиями ближнего боя, какие были только у котиков. Пить надо меньше, сделал заметку на будущее Капитан Котиков.