И Вечность порой бывает невыносимо одинокой

Это был ничем не отличающийся от предыдущих летний вечер, по ощущениям где-то около девяти вечера. Горизонт почти полностью поглотил некогда ярко горящее солнце, которое, как казалось, было отнюдь даже не против скрыться из людского виду, кропотливо опускаясь вниз, ему навстречу. Небо с каждым мгновением становилось розовее и розовее, словно ненавязчиво смущалось от широко распахнутых глаз девицы, кои будто отрешённо вглядывались в эту завораживающую картину, замечая каждое изменение и колебание. По воздуху проносились изящные лепестки сакуры, которые невероятно точно подходили этому пейзажу, дополняя его и придавая некую частичку жизни. По окну звонко стучали длинные ветви цветущей Сакуры, которая была подле самого дворца, они покачивались из стороны в сторону, но не сильно, а на определённое расстояние, будто были у них какие-то рамки, дальше которых они заходить не смели. Ветки полностью отдавались во власть июльскому лёгкому ветерку, доверяя ему полностью, который на удивление в этот день был достаточно прохладным. Он нередко пробирался внутрь, в комнату Райден, сквозь приоткрытое окошко, заставляя её неприятно поёжиться на стуле. Спокойствие больших мутно-фиалковых глаз прерывало уже почти забытое ощущение прохлады, и она томно вздыхала, прикрывая эти же очи и лишь незыблемо обнимая себя собственными руками. Обычно так делают для того, чтобы отгородиться от кого-то или безмолвно продемонстрировать дискомфорт, но Богиня делала это лишь в попытках почувствовать физическое тепло, кое она прежде ни разу не была способна получить от своих же прикосновений. Сейчас было так же. Периферийным зрением Эи невзначай заметила бело-розовую взъерошенную лисицу где-то ближе к реке, точнее, кицунэ, что, вопреки своему немного помученному внешнему виду, выглядела спокойно и уверенно. Она отчуждённо всматривалась в траву, будто надеясь что-то найти там, но, увы, ничего, кроме зелени, пред нею не было, что было даже вполне ожидаемо. Тут же ни с того ни с сего она резко подняла голову на небольшое мгновение и метнула мимолётный взгляд именно в сторону Райден, словно почувствовав, что на неё кто-то откровенно пялится. Эи непроизвольно засмущалась из-за того, что её так поймали с поличным, но тут же подловила себя на мысли, что немного глупо стесняться взгляда обыкновенного животного, которое даже подумать не может, а потому снова перевела глаза на неё. Лиса немного посмотрела архонту навстречу, будто ознакомляясь, а потом снова смиренно опустила мордочку к земле, не найдя в Эи ничего интересного, и в этот раз улеглась да поудобнее, чтобы отправиться в царство Морфея, подальше от всего этого мира и остальных. Райден ещё малость потупила взгляд на кицунэ, собираясь с мыслями, а позже сделала про себя вывод, что это животное выглядит как-то одиноко. Совсем в точности, как и она сама. Несмотря на то, что Богиня вечно пребывала в обществе, проводила время с путешественником и другими жителями Инадзумы, она всё равно считала, что одинока. Ведь все эти люди недостаточно близки с нею: они не те, к кому можно прийти просто так и сказать какой-нибудь несвязный бред, такой нехарактерный для обыденной Эи, они не позовут её прогуляться по вечерней Инадзуме, что столь очаровательна во время третьей половины дня, потому что боятся этой ненароком пугающей и грозной оболочки архонта, коя была такой, что и подобает статным божествам; они не спросят, как дела у Райден и как она себя чувствует, а даже если и поинтересуются, пусть даже от всего сердца, Эи всё равно не скажет правду, ибо привыкла, что всё приходится держать в себе. Но привыкла или просто ещё не нашла того человека, которому можно будет открыть весь свой мир переживаний? Она не знала и не хотела знать, потому что не появится такой души рядом с нею никогда. Внутри будто вонзилось множество маленьких ножичков в свежие и теперь снова кровоточащие раны души, самой ноющей и открытой из которых была та, коя свидетельствовала о том, что Эи одна да такой и останется. Ей совсем не хотелось об этом думать, но разве может быть иначе, если она должна выглядеть вовек пасмурной и незаинтересованной в других, дабы сохранить свою процветающую, словно нежный лепесток сакуры, вечность? Нет, не может. Её люди должны знать , что их архонт ― не какая-то там размазня, нуждающаяся в ненужных платонических взаимодействиях и моральной помощи, а самостоятельное Божество, что на несколько октав выше всего этого и опускаться не планирует. И она так думала всегда. Райден никогда в жизни не нуждалась во всём этом, но совсем недавно, когда Яэ почти впервые было дозволено обнять ту, Эи поняла, что хочет ещё. Она не могла так открыто сказать об этом, дабы не упасть в глазах даже такой родной подруги, которой, казалось бы, можно доверить всё. Однако внутри она сделала заметку, что запомнит этот трепетный момент ещё надолго. Она будто отсекла для него отдельное место в себе, самое лучшее, на её взгляд, и подходящее. Но вот бы ещё раз дотронуться до неё, хотя бы на мгновение… Вздрогнув, Эи выпала из пелены отрешённости, удивившись, что она так серьёзно погрязла в эти навевающие грусть мысли-паразиты. Она широко распахнула глаза и прерывисто вздохнула, больше не позволяя себе и подумать об этом непривычно задевающем её одиночестве. Поправляя съехавшую набок чёлку и начиная подозрительно хмурить растерянные глазки, она немного поразмыслила насчёт другого… Странно, но в конце она, кажется, думала о том, что хотела бы дотронуться до Мико? «Ну и что за шалости позволяет себе моё подсознание?» Ещё больше удивившись такому повороту событий, она неожиданно вспомнила про ту одинокую лисицу и тут же принялась зачем-то настойчиво пытаться найти её взглядом, но животного больше не было на месте, лишь еле видный след от её аккуратных лап говорил о том, что ушла она в сторону храма Наруками, откуда, должно быть, и пришла, ведь там они в основном водятся. Солнце совсем почти скрылось за горизонтом, оставляя лишь крохотную частичку себя в поле зрения, которая уже тоже начинала скрываться за тёмными и массивными на вид облаками, вдруг появившимися так резко из ниоткуда. Небо, что так зачарованно розовело, уже давно потемнело, словно прямо намекало Архонту о том, что прошло достаточно времени и ему бы тоже пора уходить. Неужели она может позволять себе так надолго погружаться в эти ненужные загоны? В мыслях всё, что было до, начало редеть. В этих местах начал вновь вырисовываться не чуждый силуэт, который, как Эи сразу догадалась, принадлежал Мико. Было бы неплохо разделить эти печаль и одиночество с ней, таким близким человеком, который даже немного симпатизировал Архонту, но Райден всё ещё казалось, что та её ни во что не ставит. Да, они прогулялись несколько раз, но это ни за что не сможет перекрыть все те столетия, кои Эи отсутствовала, а Яэ оставалась буквально одна. Кто знает, что с ней происходило? Может, были моменты, когда она очень сильно нуждалась в своей подруге? К чёрту это всё. Они точно больше никогда не смогут быть так близки, как были когда-то. Этому вовеки не бывать. Обречённо выдохнув, она кинула оценивающий взгляд на бумажки, чьё содержание уже успела напрочь выкинуть из головы. «Лучше бы я свои загоны так быстро забывала!» Где-то, может, полтора часа назад она на полном серьёзе намеревалась поработать с ними, но сейчас, после всего этого, крайне выматывающего, на работу совсем не оставалось ни сил, ни желания. Чувствуя себя немного виноватой из-за того, что потратила драгоценное время не на нужное дело, а на какие-то ращмышления, она мысленно отругала себя за такое поведение, подметив, что, наверное, было бы неплохо поделиться этим с кем-нибудь, тогда, может, и голову морочить будет поменьше. Но с кем? Если она… ― Хватит! Слышно выкрикнула это слово Эи, будто обращаясь к своим мыслям и прося их перестать властвовать над её разумом, надеясь, что это как-то поможет улучшить ситуацию. Но всё пошло наоборот: мыслей стало лишь больше, а терпения ― меньше. Нарастающий гнев из-за осознания, что она уже не контролирует ситуацию, начал отдавать молотком по вискам и лбу, заставляя свести брови к переносице и схватиться за голову. Она вскочила со стула, грубо цепляясь за волосы, словно не в себе, и тут же выдавила болезненное шипение. Затёкшее тело сразу проявило себя: боль стремительными ударами распространялась по всем частям тела, оставляя после себя ужасные ощущения. Ноги быстро стали ватными, и она бы вот-вот упала, если бы не раздавшийся смутно знакомый голос прям за её спиной, который и вывел Райден из транса, заставляя немного отвлечься от своего внезапного припадка. ― Ты чего, Эи? Удивлению божества не было предела. За соседним столом находилась в полулежачем положении Яэ Мико, которая, видимо, некогда была занята редакцией, но в конечном итоге уснула. Райден раздосадованно почесала затылок, выпучивая свои непонимающие глаза и переводя рассеянный взгляд на опрокинутый стул. Она старательно пыталась воспроизвести в памяти всё то, что было до того, как она увидела ту лису и понеслось всё дерьмо, ощущая на себе ещё более растерянный взгляд подруги, которая честно поистине не могла понять, что за чертовщина происходит. Да, эти глаза девицы, что вглядывались с крупицей ребячества, явно хорошо выполняли свою работу: такие растерянные они заставили отвлечённый мозг Эи работать быстрее и та начала размыто припоминать, что женщины, кажется, собирались по инициативе Мико вместе в кои-то веки прочитать новый отредактированный роман, что обещал быть очень интригующим, после того как Райден поработает. А потом Мико хотела благополучно остаться на ночёвке, как и бывало обычно, но они всё же слишком отвлеклись друг от друга, и Яэ даже заснула, видимо, от всей этой немного докучной атмосферы. Очередное осознание вновь заставило Эи снова погрузиться в размышления, напрочь позабыв, что она не одна в комнате. Интересно, как же она могла так скоро позабыть обо всём, включая даже присутствие такого важного человека рядом? Неужели она совсем с головой погрязла в эту пучину переживаний, с каждым днём затягивающую в себя с новым напором колоссальной силы, начиная ощутимо впечатляюще отрывать Архонта от реального мира? Или, может, её, как уже будучи не такую молодую, настиг окаянный маразм, в конце-то концов... ― Ты так и будешь делать вид, что меня тут нет, да же? Снова до ушей донёсся этот сладостный тембр голоса Яэ, отдающий по перепонкам приятным еле уловимым осадком, снова он же и вывел Божество из транса. Райден посмотрела на своего визави, коим сейчас являлась Мико, которая тоже вглядывалась в Архонта, но при этом находясь спиной к ней, и Эи по какой-то немыслимой причине невыносимо сильно захотелось рассмотреть её сейчас, такую заспанную и малость беззащитную, но в любом возможном своём виде остававшуюся крайне обворожительной, такой, от которой кажется невозможным оторвать восхищённые глаза. Когда, если не сейчас? Уже немного взбодрившаяся она, Яэ Мико, продолжала удерживать свой неприкрытый и вопрошающий взгляд двух мутно-фиалковых очей с тёмным ободком внутри, тоже не менее больших, чем у самой Эи. Они казались такими чуткими и проницательными, что создавалось ощущение, будто лиса прекрасно понимала и замечала, как Райден откровенно пялится на неё, но при этом была совсем даже, как казалось, не против. Полуприкрытые веки придавали ещё большую хитрость и некий озорной огонёк в глазах, который, быть может, свидетельствовал о том, что девице льстит такое прямое внимание к своей персоне. Далее ещё больше заинтересованный взгляд Райден перешёл на само личико Мико, проходясь по нему, будто заколдованный, пытаясь заметить каждый изгиб. И недочёты, которых, кажется, и вовсе в ней не было. Это бледное, точёное лицо сейчас было приопущено, а ракурс был как раз самым подходящим. Такое миловидное и неприкосновенное, оно будто светилось чистейшей божественной силой, которой в самом тельце совсем-то и не осталось к этому дню. Само личико выражало живописную загадочность и абсолютную невозмутимость, будто Райден смотрела не на живого человека, а на самую дорогостоящую непоколебимую в Инадзуме картину. Тут же закралась мысль, что было бы неплохо попросить лучшего художника в окрестности нарисовать подругу, а потом повесить изображение и любоваться ещё дольше... Взгляд привлекло изящное движение ухоженной руки, которая потянулась к волосам, заправив свою поникшую прядь волос за ухо тонкими пальчиками. Тут же глаза застряли на волосах: малость потрёпанные они, на концах вьющиеся и такие густые на вид. Прядь чудно пронеслась по воздуху, растрепавшись сильнее и оставив после себя, должно быть, невероятно сладостный женский аромат, которого Эи, к сожалению, не удалось учуять. Но вот будь она поближе... обязательно бы дотронулась до них и не отказала бы себе в удовольствии пошелушить их между пальцев, ощущая всю их мягкость и вдыхая этот головокружительный запах, с которым прежде Райден всё же была уже знакома. Осмотрев жрицу с ног до головы, Эи подметила худощавость её женственного телосложения. Сама жрица была в домашней обтягивающей футболке, так что были видны её невинные выпирающие ключицы и тонкая, нежная шея. Мико всегда была худее и немного пониже, чем она, Райден, поэтому ей даже показалось, что выглядит Яэ довольно хрупко, пусть даже это было не правдой. Сама лисица была очень сильна и духом, но вот что насчёт физической силы... Яэ Мико никогда не демонстрировала свою силу мышц без Глаза Бога, так может ли быть такое, что без него она воистину слабее, чем кажется? Но, впрочем, Эи смотрит со стороны, а значит, точно не может быть уверена в каком-либо из этих вариантов. Так какой же, интересно, была Мико на самом деле? ― Мне, конечно, льстит твоё открытое внимание, но не позволишь ли ты мне поинтересоваться, что же всё-таки произошло, м? Догадка Эи подтвердилась: Яэ польстил её откровенный взгляд. Но по неизведанной причине Райден почувствовала себя неловко и робко отвела взгляд в сторону, сцепляя пальцы в крепкий замок, и оттенки пунцовой краски вдруг заиграли на её лице. Они становились всё ярче и заливестее, а Эи всё ещё безмолвно стояла, лишь в мыслях неистово пытаясь угомонить весь этот внезапный поток эмоций. Получалось, правда, плохо, поэтому она, глубоко вздохнув, поверженно произнесла на выдохе: ― Извини. ― За что? ― За то, что.. впрочем, забудь, ― Райден почувствовала, что не сможет самостоятельно признаться в том, как осознанно, ни капли не стыдясь, пялилась на неё. Мало того, что просто разглядывала лицо, так ещё и перешла на тело! От этого постепенно насягающего чувства какого-то особого стыда, коего она не ощущала никогда прежде, хотелось попросту убежать и спрятаться, например, в своей укромной Эвтюмии, дабы по-человечески обдумать там всё да всего лишь тривиально успокоиться. Яэ, что же делаешь с ней?.. Да, пропасть бесследно ещё на несколько столетий она безусловно может и в следующий раз наверняка так и поступит, но только не сегодня. Только не сейчас, ведь в кои-то веки она резко почувствовала, что готова отважиться наконец-то кое-кому открыться. Возможно, так на неё повлиял резкий прилив спектра различных эмоций, столь спешно сменяемый от самых невинных ощущений до тех, которые Эи при любых других обстоятельствах ни за что бы не позволила себе проявить или дать хотя бы малейший намёк на их присутствие, будь здесь ещё кто-то, помимо Мико, и оттого в голову ударил мощнейший адреналин. Или же то, что она неожиданно для себя самой сделала вывод, что Яэ, ― то создание, которое на сегодняшний день держится с нею дольше всех. Она знает гораздо больше, она в разы ближе, она на целую октаву более понимающая, чем все остальные. Так как же Райден раньше не могла заметить этого человека, который всё время был на поверхности, плыл рядом, пребывал столь исключительным по всем параметрам среди всех остальных отчуждённых масс? Это мимолётное осознание будто открыло выход из всех этих мучений для Эи, ведь стоит просто полностью довериться одному человеку, пока адреналин не растворился в ней, неизвестно куда пропадая ещё на лишнее невыносимое столетие, пока он плещет в ней и позволяет рассказать то самое, чего, как Райден считала, лучше не следует выпускать. ― Мико, ― шумно выдохнув, начала Райден, ― я, кажется, совсем вне социума пребываю.. Вот как ты думаешь: не вредно ли мне так много находиться в одиночестве? Яэ Мико плавно повернулась к ней всем телом, как обычно это происходит в ужастиках, где через пару секунд в неё будто из неоткуда выстрелят, однако такого исхода событий можно было и не ждать. Из загадочного заигрывателя она тут же превратилась в изумлённую девицу, косившую голову набок, чьё удивление так и играло на лице тёплыми красками, напоминая прелестного ангела. Но продлился этот момент безмолвного транса считанные секунды, ибо через буквально пару мгновений её миловидное лицо вновь приобрело ту самую немного хитренькую улыбку, такую привычную ей, но исключительные её глаза, которые, казалось, при любых обстоятельствах выражают какой-то неистовый азарт, в этот раз остались такими же изумлёнными, как и были ранее. Такой стан лица вечно задорной Мико наверняка ещё надолго останется запечатлённым в подсознании Эи. И почему именно сегодня её так сильно начала привлекать внешность обыденной подруги? ― Эи, с чего это вдруг ты начала задумываться о подобном, м? ― Яэ Мико отвела голову к окну, периферийным зрением посматривая на реакцию Райден. Та немного, так сказать, поугасла после произнесённых слов, резко померкла, и сразу стало понятно, что не хотела она услышать такой давящий на больное встречный вопрос. Она дала волю слабости и хотела, чтобы Мико приняла её такой, а та, в свою очередь, прекрасно это осознавала. Она проследила за тем, как Эи резко начала садиться, как точёное личико Райден приобретает чутка меланхоличный вид, как некогда величественное Божество вдруг выдаёт себя таким чувственным и нуждающимся в нескольких советах и поддерживающих словах от неё, Мико, как Эи начинает будто с надеждой всматриваться в неё с новой силой, совсем не спеша делать выводы и разочаровываться. Божество чутка сводит брови к переносице и держит голову прямо, показывая этим, что отказываться от первее заданного собственного вопроса не входит в её планы. Такой настрой, признаться честно, порадовал Мико и та всё же дала льду треснуть. ― Да, Эи, ты права: находиться в одиночестве ― слишком тяжёлая ноша для тебя, и я это вижу. Так зачем же ты мучаешься, если быть одной ― совсем не по тебе? ― Потому что я должна. Жителям Инадзумы стоит бояться меня, им надо знать, что я сильнее как духовно, так и физически, иначе моя Вечность падёт! Лицо Яэ Мико приняло озадаченный вид и это не могло ускользнуть через не менее проницательный взгляд божества. Неужели Эи не права? ― Но ты ведь не хочешь быть одна. В таком случае ты должна выбрать что-то одно... ― Я не могу не выбрать Вечность, ради которой живу последние пятьсот лет, но и не хочу больше быть одна! Эи уже срывалась на крик, потому что, кажется, даже Яэ не понимает её. Или, может, наоборот: Мико всё понимает, а Райден ― не совсем? ― Нельзя гоняться за двумя зайцами, Эи, иначе обоих упустишь. ― На лице Райден заиграли нотки скептицизма, а Мико лишь загадочно ухмыльнулась, понимая, что ей есть, что ответить. ― Сама подумай: зачем тебе это, если не будет никого рядом? Знаешь, и Вечность порой бывает невыносимо одинокой. Эи задумалась. А правда, зачем ей вечность, если она будет одинокой? Эти мысли совсем её изведут, и тогда то, чего она так долго добивалась, будет уже никчёмным. Но и так просто она тоже не могла отказаться от своего смысла жизни, поэтому она даже и не нашлась с ответом на это. Райден обречённо выдохнула, почувствовав, что ноги её затекли, и присела на кровать, не так далеко от своего визави. Она вроде так и не выговорилась, ведь Яэ сама всё за неё поняла, но так и не нашлась с ответом. Неужели Эи и вправду навсегда останется одинокой? Теперь Вечность звучала не так мелодично и обаятельно, а весьма неоднозначно, холодно и размыто, слово было такое, какое ещё, кажется, неизвестно, но уже ожидается невероятно одиноким. А такого исхода событий Эи и начала бояться сверх всего в последнее время... ― Эи, я понимаю, ты так просто не можешь отказаться от своей дражайшей Вечности Инадзумы, ― Мико словно точь-в-точь прочитала мысли Райден. Неужели она так хорошо её знает? ― Но если подумать, то ты не такая уж и одинокая... Как насчёт меня? Я всегда была и буду с тобой, я думала, ты знаешь это. Внутри Эи пронеслась приятная волна от мысли о тех трепетных моментах, проведённых вместе, надолго запечатлившихся в памяти, но тут же спешно угасла, ведь Яэ не всегда рядом ― и большую часть своего бескрайнего времени Божество проводит в одиночестве. Райден и так билась в неком когнитивном диссонансе, впервые родившемся в ней, а сейчас ещё больше погрязла во всё это, не веря, что Яэ правда не держит на неё зла. Она может быть рядом чаще? Насколько? ― Почему ты заставляешь меня томиться в этом убивающем молчании? Неужели я не достойна тебя? Знаешь, а это меня уже задевает! Эи виновато посмотрела в эти выпученные лисьи очи, что выражали сейчас лишь протест и жгучую обиду. Разочарованные они прожигали взглядом измождённую Райден, заставляя обнять её себя руками, но в этот раз непосредственно лишь из-за возникших стыда и дискомфорта от напора этих недовольных глаз, что говорили всё сами за себя. Она её обидела. «Прекрасно, Эи, ты как всегда молодец!» ― Извини. Я правда думала, что ты не простишь меня за то исчезновение и мы будем достаточно чужими. Яэ совсем тихо вздохнула, будто смиряясь с этим фактом. Всё негодование в момент растворилось, оставляя после себя лишь еле ощутимый осадок, и она мысленно горько осознала, что нет у неё сил дуться на свою рассеянную подругу. Ну не может она так! После, подняв голову, показательно почесала щёку и метнула мимолётный взгляд на эстетично развевающуюся на лёгком бризе штору, тая в лице и уже мягким голосом говоря: ― Ладно, на самом деле, я не обижаюсь. ― Яэ Мико изящно приподнялась, робко заправляя прядь волос за ухо и, остановив уже привычный ей взор на визави, решительно зашагала в сторону восседающей Эи, не сводя при этом очей, тем самым заставляя ту немного забавно поёжиться. ― Просто отчего-то была уверена, что играю для тебя более значимую роль. ― Кажется, отныне так и будет. ― Думаешь, я теперь запросто поверю твоим непроверенным словам? На лице Яэ воцарила умиротворённая улыбка, стремительно расползающаяся по её озорному личику, которая для других, быть может, показалась бы самой обыкновенной из всех возможных, но только не Эи. Она также подметила, что очи жрицы тоже будто радовались, показывая абсолютное веселье от этой неприкрытой шуточной фразы, что являлась одной из обыденных для этой хитрюги. Райден и сама только что начала замечать, какие же утончённые и будто продуманные заранее фразочки у Мико бывают, и это заставило Божество заулыбаться в ответ, делая вывод, что ей определённо нравится манера подруги. По сердцу приятно и так незнакомо разлились чувства тепла и совершенного одобрения, такие чуждые для полностью погрузившейся в отчаяние Райден, а те окаянные домыслы насчёт того, что Эи суждено быть одинокой, начали плавно отлегать от души, будто вкрапления светлости и нужности наконец проникли в её жгучие, некогда кровоточащие раны, перекрывая их собою и обволакивая связкой новых чувств, которые свидетельствовали только о том, что Эи впервые за эти века начинает чувствовать себя по-настоящему нужно и... любимо? Яэ остановилась прям у Эи, так просто смотря сверху-вниз. Она всё ещё продолжала самодовольно ухмыляться, но не как-то наигранно или ядовито, а так светло и мягко, будто сам наичистейшей души ангел спустился к Архонту, награждая своей очаровательной улыбкой в знак того, что всё закончилось: удача судьбы наконец-то улыбнулась и ей. Райден начала чувствовать, как внутренняя неистовая война начала успокаиваться, а внутри положительные эмоции перекрывались уже ведомым чувством адреналина, который заставил Эи встать напротив Яэ, оказываясь лицом к лицу, буквально в паре сантиметров. Райден начала слышать дыхание лисицы. Оно было неравномерным, таким, будто та на что-то излишне сильно рассчитывала, а оттого и дыхание учащалось. Но, вопреки на все подозрения Эи, Яэ стояла абсолютно непоколебимо, и ни одна мышца её лица не выражала беспокойствия или трепетного ожидания. Отчего она тогда так дышит? Неужели дыхание ― её уязвимое место, и она способна успокоить любую часть тела, бьющуюся в неистовом азарте или же желающую что-то сделать, но только не темп вдохов да выдохов? Эи же умела скрывать эмоции, даже это, казалось бы, неусмиряемое дыхание, но внутри неё пылал мощный огонь нежности и влечения, который она была способна без излишних проблем успокоить. Но только не сейчас: в этом никак не было необходимости. ― Мико, ― уверенно начала Эи, получив на это абсолютное внимание дивных глаз, которые уже тоже были не в силах скрывать томящее чувство желания получить то, что нужно самой Мико, ― а какую же роль для тебя играю я? Яэ, не теряя ни минуты, проговорила: ― Ты для меня тот человек, с которым я готова быть вместе вечно. На лице Райден тут же расползлась яркая улыбка, она подметила, что эта фраза явно пришлась ей по вкусу. Некогда нейтральное лицо неожиданно тоже засветилось, словно долгожданное солнце вновь взашло, освещая собою всю прежде мрачно покрытую теменью поверхность, согревая и даря новую жизнь. Из её груди вырвался тихий смешок, будто звон самого нежного колокольчика, и она чарующе улыбнулась во все свои белейшие зубы, откинув мучительные стеснения, и просто начала быть собой. Она хихикала не из-за такого милого признания, приятно согревающего всё внутри, в том числе и многочисленные шрамы, от одиозного осадка которых она вряд ли когда-либо избавится, периодически воспроизводя все те доводящие до агонии кошмары вновь и вновь, а из-за внезапно накатившего на неё веселья, появившегося из ниоткуда, но так, чёрт возьми, вовремя, как никогда ранее. ― Что ж, получается, я могу выбрать вечность, но при этом не остаться столь одинокой? ― спросила Эи восхищённым голосом, не скрывая искреннего изумления, граничащего с непоколебимым чувством веселья. Сейчас Райден всем своим видом напоминала счастливого ребёнка, беспечность которого позволяла так неистово радоваться даже чему-то незначительному и такому простому ― и это было, наверное, даже не плохо, а очень даже хорошо, так ведь? Впрочем, Эи сейчас совсем не было до этого дела. Эти два чувства, совмещённые между собой, ещё раз удостоверились её в том, что отныне будет только лучше и никак иначе. Яэ Мико, услышав эти неконтролируемые смешки и завидев это впечатлённое лицо Райден, озорная улыбка на котором только красила его, превращая в такое непривычно дружелюбное и мягкое, тоже не сдержала эмоции, самодовольно ухмыльнувшись и продолжая всматриваться в такую версию Эи. Никогда прежде она её такой не видела: вместо вечно хмурого и грозного выражения лица, здесь присутствовали неимоверная сладость и простота, которые делали из этого могущественного архонта милейшую девицу, что завораживала своими неприкрытыми положительными эмоциями. Казалось бы, её лицо похоже на то, которое жрица узрила в тот день, после долгожданной битвы в царстве Эвтюмии, но нет, оно было гораздо добрее и миловиднее, а тусклая пунцовая красочка, что вдруг заиграла на её лике, лишь придавала обаятельности этому некогда холодному лицу. Внутри Мико создавалось ощущение, что оно ей настолько не чуждо, будто она его видела уже много раз, но нет ― прежде она не была знакома с такой Эи. Интересно, что она чувствует внутри? ― Да, Эи. Всё изначально было в разы проще, чем в твоём представлении, и я очень рада, что ты в конечном итоге пришла к этому, ― собравшись с силами и оторвясь от разглядывания подруги, сказала Яэ Мико, начиная манерно посмеиваться ей навстречу. Смех непроизвольно просился наружу и она его совсем не пыталась сдержать, подмечая, что неплохо бывает вот так посмеяться буквально с пустого места. ― Быть вместе навеки... ― тепло и загадочно произнесла Эи, будто пробуя эту фразу на вкус и вдумываясь в каждое слово. Невероятно хотелось понять, что же имела в виду Яэ: жизнь бок о бок, будучи верными друзьями, или же... ― Хм, Мико, а в каком это смысле? ― по-особенному задумчиво и немного подозрительно поинтересовалась Райден, прищуривая свои озадаченные очи и не сводя улыбки. Её пристальный взгляд буквально въелся в остававшуюся в непоколебимом положении Яэ Мико, заглядывая в её обаятельные глаза, уверенно направленные в её же, усердно пытаясь прочитать в этом хитром взгляде ответ на столь волнующий вопрос, но всё было тщетно: они были настолько невозмутимыми и будто готовыми к этому, что можно было ожидать, казалось, что угодно. Яэ Мико молчала. Почему? Прошло всего лишь около минуты, Эи была уверена, но ощущалось это одиозней, чем все те столетия, мучительно проведённые наедине с самой собой. Сегодня жрица уже ощущала себя проигнорированной, и теперь Эи поняла, насколько это неприятно и даже малость обидно. Но чувствовала ли то же самое в тот момент сама Мико? Или она тоже не могла перестать наслаждаться Эи? А может... Райден продолжала с напором всматриваться в эти непредсказуемые глаза. Ей начало казаться, что они явно что-то замышляют, но в любом случае, наверное, это что-то положительное, да? Яэ, конечно, всегда была воистину бесхребетной и готовой отдаться за одно лишь жареное тофу, но в то же время ей каким-то образом удавалось оставаться интеллигентной, серьёзной и рассудительной, и только Бог знает, что у неё на уме. Эти очи уже не выражали неистового желания, нет, в них пылал огонёк озорства, такой знакомый для Эи, но всё ещё заставляющий с искренним восхищением любоваться им, наслаждаясь даже каждым мало заметным изменением. А пока Райден вновь пребывала в уже привычном ей трансе, смотря в одну точку на лице лисицы, а точнее, в глаза, Яэ Мико решила сделать самый рискованный шаг в её жизни: как можно быстрее, чтобы Эи не успела опомниться, жрица взяла в ладони её лицо и, притянув поближе к своему, оставила мимолётный поцелуй на устах Райден, вернее, едва ощущаемое касание. Что? Мико тут же резко отпрянула и будто ошпаренно сделала два невеликих шага назад, останавливаясь и с небольшим волнением вглядываясь в очи Эи. Сейчас лисицу удручало лишь одно ― её реакция. Яэ задолго до этого момента хотела выполнить это поистине откровенное действие, но тогда её абсолютно не волновало то, что будет дальше. Если хорошо знать нашу Эи, то опасения становятся ещё ярче: от резкого холода с её стороны до очередного ухода в царство Эвтюмии. Последнее вводило в неконтролируемый страх лисицу больше всего. Яэ Мико продолжала стоять непоколебимо, стараясь как можно увереннее смотреть на Райден. Она чувствовала нарастающую тревогу и прекрасно понимала, что её взволнованное личико предательски выдавало внутренний страх... осуждения? Внезапно Мико окатило осознанием, что она вовсе не помнит, о чём думала до этого, так что до сих пор не могла понять, что конкретно двинуло её на это неоднозначное действие. Это правда было очень смело. И очень необдуманно. Вероятно, это действительно повлечёт за собой гору неприятностей... Яэ и не заметила, как отвела взгляд, теперь уже без какой-либо цели смотря на закрытое окно, что некогда всё же было приоткрыто. Скорее всего, ветер разыгрался и захлопнул окошко, оставляя этих двоих в полностью замкнутом пространстве, наедине. Создавалось ощущение, что сегодня все звёзды сошлись на одном ― сейчас что-то явно между ними должно случиться. И этого на сей раз не избежать. Стояла мёртвая тишина. Яэ подметила, что даже не слышит дыхания Божества, и ей показалось это странным, ведь Эи зачастую достаточно звучно дышит, а если и задерживает дыхание, то на совсем небольшой отрезок времени. Весь поток мыслей тут же затмил образ её куклы, Райден, что заменяла настоящую Эи несколько мучительных столетий. Образ этот был как в тумане, хотя она и по сей день изредка может вновь увидеть ту пустышку. Кукла эта на её дражайшую Эи поистине невероятно похожа, кажется, они и вправду одинаковые. Но только оболочкой. И только не для Яэ. Ведь миловидное личико и мягкий, надолго запоминающийся взгляд подруги ни за что не сравнятся с тем суровым выражением лица, столь похожим на самый ужасающий раскат грома и самую резкую молнию, возникшую неожиданно прямо подле тебя. Лицо её, извечно пастозное и нахмуренное, совсем не похоже на лико Божества, у которой, наоборот, на нём нередко мягко играла пунцовая красочка. Никогда это нейтральное создание даже рядом с подлинной Эи стоять не будет. И кукла её не дышала ― о, как же это подчёркивало внутреннюю пустоту и отсутствие жизни внутри, чего не скажешь об Архонте, от которой так и исходили лучи жизни. Тут же до чуткого слуха Яэ донёсся звук медленного, глубокого вздоха, что принадлежал ни кому иному, как Эи. Она сделала это очень громко, будто нарочно. Яэ даже показалось, что она прочитала её мысли, решив всё же подать признаки жизни. Мико стало чуть спокойнее и она перевела взгляд на объект звука. К слову, Архонт уже и не выглядела отрешённой, сверля выпученными глазами и без всего растерянную жрицу, нет, теперь она смотрела совершенно спокойно и мягко. Поймав на себе взгляд Яэ Мико, она будто бы ещё сильнее расцвела: по её лицу расплылась миловидная улыбка, такая чуточку даже нелепая, но невероятно приятная глазу. Очи её тоже будто улыбались, будучи больше не в силах оставаться такими безучастными, как бы показывая всю свою исключительную прелесть. Всё это в совокупности выглядело так обворожительно, что все страхи и сомнения Мико в момент рассыпались, а на их месте разлились чувства облегчения и восхищения, особенно приятные для жрицы. Эи сделала два некрупных шага вперёд, теперь оказываясь на совсем небольшом расстоянии от жрицы. Та тут же устремила на неё свой взор. Поймав этот взгляд, Архонт улыбнулась ещё шире, тут же положив свою руку ей на плечо. Да, она всё же позволила себе дотронуться до неё ― для Божества это было буквально маленькой победой. Она порадовалась про себя, подмечая, что это Яэ на неё так влияет. К её же удивлению, в положительном ключе. ― Этот поцелуй можно рассматривать как ответ на мой вопрос? Мико хихикнула на выдохе с облегчением, окончательно понимая, что Эи не собирается убегать и прятаться от неё. ― А как же иначе?