Покажи мне, чтобы я не забыл

Ничего Джисон не любил больше, чем искусство. Особенно когда это  искусство принадлежало его собственному мужа. Ярко освещенный зал был полон  вежливой болтовни. Все выглядели слишком нарядными и слишком взволнованными, включая самого Джисона. Он любил восхищаться творениями других, пытаясь собрать воедино то, что творец пытался передать каждым мазком кисти. Он разгладил складки на своем костюме и впервые перешел на другую сторону зала, оставаясь рядом с Минхо всю предыдущую часть вечера. Пока он шел, стуча парадными туфлями по паркету, его внимание привлекли несколько впечатляющих картин. Громкие имена присутствовали на этой выставке, он так гордился своим мужем за то, что его выбрали для участия в подобном мероприятии - это действительно далось нелегко, но скорее, это было свидетельством собственной креативности и художественного видения Минхо, не говоря уже о количестве работы, которую он вложил, чтобы воплотить это художественное видение в жизнь. После того, как он обошел правое крыло, он решил вернуться - уже скоро придётся уходить. И в любом случае, он решил, что Минхо, вероятно, заскучал без его гениальных шуток, раз за разом произнося одну и ту же речь любому, кто спрашивал о его произведениях. Как он и ожидал, к мужчине подошел другой человек, чтобы  расспросить о пьесе. Это было то, ради чего Минхо пришел сюда, поэтому Джисон не придавал этому особого значения, то есть до тех пор, пока он точно не узнал, кто болтал с его мужем. Хван Хенджин. Довольно популярен, имеет симпатичное личико. И лицо его мужа тоже симпатичное. Джисон знал, что сам Хван Хенджин, альфа, который прямо сейчас стоит и улыбается его мужу, смотря на него сверху вниз. Джисон действительно доверял Минхо.  Но смотря на то как Хенджин, мужчина, на которого Минхо равнялся, так увлечённо разговаривал, и на Минхо  который внимательно слушал, он действительно захотел услышать, о чём они говорили. Его внимание было действительно приковано к ним, когда он услышал со своего места в нескольких метрах от себя. “Ты так приятно пахнешь”. сказал Хенджин, подходя непозволительно близко к его омеге, и проводя рукой по бедру Минхо - это было то, чего Джисон терпеть не мог. Но что заставило кровь Джисона вскипеть, так это то, что Минхо бесстыдно хихикал над совершенно неподобающим поведением Хенджина, как будто он не был и не против вовсе. Альфа не хотел оставаться здесь ни секунды. Он перестал слушать и подошел прямо к паре, разрушив их момент.  Хуже всего было то, что ни один из них, особенно Минхо казалось, не стыдился того, что его поймали. “О, привет, Джисон!” Прежде чем Минхо смог вымолвить еще хоть слово, Джисон перебил его. “Мы уходим. Сейчас”. Он не удостоил ни одного из них  взглядом, схватив Минхо за руку и потащил его из зала, мероприятие все равно закончилось. И у Минхо не было выбора, кроме как следовать за своим альфой, если не из-за его силы, то просто чтобы не выводить его из себя еще больше. Большинство артистов в этот момент все равно уходили, и Минхо с Джисоном присоединились к толпе, выйдя из зала на прохладную и темную парковку. Джисон не обращал внимания на мелкий дождик, который покрывал их, молча шел к их машине, игнорируя любые вопросы Минхо. Они заняли свои места. “Джисон… что случилось? ... малыш, ты в порядке?” Минхо чувствовал исходящий от него гнев, зная лучше, чем кто-либо другой, что чувствует его альфа. Но мужчина ничего не сказал, вместо этого завел машину и пристегнул ремень. “Ханни...” - начал Минхо. “У тебя все есть?” “Да, но...” “Хорошо, теперь помолчи”. Скомандовал Джисон. Минхо инстинктивно чуть не открыл рот, чтобы ответить, но быстро закрыл его. Даже просто запах, который издавал Джисон, подавлял его, и он не испытывал желания ослушаться, несмотря на то, что понятия не имел, что вообще так возбудило Джисона. Поездка домой прошла без слов, единственными звуками в машине были низкий гул двигателя и дождь, который к этому времени усилился, барабаня по лобовому стеклу. Через несколько минут они подъехали к своему дому. Джисон заехал на подъездную дорожку и припарковал машину. Мужчина захлопнул дверь прежде, чем Минхо успел отстегнуть ремень безопасности. В ту секунду, когда Минхо открыл дверь навстречу темноте и дождю, он вскрикнул от удивления, когда его подняли в воздух. “Джисон! Что ты делаешь?” Минхо хорошо знал своего мужа, и этот типичный для альфы гнев его не пугал, а раздражал больше, чем что-либо другое. Несмотря на это, Джисон никогда не причинял ему вреда сгоряча (без его согласия) и никогда не переставал заботиться о нем. “Разве я не говорил тебе вести себя тихо, детка? Или ты просто не хочешь слушать своего альфу?” Сказал мужчина низким голосом и закрыл дверь, запирая машину за собой. На удивление бережно он пронес Минхо через вход в их дом. И, что неудивительно, грубо бросил его на твердый пол. Со стоном Минхо сел и повернулся лицом к возвышающемуся над ним мужчине. Его черный костюм и волосы были мокрыми, капли стекали на деревянный пол и прилипали к телу. Минхо выглядел не особо по-другому, его серый костюм облегал его достаточно плотно, так холодно, что он дрожал в нем. Однако у него было подозрение, что скоро ему придется его снять. Минхо издал болезненный стон, когда его альфа грубо дернул его за волосы, заставляя смотреть прямо ему в глаза, потемневшие от эмоций, которые Минхо на самом деле не мог распознать. Но это выражение вскоре исчезло, Джисон понял, что забегает вперед, и ослабил хватку на волосах Минхо, говоря с ним более мягким голосом. “Какое стоп-слово, детка?” Омега почувствовал, что его бьют хлыстом, но он все равно ответил, его сердцебиение участилось, когда он понял, что сейчас произойдет. “Ромашка”. В ту секунду, когда это слово слетело с губ Минхо, Джисон еще крепче сжал светло-каштановые волосы мужчины. Минхо почувствовал знакомое ощущение боли, пронзившей кожу головы - это было так приятно. Это было как зеленый свет для Джисона, когда он увидел, как глаза Минхо закрылись, и удовлетворенно вздохнул от его прикосновения. Джисон ухмыльнулся про себя. Вежливого, собранного человека, который был на выставке, нигде не было видно, вместо него появилась гребаная сучка у его ног. “Тебе нравится внимание других альф, не так ли? Ведешь себя так, как будто ты никому не принадлежишь, отвратительная шлюха”. Так вот в чем дело. Джисон ревновал, и Минхо в глубине души не мог не быть чертовски самодовольным по этому поводу. “Альфа ... это не т...” Джисон даже не дал ему шанса объясниться, густо сплюнув прямо ему на лицо, наблюдая, как слюна стекает по его щеке. Мужчина на коленях подошел ближе к нему, трогательно терся о его ногу. Джисону почти ничего не потребовалось, чтобы заставить Минхо подчиниться. “Отстань от меня”. Джисон заговорил мрачным голосом. Альфа толкнул его коленом, показывая, чтобы он лег плашмя на пол, как дворняжка. “Отлично, на полу, где тебе и место, грязный омега”. Джисон насмешливо похвалил. Он не мог не согласиться, он был там, где и должен был быть - у ног своего альфы. Этот вид Джисона втайне нравился Минхо; он чувствовал, как его желудок скручивало от каждого резкого слова, сказанного ему Джисоном. Дом медленно окутывал запах их возбуждения. Минхо вдохнул это, наслаждаясь тем, как хорошо смешались ароматы ананаса и утренней росы. Чтобы подчеркнуть его неполноценность, Джисон прижал свой грязный черный кожаный ботинок к лицу, сначала мягко. Но постепенно начинал давить сильнее, перенося больше веса на лицо Минхо, двигая ногой по кругу, прежде чем остановиться над открытым ртом Минхо. Это было так грязно. “Оближи это”. И Минхо подчинился, не раздумывая ни секунды. Он сделает все, о чем попросит его альфа. Мужчина с жаром лизнул грязный ботинок Джисона, сдерживая гримасу от ужасного вкуса подошвы. “По крайней мере, ты знаешь свое место, никчемный омега”. Словно подчеркивая свое предложение, Джисон еще сильнее впечатал ботинок в лицо Минхо. Мужчина просто восхищался тем, как его муж сделал то, о чем он его просил, возбуждаясь от вида его симпатичного лица под своим ботинком. Его член дернулся при одной мысли о том, что он собирался сделать с человеком, полностью находящимся в его власти. Сытый по горло этим и готов по-настоящему поиграть со своей омегой, Джисон убрал ботинок с его лица. Разум Минхо, казалось, уже был затуманенным так далеко, что все еще держал рот открытым, словно прося его наполнить его. “Ты со мной, любимый?” -Спросил Джисон, чтобы проверить своего партнера. Минхо лихорадочно закивал, желая, чтобы это продолжалось так, как он никогда не делал раньше. Запах Джисона был даже сильнее, чем обычно, и это делало его таким твердым в его узких штанах. Он наблюдал, как его альфа снимает пиджак и развязывает галстук, бросает их на пол, а затем закатывает рукава. При одном взгляде на мускулистые руки Джисона Минхо почувствовал, как из него вытекает Предэякулят пачкая штаны еще больше. Джисон тоже не мог ждать, он был так чёрт возьми возбуждён. Ловкими пальцами он расстегнул ремень и молнию на штанах, вынимая только наполовину твердый член и беря его в руку. Минхо пустил слюни при виде этого. Черт возьми, ему так чертовски сильно нравился член Джисона, что его бедра непроизвольно задвигались вперед, вероятно, выглядя при этом отчаянно, как сучка в течке. “Ты должен увидеть себя. Гребаная шлюха”. Джисон выплюнул эти слова, глядя на него сверху вниз с нахальным высокомерием, почти забавляясь поведением Минхо. Мужчина расположился прямо над Минхо, усевшись ему на грудь, поставив ноги по обе стороны от Минхо, и потер щеку, слегка покрасневшую от того места, где на него ранее давил ботинок. Когда он устроился удобнее, Джисон снова сменил тон. “Просто дважды похлопай меня по бедру, если хочешь остановиться. Ты можешь сделать это для меня прямо сейчас, детка?” Минхо сделал так, как он просил, и похлопал себя по бедру. Удовлетворенный, Джисон продолжил и наклонился вперед, положив руки на мокрый пол, над головой Минхо, прижавшись промежностью к его лицу. И почти сразу после этого он засунул свой член глубоко в послушный открытый рот Минхо, заставив мужчину заткнуть рот своим большим членом, полностью трахая в глотку своего омегу. Минхо полностью расслабил горло, пытаясь не давиться. Имея много практики, он был чертовски хорош в том, чтобы позволять своему альфе пользоваться своим ртом. Его руки потянулись к заднице Джисона, крепко сжимая ее, чтобы было за что ухватиться. Струйки слюны потекли из уголков его пухлого рта, влажные звуки эхом разносились по комнате. По мере того, как лицо Минхо безжалостно трахали, он чувствовал, как его альфа становится больше, наполняя его рот еще больше, чем раньше. “Мне нравится пользоваться твоим ртом”. Сказал Джисон глубоким, хриплым голосом, небрежно двигая бедрами, добиваясь собственного оргазма с полным пренебрежением к мужчине под ним. С каждым ударом яйца альфы всё сильнее ударялись о подбородок Минхо.Он толкнулся ещё жёстче, и Минхо просто принял это, лежа на грязном полу, с глазами, полными слез. Но больше всего на свете ему чертовски нравилось ощущение, что его использует альфа. Джисон был прав, он был шлюхой, настолько жесткой, что у него натягивались штаны только от того, что его трахали в горло. Мужчина даже не предупредил его, кончив ему в горло с глубоким стоном. Минхо проглотил все это, у него болело горло и распухли губы, но его альфа, казалось, не давал ему сегодня вечером времени прийти в себя. Он быстро вышел с шипением и встал почти неуклюже, только что достигнув кульминации. Сразу же после того, как он встал на ноги,  мужчина снова поднял его, обращаясь с ним так, как ему хотелось. Даже если Джисон был заметно меньше Минхо и недавно испытал оргазм, он все равно мог полностью одолеть его, и Минхо не собирался лгать и говорить, что ему это не нравилось. С омегой на руках Джисон, спотыкаясь, вошел в их спальню. Он опустил его на покрытый ковром пол и сделал шаг назад, и Минхо задался вопросом, что Джисон планирует с ним сейчас. “Раздевайся”. Это была одна простая команда, но это было все, что было необходимо, чтобы намекнуть, что будет дальше. И Минхо был только рад услужить; В любом случае, его одежда уже некоторое время беспокоила его. Он быстро снял свой серый пиджак, затем быстро перешел к расстегиванию белой рубашки с воротником, совершенно не стесняясь показывать Джисону кожу, мужчина видел его обнаженным сотни раз до этого. Его брюки и нижнее белье были сняты сразу после футболки, обнажив его обнаженное тело. Его маленький член напрягся на животе, кончик был красным и влажным от Предэякулят, несмотря на то, что он еще даже не прикасался к себе. Джисон подошел ближе, сокращая небольшое расстояние между ними, не в силах оторвать руки от прекрасного тела своего омеги. Его грубые, но в то же время нежные руки ласкали полную грудь Минхо, наблюдая за тем, как тот откидывался назад каждый раз, когда его большой палец касался соска - он был таким чувствительным. Руки Джисона скользнули ниже, сжимая его любимый животик, нежно проводя кончиками пальцев по красивому шраму, который его прикрывал. “Джи-Джисон”. Минхо выдохнул. “Нет, как ты меня называешь?” Джисон тихо зарычал рядом с его ухом, оставляя дорожку из поцелуев на шее своего омеги, его руки ласкали грудь Минхо. “Альфа”. Минхо издал хриплый стон, его шея тоже была нежной. “Правильно, сука. Я твой альфа, и ты не должен забывать об этом”. Джисон снова зарычал на него, сильно кусая за горло. Минхо с шипением резко вдохнул от боли, обхватывая руками широкую спину Джисона и заявляя на него права. “Да, да, альфа. Я твой. Только твой”. Джисон остановился, четко отметив его на следующие несколько недель, и заговорил. “И ничей другой”. Минхо нахмурил брови, он мог сказать, что Джисон все еще был взволнован тем, что произошло на выставке. “Джисон, ты знаешь, что вообще ничего не произошло. Я хочу только тебя, альфа”. “Этот мужчина был слишком близко к тебе и ласкал тебя... Он коснулся твоего бедра. Только я могу это сделать ”. Минхо просто слушал, позволяя альфе выразить все свои чувства. Мужчина так крепко держал его за бедра, что, вероятно, остались синяки. Но Джисон не испытывал никакого желания отпускать, ненавидя то, что чья-то рука трогает то, что по праву принадлежит ему. Услышав, что он сказал, Минхо ответил мягким голосом, изо всех сил пытаясь убедить его в правде. “Он просто коллега, который был слишком обидчив. Он ничего для меня не значит. Ты должен доверять... ” Резкий шум заполнил спальню, прервав его, и Минхо потребовалась секунда, чтобы осознать, что только что произошло, непроизвольный вздох сорвался с его губ. Джисон только что влепил ему пощечину. Рука омеги автоматически потянулась, чтобы прикоснуться к горящей щеке. Минхо недоверчиво посмотрел на Джисона, его глаза расширились. Он действительно думал, что Джисон послушает его. Но его альфа даже не смотрел на него. “Никчемные омеги не имеют права разговаривать со своими альфами без разрешения”. Резкие слова Джисона пронзили его, как нож, и Минхо не мог насытиться ими. Джисон решил начать заниматься собой, его руки расстегивали пуговицы, он снимал одежду, даже не взглянув на Минхо. Он чуть не порвал рубашку на пуговицах, когда расстегивал ее, демонстрируя свои руки с выпирающими венами, отбросив ее в сторону, куда сразу же упали его брюки и нижнее белье. Омега легко почуял это - его альфа был не просто зол, он был чертовски взбешен. Минхо почувствовал, что становится еще влажнее при мысли о том, что его альфа сделает с ним. Более того, он ни на секунду не мог оторвать глаз от загорелой кожи Джисона и легкой копны волос, покрывавших ее, или от его подтянутого живота, его v-образной линии, вплоть до члена и яиц. Если бы он мог пялиться на него всю оставшуюся жизнь, он бы это сделал. Джисон не обратил внимания на пристальный взгляд Минхо. Гнев все еще пронзал его, каким бы иррациональным он ни был. Его терпение иссякло, а его член был таким твердым, что причинял боль. Ему надоело ждать. Он резко схватил омегу за руку, что заставило Минхо автоматически двинуться вперед, шаркая ногами по ковру. Неожиданное движение, Минхо был несколько дезориентирован, когда его толкнули на кровать. Альфа последовал за ним и забрался на него сверху, прежде чем он успел что-либо сказать. Джисон отстранился, устраиваясь на краю кровати, грубо обращаясь со своим мужем так, что они оба оказались по бокам, Минхо спиной к нему. Его омега был полностью податлив под его прикосновениями, позволяя ему делать с собой все, что он хотел, без слов. Он полностью поднял ногу своего мужа, положив руку на его гладкое бедро, открывая себе прекрасный вид на сжимающийся вход своей омеги, которым ему до боли хотелось воспользоваться. “Ты такой мокрый, глупый омега”. Джисон был удивлен тем, сколько жидкости вырабатывается в теле его мужа, намного больше, чем обычно, ароматная жидкость стекала по его бедрам, пачкая простыни. Джисон был полон гордости, зная, что его омега вот так протекает из-за него, и ни из-за кого другого. Мужчина пристроился к дырочке Минхо, дразняще потираясь членом о влажный край. Минхо лежал все это время, еще более скользкий, истекающий в ожидании того, что, очевидно, должно было произойти. Альфа одним плавным движением ввёл свой член глубоко в своего мужа, как он делал тысячи раз до этого. Независимо от того, сколько раз они это делали, Минхо все равно умудрялся чувствовать себя так хорошо рядом с ним. Омега издал громкий стон, наполненный большим членом Джисона, так неожиданно, но совсем не неприятно. У него кружилась голова; Все это произошло так внезапно, и теперь Джисон безжалостно трахал его. И это было так правильно. Он был просто глупым омегой, предназначенным для того, чтобы его взял и использовал его муж, который лучше него знал, как с ним обращаться. И если его альфа хотел выместить на нем свой гнев, то он был только рад услужить. Одна мысль об этом была для него чертовски горячей. Они увлеклись своей маленькой игрой, и он знал, что Джисону это нравится так же сильно, как и ему. Это было идеально. Член Джисона идеально касался его стенок, скользя внутрь и наружу в жестоком темпе, выбивая стоны из Минхо, который нетерпеливо трахал в ответ своими бедрами. Омега знал, что на следующее утро после всей этой ночи на его теле будут синяки, особенно учитывая то, как крепко Джисон держался за его бедро. “Боже, блядь. С тобой так охуенно хорошо”. Джисон застонал рядом с ухом омеги. Минхо нравилось, как его муж так громко разговаривал в постели. И, что еще важнее, ему понравилось, как Джисон трахал его. “Это то, для чего ты была создана, тупая шлюха”. Когда Джисон закончил фразу, он поднял руку, чтобы нанести еще один удар по красивому лицу Минхо, отметив, как покраснела его щека после удара. “Еще, пожалуйста, - хочу еще, альфа!” Минхо умолял с придыханием, изо всех сил пытаясь выдавить слова из-за постоянных движений Джисона. “Ты, маленькая грязная сучка, жаждущая члена”. Джисон зарычал, облизывая, покусывая все, до чего мог дотянуться - шею, уши, щеку - как животное. “Сколько бы я ни трахал твою распутную дырочку, тебе никогда не будет достаточно”. Он толкнулся еще сильнее, насаживаясь на растянутую задницу своего омеги. Внутри было так чертовски тепло и влажно, слизь вытекала наружу, пачкая простыни. Шлепки тел по телам и хлюпающие звуки были такими непристойными. Их бедные соседи. Джисон так хорошо трахал его, легко находя и достигая его простаты своим большим членом, что у Минхо мерещились звезды с каждым толчком. Их теплые тела были прижаты друг к другу так близко, что Минхо мог слышать каждое тихое ворчание, которое издавал Джисон. Минхо оценил, как хорошо пахнет от его альфы, в то время как упомянутый альфа обнюхивал его шею, а щетина слегка покалывала кожу. “Твое тело принадлежит мне. Только мне. Я могу использовать его, как мне заблагорассудится. Моя бесполезная игрушка”. Сказал Джисон хриплым и низким голосом, говоря между каждым толчком, когда он вколачивался в своего мужа с огромной скоростью, закусывая губу от того, как стенки Минхо сжимались вокруг его члена. “Пожалуйста, да, да, да”. Минхо заскулил и схватил Джисона за руку. Его член был таким твердым, несмотря на то, что к нему вообще никто не прикасался. “Я хочу, чтобы ты показал мне, кому я принадлежу. Хочу, чтобы твой узел был глубоко внутри меня. Черт возьми, хочу, чтобы ты заявлял на меня права всеми возможными способами”. черт возьми, если бы он мог набивать его своим узлом каждый чертов день, он бы так и делал. В своем нетерпении Джисон двигался еще быстрее, если это было возможно. Время шло, и Минхо медленно начал уставать, в то время как Джисон все еще шел, не сбиваясь в движениях. Омега никогда не мог сравниться выносливостью со своим альфой, поэтому он просто лежал и принимал это, все время тихо постанывая. “Пожалуйста, пожалуйста. Мне нужен твой узел”. Минхо мяукал рядом с ухом Джисона, почти ошеломленный, вцепившись в руки Джисона в отчаянной попытке остаться рядом со своим мужем. Движимый чем-то почти животным, Джисон укусил Минхо в шею достаточно сильно, чтобы пошла кровь, заставив мужчину рядом с ним вскрикнуть от боли. Слезы навернулись на глаза Минхо из-за чрезмерной стимуляции и того, насколько все это было горячо. Джисон никогда так не ревновал, но сегодня он действительно перешел все границы. Именно так, как Минхо так долго хотел. Джисон почувствовал, как в животе разливается тепло, узел медленно набухал, ему было немного труднее двигаться, бедра дрогнули, когда он был близок к кульминации. “Просто дырка, сделанная для вынашивания моих детей.“ Он зарычал рядом с ухом своего омеги, облизывая его, так далеко зашел, что единственное, о чем он мог думать, это размножить своего омегу. “Да, я хочу этого - ах, пожалуйста, альфа, хочу, чтобы ты сделал меня беременной”. Произнося все это, Минхо чувствовал себя почти в бреду, он был близок к тому, чтобы и сам кончить. “Черт, черт, я близок к тому, чтобы кончить”. После еще нескольких небрежных толчков он кончил, крепко вцепившись в своего омегу, растягивая его своим узлом. Из-за узла Джисон кончал немного дольше, чем обычно, сперма продолжала вытекать, заполняя его омегу до краев. Ощущение узла, растягивающего Минхо до предела, и звук стона Джисона ему в ухо, довели его до предела; Он кончил почти сразу после этого с громким стоном, его собственная сперма брызнула, покрывая простыни и его собственный живот. Через несколько минут кульминация Джисона закончилась, но его узел все еще был набухшим, соединяя тела пары на следующие полчаса. Джисон моргнул про себя, только что испытав очень сильный оргазм. Когда он вернулся на землю, он понял не только то, насколько он устал, но и то, как далеко он зашел, пока они занимались сексом на этот раз. Он осмотрел омегу, который безвольно лежал рядом с ним, только для того, чтобы поморщиться от того, что он сделал. Шея Минхо кровоточила, в некоторых местах на теле были заметные синяки, все его тело было потным, он тяжело дышал, а волосы были в полном беспорядке. Несмотря на все это, его лицо излучало чистое блаженство, его глаза были мягко закрыты. Но это не помешало Джисону беспокоиться о своем муже. “Малыш? Ты в порядке, малыш?” Джисон убрал руку с бедра Минхо, чтобы мужчина мог принять более удобную позу. Вместо этого он обнял Минхо, прижимая его к себе. Теперь, когда большая часть агрессии и похоти покинула его тело, он чувствовал себя немного смущенным из-за только что выкинутого трюка. Не то чтобы они не играли в силовые игры иначе, но сегодня это был совершенно другой уровень - он слишком забежал вперед в токсичной ревности. Минхо открыл один глаз и сказал полушутя: “Мне действительно нужно заставлять тебя ревновать чаще”. Несмотря на его слова, в его голосе была явная усталость, и он все еще тяжело дышал. “Я-я сожалею. Я не знаю, что на меня нашло в галерее ...” Джисон уткнулся лицом в изгиб шеи Минхо, как провинившийся щенок, говоря так, как будто он не слышал, что только что сказал омега. “Ты шутишь? Это была самая горячая вещь, которую ты когда-либо делал для меня”. Минхо рассмеялся про себя, снова закрыв глаза, его дыхание медленно приходило в норму. Джисон не ожидал, что он скажет это, невольно усмехнувшись. Однако юмор, ранее присутствовавший в голосе Минхо, внезапно исчез. “Джисон, ты ведь доверяешь мне, верно?” “Люблю, правда люблю. Я знаю, что между вами ничего нет. Но когда я увидел, как он прикасается к тебе, я чертовски разозлился. ” Джисон говорил честно, уткнувшись лицом в плечо Минхо, сожалея о том, что такая мысль вообще пришла ему в голову. “Я принадлежу тебе, мой альфа, и все это знают”. Минхо переплел их унизанные кольцами пальцы, чтобы доказать свою точку зрения, успокаивающе поглаживая руки мужчины. “Я люблю тебя, Минхо”. Сказал Джисон, часть напряжения покинула его тело. “Я тоже люблю тебя, Джисон”. Сказал Минхо, затем запрокинул шею, чтобы поцеловать мужа в губы. “А теперь дай мне, блядь, поспать”. Джисон улыбнулся поведению своего мужа, одновременно удивленный и испытывающий облегчение. Он потянулся за спину и укрыл их одеялом, и они лежали, удобно прижавшись друг к другу, пока узел не распустился. Джисон наблюдал, как грудь его омеги медленно поднимается и опускается, когда он засыпал, явно измотанный событиями целого дня. Альфа тоже почувствовал, что начинает уставать, но заставил себя еще немного держать глаза открытыми. Он хотел полюбоваться прекрасным лицом своей омеги, той, в которую он влюбился так много лет назад и которую до сих пор любит так же сильно. Любовь, которую он хранил к нему, заставляла его снова вести себя как тупой подросток, независимо от его возраста. В конце концов, Джисон тоже заснул, связанный со своей второй половинкой практически всеми возможными способами.