Время (не) лечит

— В Йокогаме есть подобные места? — спросил Ацуши, подходя к высокому ветвистому дубу, под которым сидел Дазай. Дазай поднял голову и посмотрел на юношу удивлённо. — Что ты тут делаешь, Ацуши-кун? — Вас агентство обыскалось, — немного потоптавшись, он тихо говорит. — Впервые вижу, как Вы посещаете могилу… — Это выглядит так, словно я посещаю могилу? — с улыбкой спросил Осаму. — Ну мне так кажется… — смущённо пробубнил Накаджима, опустив голову. Дазай снова бросил на него удивленный взгляд, а затем, ухмыльнувшись, кивнул. — Это ваша возлюбленная? — Если бы это была она, я бы сейчас не сидел перед тобой, — протянул Осаму. — Ах, точно… — Ты что-то сказал? — Нет, Дазай-сан! —Ацуши отрицательно замотал головой. Дазай посерьёзнел. — Присаживайся, Ацуши-кун, — Накаджима неуверенно сел рядом, осматривая могильную плиту. На ней было написано «С. Ода». — Это мой друг, — неожиданно сказал Осаму, наблюдая за реакцией юноши. Ацуши растерялся сначала. Дазай-сан никогда не говорил о своих друзьях. К чему это было сейчас? — Он был… хорошим человеком? Осаму тяжело вздохнул, глядя на ясное небо. — Более чем. По крайней мере, для меня, — усмехнувшись, ответил он. Дазай замолк. Ацуши внимательно всматривался в его лицо, не выражавшее ничего. Так продолжалось несколько минут. — Ацуши-кун, — вдруг произнес Осаму. Накаджима даже слегка вздрогнул. — Как думаешь, время лечит? — спросил он, глядя на озадаченного юношу. — Неожиданный вопрос… — он задумался. — Если люди так говорят, значит… да? — А ты сам в это веришь? Накаджима уткнулся носом в колени. По своему опыту он мог сказать, что это не так. — Нет… — Вот и я тоже, — он обернулся чтобы посмотреть на плиту за его спиной. — Все эти слова — чушь. Знаешь, чем больше времени проходит, тем болезненнее становятся воспоминания. Не важно, хорошие или плохие. Ты думаешь об этом, а в груди что-то неприятно покалывает. Начинаешь невольно скучать по прошлому, всё больше времени проводить в нём. И становится так больно от осознания, что ты мог что-то сделать. Ты долго рефлексируешь, думаешь, коришь себя за бездействие. Но к чему это всё приводит? Правильно, ни к чему! Дазай встаёт с земли, отряхиваясь. — Время не лечит, а только калечит. Но ты не можешь остановить этот процесс или просто не знаешь способа как это сделать, — он щурится от яркого солнца. Дазай оборачивается, глядя на ошарашенного юношу. — Пойдём, Ацуши-кун. Собрание не ждёт! — Весело напевая какую-то глупую песню, он неспешно удаляется. Накаджима до сих пор сидел у чужой могилы с открытым ртом. Дазай-сан никогда не делился подобными мыслями. Точно не с ним. Юноша бросил взгляд на плиту. «Кто же Вы, С. Ода? Как Вы наталкиваете Дазая на такие размышления?» Ещё немного поразмышляв об этом друге, Ацуши решил уйти. И всё-таки он согласен. Время не лечит. Время медленно и мучительно убивает тебя изнутри.