Случайные встречи

На дворе стоял сентябрь, и дождь лил нескончаемым потоком уже полчаса. Мальчик лет десяти сидел на обочине дороги, подтянув ноги к груди, и, не обращая внимания на бегущие с неба потоки воды, смотря перед собой остановившимся взглядом. Сегодня он убежал из дома. Сегодня отец первый раз его ударил. Сегодня были похороны... самого его дорогого человека, на которые мальчик так и не смог пойти. Сегодня старшие братья, и так вечно невыносимые, постоянно пытались чего-то у него добиться. Чтобы он хоть раз улыбнулся. Чтобы он хоть раз поел. Чтобы... Мальчик нахмурился и еще сильнее сжался в компактный комок. Он уже промок до нитки, в кроссовках были ощутимы значительные лужи, но он так и не смог сдвинуться с места. Не хотел. Кассия, цветущая над местом, где сидел мальчик, под легким порывом ветра качнулась, и на ребенка обрушился настоящий водопад. Ладно, он выглядел жалко, заключил мальчик, все-таки вытирая лицо локтем. И выглядел - и чувствовал себя одинаково противно. В этот момент полной самонелюбви кто-то накрыл мальчика полой шуршащего дождевика. Он поднял голову. Рядом стоял ребёнок - совсем малыш, года на четыре младше и значительно ниже ростом, чем он сам. Желтый дождевик с ярко-красными пуговицами горел самоцветным огоньком в спускающихся сумерках. - Ты чего ревешь? - спросил малыш, заглядывая под полу дождевика, которой укрывал сидящего мальчика. Тот фыркнул. - Я не реву. - Ага. А мокнешь - потому что сидеть любишь под дождем, ага? - Я тебя о помощи не просил. - Я просто так стою. Жду автобус. Мальчик покосился на малыша и придвинулся чуть ближе к теплому боку. Дождевик зашуршал, и малыш тяжело вздохнул, совсем по-взрослому: - Яблоко хочешь? Мальчик только головой мотнул. Он совсем ничего не хотел, но малыш уже достал из кармана дождевика и протянул ему маленькое яблочко, все в каплях воды. - Спасибо... Вон автобус. Беги давай, шкет. - Сам такой, - рассмеялся малыш и бросился к автобусу, остановившемуся неподалёку. Мальчик почувствовал, как дождь снова заливает ему за шиворот. Под маленьким желтым дождевиком было гораздо комфортнее. Редкие машины проезжали мимо, людей в такой ливень на улицах почти не было, только редкие прохожие, спешащие домой или по делам, кто укутанный в дождевик, кто под ярким зонтом. На сидящего под дождем мальчика не обращали внимания, предпочитая отводить взгляд и закрывать глаза. Неожиданно дождь прямо над ребёнком закончился. Мальчик поднял голову - широкий черный зонт надежно закрывал его от летящих капель. Молодой мужчина, держащий его, склонил голову: - Кхун Ким, Ваш отец хочет попросить у Вас прощения за свою несдержанность и просит Вас вернуться домой. - Хочет, ага, как же, - фыркнул мальчик. - Не выдумывай, пи'Чан. - Это правда, кхун. Поедем домой, пожалуйста. Ваш отец тяжело пережил похороны Вашей матери. "А я?.. - подумал Ким. - Мне разве не тяжело? Кинну? Кхуну?" Но вслух он этого не сказал. Только тихо вздохнул, встал на ноги и, приноравливаясь к широкому шагу Чана, пошел к ожидающей их серебристой машине. Яблоко, подаренное малышом, он незаметно спрятал в карман. *** Неожиданно для Кима они встретились вновь. Малыш сосредоточенно строил корабль из подручных материалов, сидя под большой горкой на детской площадке, когда туда же влетел Ким, потирающий разбитую скулу. - Ты опять будешь плакать? Не надо, дождь пойдёт, - осведомился сосредоточенный ребёнок, прилаживающий к своей утлой лодчонке бизань-мачту. Грот-мачта с парусом и стаксель уже заняли свои места. - Я не плачу! - Ким яростно вытер нос рукавом. - Меня похитили, а я сбежал! Рот малыша округлился до идеальной буквы О. Шхуна была забыта, но не отброшена. - Правда?! - Ким Терапаньякул никогда не лжёт! - Да ты крутооой... А кто тебя похитил? - Враги моего отца и моей семьи, - Ким взглянул исподлобья на своего маленького собеседника, оценивая его интеллектуальный потенциал. - За меня хотели требовать выкуп, но я нашёл дырку у них в стене! - О! - малыш уселся поудобнее, подумал и положил шхуну рядом на песок. Ким покосился на неё. Кораблик был явно самодельный, но выглядел совсем как настоящий. Ким аккуратно протянул в его сторону руку и вопросительно посмотрел на малыша. Тот радостно протянул шхуну. - Вот, смотри. У тебя так стаксель отвалится при сильном ветре... Две вихрастые тёмные макушки склонились над шхуной. Никто из них и не заметил группу мужчин в тёмных неприметных одеждах, снующих по округе. Не заметили и других, в чёрных костюмах-двойках, медленно прочёсывающих улицу. Двое детей сидели под большой пластиковой горкой и увлечённо крепили паруса на маленький кораблик. Они успели обсудить моря и открытия Колумба, динозавров и астероиды (малыш упирал на то, что всех плохих людей нужно давить как минимум астероидами, а Ким, с высоты превосходства собственного возраста, только хохотал). Когда они добрались до Солнечной системы, вокруг уже давно стемнело. - Ой, - пискнул малыш, имени которого Ким так и не спросил. - Мой дядя должен был забрать меня с площадки давным давно! И вдруг послышался совсем молодой голос, зовущий: - Порче! Че!! Где ты?! Малыш - Порче - так подпрыгнул на своём месте, что ударился головой о горку. - Хиа! Я здесь, всё хорошо! В их уютный схрон заглянул мальчик - почти юноша, лет четырнадцати ("как Кинн, только тощий, "- подумал Ким). - Порче, я боялся, что ты потеряешься! Дядя снова... Хм... - тут он заметил Кима, сидящего с совершенно невозмутимым видом. - Привет, я Порш. Спасибо, что позаботился о моём брате! - Это было несложно, - буркнул Ким, чувствуя, как уголки губ ползут наверх против его воли: сияющая улыбка Порша была такова, что ей невозможно было сопротивляться. - Он сознательный ребенок. Порш крепко держал Порче за руку, боясь, что брат опять куда-то пропадёт, но он не мог оставить ещё одного ребёнка одного. - Проводить тебя? Где ты живёшь? Уже поздно добираться одному. - Да я... - тут Ким заметил неприметную чёрную машину недалеко от детской площадки и вздохнул, узнав номера. - За мной приехали, не волнуйся. - Стой! - вдруг закричал Порче. Он вырвал руку из ладони брата и нырнул под горку, вытаскивая на свет достроенную шхуну. - Вот, возьми на память, Ким! - Спасибо... - мальчик бережно прижал к себе кораблик и, махнув братьям на прощание рукой, пошёл к ожидающей его машине. *** - Ты за мной следишь? - осведомился Ким у малыша Порче, встретив его через несколько месяцев, на Сонгкран. - Неа! - Порче улыбнулся щербатой улыбкой, продемонстрировав отсутствие передних зубов, и пальнул в Кима из водяного пистолета поистине угрожающих размеров. - Счастливого Сонгкрана! Ким только лицо вытер. Он был уже мокрый насквозь, так что вода от Порче не сделала хуже. Толпа вокруг них радостно гомонила, люди радовались и праздновали. - Ты один или с братом? Как его... - Порш! - Точно... Слушай, пока хватит меня обливать! - Неа, - не согласился Порче. - Мы должны смыть всё плохое. У тебя было плохое в этом году, пи'Ким? - Было. Очень много, нонг'Че. - Вот! - малыш наставительно поднял палец. Выглядел он при этом внушительно и серьёзно. - Всё смываем, остаётся счастливый пи'Ким! Ты откуда тут? Опять украли? - Не, сам сбежал. Дома скучно. Брат старший бесится, всех обливает и ржёт. Вот я и решил убежать. Посмотреть, как тут. На улице. Ну... Люди празднуют. - Отлично празднуем! - в этот момент на Порче прилетела очередная волна и вдобавок - синее ведёрко, из которого его и обливали. Малыш засмеялся и, подняв ведро, отдал его смущенной молодой девушке, которая тут же принялась извиняться. - Пойдём к храму! Тут ниже по улице. Сейчас там очень красиво, всё красное! - Пойдём! Они ухватились за руки и побежали. Бежать приходилось аккуратно, чтобы не упасть в лужу, но вскоре храм был уже рядом. - Ой, совсем забыл! Порче судорожно огляделся и, найдя искомое на земле, бухнул на голову Кима шмат мокрой глины. - Счастливого Сонгкрана! *** Больше Ким малыша Порче не встречал. Когда прошло несколько лет с запомнившегося нового года, Киму начало казаться, что малыша Порче никогда не существовало - такими яркими и волшебными были воспоминания, что ему они казались сладким сном. И Чан, всякий раз находящий своего подопечного на улицах Бангкока, никогда не видел рядом с ним мальчика, похожего на Че по описанию. Но яблоко - было (хоть и оказалось быстро съеденным той же ночью). И была шхуна, которую Ким хранил все годы, и которая переехала с ним в его личный пентхаус, когда тот решил отделиться от своей семьи и посвятить себя музыке. Теперь она стояла в его доме под огромной картиной, изображающей море и парусник, очень похожий на саму шхуну: Ким заказал её у известного художника и очень придирался к исполнению. Но реальность все-таки преподнесла ему сюрприз по имени Порче Питчая Киттисават. Ким смотрел на малыша, который уже давно не был малышом, смущённо просящего о репетиторстве для поступления на музыкальный факультет, на котором учился сам Ким, и думал о хитросплетениях жизни. Порче не узнал его. Все-таки прошло много лет, а память шестилетки не так прочна. Ким только надеялся, что Порче остался тем же сияющим своим неунывающим внутренним светом ребёнком, который когда-то облил его водой и обмазал глиной на праздник, угостил яблоком и подарил самый ценный подарок. Конечно, он согласился на репетиторство. И долго ещё ходил по студии, расставляя закуски и маленькие коробочки с кокосовой водой и соком для своего желанного гостя, прилетевшего на занятие сразу после школы с гитарой наперевес. - Я не опоздал, пи'Вик?! Порче, запыхавшийся, словно он поднимался бегом на двенадцатый этаж, где располагалась студия Кима, влетел в дверь и смущённо замер, сжимая в кулаке край рубашки. Ким только улыбнулся, кивая. - Ты вовремя. Всё хорошо, ты не опоздал. - Уф... - Порче аккуратно присел на стул и достал из чехла гитару. - На задержали после уроков, и я так переживал... Спасибо, пи'Вик! Я так тебе благодарен! - Не Вик. Ким. Глаза Порче расширились в удивлении, а рот - Ким засмеялся - образовал идеальную букву О. - Вик - это творческий псевдоним. - Ты... О, вот как! Пи'Ким... Порче нахмурился, пытаясь что-то вспомнить. - Погоди... Я... Ким терпеливо ждал. - Мне кажется, я уже слышал твоё имя... Но откуда, я не помню... - беспомощно протянул Порче. И тогда Ким достал её. Маленькую шхуну, которую хранил больше десяти лет. И протянул на ладонях Порче. Мальчик замер. Оглядел кораблик со всех сторон. И поднял на Кима сияющий взгляд. - Пи'Ким! Это ты! Шхуна не улетела в сторону только благодаря ловкости Кима, успевшего поставить её на рояль, когда Порче повис на молодом мужчине, подпрыгивая от счастья. - А я думал, ты мне приснился! Порш даже не помнит тебя! А я точно уверен, что ты существовал на самом деле! Ким рассмеялся. - Ты похож на щенка лабрадора, Че. - Сам ты лабрадор! Блабладор! - Эй! Намекаешь на что-то?! Порче ещё раз подпрыгнул, обнимая Кима в последний раз, и все-таки расцепил руки. Они сели на широкий табурет у рояля и, улыбаясь друг другу, принялись воздавать должное приготовленным Кимом закускам: Порче скармливал старшему самые вкусные, на его взгляд кусочки, вызывая у того смех. - А Порш нашёл работу в баре на краю света и бросил меня, - нажаловался Порче, когда закуски кончились, а кокосовая вода - выпита. - Теперь я живу только с дядей Атти, а он мне не нравится. Он же тогда забыл меня на площадке, помнишь? Я вот запомнил. Ким вздохнул. Он знал, где теперь обитает Порш и чем занимается (хотя некоторые тонкости он предпочёл бы не знать). И теперь стоило решить для себя - как вести себя с Че. Что рассказать погрустневшему мальчику, искренне уверенному, что брат его бросил ради своей мечты... Ким взял тёплые ладошки Порче в свои и медленно произнёс: - Че. Я должен кое-что тебе рассказать... *** - Ого, какой красивый у тебя дом! Только... - Что? Что-то не так? Порче крался по пентхаусу, тихо ступая ногами в пушистых носках, выданных Кимом вместо тапок, и осматривал каждый угол. Трогал стены кончиками пальцев. Сунул нос на балкон и в домашнюю студию. И замер на кухне, выглядевшей почти стерильно. - Это дом? - Я здесь живу. Порче только рассмеялся и покачал головой, объясняя Киму, словно это он был младше: - Вот именно. Ты тут живёшь. Как в гостинице. Тут очень красиво, наверняка - дизайнерски, хоть я в этом ничего не понимаю, но... Пи'Ким, тут разве живёт твоё сердце? Ким едва не выронил шхуну, которую ставил на её привычное место. Порче подкрался совсем неслышно и аккуратно обнял его за талию, утыкаясь носом между лопаток, совершенно не смущаясь и не вкладывая в это действие ничего предосудительного. Он был до жути тактильным, как уже понял Ким, и увидев, как от его вопроса закаменел старший, поспешил его утешить так, как мог. - Порче, маленький лабрадор, ты чего бьешь так сильно? - выдавил Ким, поворачиваясь в объятии и беря младшего под щеки ладонями. Порче только вздрогнул от холода его рук, но не отстранился. Несколько минут они не двигались, словно застыв во времени и пространстве. Кима охватило странное чувство. Словно в выстуженной кондиционером квартире стало чуть теплее от присутствия Порче. Словно не только его самого, а его сердце младший держит в ладонях и согревает своим прикосновением. Порче моргнул. Момент ушёл, и они отстранились, улыбаясь, но младший тотчас стал серьёзным. - Показывай свою красную паутину, пи'Ким. Ким кивнул и нажал нужную кнопку. Картина, висящая над ними, отъехала в сторону, и в углублении появились фотографии людей, соединенные между собой красными линиями. - Итак... Рассказывай, кто есть кто, - решительно произнёс Порче.