План Б

      — Галя, что случилось? — прямо с порога спросил Круглов, входя в кабинет начальника ФЭС.       Рогозина посмотрела на своего зама долгим пронзительным взглядом, но ничего не сказала, лишь жестом предложила присесть.       Рабочий день закончился, и в ФЭС практически никого не осталось. Только Тихонов еще что-то доделывал в лаборатории. Поэтому Круглов вместо того, чтобы занять место напротив начальницы подкатил стул на колесиках к ее креслу и сел рядом.       Рогозина никак не отреагировала.       — Что случилось? — снова задал вопрос Николай. Он взял Галину руку в свою и легонько сжал.       — С завтрашнего дня ты принимаешь на себя руководство ФЭС, — объявила заму Рогозина.       — А ты? — удивился Круглов. Его мало волновало, что он станет исполняющим обязанности руководителя службы. Майора куда больше интересовали причины такого решения.       — Уезжаю в командировку, — коротко ответила Рогозина.       Сегодня полковник как обычно поехала в Министерство на совещание. Когда оно закончилось, генерал Султанов попросил Рогозину задержаться. В личной беседе в кабинете замминистра генерал сообщил полковнику, что она отбывает в командировку. Отъезд назначен на завтра. Можно отправляться собирать вещи.       — Надолго? — спросил ошарашенный Николай.       — Не знаю, — ответила Галина. Приказ и другую необходимую информацию Рогозиной предстояло получить завтра. Одно она знала точно: машина придет за ней в шесть утра.       — Ясно, — сказал Круглов. — Ты закончила? Давай, я отвезу тебя домой, — предложил он.       — Да, спасибо, — ответила Галина.       В коридоре полковник и майор попрощались с Тихоновым, который решил сегодня не ночевать в лаборатории, а поехать домой, удивить свою квартиру. Мыслями Рогозина была уже не в ФЭС, иначе бы Галина Николаевна точно заметила, как Николай Петрович и Иван обменялись взглядами. Начальник компьютерного отдела, что-то передал майору, а Круглов быстро спрятал это в карман и заговорщически подмигнул Тихонову.       Дома Галину ждал приятный сюрприз. Николай Иванович приехал навестить дочь, которая буквально жила на работе. Когда она вечером возвращалась в квартиру, ей едва хватало сил, чтобы перекусить, принять душ и лечь спать, чтобы на следующий день снова ехать на работу. С отцом они периодически созванивались, а встречались и того реже. Галина обрадовалась возможности сказать отцу о своем отъезде не по телефону, как это обычно бывало, а с глазу на глаз. Николай Иванович воспринял известие спокойно. Конечно, в душе он переживал за дочь, но привык скрывать свои чувства и эмоции, зная, что его переживания ей ничем не помогут.       После ужина, помыв посуду, Галина отправилась спать. Завтра ей нужна будет ясная голова. Собирать вещи не было необходимости. Специально приготовленная на такой случай сумка ждала своего часа в шкафу.       В шесть утра, как ей и обещали, за полковником пришла машина. Она отвезла Рогозину на военный аэродром, где уже готовился к взлету самолет. Порядка тридцати человек ожидали посадки. В основном это были мужчины, но Галина успела заметить и нескольких женщин.       Едва полковник вышла из машины, от группы отделился высокий темноволосый мужчина лет сорока пяти, как показалось Рогозиной, и направился к ней. Он был в гражданской одежде, но выправка выдавала в нем человека, не понаслышке знающего, что такое воинская дисциплина.       Наблюдая, как незнакомец приближается к ней, Рогозина не заметила, как водитель, который ее привез, достал из багажника машины синий пластиковый чемодан на колесиках и передал его в самолет.       — Полковник Рогозина Галина Николаевна? — поинтересовался мужчина.       — Да, — ответила Рогозина.       — Здравствуйте. Полковник Степанов Валерий Сергеевич, — представился офицер. — Вы летите с нами.       — Здравствуйте. Очень приятно, — сказала полковник.       Их разговор прервался с появлением командира воздушного судна, который сообщил, что к вылету все готово.       В самолете Галина заняла место возле иллюминатора и задумалась. Полковник Степанов в этой группе явно был старшим. К нему обращались с вопросами, он раздавал указания и принимал решения. Однако Рогозина не получила от него никакой информации. Это настораживало, но полковник, привычная к особой секретности, продолжала ждать.       Через полчаса после взлета к Рогозиной подошел полковник Степанов. Он передал ей два запечатанных конверта и вернулся на свое место, оставив Рогозину наедине с бумагами. Галина интуиция подсказывала ей, что там находятся документы, которые дадут ответы на все ее вопросы.       Уверенным движением Рогозина открыла первый конверт, достала оттуда кипу бумаг и углубилась в их изучение. По мере прочтения ее глаза округлились от удивления. Полковник перечитала документы несколько раз, но ошибки не было.       Это была копия приказа, вернее копии двух приказов, подписанных собственноручно замминистра генералом Султановым, но не о командировке, как изначально предполагала Галина. Первый приказ был о премировании по итогам года полковника Рогозиной Галины Николаевны поездкой на отдых. Второй — об отпуске Рогозиной сроком на десять дней, начиная с сегодняшнего дня. Здесь же лежали билеты на самолет «туда-обратно», бронь отеля и программа отдыха.       На листке бумаги, обнаруженном среди документов, Рогозина прочитала:       «Галина Николаевна! По-другому Вы не согласились. Пришлось экстренно придумывать план Б. Хорошего отдыха!       Рогозина решительно ничего не понимала. Она быстро открыла второй конверт, который, как она надеялась, внесет ясность в сложившуюся ситуацию. Внутри лежал еще один запечатанный конверт и записка на этот раз — рукописная. Едва взглянув на нее, Галина узнала почерк Николая.       «Галя! Если ты читаешь мою записку, значит, вы уже летите. Я думаю, ты уже в курсе, что за таинственной командировкой скрывается отпуск. Прости, но у нас не было выбора.       Полковник Степанов, мой давний знакомый из МЧС, везет своих ребят на соревнования по пожарно-спасательному спорту. Он поможет тебе добраться до пункта назначения. Отель хороший (проверено!): все включено, собственный песчаный пляж. Море достопримечательностей рядом. Программа отдыха разработана в соответствии с твоими предпочтениями. Все располагает к тому, чтобы хорошо отдохнуть, расслабиться и ни о чем не думать. ФЭС в твое отсутствие будет работать как часы. Я тебе обещаю!       Николай       P.S. В конверте твой загранпаспорт и банковская карточка. Вещи для отдыха в синем пластиковом чемодане».       Рогозина размышляла, сопоставляя имеющиеся у нее факты. Действительно, после нападения на нее Прудова, о котором замминистра было очень хорошо известно, Султанов предлагал ей взять отпуск, но она отказалась, найдя тысячу и одну причину, чтобы не оставлять ФЭС. «Тогда-то он и решил действовать по-другому, — пришла к выводу полковник. — В одиночку с этим ему было не справиться, поэтому Султанов нашел себе помощника».       В душе у Галины боролись два противоречивых чувства. С одной стороны она сердилась, что все было организовано за ее спиной. Галина была уверена, что за этим «у нас» помимо Николая скрывались еще Иван и папа (кто, кроме него мог собрать чемодан с ее вещами). С другой стороны Рогозина восхищалась хорошо проведенной операцией.       В конце концов, Галина была вынуждена признать, что план Б сработал. Ее просто поставили перед фактом. Единственное, что она может сделать в сложившейся ситуации — выполнить приказ и отдохнуть в режиме «пусть весь мир подождет».              Майор Круглов занимался бумажной работой в кабинете начальника ФЭС. Команда расследовала дело об убийстве. Антонова в морге заканчивала следствие по телу, Майский и Данилов мотались по городу, опрашивая участников вечеринки, на которой все и случилось. В лаборатории Тихонов и Амелина искали зацепки по делу, чтобы операм было чем заняться. Рогозина была в отпуске уже третий день, а служба продолжала свою работу.       «Как там Галка отдыхает?» — подумал Круглов, отвлекаясь от очередного отчета.       Тут же Круглову одна за другой пришли две СМС-ки от Рогозиной.       «У нее есть телепатические способности?» — задавался вопросом Круглов, открывая первое сообщение. Галина обещала Николаю серьезный разговор после своего возвращения из отпуска. Вторая заставила майора улыбнуться в усы. «Отель хороший, пляж замечательный, погода великолепная. Спасибо», — написала Галя.       «Ну, вот и славненько!» — подумал Круглов, возвращаясь к своим бумагам.