Холод

Все было будто под пеленой. Эвуки слышались как через толщу воды, действия и вовсе не ощущались, кроме уже надоевшего холода, который преследовал его с самого рождения, и, видимо, до самой смерти. И вот угораздило же его вырубится в совершенно не подходящий момент. Ну и что, что он не ел несколько дней, и только большую часть времени рисовал и спал, при этом находясь в полном одиночестве? И что, что теперь его нашёл тот, кого всегда ставят выше него, даже не смотря на их схожесть? И что, что сейчас тот ужасается над его состоянием, и слёзно просит, по видимому, своего друга, помочь? Все это было не так уж и важно. Он уже и не имел представления, что может быть важно. Жизнь уже давно не ощущалась как что-то хорошее и радостное. Она была сплошным разочарованием и одиночеством, которые сверху в добавку были присыпан ещё этот тупой холод. От всего этого чесались руки. Хотя может это и не от этого, а от множества порезов, которые он сам и оставил. Сейчас вообще не хотелось думать ни о чем из этого. Хотелось просто исчезнуть, и не чувствовать все эти взгляды, все эти насмешки, все эти издевательства, все это одиночество, весь этот доставший холод. Казалось бы, так легко, просто взять нож, да перерезать сонную артерию к чертям собачим. Да вот только он не в том состоянии, чтобы даже пошевелиться. Хотя может, его настигнет голодная смерть. Страшно, конечно, но уж точно лучше, чем оставаться живым, и существовать со всем этим и далее. Может быть, он выживет, может быть и нет. Может вовсе сойдёт с ума. Может, когда проснётся, совершит самоубийство, полетев прямо в обжигающие объятия Солнца. Может, примет судьбу, и продолжит скверную жизнь. Может, наконец пойдёт психологу исправлять весь этот бардак в голове. Может, он и вовсе не проснётся. Он надеялся на последний вариант. *** – Юпитер, с ним все будет хорошо?.. – Дрожащим голосом промолвил Сатурн, поглядывая на лежащую вблизи него седьмую планету. Его же друг, с которым он ранее поссорился, но по ходу ситуации попросил помощи, ничего не ответил, нечитаемым взглядом смотря в бескрайний космос. – Юпитер?.. – На грани ещё одних слез, сказал шестой, подумав, что пятый его не расслышал. – Сатурн... Я не знаю. Все зависит от него. – Наконец ответил гигант, бросив испуганно-грустный взгляд на Сатурна, что после оголошения новости дернулся, и слезы все же полились с его светлых глаз. Шестой впился взглядом в Урана, а после перевёл взгляд на его медленно, почти мертвецки, поднимающуюся грудную клетку. В голове кольцевого проскочила лишь одна мысль. 《Пожалуйста, живи...》 Вскоре, дыхание замедлилось, а потом и вовсе пропало. Так и умерла седьмая от Солнца планета солнечной системы.