Правильные мальчики не дружат с наркошами

-Ты бесполезен, блять!- крик разносится по пустой кухне и больно бьёт в уши. Так же больно, как и удары по голове, но Хэнк даже не пытался закрываться. Парень стоял смирно как солдат и принимал, как он считал "заслуженные" удары от отца. Да, он определённо их заслужил. За последний месяц весны он натворил столько херни, что простыми ударами по голове не отделаешься. А всему виной была грёбанная "Чёрная весна". Четверо парней решили, что они всемогущие и могут решать судьбу людей. Мол, это всё судьба, она слепа и они ей просто помагали совершить правосудие. Ведь это так круто совершать правосудие, наказывать виновных, но кто сказал, что они виновны? Разве не все мы люди, и все мы грешны? Так что, теперь к каждому приставлять дуло пистолета и говорить: "30 шагов и молись" ? Где здесь, чёрт побери, хоть капля справедливости? Разве все они заслужили такой смерти? Этот режиссёр, что трахнул возлюбленную Мела. Бармаен, что просто хотел любви.  Отец Кисы, он правда не умер, но мог. Рауль, сволочь такая, тоже не сдох, но тоже мог. Разве это всё правосудие? Правосудие, это когда ты встаешь перед судом и получаешь срок за всё содеяное, а это всё чушь собачья, что лишает людей жизни просто так, а не правосудие. -Ты снова ревешь- сказал мужчина, вытянув в сторону руку. Его голос сжимает внутренние органы Хэнка железными тисками. Он чувствует, что легкие его вот-вот лопнут, он жмурится и беззвучно кричит в собственную ладонь. - Ты снова меня разочаровал. Разочаровал. Снова. Эти слова, такие горькие на вкус, и их тут же хочется выплюнуть, но нельзя.  Они эхом отдают в голове и как заевший магнитофон повторяются раз за разом в голове. Разочаровал. Разочаровал отца, разочаровал сестру, разочаровал мать, разочаровал всех. Но самое страшное, он себя самого разочаровал. Сколько он помнит себя, ему в голове вдалбливалось лишь одно слово - «должен». Хэнк должен всем вокруг. Должен быть хорошим мальчиком, должен быть примером всем, должен слушаться, должен хорошо учиться, должен, должен, должен... А всё потому что его отец мент. А как это так, что у такого хорошего человека сын убийца и друзья наркоши. Не может такое быть. Не может... -Да чё ты стоишь и сопли жуешь? - продолжал орать мужчина, хватая парня за подбородок и сжимая с силой - Да свали к чёртовой матери, чтобы я тебя не видел. Мужчина кривится глядя на сына и брезгливо отпускает того. Хэнк ещё пару мгновений стоит на месте, из под лба глядя на отца, а затем срывается с места. Обувает первые попавшиеся кроссовки и выбегает на улицу без ключей и куртки. Прохлада вечера встречает парня с протертыми руками и залезает под толстовку с когда-то популярной надписью, заставляя вздрагивать. Хэнк бежит по лужам, что заполняли дырки дорог после весеннего дождя, куда-то в темноту, не понимая даже куда. Хотя важно ли это? Нет. Главное, подальше от дома. Главное, подальше от отца. Застывшие слёзы в глазах высохли, но боль в груди продолжала пульсировать, заставляя мозг думать о плохом. Парень кружится вокруг своей оси, чтобы понять, куда его привели ноги и непонимающе смотрит на красный свет в одном из окон. И как его угораздило именно к нему прийти? К когда-то лучшему другу, с которым он сильно повздорил. И всему виной опять была "Чёрная весна". Парни давно дружили, с самого детства наверное. Как пошли в первый класс, подрались из-за какой-то девчонки из параллели, которая всегда ходила в пышных платьях, будто принцесса, так и стали друзьями. Их дружба была странной. Даже её зарождение странное. Стать друзьями после драки? Смешно, но они стали. Вечно ходили друг с дружкой, как не разлей вода. Позже конечно их дуэт распался, к ним присоединился романтичный парень Меленин, затем ещё и Гендос, местный диллер, но они оставались лучшими друзьями. Ссорились часто, дрались, да чего только не делали, вечно как кот с собакой, но оставались друзьями. А как иначе? Это же Хэнк, а он Киса, дуэт навек. Так парни часто говорили в младшей школе. Хорошее было время, лучшее наверное даже... И что пошло не так? В какой момент? Хэнк не знал. С приходом весны всё резко перевернулось. Измена Анжелки, эти проклятые дуэли, вечный страх, что трупы всё-таки найдут, какие-то бредовые галлюцинации, и парень не выдержал тяжести всего этого. Такой был Хэнк- нежный и ранимый. Но признание отцу стало концом всего. Полнейшее фаталити просто. Мало того, что отец прямо таки возненавидел сына за содеяное, так ещё и лучший друг отвернулся от него навсегда, пару раз дав в челюсть на последок. Она до сих пор болела, как и душа... Хэнк вновь взглянул в окно и начал рытся в карманах, в поисках пачки сигарет, но те были пусты. Обречённо вздохнув парень сел на старую лавку у подъезда, что каким-то чудом продолжала здесь стоять и стал тупо смотреть в окно. Хэнку до скрежета в зубах охота позвонить в домофон, вновь оказаться в знакомой квартире и вновь взглянуть в черные как ночное небо глаза. Но он заставлял себя сидеть на лавке и не двигаться. А смысл то? Пошлёт ведь наверняка и вновь в челюсть врежет, если нечего похуже. А Киса может... Он всё может, ведь это Киса. Ему не нужно разрешение что-либо делать, он просто делал, что прийдёт в голову без угрызения совсести. Потом конечно совесть будет его грызть за нервные срывы матери, и он конечно же вновь накурится. А как иначе? Иначе никак. Холод пробирает до костей и у Хэнка начинают стучать зубы, но он продолжал сидеть на месте, будто чего ожидая. Чего? Одному богу известно. Где-то вдалеке послышался вой собак и парень вздрогнул. В испуге оглянулся и сердце пропустило удар. Совсем близко послышались какие-то шаги и набор отборного мата. Слыша что-то до боли знакомое Хэнк встаёт и смотрит на такой до боли родной силуэт. Перед ним стоял Киса. Казалось, он не замечал парня, что при виде него не знал что ему делать, бежать, плакать или же глупо улыбаться. Киса продолжал говорить неразборчиво маты под нос и пытаться зажечь сигарету. Поняв, что зажикалка изжила своё, он кидает её под ноги и ломает массивными кроссовками, ещё больше матерясь. -Сука, сука, сука, сук-а-а-а!- кричал зло парень, пытаясь в дребезги растоптать бедную зажигалку. Неожиданные руки на плечах кудрявого заставляют его чертыхнуться и поднять взгляд на блондина. Киса впадает в ступор при виде бывшего друга. Хмурится и хватает Борю за щёку, чтобы убедиться, что он настоящий. Убедившись в этом его косит, и Боря тут же спешит хоть и бывшему, но другу на помощь, сильнее хватая за ворот куртки. -А...а ты чё тут ...это...- шепчет неразборчиво Киса и сильнее хмурится. -Гулял- кратко объясняет Хэнк и Киса кивает. -За здоровьем следишь - Киса хмыкает и его вновь косит, но Хэнк не даёт ему упасть- ты как всегда хороший мальчик...- Киса широко улыбается, а у Хэнка от этой улыбки что-то груди щемит- Хоть чё то не меняется, в этой грёбаной жизни. -Тебе домой нужно- говорит Хэнк, вновь становясь той мамочкой группы, что всегда следила за тремя непутёвыми друзьями. -Иди нахуй- ворчит Киса, и Хэнк усмехается. Для него это "иди нахуй" было любимее тысячи признаний в любви. - Ты улыбнулся ... - восхищенно шепчет Киса и пристально смотрит на губы блондина. Ситуация как-то резко вышла из под контроля и ставала просто абсурдной. Киса ведь ненавидит Хэнка, он это знает, точно ненавидит, а теперь говорит какие-то странные слова, от которых у Хэнка появлялась дурацкая улыбка, хоть он и понимал, что брюнет пьян. А доверять пьяным нельзя, Хэнк это выучил навсегда. Но сердцу не прикажешь и оно стучало сто сорок в секунду, вырываясь из груди, к нему, к Кисе. -Верно-  подтверждает Хэнк, смотря на пьяного парня снизу вверх. Его рука неожиданно оказывается на лице Хэнка и сердце не просто колотится как бешенное, оно готово сейчас взорваться. Киса закусывает нижнюю губу так, что колечко пирсинга, что он похоже недавно сделал, оказывается между зубами. Взгляды парней встречаются, и между ними будто искра пробежала, отключая мозг. Боря наклоняется, еще не осознавая, что происходит. Киса резко убирает руку с лица блондина, похоже понимая пьяными мозгами, что то, что они делают переходит все границы. И тут страсть и совесть вступают в борьбу. Но совесть проигрывает, и Киса резко и жадно впивается губами в губы когда-то ненавистного ему парня, но сейчас границы стёрты, и не видно, где ненависть, а где что-то вроде любви...