Код 3. Вирус

      Составить план оказалось не настолько легкой задачей как изначально показалось Ибо. Со дня, когда только о нем заговорили, прошла только неделя, а Ибо уже изводится и переживает, что у них ничего не получится. Изначально, когда он только думал о том, чтобы пробраться в больницу к зараженным, ему казалось, что это не так сложно. Но сейчас, какую бы идею он не предлагал, Чжочен сразу ее отметал говоря что это бред и никто его не пустит в то крыло из-за какой-то нелепой причины. — Так предложи что-нибудь сам. — возмущался Ибо. Нет, он все понимает, правда, но друг отметает любую идею даже не выслушав его до конца. И это безумно раздражает. — Ван Ибо, — строго зовет младшего Чжочен. — Приди в чувства и не веди себя как ребенок. Ты не в магазин собираешься выйти. Не анализы сдать и даже не лечь в больницу. Ты собераешься пробраться в крыло зараженных. В место, которое мы совершенно не знаем. Откуда ты знаешь, охраняется оно или нет? А если да, то каким именно образом ты собираешься туда пробраться? Туда даже врачей, которые не имеют никакого отношения к зараженным, не пускают. Ты это понимаешь? — Да понимаю я. — бурчит Ибо, но истерить перестает. Ведь друг прав. От его истерики никому лучше не станет. Таким поведением он лишь раздражает друзей и мешает сосредоточится на плане, которого и так нет. — Хорошо, раз любые идеи Ибо не подходят и не считаются весомой причиной для попадания в нужное нам крыло, то тогда какой же повод нам нужен?       Честно, Сяо Чжань изначально поддерживал нового друга с его затеей пробраться к зараженным, но он полностью согласен с Чжоченом в том, что им нужен весомый агрумент. — У нас с вами только один вариант. — И какой же? — В один голос спрашивают Ибо иЧжань. — Попасть в больницу можно легко. Даже если сказать, что у тебя неимоверно болит живот, ведь правительство слишком сильно печется над здоровьем своих граждан. Но вот попасть в крыло зараженных можно только в одном случае…        Чжочен даже не договаривает свое предложение, но кажется Ибо и Чжань его понимают и без этого. — Если у нас обнаружат вирус… — в унисон говорят они, заканчивая мысль Чжочена.       Чжочен кивает потвердая их слова и парни замолкают.если так подумать, то это действительно единсвенный способи всё бы ничего, но ни у кого из них нет и намека на вирус, что в данном случае плохо. Хоть так и нельзя говорить.       Конечно будь у кого-нибудь из них вирус, они бы врядл-ли пошли бы напрямую в больницу сдавать с патрозами, ведь парни собираются выяснить что вообще происходит. Но лишь на секунду, в голове каждого проскользнула мысль о том, что было бы хорошо будь у них хотя бы один зараженный. Но эта мысль даже не была озвучена. Каждый из них понимает что это был бы слишком жестокий поступок. — Ладно, идея действительно хорошая. — соглашается со своими мыслями Ибо, но дальше он говорит то, о чем подумал каждый их них. — Но каким макаром нам предвариться зараженным? Мы ведь освершенно не знаем как корень отличает зараженного от человека в котором вируса нет. — Я без понятия. — вздыхает Чжочен. Тут он действительно не знает что ответить. Никог никогда в жизне не рассказывал как именно отличаются люди с вирусом от здоровых. Им говорили только о симптомах, которые замечаешь приобщении с человеком или при близком контакте. Но ведь корень должен как-то по другому отличать их друг от друга. А спрашивать у тех же представителей корня, когда те приходили в школу, никто и не задумывался. Видимо никому просто не прходила в голову мысль о проникновении в крыло зараженных. Одни они такие бестрашные. Ну или глупые. — Вряд-ли кто-нибудь из взрослых ответит нам на этот вопрос, но у меня кажется есть идея.       На этот раз вся надежда на Сяо Чжаня.

. . .

      В принципе идея Сяо Чжаня ничем не отличалась от мыслей Чжочена. Им нужно было притвориться зараженными и в больнице слегка приврать. Приукрасить небольшуя ложь. — То есть ты предлагаешь просто сказать врачам, что у тебя проявились симптомы вируса, а затем ечь на обследование? — на данный момент Ван ибо это кажется глупой идеей. Ну вот скажут они за симптомы, проверят их и что дальше? Их просто выставят взашей с больнице еще и наблюдать начнут. Мало ли, может у них действительно вирус. — Именно так. — соглашается Чжань. — Нас ведь трое и никому другому ты не собираешься ничего говорить? — уточняет он. — Ни в коем случае. — сразу отрезает Ибо. Он может довериться только этим двоим, поэтому и разбираться со всем они будут только втроём. — Хорошо, тогда вот весь план. Один из нас заявляется в больницу в сопровождении оставшихся двух. Подходит к врачу со словами, что ему нужна помощь и объясняет свою проблему. Врачи конечно же не станут это игнорировать. Мало ли что. И уводят бедолагу на обследование. –Сяо Чжань переводит дух, по очереди смотрит на друзей и когда убеждается что его слушают, продолжает. — Тем временем двое оставшихся попробуют пробраться в крыло зараженных. А там уже чистая импровизация.        Сяо Чжаня замолкает давая друзьям время переварить информацию и ждет их реакции. — Фигня твой план. Ничео у нас не получится. — в конце концов говорит Чжочен. — Почему?! — возмущенно спрашивают Ибо и Чжань. Чжань оскарблен невереньем в его идею. А Ибо разачарован тем, что последняя идея только что разбилась вдребизги. — Почему? Вы мозги на фоне эйфории растеряли? — парни на этот вопрос недоуменно переглядываются и не понимают чего от них хочет друг. Чжочен вздыхает, всем своим видом давая понять, что его окружают дебилы, и обьесняет. — Каким образом вы собираетесь попасть в крыло зараженных? Неужели вы думаете, что туда можно просто войти и всё? В то крыло даже не увсех врачей есть разрешение на вход. К тому же, я уж говорил что оно может охраняться так, чтобы никто об этом не знал. — Ну не будут же они их на азмке держать. — бурчит Ибо. — А откуда тебе знать? Ты хотя бы пару раз там был? — Нет, но… — Никаких «но», Ван Ибо. Мы не полезим в болото основываясь на плане, который построен на честном слове. Пока мы точно не узнаем как именно можно зайти в то крыло, или хотя бы нужно ли взламывать хоть какието замки, никто ничего делать не будет!       Ибо и Чжаню пришло молча согласиться с другом. Ведь в их компании именно он отвечвется за разумность и ясность ума. В конце концов Чжочен прав. Они должны продумать все еще тщательнее. Чтобы не было никаких промажек. Им они непозволительны.

. . .

      У них ушла еще неделя на то, чтобы узнать насколько же сильно охраняется крыло зараженных. Ибо считает что это удача, как и Сяо Чжань, и только Чжочен утверждает что это было просто стечение обстоятельств. Ну или во время появившаяся возможность.       С тем, что случаев заражения в последнее время стало намного больше, корень решил, единогласно, что будет посещать учебные заведения раз в две недели, для профилактики и наставления учеников, стабильно. И эта оказалась именно та возможность, что так нужна была парням. Теперь они спокойно смогут узнать о том, насколько же сильно охраняется територрия зараженных. А так как корень никогда не увиливает от вопросом учащихся, потому что они по мнению орагнизации не представляют никакой опастности, парни на девяносто девять процентов были уверенны что имено так они все и узнают.       Сидя как на иголках на предпоследнем уроке, Ван Ибо каждую секунду надеялся что вот именно сейчас в класс войдут члены корня и их цель станет на шаг ближе. Но никого не было. Ни в первые десять минут урока, ни дальше.       Время шло и с каждой секундой все больше и больше убивало надежду Ибо. А стоило ему обернутся к друзьям и он начиал испытывать еще больше протеворичивых чувств. Сяо Чжань, котрый его одним взглядом успокаивал и будто безмолвно уверял что все будет, надо только еще чуть-чуть подождать. И Ван Чжочен, который изначально ни на что не надеялся и говорил быть реалистом. Не сегодня так завтра. Успеют еще узнать. И если смотря на одного его надежда загоралась по новой, то второй напрочь ее убивал.       Когда секундная стрелка перевалила за черту «всё-таки не придт» и Ибо уже было сирился с этим, двери класса, после легкого стука, открылись и в кабинет вошли трое мужчин. Облегченный выдох Ибо слышали наверно все. Просто никто не придал этому внимания. Ибо с победным взглядом: «Я же говорил» поворачивается к Чжочену, но тот лишь закатывает глаза и машет рукой. Мол, отвернись, твоя счастливая морда слишком сильно слепит глаза.       Ибо поворачивается обратно, лицом к мужчинам, и начинает ждать моента когда же он сможет спросить интерисующий его вопрос. Пока один из мужчин, тот что на вид поладше, начинает стандартный опрос о самочувсвтии учащихся, Ибо машинально отвечает на них. А когда мистер Луо, так представился им темноволосый брюнет высокого роста с суровым выражением лица, говорит что ответит на любой вопрос детей, Ибо готов был уже из штанов выпрыгнуть чтобы задать сой вопрос. Но он спокойно сидел, пропуская вперед несколько человек. А уже потом задал свой вопрос сам. Чтобы не вызывать подозрений. — Мистер Луо, а сможите уталить мое любопыство и рассказать насколько сильно защещино крыло зараженный в больнице? — Ибо очень надеялся что его глаза не блестели настолько сильно, как взгляд маньяка, когда тот смотрит на свою патенциальную жертву.       Луо сначало нахмурился, видимо не желал отвечать на вопрос Ибо, но стоило ему обвести класс взглядорм и его хмурый взгляд тут же испарился будто его и не было. — Что ж, раз уж тебе настолько любопытно, то я расскажу. — Ибо слегка поерзал на стуле и соредаточился на словах мужчины настолько сильно, насколько это позволяла его концентрация. — Больничное крыло зараженных не является чем-то секретным. В нем находятся люди, в котрых тольо выявили симптомы вируса, которые в процессе лечения и уже прошедшии курс и заканчивающие свою реабилитацию. Охраны как таковой там нет. Ведь людям не особо и хочется тда заходит. Как бы мы не говорили что вирус не передается воздушно-кабельным путем или через прикосновения, общество всё равно боится зараденных. Ну, а врачи, не имеющие к зараженным никакого отношения, ту не заходят по приказу глав варча и заваотделения. Поэтому нужды в охране нет. — А если туда все-таки решит кто-то зайти? — В таком случае мы будем разбираться с этой проблемой после ее появления.       Ибо хотел задать еще пару вопросов, но он буквально ощущал как Чжочен прожигает его взглядом, ведь своим послденим высказыванием он мог поставить под угрозу весь их план. Оно буквально читалось как: «Я скоро пойду в больницу навещать зараженных, приглядывайте за мной. Да повнимательнее». Поэтому пришлось прикусить язык и молча слушать, что спрашивают его однокласники и надеятся на то, что кто-нибудь задаст тот вопрос, который нужен ему самому.       Но когда прозвенел звонок, и мужчины ушла так как их здесь больше ничего не держало, а тех самых вопросов никто так и задал, Ибо слегка поник. За что получил не слабый подзатыльник от Чжочена. — Имей совесть, Ван Ибо, — строго говорит Чжочен и садится напротив друга. — Мы и так узнали достаточно. — Иногда мне кажется, что ты мой строгий отец, а не лучший друг. — обиженно бурчит Ибо. — Кто-то же должен вправлять тебе мозги в нужный момент жизни. — Как скажешь, пап. — насраспев тянет Ибо и уворачивается от очередного подзатыльника. — Оставьте свои драки, лучше расскажи что за вопросы, помимо главных, ты хотел узнать, Ибо.       Сяо Чжань садится рядом с Ибо за парту. Хорошо что его соседа сегодня нет. А тот обычно не очень людит, когда они втроем собираются вокруг него и спрашивают могут ли они побыть втроем во время перемены. — Да мне просто зотелось узнать есть ли в том крыле камеры. И чем отличаются обычные врачу от тех, кто может входить в крыло зараженных. — Это не так важно, Ибо. — заверяет его Сяо Чжань. — Мы ведь узнали самое главное. Значит можем приступить к нашему плану. — Ты прав. — соглашается Ибо. Теперь им осталось только заявиться в больницу и найти того парня, которого недавно поймали.

. . .

      Вообще, изначально соглашаясь на этот план, Чжочен ни за что не подумал бы, что именно ему придется изображать зараженного парня. Когда Ибо ему сказал об этом, он сразу же отказался. Но Чжань начал аргументировать это решение тем, что Чжочен всегда спокоен и рассудителен. Поэтому если вдруг с врачами что-то пойдет не так, он сможет выкрутиться и найти решение сразу. А если пойдет он или Ибо, весь их план пойдет коту под хвост. Ведь они так не смогут. Это был вполне логичный аргумент, поэтому переубедить Чжочена им удалось, но ворчать по дороге в больницу он все равно не перестал. — Если у нас ничего не получится, я всю жизнь вам буду это припоминать. — возмущался Чжочен открывая двери больницы и заходя в нее вместе с друзьями. — А ты уже решил что будешь с нами так долго? — спрашивает Ибо пихая друга в плечо. — А что еще делать? Вас идиотов нельзя одних оставлять.       Ибо с Чжанем лишь улыбнулись на слова друга. Все равно сколько бы тот ни возмущался, ни припирался и ни отказывался, по-любому пошел бы. И не важно что от него требовалось.       Стоило парням разделиться у стойки регистрации, Чжочен сразу начал отвлекать имеющийся, в коридоре больницы, персонал. Начал жаловаться на подозрение в вирусе и описывать симптомы. Видимо врачи решили не рисковать и попросили санитаров позвать тех, кто может пройти в крыло зараженных. И раз уж они так сделали, значит среди них не было таких врачей.       Ибо с Чжанем решили сразу не идти к крылу зараженных, ведь они понятия не имеют о том, как именно оно устроено. Поэтому если после них зайдут врачи с Чжоченом под ручку, а они непременно зайдут, потому что никто не будет проводит обследование парня, у которого возможно появился вирус, в обычном крыле. Им ведь не нужна паника среди обычных пациентов. Так вот, в этом случае Ибо с Чжанем просто на успеют спрятаться только из-за незнания восточного крыла.       Поэтому пока врачей не было и Чжочен стоял и ждал их, Ибо невольно начал рассматривать помешение и все что в нем находится.       Большие панорамные окна, около которых стоят диванчики. Расставленные чуть ли не по всем возможным углах цветы разным видом. Большая, что в длину что в ширину, стойка регистрации. И снующиие туда сюда врачи и пациенты. И всё бы ничего, но буквально каждый сантиметр этого помещения был в белых оттенках. Стены, диваны, оконные рамы, стойка регистрации, горшки из-под цветов и даже одежда людей с халатами врачей. Нет, Ибо не был дебилом и прекрасно знал, что больницы всегда были с белых тонах. Но такое огромное количество белого слепило глаза и становилось слегка не по себе. Будто сразу чувствуешь себя больным.       Как только появились доктора и увели Чжочена на обследование, Ибо выдохнул с облегчением и вместе с Чжанем попытался затеряться в толпе, чтобы незаметно проскользнуть в запретное крыло. Оба понимали, что им крупно не поздоровится если их поймают и оба просто надеялись на удачу.       Как только они оказались за дверями крыла зараженных, Сяо Чжань громко вдохнул воздух и сразу же выдохнул. Будто у него только что гора с плеч упала и взглянул на Ибо. Глаза того сверкали слишком счастливо для человека, которому светит серьезное наказание если его поймают. Но Чжань рассчитывает что этого не будет. Пока они шли сюда люди в коридоре не обращали на них внимания. А как только в помещении стало меньше глаз, которые могут их заметить, парню тут же прошмыгнули за дверь и закрыли ее за собой. — Выглядишь счастливым. — прокомментировал Чжань. — Ты даже не представляешь насколько. — Ибо не мог не радоваться. Он стал на шаг ближе в тайне, которую давно хотел разгадать. Как тут не радоваться. — Радость радостью, но, Ибо, нам надо найти того парня. И как можно скорее.       Сяо Чжань прав. Чжочену не будут проводить диагностики вечно. Поэтому времени у низ в обрез. А еще им надо постоянно быть начеку, ведь никто из них не знает, в каком именно коридоре этого крыла они встретят врача. Это ни в коем случаи не должно случиться.       Пробираясь по коридорчикам, которые тянулись как паутинка, с тремя-пятью палатами в каждом, Ибо подметил что почти все люди спят. Видимо они попали на тихий час что вполне радовало парней. Так они без опасений могут заглядывать в палаты людей и не боятся что их увидят. Благо на каждой двери было что-то вроде окошка. И им не приходилось их открывать.       По мнению Сяо Чжаня они ходили по коридорам уже около двадцати минут. Потеряться здесь конечно можно было, но при желании был вариант найти выход. Ведь каждый из маленьких коридорчиков выходил в большой — центральный. Который шел по прямой и это играло им на руку. Половину палат они уже точно посмотрели, но того парня пока не нашли. Сначала Ибо начал паниковать, что они могли его упустить. Вдруг он был вначале, а они просто его не узнали. — Не наводи панику, Ибо. Мы не могли не узнать его. Лицо этого парня мелькало буквально в каждой новостной статье. Мы просто пока не дошли до его палаты. — Сяо Чжань говорил максимально тихо, но этого было вполне достаточно для того, чтобы успокоить Ибо.       Ибо лишь кивнул в ответ соглашаясь со словами друга и они пошли дальше. «будет иронично если он окажется в самой последней палате.» — подумал Ибо пока они бродили по коридорам. И когда до последней палаты оставалось около шести дверей, он реально начал в это верить. — Он что действительно в последней палате что-ли? Мы ведь не в кино, что за фигня?! — возмущенно прошептал Ибо. — Ибо, вот он! — так же шепотом позвал друга Сяо Чжань. Ибо повернулся к нему, заметил что все-таки это была не последняя палата и облегчено выдохнул. — Все-таки не последняя. — вслух сказал Ибо. — О чем ты? — не понял Сяо Чжань. — Не обращай внимания. Лучше посмотри можно ли войти.       Сяо Чжань осторожно коснулся ручки двери, опустил ее вниз и дверь поддалась. — Не заперто. — улыбнулся Чжань. Сегодня им очень везет. — Отлично.       Зашли они в комнату так же тихо как и открыли дверь. Парень, что лежал на кровати, спал, но сон его явно бел не спокойным. Лицо бледное, пальцы рук слегка отливали синим. Видимо он замерз. Да и в принципе вид у него был болезненный. Будто он не ел и не спал как минимум дня четыре. — Ты разбудишь его или будем ждать пока он сам проснется? — шепотом спросил Сяо Чжань. Если честно, ему совершенно не хотелось будить этого парня. Вдруг он поднимет шум. И тогда им точно не поздоровится, но если они его не разбудят и их найдут раньше времени все будет впустую. — Надо будить его. У нас нет времени ждать пока он сам проснется. Мы и так слишком долго его искали. — на слова Ибо Чжань кивнул и хотел было подойти к спящему, но Ибо сделал это сам. Только дотронуться до него не успел. — Не стоит меня будить. — спокойно сказал парень и открыл глаза. Ярко зеленые зрачки прошлись сначала по Ибо, а затем по Чжаню и парень и приподнял по локтях, а затем полностью сел. В таком положении, под лучами солнца, вид него был еще более плачевный. — Кто вы такие? На врачей вы не похожи, слишком юные. Да и одежда не подстать этому заведению. И что вам вообще надо?       Ибо с Чжанем сначала молча стояли смотря друг на друга. Будто на что-то решаясь, но как и сказал брюнет — времени у них нет. Поэтому и молчать не стоит. — Мы не врачи. — ответил Ибо подтверждая слова парня. — Но мы пришли именно к вам, потому что хотим кое-что узнать. — А это можете нам рассказать только вы. — поддержал Ибо Чжань. — И что же вы хотите от меня узнать? — Узнать почему вы так яростно не хотели ложится в больницу. Почему столько скрывались от корня и правительства. И что же все-такие значит: «Правительство лишь губит души»? — С чего мне отвечать вам на эти вопросы? — нахмурившись спросил парень. — Чтобы и вы посчитали меня сумашедшим человеком, которому вирус разум затмил? Да что вы понимаете, школьники?! Я не буду ничего говорить детишкам, которым не сидится на месте.       Ибо с Чжанем совсем не понравилось такое замечание. Да, может они и школьники, но разве считай они этого парня психом, стали бы продумывать план, чтобы найти его и узнать, что он имел ввиду? Вряд-ли, поэтому и они имею право знать правду. Даже не смотря на их возраст. - Послушайте, как бы вас там не звали! — возмущенно начал Ибо. — Мы вовсе не считаем вас психом и пришли сюда не для того, чтобы выяснять отношения и ругаться с вами. Мы слишком долго придумывали план как вас найти и пробраться в это чертово крыло. И сделали мы это явно не для того, чтобы уйти отсюда с пустыми руками, а потом ходить и рассказывать о том, что разговаривали с зараженным и не добились того, что изначально хотели узнать. Сейчас наш друг отвлекает врачей и проходит дурацкую диагностику только для того, чтобы мы смогли поговорить с вами. Так что будьте добры ответить всего на три вопроса, которые я вам задал!       Ибо замолкает, переводит дух и не спускает глаз с парня напротив. Даже на прикосновения Сяо Чжаня не реагирует. — Сан Янь. — отвечает парень и разрывает зрительным контакт с Ибо. — Что? — переспрашивают парни. — Меня зовут Сан Янь, а не: «Как бы вас там не звали» — передразнивает Янь, на что Ибо становится слегка неловко. — Ну, так вы ответите, Янь-гэ?       Янь кивает давая понять что слушает их. — Сначала ответьте на вопрос о том, почему вы так сильно не хотели ложиться в больницу. — Сяо Чажнь решил спросить первый, ведь ему тоже было очень интересно узнать правду. — Потому что я не собирался лечиться. Ни я, ни Джи не считали «Код 3 » вирусом. И мы икрене не понимали, почему это не доходит до всех людей, почему они так легко верят правительству и считают что они правы. — в глазах Яня сразу читает грусть, но парни не зацикливаются на этом. Парням тоже можно грустить и плакать. В этом нет ничего постыдного. — Нам удавалось скрывать что у нас вирус пять лет. Эти пять лет были самыми прекрасными чтобы вот так вот резко закончиться. Но правда не понимаю как именно мы просчитались. В какой момент упустили извиду то, что нас засекли. А когда Джи поймали, мой мир будто рухнул. Я пытался вытащить его. Искал лазейки. Даже в больницу пробрался, но так и не нашел Джи. Но когда увидел как именно они лечат людей, и кто именно был а пациентом на операционном столе, мне стало плохо и я сбежал. Да, я поступил как трус, но в тот момент я просто не видел другого выхода. Я неделю не выходил из дома и не мог поверить в случившееся. А когда, чисто случайно, увидел Джи, который заходил к себе в дом, у меня будто открылось второе дыхание. Так быстро я наверно никогда не бегал, но надежды рухнули и разбились вдребизги стоило ему сказать: «Кто вы? Мы разве знакомы?» И именно в тот день меня и поймали. Я просто не видел смысла больше скрывать. Правительство не лечит людей и «Код 3» не является вирусом. Это самое прекрасное чувство на земле. А власти лишь губят души.       К концу своего рассказа Янь плакал, а Ибо и Чжань стояли в полной растеряности. Они задали лишь один вопрос, но ответ на него им не понравился совсем. — Но… но почему Джи не помнил тебя, Янь-гэ? И как именно правительство губит души — Ибо был растерян, но все-таки ему очень хотелось узнать что же это значит.       Янь вздохнул, стер с щек слезы и ответил на оставшиеся два вопроса. - Правительство в прямом смысле губит души. Те врачи, которые занимаются лечением зараженных и могут входить в это крыло, являются членами корня. Они проводят на зараженных операцию, пытаясь вытащить из тела человека то, что отвечает за любовь. Оно не является умным существом или чем-то, что имеет твердое тело, как любой другой орган человека. Оно похоже на маленькую медузку в виде белого облачка с очеровательными, почти прозрачными, длинными усиками. Если их все-таки можно так назвать. Когда, во время операции, его так грубо и безжалостно вырезают из тела человека оно умирает. Я не знаю как точно вам это объяснить, но оно перестает двигать усиками и из белого становится угольно черным. Врачам еще ни разу не удавалось вытащить его из тела человека живым, поэтому они упорно ищут всех «зараженных» и пытаются их вылечить. Ну, а после неудачной операции стирают людям память. Именно ту часть, где их «вирус» был с ними и момент операции. Лишь поэтому люди ничего не помнят о своем лечении. Они помнят лишь то, что им было сказано при пробуждении. Я понятия не имею зачем это правительству и корню, и как именно они стирают людям память, но факт в том что в буквальном смысле убивают души остается таковым.       Сейчас, стоя прямо перед Янем и слушая всю правду, что он рассказал им, Ибо понял, что не был готов ее услышать. Она стала для него слишком жестокой. Как ушад ледяной воды, вылитый на голову в лютый мороз. — Но… но этого не может быть… — пораженно прошептал Чжань. Он был готов услышать что угодно, но явно не то, то им только что рассказали. — К сожалению это чиста правда. — Янь был уверен что правда их шокирует. Но хотя бы кто-то, кто не подвластен мнению общества и сомневается в словах правительства, должен был узнать правду. Пускай они всего лишь школьники, но это все равно лучше чем ничего. Так он хотя бы будет знать, что правда не исчезнет вместе с ним. — Мне тоже сначала было трудно в это поверить. Но все что я вам рассказал — чистая правда. Не верите мне, попытайтесь узнать все сами. Но уверяю вас, то, что вы увидите своими глазами ничуть не будет отличаться от того, что вам рассказал я. А теперь уходите, вас не должны поймать.       Парни даже не стали спорить с ним. Молча развернулись и вышли с палаты. Выйти с крыла зараженных они смогли так же как и вошли. И видимо их никто не заметил, потому что не было никакой тревоги или переполоха. Пока они выходили из больницы никто из них не сказал ни слова. Оба помнили про Чжочена, поэтому не сговариваясь сели на бордюр и стали его ждать. Лишь когда молчание затянулось слишком сильно и начало давить Ибо нарушил его. — Как думаешь, он сказал нам правду? — от части Ибо надеялся что Янь им соврал. Но здравая часть его мозга понимала, что это ему некчему. Только вот правда все никак не укладывалась в его голове. — Не знаю насколько это правда, но обязательно должны все рассказать Чжочену и решить что делать дальше…