rip current

Ходила меж моряками да торгашами молва о проклятых невинных душах, что навеки заточены под водой. Верилось народу, что русалками становились молодые девушки и юноши, чьи тела были похоронены в море. Что перерождались они после смерти морскими чудовищами с чарующими голосами, способными потопить суда и свести с ума их бесчестных пассажиров, адскими созданиями, обречёнными на вечное существование в ледяных толщах воды. Моряки от легенды этой отплевывались да отшучивались на пьяную голову, но в сердцах боялись иной раз пустить по доске девицу юную иль мальца зазнавшегося. Молва та гуляла многие века, не угасая навечно, то и дело вновь разрастаясь по пиратским портам, стоило кому-либо увидеть на прибрежных скалах рыбий хвост аль услышать песнь девы на берегу. Был среди тех моряков в таверне и один молодой юноша, по случайности заглянувший в обитель страстей. Не верил он в сказки местные, но к этой все же прислушался, коль с детства его в море тянуло, да к неизвестному, что скрыто от глаз людских. Юноша сей бежал от отца, пророчившего ему судьбу бравого королевского война, что жизнь нелегкую свою должен положить под саблю чужеземного солдата. Не хотел совсем тогда ещё юнец класть голову за власть, что с детства была жестока к его семье, потому и при первой удачной возможности запрыгнул на борт небольшого судна и пристроился туда юнгой. Пробыв на корабле три года, возмужавший Ким Хонджун набрался опыта в управлении судном у капитана, по-доброму отнесшегося к полному энтузиазма новичку, и сошёл в бесславном порту, желая собрать собственную команду да отправиться бороздить необъятные морские просторы. Вот только нашёл он там не одних лишь верных товарищей, но и новую семью, что доверила ему бразды правления судном и свои жизни. Семью, что поверила в него, приняв со всеми недостатками, не желая ему короткой судьбы рядового бойца, коим видели его в прежнем доме. Он нашёл шестерых отважных ребят, что помогли ему возвести чёрные флаги на судно с гордым названием "утопия". Нет, это не было глупым подростковым максимализмом или чем-то из старых книг: их утопия была создана ими, открытыми к путешествиям, готовым бороться с любыми преградами и исследовать неизведанное. Они наконец могли сами вершить свою судьбу, создавать мир, подвластный только им одним, а против них простирался лишь бесконечный океан. Рассекая морскую гладь, команда "утопии" не раз наткнулась на другие пиратские судна, акул и других подводных чудищ, но неизменно выходила сухой из воды, прихватив заодно парочку трофеев вроде золотых украшений или щупалец кракена. Так, прославившись по разным уголкам света, пиратское судно в очередной раз вошло в порт после путешествия на остров сокровищ. Матросам выдалась возможность потратить найденные богатства на выпивку, девиц да другие явства, коих их неукротимые души возжелают. Нечасто кто из них разгуливал по борделям, но отдохнуть за парой кружек жгучего рома никто не отказывался. Потому, наказав команде развлекаться в течение трех ночей, небезызвестный капитан корабля направился в полюбившуюся ему в последнее время забегаловку, где сносно готовили мясо. Там-то, присматриваясь к посетителям кабака, он невольно и заслушался болтовней сидящих рядом старых пьянчуг. Те, не снижая громкости нетрезвых голосов во всю обсуждали, как неделю назад в бухте неподалёку от рыбацкого посёлка на берег вынесло тело едва живой девушки, что, по слухам, бросилась со скалы прямиком в пучину. Поговаривали, мол, русалка спасла отчаянную, вытащила с того света. Да с чего только делать ей это, коль сама та являет собой смерть? Хонджуну думалось, что если и есть морские красавицы, то опасны они, раз не могут их души отойти в мир иной. Но опасность на то и привлекательна, что не поймать в ладони огня не обжёгшись. Потому-то он и решил проверить на верность те сплетни, отправившись с рассветом в рыбацкую деревушку. Редкие утренние волны ритмично омывали щиколодки идущего по береговой линии пирата, закатавшего для верности до колен свободные брюки. Солнце, едва пробившееся сквозь тяжёлые облака, медленно застилало берег тёплыми лучами и окрашивало поверхность воды ослепительными жёлтыми красками, заставляя прищуриваться и прижимать к бровям ладонь. Капитан под тихий шум прибоя взглядывался в далёкий горизонт с глупой надеждой увидеть одинокое морское создание, столько близко подобравшееся к людям. Взгляд его зацепился за скалистый выступ, что таил меж собой небольшую пещеру, и казался недоступным простому рыбаку или прачке. Лишь прыткому юнцу, обладающему несравненной ловкостью и снаровкой, или русалке, способной легко проплыть под Валунами. Хонджун с детства был активным ребёнком, не знававшим границ в игре в прятки с соседскими детьми, а потому был научен пробираться во всевозможные хитрые пещеры, углы да канавы. Юрко обогнув острые сколы камней, юноша подобрался ко входу в узкую пещерку и зацепился руками за выступ над головой, чтобы не упасть, и заглянул внутрь. Взгляд моряка тут же упал на темнеющее в прозрачной воде пятно словно окрашенных чернилами волос. Да только не успел он и шагу сделать, как нога соскользнула с гладкого камня и гулко шлепнулась о мокрый песок, спугнув неизвестное существо. Взгляд чёрных омутов был последним, что успел разглядеть в тени пещеры Хонджун перед тем, как морское создание исчезло из виду. Омутов, что способны пленить далеко не только потрепанного жизнью пьяного матроса, но и самого Короля одним лишь взором из под угольных ресниц.