je t'aime

Прошло два года с момента гибели Ли Минхо — мужа Хан Джисона, который состоял с ним в одном дуэте. Ли погиб в автокатастрофе. Из-за неосторожности водителя, машина вылетела с моста, упав в реку. Выжил лишь только Джисон. Смерть единственного смысла жизни Хана перевернули его жизнь с ног на голову. Тот сильно исхудал, пропали былые щечки и в глазах отчетливо вычитывалась боль. На двуспальной кровати лишь спит один человек. На кухне свободен лишь один из стульев, а квартира у Хана опустела. Только воспоминания всегда преследовали его. Совместные фотографии, полароиды и рамки. Вещи Минхо, за которыми Хан периодически приглядывал, вдыхая их аромат и вспоминая родной запах. Теплые объятия Ли он старался заменять плюшевым квоккой, подаренный любимым на день рождения. Но он никак не заменит Минхо. Тоска медленно убивала его. В честь этого, Хан записал песню — Je t'aime, что на французском означает «я люблю тебя». А французский язык для песни он выбрал не с проста — он по праву считается языком любви и счастья. Это порой, напоминало ему о Минхо. Делал Хана самым счастливым и ярким человеком в мире, по уши любя его, нежно целуя за макушкой, переходя медленно к губам. Скучает Хан. Очень. Минхо прямо как наркотик. Без него уже который год у Джисона так называемая «ломка». Он не мог жить нормально без него. Не мог. Очередное выступление. Раньше Хан боялся сцены. Но Минхо как только руку на плечо закидывал, сразу на душе легчало. Сейчас… Он иногда пытается вообразить для себя Хо. Его поддержку и опору. Крепкие объятия и нежные поцелуи. Так и успокаивался. Всегда рядом. Навеки. Занавеси распахиваются, открывая вид на сцену. Джисон держал в руках микрофон, готовя себя морально к предстоящему выступлению. Но оно — самое особенное в его жизни. И больное. Говорят, на сердце раны долго заживают. Но у Джисона уже не заживут. Никогда. И болеть будут всегда. Раздаются первые ноты. Джисон подводит микрофон к своим губам. D'accord, il existait D'autres façons de se quitter Quelques éclats de verre Auraient peut-être pu nous aider Dans ce silence amer J'ai décidé de pardonner Les erreurs qu'on peut faire À trop s'aimer. Голос у Хана дрожит. Ком в горле стоял, и будто не давал ему спеть песню, с единственной просьбой — отпустить Минхо. Но это у него уже никогда не получится. «Теплое и самое доброе утро. Общая кухня в квартирке Джисона и Минхо. Минхо стоял, в майке и шортах, и с фартуком, чтобы брызги от масла не попадали на его тело. А Джисон пытался отойти от состояния дремоты. — Доброе утро, чаги! Ты уже проснулся? — Минхо подходит, нежно целуя за макушкой, а затем — в губы. Это было его давней традицией. — Доброе, котенок. Да. О, мы омлет с беконом будем кушать? — Да, бельчонок. Я уже почти дожарил. — Минхо случайно локтем со стала скинул со стола чашку. — П-прости. Чаги, ты не злишься? — Да нет конечно, ты чего так? — целует Джисон в носик Минхо нежно. С любовью.» — D'accord la petite fille en moi Souvent te réclamait Presque comme une mère, Tu me bordais, me protégeais Je t'ai volé ce sang Qu'on aurait pas dû partager A bout de mots, de rêves je vais crier " — Минхо-хён, Минхо-хён! Мне с-страшно-о. — гроза бушевала с неистовой силой, пока Хо нежно обнимал своего бельчонка, аккуратно целуя в носик — Солнце, я рядом. Хорошо? — прижимает к себе крепче. Джисон всегда так прятался, прямо как маленький ребенок. А Минхо ему как мама был. Всегда обнимет и поддержит, спрячет в своих объятиях.» — Je t'aime, je t'aime Comme un fou comme un soldat Comme une star du cinéma Je t'aime, je t'aime Comme un loup, comme un roi Comme un homme que je ne suis pas Tu vois, je t'aime comme ça Джисон ели держался. Уже дрожать начал. Воспоминания раз за разом проносились перед его глазами «Джисони. Ты. — Минхо все-таки решился. Встал на колени, доставая красную коробочку. Открыв ее, там виднелось маленькое серебряное колечко. — Выйдешь за меня?.. — Да, да, и еще раз да, Минхо-хён! — парни слились в нежном поцелуе. В самом теплом. И родном.» — D'accord je t'ai confié Tous mes sourires, tous mes secrets Même ceux, dont seul un frère Est le gardien inavoué Dans cette maison de pierre, Satan nous regardait danser J'ai tant voulu la guerre de corps Qui se faisaient la paix. Джисон не выдержал. На колени встал, и начал рыдать. Слишком он по Минхо скучал. Убивался, и чуть ли не кричал. Вся сцена начала петь припев песни, пока Хан смотрел на небо. Минхо казался ему звездочкой. Таким же ярким. И недоступным. — Je t'aime, je t'aime, Je t'aime, je t'aime! Je t'aime! — Джисон нашел в себе силы, чтобы произнести и повторить эти 2 слова. Сцена же покрикивала за ним. А Минхо лишь с небес смотрел. Смотрел, и любимым любовался. Любил также. И был всегда рядом, под самым сердцем.