Юношеская кровь.

Из мыслей его вывела недовольная интонация женщины. — Тсукаса, ты слушаешь что я говорю? Держи руки правильно, почему ты вечно загибаешь пальцы больше необходимого? Такими темпами ты никогда не научишься играть хорошо! — она отчитывала молодого человека, сидевшего за фортепиано. — Да, маменька! Просто я задумался, прошу прощения. — Тенма посмотрел на маму, словно провинившийся котёнок. Она же не могла выдержать такого взгляда своего дорогого сына и смягчилась: — Хорошо, Тсукаса-кун, но будь добр, постарайся не отвлекаться во время наших занятий, хорошо? — женщина уселась на банкетку рядом с сыном и положила свою тёплую ладонь на его голову. Юноша лучисто улыбнулся на этот жест и продолжил оттачивать своё мастерство игры на фортепиано. Он сосредоточенно нажимал на клавиши, изредка ошибаясь, слушая наставления маменьки и начиная заново из раза в раз. Ему очень нравились моменты, когда из-под его рук выходила весёлая мелодия, которую он сам и придумал, на что родители не могли нарадоваться. Они поддерживали своих чудесных детей во всём, а особенно в музыкальных начинаниях. [☆] Тсукасе не спалось в эту ночь. Он смотрел в потолок до тех пор, пока не понял всей бесполезности этого. Лениво встав с кровати и сев на колени, он посмотрел в окно. С луной что-то было не так: она отливала едва заметным розовым цветом. На улице трещали цикады, гулял несильный ветер и... Кто-то шёл. Судя по сбивчивым звукам шагов, шёл человек слегка подшофе, что было невероятно удивительно для Тсукасы. Они живут в доме и окно его выходило на участок, а не на уличную дорогу, значит кто-то проник к ним во двор! Но на улице поздняя ночь, какому же пьянице в голову придёт проникать в такое время в чужой дом? Немыслимо! Тенма встал, накинул на себя кардиган и выглянул в окно: никого видно не было, а шаги стихли. Но тут вдруг послышался звук падения. Высунув голову, он увидел в кустах рядом с забором чьё-то лежащее тело. Приглядевшись, Тсукаса не заметил дыхания. Паника охватила его и вместо того, чтобы позвать родителей или позвонить в полицию, он из пугающего его самого любопытства выскочил на улицу прямо через окно. Земля ночью в начале сентября уже промерзает достаточно сильно, чтобы ноги и ладони начало покалывать от холода, но важнее сейчас была чья-то жизнь, возможно, висящая на волоске. Тенма подбежал к телу и с удивлением для себя увидел такого же как он юношу приятной наружности. Лицо его было знакомым. — Руи! Присев рядом с ним, Тенма положил руку на грудь, чтобы услышать сердцебиение, но ничего не обнаружил. Однако пальцы лежащего юноши сжались. Тсукаса отшатнулся, пытаясь придумать что делать, но не успел и шага ступить, как Руи вскочил и набросился на него с нечеловеческой силой, схватив за плечи и прижав к земле. Взгляд его был хищным, словно у голодного зверя, давно не видевшего мяса. Тсукаса хотел было завопить, но крик о помощи встал в горле комом, который никак не выходило проглотить. Он впервые ощутил такой животный страх. Сам он обмяк, не в силах даже пальцем пошевелить, только в глазах читалось желание жить, а рот в немом крике открывался и закрывался, словно у рыбы, выброшенной на сушу. Забредший же на участок семьи Тенма молодой человек, явно находившийся не в себе, смотрел только на тёплую кожу в районе шеи и запястья, где проходили ярко выраженные синие вены. От уровня адреналина кровь в них пульсировала невероятно быстро, источая чудесный аромат, так к себе манивший. — Руи-кун, что ты делаешь? С тобой всё нормально..? — спросил Тсукаса, но потом понял, что это бесполезно. Словно загипнотизированный, Камиширо смотрел на синие и фиолетовые узоры рук и не мог оторваться. Он схватил чужое запястье, прислушался к пьянящему аромату бьющейся живой крови, ткнулся в него носом и облизнул тонкую венку, предвкушая сытный ужин. Уже готов был вонзить свои маленькие клыки в тонкую кожу, но получил ногой в живот так сильно, что скорчился от боли и зашипел. Тсукаса резво встал, наконец, сумевший что-то предпринять. Он не даст себя в обиду, а уж тем более не позволит кусать себя парню, который свалился в его кусты без разрешения! Взяв удачно подвернувшийся камень, он готов был замахнуться, но остановился. "В конце концов, я же не могу просто ударить человека! Тем более друга!" — думал он, а потом опустил руку. Нападавший же кряхтел от боли в животе, вонзив в землю длинные острые ногти. Он дрожал от холода или от удара, но не сумев сохранить рассудка отключился снова. [☆] Проснулся Руи под одеялом на мягком футоне. Едва ощущая тепло руками, он потрогал подушечками пальцев ткань. С трудом разлепив глаза, он осмотрелся и увидел незнакомую комнату, а проснувшись окончательно понял, что спит в нижнем белье. Услышав за дверью спешные тихие шаги, он насторожился и быстро притворился спящим, приняв, по его мнению, самую реалистичную для сна позу: раскинулся звездой по футону, откинув одеяло в районе одной ноги. В комнату зашли и начали тихонько суетиться. Приоткрыв один глаз, Руи увидел чудесного юношу со светлыми волосами. Он бы так и продолжал смотреть, но тут юноша резко повернулся, так что глаз пришлось закрыть. — Вставай! Я видел, как ты закрыл глаза, так что перестань притворяться и объясни мне что происходит! — Тсукаса выпрямился и уставился на гостя, но тот ни единого признака жизни не подал. Игнорирование начало раздражать Тенму и он подошёл к футону с максимально угрожающим видом, на который был способен. Не зная как уличить друга в обмане, он просто раскрыл одеяло, верно, думая, что тот начнёт зябнуть, но ничего не вышло. От ярости Тсукаса сжал кулаки и направился к выходу. Захлопнулась дверь, от чего Руи спокойно и бесшумно выдохнул, но не успел он и глазом моргнуть, как в комнату влетел этот уже не такой лучистый юноша и окатил Руи холодной водой из чайника. — Что ты делаешь!? — вскочил мокрый Камиширо и отбежал к стене. — Что ты делаешь!? Раз проснулся, то не стоит прикидываться, а стоит объяснить мне какого чёрта ты делал ночью в моём дворе, накинулся на меня и начал облизывать! — рассердился Тсукаса. И тут Руи вспомнил что произошло ночью. Вспомнил едва розовую луну, ночную прохладу, невыносимую головную боль и запах молодой горячей крови, которой так жаждал. Красное лицо Тенмы, его испуганные глаза и учащенное сердцебиение. В груди кольнуло от непонятного чувства горя и радости одновременно. Он будто бы снова предвкушал уже сытный завтрак. Одно только воспоминание опьянило его невероятно сильно, но необходимо было держать себя в руках. — Я-я... Я... — начал запинаться Руи. — Для начала надень одежду, будь добр! — пробубнил красный от злости Тсукаса. Медленно подойдя к своей сложенной одежде, Камиширо Руи начал неуверенно одеваться. Словно он оттягивает момент разговора и выискивает удачный случай, чтобы выпрыгнуть в окно и сбежать. Одежда его была удивительно чистой для того, кто валялся в кустах и пыли. Неужели этот мальчишка постирал всё? Было слегка неловко от осознания, что для этого ему пришлось раздеть Камиширо, забравшегося в дом без разрешения ночью. — Я не был пьян... — пробубнил Руи, неловко натягивая на себя вязанную голубую жилетку в ромбик. Тсукаса же поймал себя на том, что бесстыдно рассматривает молодого человека. Всё в нём было удивительно чудесным: бледная тонкая кожа, до такой степени стройное телосложение, что, казалось, он не ест вовсе, а острое лицо, которое обрамляли волнистые фиолетовые пряди было как у настоящего аристократа из книжки про Средневековье! Он часто ловил себя на этих мыслях еще в начале их дружбы. Не заметив, пристрастился к разглядыванию и каждую их встречу любовался. — В таком случае, что с тобой произошло? Тебе нездоровиться? — заинтересованно спросил Тенма, заглянув в яркие жёлтые, словно бы светившиеся глаза собеседника. — Всё в порядке, не стоит беспокоиться. Спасибо тебе, Тсукаса-кун, за то, что помог мне... — тараторил смущённый Камиширо, явно намереваясь скорее убежать. — Позволь! Ты так и не объяснил мне ничего! Думаю, за свою доброту я имею право знать что случилось! — раскраснелся от злости Тсукаса. Уж он не позволит этому юноше вот так просто уйти, ничего не сказав! Руи потупил взгляд. Он не знал что сказать и как всё объяснить. Кто же ему поверит? Но, возможно, Тенма сочтёт его плохим шутником и быстрее выкинет из дома? — Я вампир и хотел выпить твоей крови! — выпалил он так громко, что сам был в шоке. Тсукаса же впал в ступор. «Он что, шутит надо мной? Думает, что я поверю?» Не веря ушам своим, он уже готов был со всем своим негодованием наброситься на друга, но тут увидел дым. — Ты горишь! Откуда здесь пламя? В комнате нет огня, как ты мог загореться?! Тенма бросился тушить ногу и штанину Руи простынёй. Тот в свою очередь отбежал от окна дальше, прячась в тени. «Совсем забыл! Как же я не посмотрел на время? Дурацкое Солнце!» — думал он. Присмотревшись, Тсукаса не увидел огня, но дым ещё шёл. Не понимая сути происходящего, он посмотрел на молодого человека. — Что это? Опять твои фокусы? Как ты загорелся? — начал он осыпать Руи вопросами. — Я не горел, а задымился, потому что... Вампиры так делают на солнце. — Руи покраснел, хотя говорил правду. Он прекрасно понимал, как нелепо и лживо это звучит, но на то и расчитывал. «Как я теперь в глаза ему смотреть буду?!» — кричал он у себя в голове. Не найдя подходящих слов, Тсукаса уставился в стену. Он не знал как реагировать на шутки, сказанные с таким серьёзным лицом. А Руи, увидев его замешательство, быстро открыл окно и выпрыгнул, прикрывая голову и руки, от которых снова повалил дым. Не успев опомниться, Тенма хотел было выскочить за ним, но того и след простыл. Только дымчатый шлейф рассеивался. «Какой же он чудила! Я потом у него еще обо всём расспрошу...» [☆] Прозвенел звонок, оповещающий о конце урока. Ученики засуетились: кто-то записывал домашнее задание, кто-то начал разговаривать, а кто-то готовился к следующему уроку и уходил обедать. Тсукаса же подорвался и побежал к классу 2-В, где училась его лучшая подруга — Эму. Конечно, бежал он не столько за самой Эму, сколько за Руи, который вчера исчез, так ничего дельного не сказав. Он застал девушку на своём месте, но вот фиолетовых волос нигде не видел. Отори подскочила от радости и повисла на Тсукасе. — Тсукаса-кун! Пошли быстрее обедать, я такая голодная! — Да, пошли! Но у меня к тебе будет разговор. — Хорошо! Только сейчас позову Нене! Эму подбежала к девочке, что-то сказала, схватила за руку и потянула за собой. Она счастливо улыбалась. [☆] — О чём ты хотел поговорить, Тсукаса-кун? Ты был таким серьёзным, что мне показалось, будто что-то случилось! — Всё хорошо, просто я хотел узнать у тебя о Руи. Недавно столкнулся с ним при... Странных обстоятельствах. Где он? — как бы невзначай спросил юноша. Эму задумчиво на него посмотрела, словно что-то подозревая. Нене же удивилась, явно заинтересованная этим вопросом. От Тенмы этот взгляд не скрылся. — Ты что-то знаешь, Нене-чан? — он повернулся к девушке. — Сегодня его нет в школе, он заболел. — ответила Нене, — Я должна отнести ему школьные материалы сегодня. Тсукаса посмотрел на нее в немой просьбе. — Можно я пойду с тобой? Мне нужно кое-что у него спросить! Пожалуйста! — Тогда и я с вами за компанию! Нене смотрела на них, явно не в силах отказать. Подставлять друга она не хотела, но и слово против сказать не могла. Ей только приходилось расчитывать на то, что они не задержатся надолго и дадут Руи прийти в себя. Она знала его секрет. [☆] Прихватив в магазине по пути конфеты со вкусом рамуне, друзья направились домой к Руи, чтобы передать ему домашнее задание и конспекты. Тсукаса волновался и от этого вёл себя удивительно тихо, по мнению Эму. «Обычно он смеётся и балуется, но сегодня задумался о чём-то... Неужели это связано с Руи?» — задавалась она вопросом. Когда они подошли к двери его дома, Нене тихо постучалась. Не получив ответа, она постучала громче и прислушалась. Услышав звук открытия замка и падения чьей-то туши, она толкнула дверь и потянула Эму с Тсукасой за собой. Перед Тенмой предстала уже знакомая картина: лежащее бездыханное тело. «Он что, правда чем-то болеет?» Кусанаги оперативно схватила ногу Руи и потянула в глубь дома, стараясь на задевать им углы. Тсукаса же подбежал и постарался поднять юношу, но ему с трудом удалось оторвать от пола лишь верхнюю часть туловища. Нене, не отпуская ноги, перехватила её удобнее и подозвала Эму, чтобы дать ей вторую. Так они донесли Руи до его комнаты и положили на кровать. — Что с ним? — спросила Эму. — Это нормальное его состояние? Он, конечно, часто уходил в лазарет и на больничный, но я не знала, что всё так серьёзно. Бедный... — Да, у него... Кое-какая болезнь. Я не могу рассказать подробностей, но это ещё с детства у него. Он не хотел, чтобы вы волновались. — Он вчера тоже упал. Сказал мне, что вампир. Я, конечно же, не поверил. — говорил Тсукаса, осматривая комнату в творческом беспорядке с кучей разных механизмов, инструментов и чертежей, — Это настолько секретный секрет, что он выдумывает такие нелепые отмазки? — он повернулся к Нене, у которой на лице застыл ужас. Её лицо покрылось испариной. «Руи всё ему рассказал? Зачем? Что случилось? И где он упал? Неужели поэтому Тсукаса так им интересовался? Что мне делать и говорить?» — У тебя на лице всё написано. — заметила Эму, — Звучит правда нелепо. Пока друзья смотрели на Нене в недоумении, Руи стал подавать признаки жизни. Он схватился за голову и только сейчас ребята увидели большой ушиб. Видимо, ударился, когда упал. Нене ушла на кухню за льдом, чтобы приложить его к ушибу, передав материалы Тсукасе. Эму побежала за ней и Тенме ничего не оставалось, кроме как сидеть с Руи в неловком молчании. — Ты мне уже чудишься? — простонал Камиширо, не понимающий происходящего. Тсукаса готов был впасть в ярость. Что значит "чудишься"? Почему он так встречает гостей? Но пришлось быстро успокоиться, ведь Руи свалился в обморок и ударился головой. Тенма протянул руки, держа материалы. Потупив взгляд, Руи уставился на его запястья. «Прямо как вчера. Он смотрит так же...» — подумал Тсукаса. — Что это? — непонимающе спросил больной. — Школьные конспекты и домашнее задание. Нене попросили передать их, а мы с Эму пошли с ней. Между молодыми людьми явно была какая-то недосказанность. — ты меня не боишься? Не считаешь чудиком? Я вчера сказал нечто странное. — Нене сказала, что ты чем-то болеешь, но без подробностей. Мне показалось, что это секрет, потому ты так неуклюже соврал. Не понимаю только, почему ты всё время это скрывал от нас... — Я не... Не успел Руи договорить, как в комнату зашли девочки. Эму помахала рукой и улыбнулась, а Нене быстро приложила холодный компресс к ушибу на голове друга. — Спасибо. — Камиширо с благодарностью посмотрел на подругу. В его взгляде видна была вина. «Видимо, Нене часто помогает Руи в такие моменты. Значит, и моменты такие происходят тоже часто...» — думал Тсукаса. Он почувствовал укол ревности. Кусанаги посмотрела на Эму и Тенму, а затем на Руи. — Можно мы поговорим? — спросила она, — Вдвоём. — Конечно-конечно! — заявила Эму и вытолкала Тсукасу прочь. Нене и Руи смотрели, как захлопывается за ними дверь и прождав пару мгновений, девушка сердито спросила: — Ты рассказал Тсукасе свой секрет? Головой ударился что-ли? — Я хотел, чтобы он посчитал меня сумасшедшим и отпустил скорее! Мне было так стыдно и неловко, что я любой бред мог придумать, но это в голову первее пришло! Что ещё я мог сказать? — Балбес, что угодно, но не правду! Как теперь ты ему это объяснишь? Он уже спрашивал меня об этом, хотя я всё ещё не знаю что случилось. Так что рассказывай. И Руи рассказал. Поведал о том, как в бреду забрёл в чужой двор, упал в какие-то кусты, напал на Тсукасу с намерением съесть, а потом проснулся в его доме, задымился и убежал. Нене с рукой на лице слушала эту историю. — Зачем ты попёрся на улицу ночью вообще? — прошипела она. — Да я не знаю! Не знаю и всё! Я себя контролировать не мог, всё как в тумане было. — молодой человек схватился за голову. Он до этого сидел, но решил прилечь. — Есть надо больше, чтобы бреда не было. Давно ты кровь пил? Видно же, что не ел вовсе. — Не буду я пить ничего. Ты знаешь, я не хочу опускаться до этого. Что важнее: я напал на человека. Пусть ничего не вышло, но я опасен, а он так спокойно ко мне пришёл. Я такой балбес... — Руи отвернулся к стене, — Мне так стыдно, ты не поверишь. Я как только увидел такого красивого юношу... Сначала даже не понял, что это Тсукаса-кун. Он выглядит так мягко, хочется обнять его. Ты бы видела его вены! А пахнет, словно... — Перестань уже. Я не понимаю, ты хочешь его съесть или... Нене резко замолчала. Дверь распахнулась и Тсукаса с Эму упали на пол. — Подслушивали? — сердито спросила Кусанаги. — Ни капельки! — соврала Эму. Тенма же, весь красный и смущённый от слов Руи, виновато смотрел на того, не в силах и слово сказать. — Врёшь. — парировала Нене, — По лицу видно. Руи отвёл взгляд, чувствуя себя дико неловко. — Так это правда..? — пробубнил Тсукаса, — Правда вампир..? Его охватил жар. Не тот юношеский жар, исходящий из сердца, а тот, что языками пламени хлестал по лицу, шее и спине, что связывал по рукам и ногам, заставляя с животным страхом смотреть на неизвестное. Ладони вспотели, глаза смотрели в пустоту, а разум отказывался принимать действительность. «Он правда хотел меня съесть?..» Эму же, казалось, вовсе не понимала ничего. Руи, увидевший нешуточное беспокойство на лице Тсукасы, виновато посмотрел на него и готов был начать объясняться и успокаивать, но так и не придумал что сказать. Нужные слова никак не находились. Нене, удивительно спокойная, наблюдала за всем со стороны. «Что делать? Что же мне делать?! Надо ли поговорить? Почему так сложно дышать? Почему мне так страшно?» — думал Тенма. «Как я ему это объясню? Он теперь будет меня бояться? Он кому-то расскажет? Зачем я вообще пришёл к нему в бреду? Хотел выпить крови? Да это же звучит как полный абсурд! Блять, что я скажу?» — ругал себя Руи. Неожиданно Тсукаса подорвался с места и побежал прочь из чужого дома. Нене же рванула за ним, а Эму приказала оставаться с Камиширо рядом на случай ухудшения самочувствия. — Стой! Давай поговорим! Дай ему высказаться, пожалуйста! — кричала она Тенме, захлопывая дверь. — Ты ни капли не удивлена! Знала, кто он? Повела нас в пасть к... Нему?! Мы же всё это время были рядом... — мальчишка замедлился, обращаясь к Нене, но потом вспомнил кое что, — Там же осталась Эму! А если он с ней что-то сделает?! Ты её оставила одну с ним! Сознание начало рисовать самые ужасные сюжеты, которые для фантазий выглядели слишком реалистично. Задумавшись об этом, Тсукаса и не заметил, как запнулся о валявшийся посреди тротуара камень. Рухнул, разодрав ладони в кровь, порвал штаны и чуть не ударился лицом. Руки нещадно щипало от боли и грязи на ранах, а на глаза наворачивались слёзы то ли из-за стресса, то ли из-за ладоней и штанов. Кусанаги нагнала его, опустилась на корточки и схватила за локти, помогая встать. «Я понимаю, что ему страшно... Но Руи не заслуживает такого к себе отношения». — Что мне теперь делать? — не смог более сдерживаться Тсукаса и расплакался, — Как теперь жить с этим? Вампиры существуют! И один пытался выпить моей крови! Что еще хуже: он оказался моим лучшим другом, а я не знал ничего! Я же теперь спать не смогу! Почему именно со мной это произошло? Лучше бы мы не пересекались! Он же самый настоящий монстр! — кричал Тсукаса на Нене. Не из злости на нее, а лишь из страха. В его словах не было намерения оскорбить друга, просто ужас перед мистическим неизвестным и опасным охватил его сердце. Она же понимающе смотрела, но трясла его в попытках успокоить и заставить замолчать. Даже шикнула. Ему нужно было выплеснуть эмоции, но за этим он и не заметил, как чуть поодаль от них стояли двое: девушка с розовыми волосами, поддерживающая высокого юношу, с трудом шагающего. Тот остановился. Посмотрел многозначительно в глаза Тенмы: виновато, осуждающе или пугающе — непонятно. Приглядевшись, Тсукаса увидел, что глаза самого Руи на мокром месте. И так ему стало неловко за свои слова, что хотелось сквозь землю провалиться. «В конце концов, он же не убил меня... И был не в себе! Если бы хотел выпить кровь, то сделал бы это уже давно, разве нет? И с Эму всё хорошо. Может, не стоило так опрометчиво называть его монстром? Что, если бы я был на его месте..?» — задумался молодой человек. Он понял какую глупость сделал и сказал. Руи стушевался. Высвободил свою руку из захвата Эму, которая придерживала его, развернулся и пошел прочь с опущенной головой. Шел он неуклюже и медленно, но старался быстрее скрыться из поля зрения Тсукасы. Отори стояла, не решаясь последовать за ним и помочь, а Нене не знала кого успокаивать: пойти за Камиширо и объяснить, что Тенма это не специально или остаться с Тсукасой и объяснить, что Руи на самом деле вовсе не такой, каким он его представляет. Так они и разошлись. [☆] Мальчик молча сидел за партой, почти не слушая учителя и то и дело поглядывая на часы. Время тянулось безбожно медленно, а люди вокруг словно не существуют — плод его фантазии. Только один человек был живым, из крови и плоти. И потерять его он очень не хотел, но сделал для этого всё. Для Руи о Тсукасе напоминало всё: обжигающее солнце за окном, зеленая трава, радостный смех детей на улице, лица подруг и множество заимствованной канцелярии в пенале. Пусть Нене и объяснила всё Эму, на что та ничего не сказала, но вот с Тенмой... Руи всячески отговаривал девочек от похода в его класс. Ему не хватало духу просто взглянуть на Тсукасу, а о разговоре и речи не шло. — Руи-кун, он же всё поймёт...— поддерживала его Эму. — Он не со зла это сказал, а потому что испугался. Ему неприятно, что мы скрывали всё так долго. — подхватила Нене. — Я понимаю, но мне так больно... Я правда не хотел! Но он такой вкусный! Я ещё в первую нашу встречу голову потерял. А потом понял, что не смогу жить, если потеряю такого... Друга. Эму взяла его руку и сжала, как бы говоря "Мы верим, мы понимаем". — Я изо всех сил искренне держался, чтобы не причинить вреда, но всё равно напал... Какой же я бесхребетный! [☆] Тсукаса не хотел выходить из класса. Он знал Руи, и, пусть подобных ситуаций между ними не возникало, он всё равно понимал, что сам Камиширо не выйдет, но лишний раз отсвечивать перед Эму и Нене тоже не хотелось. Ему всё ещё было стыдно за те брошенные в порыве ярости слова, а найти сил на извинения он никак не мог. А что он, собственно, скажет? «Прости, я злился и боялся тебя»? Это же звучит как дешёвая отмазка! Сам бы Тенма никогда не принял таких слов, если бы был на месте Руи. Он бы сильно обиделся и еще дулся какое-то время, это уж точно! Никто не смеет называть его монстром! «Но ведь Руи — не я, верно? Наверняка он поймёт...» — прозрел Тсукаса, — «Но как же я, просто подойду к нему и извинюсь? А если ему нужна кровь, то может..?» [☆] — Так больше не может продолжаться! Они уже две недели не разговаривают, нужно что-то делать! — шептала Эму Нене, глядя на поникшего Тсукасу, — Посмотри на него! А Руи вообще не приходит, я переживаю! — Я думала как их помирить. — сказала Нене, — Только вот, ничего кроме как выманить их и столкнуть лбами не надумала. Давай просто позвоним им обоим, скажем прийти в какое-то место, а сами останемся дома. — Это очень интересно, Нене-чан! Но тебе не кажется, что просто столкнуть их — скучно? Они же могут увидеть друг друга и сбежать. Давай мы подготовим им примирительный сюрприз! И заставим их всё высказать! На том девочки и порешили. [☆] Вечером следующего дня Тсукаса получил странное сообщение от Эму. Точнее, любое её сообщение так или иначе можно было назвать странным, но это особенно привлекло его внимание. Отори никогда не просила о встрече так спокойно. Она бы, вероятно, позвонила или сказала бы в школе, но простой и сухой текст она никогда не отправит. Но кто он такой, чтобы ей отказывать? Нене в это время с трудом выпихивала Руи из пыльного гаража, в котором он заперся и что-то уныло мастерил. Его плохое состояние — и моральное, и физическое — сразу бросалось в глаза. Тем более той, что знакома с ним почти всю жизнь. С горем пополам уговорив его хотя бы шаг за порог сделать, Кусанаги облегчённо вздохнула. Она проводила Руи почти до конца, но сделала вид, что ей срочно куда-то нужно. — Эму просит меня помочь донести сумки с реквизитом, так что иди один дальше. Я подойду позже. — Тебе не кажется это ст... — не успел юноша договорить, как Нене и след простыл, — ...ранным? Хм. Но не смея ослушаться, он продолжил идти в назначенное место. [☆] Тсукаса сидел за столиком в Crase Cafe. Он ждал Эму, которая, наверное, задерживается, а так же хотел увидеть Аояги-куна и поздороваться, но нигде его не находил. Заслышав колокольчик на входе, он обернулся к двери, но увидел там далеко не Эму. «О, нет, что он здесь делает? Я же ещё не придумал как извиниться!» «Ох, Нене специально подстроила нашу встречу? Я не хочу смотреть ему в глаза после того, что натворил!» Они несколько долгих мгновений смотрели друг на друга, не решаясь заговорить или сократить расстояние. Не взирая на налившиеся свинцом ноги, вампир подошёл к столику. — Руи! Ха-ха, как я рад тебя видеть! — Тсукаса нервно сглотнул, — Давно мы не виделись! Ха-ха-ха! Да, не виделись! Совсем не виделись!!! Как же так вышло? — Приятно видеть, что ты... Весел и ярок, как всегда, Тсукаса-кун. — попытался успокоить его Руи. — Хочешь что-нибудь... Поесть? Я уже заказал себе коктейль. Или тебе нельзя?.. — Мне можно. Тоже закажу себе коктейль, спасибо за беспокойство. Я жду здесь Нене, она должна скоро подойти. Какое удивительное и приятное совпадение, что мы встретились. — Эму тоже должна прийти, но что-то она запаздывает! Она помогала Нене с танцем на следующее выступление — видно было, как у Тенмы на лбу испарина проступила. — Но Нене-чан помогает Эму отнести реквизит... В головах обоих молодых людей возникла одна очень простая мысль — «Они явно это подстроили!» Тенме принесли его коктейль. — Знаешь... — начал он неуверенно говорить, — Я хотел бы... Хотел бы извиниться. — За что? — недоумённо спросил Руи. — За то, что наговорил тебе всякого. — он перемешивал трубочкой пенку и не мог поднять глаза, — Я был удивлён. Ты никогда не говорил об этом, никогда не... Показывал. Вампиры ведь пьют кровь и... — Ты просто испугался. Я хотел извиниться за то, что не говорил и напал на тебя. Я не мог себя контролировать, от голода такое бывает. Но знай, что кровь я не пью, так что ничего тебе не угрожает. — Почему не пьешь? Если это не секрет, конечно... — Разве здорово убивать людей ради пропитания? Тебе бы понравилось?.. — расстроился Руи. — Нет... Но ты же до этого хорошо выглядел, не как сейчас! — Тенма запнулся, — То есть, ты всегда хорошо выглядишь, но сейчас еще и болезненно. Я хотел сказать... — Хе-хе, я понимаю, Тсукаса-кун, не объясняй! Иногда я пью животную кровь, чтобы просто не упасть в обморок, но она не очень сытная. А обычная еда почти не даёт мне сил. А сейчас туго и с ней... В переходном возрасте мой организм требует даже больше еды, чем организмы взрослых вампиров. Родителям трудно доставать так много крови, так что я даже не смею их просить. — Это же опасно! Тебе срочно надо поесть! — Нет! Ты не понимаешь, я не хочу причинять вред людям... — Я всё понимаю! Но ты же можешь не убивать людей, верно? Просто попей немного крови у того, у другого — и всё! — Ты предлагаешь подойти к незнакомцу и попросить попить его крови? Ха-ха! — нервно рассмеялся Руи. — Ладно, да, идея не самая лучшая, но... — замялся Тсукаса, — Ты можешь попить моей. Я не против. Камиширо удивлённо глянул на друга и не мог рта открыть. Он вспомнил сладкий аромат Тсукасы, вспомнил как хотел его укусить и испить, словно вино из чаши. — Что?.. Ты, верно, шутишь? — округлил Руи глаза. — Нисколечко! Ни капли! Я уверен! Я много об этом думал и пришёл к выводу, что для тебя мне не жалко ничего! — Тебе не кажется, что это слишком много для "загладить вину"? Ты готов рисковать так только чтобы не чувствовать себя виноватым? — Что? Нет, стой-стой! Не только поэтому! — Тенма раскраснелся, словно переспелый помидор, — Просто... Ты мой друг, да и... Что я оправдываюсь!? Ты мне нравишься, Руи Камиширо! Вампир смотрел на Тсукасу очень пристально. — Очень нравишься!.. — продолжил он. — Стой, прекрати, тут же люди кругом! Будет неловко... Руи потянулся к Тсукасе, чтобы закрыть своей рукой его рот через столик, но тот отпихнул ладони и сжал в своих, хотя очень стеснялся. — Разрешаю тебе съесть меня! Хоть всё выпей, мне не жалко для тебя ничего! — Прек...рати...— Камиширо лёг на стол и стыдливо спрятал едва ли не такое же красное лицо. Он не знал, плакать ему или смеяться. Не успел он прийти в себя, как почувствовал легкий неуверенный поцелуй в макушку. Влага в глазах скапливалась, но причины он так и не знал. Наверное, от счастья. «Какой же он глупенький. Как же я его люблю» — думал Руи. — Так что ты ответишь?.. — пробубнил Тсукаса, — Не обязательно говорить сейчас, просто... Камиширо поднял голову и взглядом зацепился за их соединённые руки. Он, недолго раздумывая, поднёс ладони Тсукасы к губам и неуверенно, по-юношески неумело чмокнул костяшки его пальцев. Для Тенмы это было красноречивее всех в мире слов. Не успели они насладиться моментом, как словно из-под земли вылезли Эму, Нене и Vivid Bad Squad в полном составе с шариками в руках. В глазах их читался шок, а рты беспомощно открывались и закрывались. Первее всех заговорила Ан. — Мне кажется, что мешать вам не стоит. Давайте мы придём потом и вы всё объясните, хорошо? — она отдала свою связку шаров Эму, взяла за руку Кохане и направилась к барной стойке. — Могу поздравить вас, сенпай. — сказал Тойа и так же удалился. А вот Акито ушёл молча, не проронив ни слова. — Это же еще лучше! А знаете, мы с Нене тоже... — начала кричать от радости Эму, но Кусанаги закрыла ей рукой рот. — Всё потом, Эму. Пусть они побудут вместе. — сказала она и повела её на выход, так и не отдав шарики. Молодые люди с благодарностью посмотрели на своих друзей и вскоре тоже покинули кафе. [☆] — Проходи, располагайся в моей комнате, Руи-кун! Хочешь чего-нибудь вкусненького? Не бойся, Саки нас не побеспокоит! — хлопотал счастливый Тсукаса. — Вкусненького..? — Камиширо посмотрел на него. Тенма увидел в этом взгляде что-то: вопрос, удивление, искреннюю любовь и предвкушение. — Нет, разумеется раз я обещал... Так сразу?.. — Хе-хе, успокойся, Тсукаса-кун! Я не буду тебя есть прямо сейчас. «Есть? Почему это звучит так двусмысленно и странно?» — думалось обоим. — Да? — задумался Тенма, — Я думал... Что ты хочешь крови? — Ты расстроился? Я думал, что ты так сказал, только чтобы показать, как сильно я тебе нравлюсь... — Очень сильно! — опять начал он, — Сильно-пресильно! И очень серьёзно отношусь к тому, чтобы ты выпил моей крови! Уже забыв напрочь про вкусненькое, Тенма подошёл к кровати, где сидел Руи и приземлился рядом. Дрожащей рукой прикоснулся к его щеке и сказал: — Тебе очень нужно поесть, ты неважно выглядишь, правда. Я на всё готов, только бы ты оставался здоровым и счастливым. Прошу тебя... Не могу смотреть, как ты мучаешься. Затаив дыхание, Тсукаса подался лицом вперёд. Не успел он коснуться чужих губ, как Руи столкнулся с ним лбом и перехватил пусть и неуверенную, но инициативу. Он сначала аккуратно коснулся верхней губы Тенмы, а затем с каждой секундой обретал больше уверенности в своих действиях. Тсукаса же был ошарашен, но сопротивления не выказывал. Камиширо совсем потерял рассудок и начал кусать новоиспечённого любовника за нижнюю губу с каждым разом всё сильнее и сильнее. Когда клыки прокусили нежную кожу и проступила капля крови, вампир непроизвольно слизнул её. Тенма от боли застонал, но поцелуй не разорвал. Дыхание спёрло совсем, он боялся даже вздохнуть. — Тсукаса-кун... Могу я..? Ты такой вкусный... — начал шептать Руи быстро-быстро в губы, сводя этим Тенму с ума, — Прошу... Пожалуйста... Я больше не сделаю больно, я очень аккуратно буду. Ты веришь мне? И Тсукаса верил. Он верил ему так, как не верил самому себе. — Давай уже, что ты медлишь? — ответил он. Вампиру дважды не надо повторять. Он снова припал к губам молодого человека и стал с трепетом высасывать из ранки каплю за каплей, слизывая каждую. Он готов был поклясться, что никогда не пробовал ничего вкуснее! Языком он касался чужой нижней губы, а когда жидкость переставала вытекать — своими губами выдавливал больше. Тсукаса уже не мог ничего поделать с собой. И правда было ни капельки не больно. Проблема пришла откуда не ждали: ему очень нравилось. Он завалился на кровать, потянув за собой и Руи. Сложно было найти применение своим рукам: они то обнимали Камиширо, то тянули его за одежду, то блуждали по телу самого Тсукасы. «Блять, как же я хочу его...» — думали оба. А зададут вопросы и решат проблемы они потом.