Новая стадия

Это предельно очаровательный парень. Он такой милый, Тео никогда в жизни не видел ничего столь более прекрасного. Сначала он подумал, что возможно он попал в чертов Ад или Рай, где либо его будут бесконечно пытать демоны последнего круга Ада, либо помогать ему спасти его грешную душу самые чудесные Ангелы, являясь ему в обличии этого парня, с яркими голубыми глазами. Тео никогда не был романтиком, он и не собирался им становится и, черт возьми, всё, что сейчас в его голове это не фантазии воспалённого разума, это факты, то, что видят и знают абсолютно все вокруг. Но почему-то внимание на этот лучик света обращает лишь Тео. Тео готов встать на стол и громко закричать, что люди в этом Богом забытом месте теряют такое, не замечая вовсе. Но он не станет, потому что если на этого парня никто больше не обращает внимание, может он заметит и увидит то, как смотрит на него Тео. Тео пытается передать своим взглядом ту любовь, которая возникла у него в считанные секунды. Он не верит в любовь с первого взгляда, но этому парню не нужно проходить мимо второй раз, потому что Тео уже по уши влюблён. Он никогда не чувствовал такого приятного огонька внутри себя. Этот парень словно свет в конце туннеля, что-то далёкое и недосягаемое, хоть и сидит совсем рядом. Тео руку протяни и коснётся тёплого, обжигающе горячего плеча парня. Парень, парень, парень... Тео не знает его имени, он уверен, что имя ему сам Бог. Тео всю свою жизнь был атеистом, но он готов с головой окунуться в свою собственную веру, где он будет богославлять этого человека. У него красивая улыбка. Его глаза так мило щурятся, когда он смеётся, прикрываясь рукой, словно стесняясь чего-то. Но чего можно стесняться с такой превосходной внешностью. Его руки такие широкие, кажется, что в диаметре его бицепс даже больше, чем талия Тео, хотя он в этом сомневается. Сомневался... до этого момента. — Как тебя зовут, Солнышко? — улыбается Тео, закидывая руку на спинку дивана за спиной очаровательного парня. Тео готов умереть здесь и сейчас, когда эти ясные голубые глаза встречаются с его. Огромный океан плещется в этих глазах, с красивым вкраплениями, что он смело может назвать кораблями. — Лиам. А тебя? — тихо проговаривает парень и губы Тео слегка приоткрываются, что он моментально прячет за приятной ухмылкой. Он чувствует как что-то в нем шевелится, призывая действовать смелее и настойчневее, нежели спросить имя и замереть с широко распахнутыми глазищами. —Я Тео. — собственное имя звучит подозрительно мягко и легко, будто Тео очень часто знакомится с людьми, представляясь им. — Ты так чертовски очарователен, Лиам, — Тео считает, что этого ужасно мало, он хочет сказать так много, но почему-то именно сейчас у него не выходит сформулировать внятного, а главное слаженного и красиво звучащего предложения, в котором он бы посвящял Оды голубоглазому парню. Лиам улыбается, смотрит прямо в глаза с такой нескрываемой теплотой, от чего сердце Тео сжимается, начиная бешено колотиться о рёбра в тот же момент. Тео стискивает рукой рубашку поверх того места, где отдаётся глухой стук, не успевая остановить себя. Эта мысль приходит к нему в голову не сразу, да и воплощать её в жизнь он не намерен. — О боже, мне кажется, что я люблю тебя... — обречённо выдыхает он, прикрывая глаза, слегка затуманенные дымкой из-за выпитого алкоголя. Брови Лиама приподнимаются, а уголки его губ тянутся выше. Лиам похож на сумасшедшего, сбежавшего из Дома Эха, если это и правда так, то Тео готов прикрывать его хоть всю жизнь, пряча парня у себя дома. Он готов уехать на другой конец света с Лиамом, скрываясь от полиции и ФБР, от любого, кто за ними погониться. Он готов умереть за Лиама и может за него также легко убить. Тео моргает пару раз, смотрит на яркие красные губы в синем освещении Синемы. — Лиам, у тебя такое красивое имя, — шепчет Тео, смотрит в лукаво прищуренные глаза напротив. Имя Лиаму так подходит, он не знает как переводится, но знает, что полным оно будет «Уильям», что придаёт парню более серьёзный вид. Если Лиама назвать «Уильям», то может показаться, что он старше, чем на самом деле. Сколько Лиаму лет, Тео не спрашивает, потому что считает, что это будет уже слишком. Ни одной женщине не понравится, если её на прямую спросят о её возрасте. Конечно, Лиам не женщина, Тео просто считает, что это распространяется на всех, не только на женщин, также и на мужчин, хотя, спроси Тео о его возрасте, он сразу же ответит, ни в одном глазу не смутившись. — Спасибо, Тео, — Лиам откидывает голову на руку Тео, что расположенна на спинке дивана. Тео чувствует тяжесть, но он даже не думает убирать руку. Он очерчивает широкую жилистую шею Лиама голодным взглядом. Тео, черт возьми, волк, как же эта Красная Шапочка не думает о своей жизни? Тео может, он хочет, прямо сейчас вгрызться своими клыками в чужой кадык, овладеть чужой жизнью, держа её в своём цепком хвате. Рот наполняется вязкой слюной, которую он спешно сглатывает. Неприятный ком застревает в горле, из-за чего Тео хочет издать рычание, будучи рассерженным на всю ситуацию сейчас. Клыки придавливают язык. Тео облизывается, пуская кончик языка меж зубов. Он хочет спрятать клыки, желает, чтобы Лиам не успел заметить его изменений во внешнем виде. Тео вздрагивает, когда натыкаетая на изучающий его взгляд. Лиам наблюдает за ним с прищуром, он скалится в ответ на реакцию Рэйкена. Тео слегка отдаляется от Лиама, он проходится диким взглядом по всему телу парня, замечая в руках того бокал наполненный чем-то красным. Тео хочет Лиама себе, ещё никогда он не хотел так сильно обладать кем-то, одновременно оберегать его, даруя свою любовь через мягкие касания губ и тихое перед сном «Люблю тебя». — У тебя есть, эм, — Тео запинается, не зная как сказать лучше. Тео никогда в своей жизни не делал ничего подобного, но ради Лиама он готов. — парень..? — он хмурится, отводит взгляд. Клыки въезжают, заменяются вновь на небольшие человеческие клычки. — У тебя есть парень? — повторяет он уже более уверенно. «Какого хрена, мы вообще их слушаем?», раздаётся откуда-то сбоку недовольно ворчание, на которое, впрочем, Тео не обращает внимания от слова совсем. Сейчас Тео молился, чтобы Лиам сказал одно простое, чёткое «нет», чтобы Тео мог попросить его стать его второй половинкой. Тео будет с ним до конца их жизней и после, он будет заботиться и любить. Лиаму никогда не будет с ним скучно или одиноко, ради Лиама Тео будет меняться. Он будет убираться в доме, готовить еду и зарабатывать деньги. Тео будет делать все для Лиама. — Есть, — вместо этого говорит Лиам, безразлично пожимая плечами. Тео чувствует как внутри него что-то ломается, с громким стуком разбивается. Тео убирает свою руку из под головы Лиама, складывает их на коленях, горбясь немного в спине. Его Вселенная отвергла его. Лиам даже не подумал сказать это более мягко, чтобы максимально сгладить острые углы. Он потирает ладони о грубую ткань джинс, уставившись в пол. Его плечи поникают вовсе. Тео желает спрятаться от всех, его изучающих, глаз как можно дальше. Может исчезнуть вовсе. Неприятно скручивает внутри нервозность, образуя непонятный комок у него в животе. Он чувствует как по щекам сбегают солоноватые слезы. Тео просто жалок. — О боже, — выдыхает Лиам. Он приподнимает Тео за подбородок. Тео отзывается на его прикосновения, он прижимается щекой к тёплой ладони, прикрывая глаза. Тео хочет, чтобы Лиам был с ним, чтобы Тео мог просто подойти и прижаться также щекой к его ладони, чтобы он мог водить руками по телу Лиама, обнимая его тогда, когда захочет этого. — Я думаю, что нам уже пора домой, ребят. Лиам подтягивает Тео за плечи. Тео продолжает плакать, изредка всхлипывая, пытаясь сглотнуть ком в горле.

___________________________

— Почему мы живём вместе? — спрашивает Тео самый интересный ему сейчас вопрос. Щёки неприятно стягивает от высохших слез. Лиам помогает ему снять с себя куртку и ботинки, когда они стоят ещё возле самой двери. Тео чувствует как к горлу подступает тошнота. Последние несколько стаканов были лишними. — Потому что ты мой муж, идиот, — Лиам сверкает на него золотыми глазами и все, что может произнести Тео это ошарашенное «о». Он отодвигает от себя левую руку, обхватывает запястье Лиама другой и, правда, у них одинаковые золотые кольца поблескивают в свете настенной лампы. Переливаются серебристым. Тео изумленно хлопает ртом несколько раз, словно рыба на суше, желает что-то сказать, но ничего не выходит. Он вышел замуж за свою Вселенную. Улыбка сама собой скользит на его лицо, натягивая дорожки слез по щекам. Тео думает, что он счастлив, даже когда его желудок хочет выплюнуть из себя всё, что находится сейчас внутри него. Он счастлив, когда смотрит на мягкие черты лица Лиама, на его губы, сложенные в мягкую улыбку, на его глаза, блестящие, будто Лиам влюбился в Тео. Тео хочет его поцеловать, обнять крепко-крепко, зарытся ладонями в мягкие волосы и целовать, целовать, целовать всё его лицо, словно последний день на Земле, а вы остались лишь вдвоём. Тео чувствует себя сейчас ахуенно. Счастье тошнотворно оседает где-то в груди, охватывая жаром его тело. На стене в прихожей висит их совместное фото. Тео на нём выглядит ужасно недовольным, даже немного рассержанным. В щёку его кусает Лиам, обхватывая рукой его шею, притягивая к себе ближе. Тео считает, что это мило. Лиам его любит, наверное. — Я могу поцеловать тебя сейчас? Лиам смотрит удивлённо, он приподнимает брови, а потом медленно, будто сомневаясь, кивает. Тео не может скрыть волнами исходящее от него счастье. Лиам сам подходит ближе, обвивает руками его талию и игриво наклоняется к его губам. Тео не знает куда деть руки, он напрягается, вытягивается как по струнке, вжимаясь спиной во входную дверь. Чёрт возьми, Лиам так близко, его руки так приятно переходят на поясницу, что Тео даже не замечает сперва, будучи так увлечённый разглядыванием лица Лиама вблизи. Он сглатывает, проходится языком по губам, смачивая их. Он не помнит как целоваться, боже. Он забыл абсолютно всё, что когда-либо помнил. Лиам сам поддаётся вперёд и в этот момент Тео слышит щелчок камеры где-то сбоку. Из стены в его лицо вылетает снимок, потом ещё один. Тео видит на фото свои испуганные глаза и нахальную ухмылку Лиама. Боже, он правда выглядит сейчас так? Тео сердится, он с силой опускает руки на шею и затылок Лиама, смотрит упрямо в глаза напротив. Он вспомнит как нужно целоваться. Он ведь делал это раньше? Если да, то должен вспомнить обязательно и сейчас. Губы Лиама мягкие и поддатливые, тем не менее Тео сам приоткрывает свои, позволяя чужому языку скользнуть внутрь. Он помнит как целоваться. Эта мысль добавляет ему уверенности. Он поддаётся ближе и громко стонет, когда их языки встречаются. Руки сами соскальзывают на щёки Лиама ,сжимая их и не позволяя отодвинуться от него ни на миллиметр, ни на секунду, чтобы глотнуть кислороду. Сбоку слышится очередной щелчок и грёбаная встроенная камера швыряет в него очередным фото, от которого Тео легко отмахивается, как от назойливого насекомого. Лиам задирает его рубашку. Горячей кожи касаются ещё более обжигающие ладони. У Тео мурашки по телу бегут, он вздрагивает всем телом, приятно урча в чужие губы. Тео кусает Лиама, оттягивает нижнюю губу, слыша тихое рычание, которое вновь пускает волну дрожи. Тео спокойно позволяет Лиаму раздвинуть его ноги шире, а Лиам в свою очередь разрешает Тео немного опуститься на его бедро. Почему Лиам не сказал ещё в Синеме, что они женаты, что у них есть дом и фотоаппарат, который в очередной раз стреляет в лицо Тео, пока Лиам лижет его шею, оставляя багровые следы. Лиам такой милый придурок, Тео хочет снова поцеловать его, но пока не готов, он хватает ртом короткие и частые вдохи, пытаясь наполнить свои лёгкие нужным сейчас кислородом. Дышать полной грудью становится тяжело. По его виску стекает капелька пота. Тео сглатывает. Его руки дрожжат, когда он опускает их на спину Лиама, прижимая его горячее тело ближе к себе. Мыщцы под ладонями так приятно перекатываются, он сжимает рубашку и снова тихо стонет. — Такой красивый, — шепчет Лиам ему куда-то в шею, словно говорит и не ему вовсе, а мысли свои озвучивает. Тео сглатывает, приятно жмурясь. — Такой хороший, — Тео размыкает губы, испуская судорожный выдох, — Такой податливый, открытый, идеальный. Тео стонет не стесняясь, он ударяется затылком о железную дверь не жалея силы, пытаясь выбить из себя всё то дерьмо, что лезет к нему в голову, толкая на ужасно извращенные сценарии сейчас происходящего. Лиам тихо хихикает, прикусывая округлую косточку его ключицы. Тео хмурится. Смешно ему? Тео изо всех сил пытается держать себя в руках, лишь бы не напрыгнуть сейчас на своего мужа как голодный волк на долгожданную пищу. Ему нравится думать о Лиаме, как о своей добыче. Эта мысль пускает очередную волну жара к низу живота. Воздух вокруг становится более насыщенным и густым. Лиам вскидывается, прижимается носом к его шее и глубоко вдыхает. Наслаждение отдаётся у него стоном, более высоким, чем Тео предполагал могло быть. Тео обнимает его за плечи, опускается и вновь целует в губы мягко и нежно. Лиам сразу же кусается, рычит, делая лёгкий поцелуй более тяжёлым, страстным. Лиам напирает на него, заставляя вжаться в дверь за спиной до хруста в костях. Дверная ручка давит ему в бок, неприятно укалывая своим острым концом. Тео выталкивает его язык, слегка отстраняется, под изумлённый взгляд. — Постой, постой, постой, Лиам, — шепчет он. Свой голос кажется совсем чужим, настолько сильно он стал грубее из-за возбуждения, охватившего его тело. — Ты меня сейчас раздавишь. Лиам убирает от него руки, ойкает и бьёт себя по лбу. От звонкого хлопка Тео вздагивает, но наконец отстраняется от двери, немного выгибаясь в спине. Позвонки в пояснице хрустят, кажется, оглушающе. Он разминает лопатки и потирает рукой шею, вздрагивает, когда касается следов из под зубов. Они простояли достаточно долго в одном положении, тело Тео покалывает, но даже так возбуждение никуда не уходит. Тео чувствует, как тесно сейчас ему в брюках, из-за чего их хочется побыстрее стянуть. Он смотрит на Лиама, немного задирая голову из-за того, что стоит на слегка подогнутых в коленях ногах. Лиам выглядит виновато, он сцепляет руки в замок и переминается с пятки на носок туда-сюда без конца, будто пристыженный своим родителем. — Прости, что набросился, — тяжело тянет Лиам, отводя взгляд. Даже так Тео слышит игривые нотки в его голосе и как его запах разбавляет сладостный аромат азарта. Да он насмехается над ним. Тео вздергивает бровь, невпечатлённый, мол, давай-давай, попробуй ещё раз. Лиам сразу же понимает его, он опускает голову ещё ниже, вдавливая её в поникшие плечи. Тео думает, что это бесполезно, тем более он даже не в обиде, ему понравилось и он был бы не против продолжения, но он снова чувствует как его начинает подташнивать, когда белая пелена возбуждения медленно пропадает перед его глазами. Тео мягко целует Лиама в висок, потом над бровью, опускается всё ниже и ниже. Нежно касаясь губами кончика носа. Алкоголь частично выветрился из его организма, но он всё ещё чувствует как чрезвычайно сильно ему нужно сейчас лечь спать. — Пойдём в постель? — спрашивает он. Глаза Лиама загораются, искорки плещатся где-то на дне его синего океана. Тео облизывается, утягивая его в спальню. Эта ночь будет ещё ужасно долгой. А утро одно из самых запоминающихся для всей их стаи, потому что Тео не отходил от унитаза добрых часа два, а стая потешалась над ним, говоря, что он забыл собственного мужа. Новая стадия алкогольного опьянения Теодора Рэйкена.